А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Это означает свидание. А у них с Аннабелл это не свидание, а… Черт, он не знал, что происходит между ними, но знал, что ничего хорошего из этого не выйдет.
— Ты сможешь гадать, что я надела или не надела, весь ужин, — добавила Аннабелл.
Разочарование как рукой сняло. Вагнер потянулся за брюками.
— Я и не предполагал, что молнию можно расстегнуть зубами.
— Это трудно, но если постараться… — она не закончила предложение, вместо этого выразительно погладив его ниже живота.
— До встречи за ужином, — простонал Вагнер, не в силах бороться с возбуждением.
— И… Вагнер… — улыбнулась она и полным искушения голосом добавила:
— Не забудь галстук.
Аннабелл припарковалась в гараже Бриктауна и кинула взгляд на часы — она приехала рано. Женщине не следует приходить на свидание первой.
Может, позвонить Кэти и поболтать о Вагнере, рассказать, что у них свидание? Она оставила сообщение на автоответчике подруги, но ей хотелось поделиться деталями. Белл откинулась на спинку сиденья. Странное ощущение опять охватило ее. С прошлого четверга, стоило ей подумать о Кэти, как на нее нападал страх. Она просто боялась поднять трубку телефона и набрать номер подруги, потому что та хотела ей что-то сказать. А Аннабелл совсем не хотелось это слышать. Что же случилось в прошлый четверг?
Рот наполнился слюной, и вдруг ужасно захотелось чего-то сладкого. Зефир. Она умрет, если не съест сейчас парочку сладких зефирин. Даже шоколада ей так не хотелось, как этого детского лакомства. Нет, со слабостями нужно бороться. Лучше она поправит макияж, вместо того чтобы предаваться чревоугодию.
Все тело пело от солнца, хорошего настроения и занятий любовью с Вагнером. Она не могла дождаться, когда он сможет оценить ее последнюю покупку, сделанную по дороге домой, — кружевные трусики-стринг. Вагнеру должно понравиться.
То, что между ними произошло, было невероятно.
Физически они были созданы друг для друга.
Но вот духовно… Аннабелл замедлила шаг. Откуда эти сомнения? Старая Аннабелл дает о себе знать.
Нельзя позволять ей все испортить. Надоело быть практичной. Практичная Аннабелл никогда не оказалась бы в объятьях Вагнера, не ощутила бы его горячие руки и ищущие губы на своем теле.
Она любила Вагнера все эти годы. Он был единственным, кроме Кэти, человеком, который верил в нее. Когда преступления отца вылезли на свет, никто из многочисленных родственников не захотел поддержать ее и помочь справиться с позором и отчаянием.
Аннабелл закрыла глаза и подставила лицо теплым солнечным лучам, согревавшим ее израненную душу. Она не могла точно сказать, что заставило ее измениться, что разбудило в ней ту веселую, легкомысленную девушку, которой она когда-то была. Но сегодня она не будет задаваться такими вопросами. Сегодня она будет радоваться жизни и получать удовольствие от общения с мужчиной ее мечты. И никаких страхов или сомнений!
Но сначала надо найти Вагнера.
Она нашла босса в толпе, собравшейся у стойки администратора. От его вида дух захватывало.
Белл застыла при виде этих синих глаз, широких плеч, элегантного серого костюма, серой рубашки и.., серого галстука.
Завтра же она купит ему цветной галстук.
Белл сделала глубокий вдох. Надо произнести новую мантру. Стоп, она еще не придумала новую мантру. Просто живи и люби! Годится! Она просто будет жить и наслаждаться каждым моментом.
Увидев ее, Вагнер повернулся. Он не улыбался.
Напротив, казалось, он был напряжен. Его взгляд остановился на ее груди, Аннабелл понимающе улыбнулась. И тут же выпрямила спину, чтобы он лучше мог разглядеть ее пышные формы. Четыре года он вообще отказывался замечать, что она женщина, так пусть теперь помучается…
Соски напряглись под мягкой тканью блузки.
Больше у Вагнера не будет сомнений по поводу ее женственности и сексуальности.
— Столик освободится через десять минут, — сообщил он.
Так вот почему он так напряжен. Прежний влиятельный корпоративный рейдер Вагнер Экром мог мгновенно получить любой столик, но нынешнему Вагнеру такое неподвластно.
Но все равно Аннабелл предпочитала нового Вагнера старому.
Она взяла его под локоть. Мускулы напряглись под кончиками ее пальцев.
— Ничего страшного. Мы можем пойти посмотреть на канал.
Секунду Вагнер еще колебался, а потом напряжение ушло, его плечи расслабились.
