А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

В
этом планетарном циклотроне не было искусственной фокусирующей системы, но
в нем тоже рождались высокоэнергетические частицы. В этом не было
сомнения. Отражающие панели, о которые ударялись частицы, уже начали
светиться.
И теперь глаза масок двух Богинь извергали зеленое пламя. Два луча из
каждой маски скрещивались как два лезвия. Взгляд Медузы Горгоны был ничто
по сравнению с этими смертоносными взглядами. Хотя эти лучи имели
бледно-зеленый цвет, они были такими яркими, что глаз человека не мог
смотреть на них.
Но еще более ужасно было видеть эти бесстрастные улыбки на масках.
Они были в вопиющем контрасте с убийственной яростью глаз, которые