По каналу плыли лодки. Одна ярко-желтая с туристами поравнялась с ними, и до Аннабелл донесся голос гида, рассказывавшего об окрестностях. Они молча шли вдоль реки, мимо проносились бегуны и проходили мамы с колясками. Теплый ветерок целовал лицо. Украшения в виде крошечных лампочек на ветвях деревьев напоминали о Рождестве и создавали ощущение праздника.
Аннабелл понизила голос:
— Знаешь, о чем я сейчас думаю?
Синие глаза потемнели и загорелись, как у голодного человека при виде роскошного стола.
— О чем же? — спросил он севшим голосом.
— О том моменте, — Аннабелл нарочно сделала паузу, — когда ты узнаешь, что надето на мне под юбкой…
Ваг улыбнулся:
— Аннабелл, какой чертик в тебя вселился?
— Это не чертик, это ты… Давай, накорми меня.
Десять минут прошло, и я умираю с голоду.
Вагнер притянул ее к себе в объятия, их глаза встретились. Он наклонил голову, и Аннабелл зажмурилась. Их поцелуй был полон страсти и огня.
Аннабелл застонала, и его руки сжали ее ягодицы, прижимая девушку крепче к себе.
Это был не просто поцелуй, это была любовная схватка. Аннабэлл не просто позволяла себя целовать — она страстно отвечала на поцелуй. Она давала столько же, сколько получала сама.
— Не пора ли нам ужинать, — напомнила Аннабелл, прерывая поцелуй. Кончиками пальцев она стерла следы ярко-красной помады с губ Вагнера.
— Пора, — согласился он, краснея под ее откровенно голодным взглядом.
После того как администратор проводила их к столику, им с Вагнером удалось завязать легкий, непринужденный разговор, который позволил ей немного отвлечься. А когда принесли еду, Аннабелл решила сосредоточиться на ней, а не на своих жарких фантазиях.
Она знала Вагнера как рационального бизнесмена, пытавшегося создать собственное прибыльное дело. Она знала его как вежливого, но отстраненного начальника в скучных серых и черных костюмах. И она знала Вагнера, сходящего с ума от страсти настолько, что он занимался любовью с ней на столе. И как он это делал! Любая забыла бы обо всех его серых костюмах и серых галстуках, увидев его таким хоть раз. Все-таки каждой девушке приятно видеть, как мужчина сгорает от желания к ней.
Внезапно ей вспомнилась статья о Вагнере Экроме, которую она читала несколько лет назад в газете. Несколько лет назад у него были деньги, репутация, имя и сотни женщин, желающих его заполучить.
Теперь ему приходилось стоять в очереди к столику, как и всем остальным простым смертным.
Но это его выбор. И Аннабелл восхищалась его смелостью и тем, что он пожертвовал деньгами ради идей. Это было очень важно для нее.
— Вагнер, я всегда хотела кое-что узнать.
Синие глаза вспыхнули:
— Разве ты не узнала это сегодня в офисе?
Аннабелл улыбнулась. Кто бы мог подумать, что у Вага есть чувство юмора!
— Теперь я знаю все твои секреты, кроме одного… Почему ты решил начать собственное дело?
Блеск в глазах пропал. Вагнер скрестил на груди руки, словно отстраняясь от нее.
Девушка потянулась за его рукой и сжала ее.
— Я правда хочу знать. Ты заработал миллионы, добился успеха. Большинство не стало бы жертвовать этим, но ты пожертвовал.
На лице его отразились все чувства сразу. Но Вагнер быстро взял себя в руки, и лицо снова превратилось в маску.
Нет, ничего он ей не скажет. Хватит беззаботной болтовни. Она все испортила своим вопросом.
Испортила вечер, которым он наслаждался. Она выронила его руку и растерянно схватила салфетку, не зная, что делать.
Губы Вагнера вытянулись в тонкую линию.
— Я был беспощаден, — процедил он таким тоном, что Аннабелл испугалась.
— Я припоминаю, как тебя в газете называли «гроза компаний» и «беспощадный враг».
Вагнер нахмурился:
— Я и не знал, что ты в курсе моего прошлого.
— Это было нетрудно, учитывая твою способность создавать новости в деловом мире.
Вагнер расхохотался.
— Газеты всегда преувеличивают. Я никого не обманывал и играл честно.
— Тебе нравилась эта жизнь? — затаив дыхание, спросила девушка. Она и не представляла, как важен будет для нее ответ на этот вопрос.
— Я зарабатывал миллионы.
Белл изогнула бровь.
— Я не об этом спрашивала.
— Какое-то время я наслаждался такой жизнью.
Это было как игра, захватывающая и рискованная.
Но она приносила только кратковременное удовлетворение. А деньги я зарабатывал не для себя.
— Так как же ты все-таки начал собственное дело? Ты сделал это ради отца и его веры в создание альтернативных источников энергии?
— Старая история. Я рос в бедности… Остальное ты можешь додумать сама.
— Ты хотел что-то доказать миру, — сделала вывод Аннабелл.
Он не из тех людей, кто склонен винить во всем обстоятельства. Вагнер сам выбирал дорогу в жизни и сам шел по ней, руководствуясь собственными правилами.
— Ты сказал, что результаты не приносили удовлетворения…
— Я был просто еще одной белкой в колесе. Был готов принести несчастье другим, лишь бы заработать денег, и мои хозяева были мной довольны.
— А ты на это не способен?
— Может, как раз наоборот.
Аннабелл открыла рот, чтобы возразить, но Вагнер опередил ее:
— Не стоит заблуждаться на мой счет, Аннабелл.
Предстоящая сделка снова вознесет меня на вершину. Только на этот раз на моих условиях.
Вагнер Экром был самым загадочным мужчиной из всех, кого ей доводилось встречать. И самым противоречивым. Да, то, что он говорил, было жестоко, но Белл знала, что вознестись на вершину — не единственное, к чему он стремится.
— Какой сюрприз!
Этот отвратительный ехидный голос мог принадлежать только одному человеку. Обернувшись, Аннабелл убедилась, что слух не обманул ее.
— Неприятный сюрприз, надо сказать, — произнес Вагнер с отвращением. — Если бы я знал, что ты здесь будешь… — он сделал многозначительную паузу Кенни Роадс. Этот человек был омерзителен.
Из богатой семьи, избалованный и смазливый, он получал все, что хотел. Деньги семьи решали все проблемы. Кенни вырос, не зная, что такое совесть. Последний раз она видела его на суде. На том самом суде, который осудил ее отца на восемь с половиной лет тюрьмы и отпустил Роадса.
Артур Скотт был в своем роде артистом среди мошенников. Он великолепно умел строить финансовые пирамиды. Но только в союзе с Кенни Роадсом он стал еще и жестоким.
Аннабелл потянулась за стаканом и сделала глоток воды. Она была в шоке, когда отца приговорили к тюремному заключению. Но еще большим шоком для нее стало освобождение партнера отца по махинациям, Кении Роадса.
— Все еще занят обворовыванием вдов и сирот, Кенни? Или ты теперь мучаешь беззащитных животных? — спросила она спокойно. Вообще-то Белл не видела, чтобы Роадс мучил животных, но с его натурой это вполне возможно.
Внезапно Белл почувствовала в себе прилив новых сил. Встреть она Кенни несколько лет назад, даже несколько недель назад, она бы смертельно испугалась. Но не сейчас.
И не рядом с Вагнером. Ярость босса при виде Роадса только подпитывала ее собственные силы.
Улыбка их оппонента стала еще шире:
— Ты перепутала меня с твоим отцом и его дружками.
Низкий поступок низкого человека.
— Не забывай, что я знаю правду.
Кении повернулся к Вагнеру.
— Вы так дружелюбны сегодня вечером. Кстати, я только что болтал с миссис Таггерт из конгресса…
Аннабелл застыла. Как звали ту женщину из конгресса, которая продвигала билль, так нужный Вагнеру?
Круг влиятельных фигур в нефтегазовой сфере был довольно узок, и появления Кенни Роадса можно было ожидать. Непонятно только, как его до сих пор не вывели на чистую воду, ведь Кенни был мерзавцем и жуликом по натуре. Даже ее отца ему удалось провести.
Аннабелл попыталась проанализировать ситуацию. Вагнер принадлежал к типу людей, презираемых Кенни Роадсом. Роадс не только презирал тех, кто самостоятельно добился успеха, не прибегая к связям и мошенничеству, он еще и боялся их.
Но сейчас Кенни не боялся смотреть им в глаза.
Поскольку Вагнера ему не удалось вывести из себя, Кенни снова повернулся к Аннабелл:
— Как…
— Заткнись, — произнес Вагнер, вставая. Медленно, но решительно.
Кенни сделал шаг назад.
— Что?
— Не смей с ней разговаривать!
— Ты мне угрожаешь? — сглотнул Кенни.
Он привык сам угрожать людям, а не получать угрозы. В душе он, как и все негодяи, был трусом.
Вагнер, видимо, почувствовал его страх.
— Кем ты себя считаешь? Ты такой же, как ее отец. Ничем не лучше.
Синие глаза Вагнера пронзили Кенни.
— Мне нечего терять. И я тебя предупреждаю.
Если ты когда-нибудь еще заговоришь с мисс Скотт, ты пожалеешь. Не смей попадаться нам на глаза.
Кенни сначала побелел, потом покраснел и надулся. Он буквально сбежал от их столика.
— Почему ты не сказал мне, что Кенни Роадс замешан в наших проблемах? — спросила Аннабелл, не зная, радоваться ей его уходу или бояться последствий. Но она все равно была благодарна Вагнеру за то, что он не позволил Кенни ее оскорблять.
Вагнер схватил стакан и залпом осушил его.
— Я не знал до сегодняшнего дня.
— Но почему ты ничего не сказал? Ты знал, что он был партнером моего отца?
Вагнер не мог отрицать. Он не умел лгать.
— Да, я знал все о нем и твоей семье.
Аннабелл сглотнула. Она всегда подозревала, что Вагнер в курсе преступлений ее отца. Наверно, все в Оклахома-Сити были в курсе.
Но он никогда не говорил о нем, никогда не осуждал.
— Насчет отца… Мне потребовалось время, чтобы понять это, но.., он не был отчаявшимся мечтателем, он был подлецом, способным на кражу и заслужившим тюремное наказание… — она замолчала. К горлу подступил комок. Аннабелл не могла без слез вспоминать это. Только Кэти она это рассказывала. — Он заслужил тюрьму, — повторила она в отчаянии.
Ваг не сказал ни слова. Но на лице его не было удивления. Как не было и отвращения. Его отношение к ней не зависело от поступков ее отца.
Несмотря на то что ему нужна была информация по Кении Роадсу, он не попросил Аннабелл помочь ему найти ее. Потому что он знал, какую боль Кении Роадс принес ей и ее семье.
Вагнер хотел защитить ее. Как защитил от оскорблений Кении пару минут назад.
Ей стало жарко от таких мыслей. Господи, она не хотела становиться сентиментальной. Она хотела быть веселой и беззаботной Аннабелл, но старая Аннабелл никак не хотела исчезать из ее жизни. Чего хотел Вагнер? Хотел ли он развлечений или чего-то большего?
Их взгляды встретились. Аннабелл вглядывалась в глаза напротив в поиске ответа на вопросы.
Может ли она надеяться на то, что Вагнер все-таки влюбится в нее по прошествии стольких лет, или эти надежды тщетны?
Синие глаза затуманились.
Рука сжала бокал. Другая начала теребить галстук, который она велела ему надеть.
Ей захотелось прикоснуться к нему.
— Сила и власть много значат для меня.
Четко и ясно. Он предупреждает ее, чтобы она не надеялась на нечто большее, кроме секса. Единственное, что его интересует, — это власть и деньги.
И горячий секс. Если он не мешает первым двум интересам. Но она это изменит. Она поставит секс на первое место в списке их общих интересов.
Аннабелл больше не нравился ресторан. Кении Роадс все испортил. Ей не хотелось сейчас вспоминать преступления своего отца. Ей вообще не хотелось думать… Только чувствовать.
Она заерзала на сиденье, не в силах сидеть спокойно. Скинув с ноги туфельку, она сунула пальчики ног ему под брюки и погладила лодыжку. Вагнер резко выпрямился в кресле. Восхитительно.
— Сила и власть. Это так возбуждает. — Она понизила голос:
— Я хочу тебя. Прямо сейчас.
Сунув ногу в туфельку, она встала.
— Куда ты? — спросил Вагнер.
— Платить по счету. Встретимся в офисе. Если тебе повезет, ты узнаешь, что надето у меня под юбкой.
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Бросив на стол несколько банкнот, Вагнер схватил ее за руку:
— Я провожу тебя до машины.
Это было не предложение, а скорее приказ. Как сексуально он отдавал команды…
Рука Вагнера скользнула ей на талию, прижимая ближе к себе. Аннабелл воспользовалась возможностью и просунула руку под ткань его пиджака, лаская спину через рубашку. Какие у него крепкие мышцы. Кончики пальцев буквально вибрировали от нетерпения. Они шли медленно, любуясь каналом. Заходящее солнце окрасило пейзаж в красные, оранжевые и золотистые тона и сделало канал нереально красивым. Мягкое журчание воды сливалось с нежными звуками саксофона, доносившимися из блюзового кафе.
— Какой уровень? — спросил Вагнер, кивнув в сторону парковки.
— Второй, — выдохнула девушка. Она почти взбежала по ступенькам — так ей не терпелось оказаться с ним наедине.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13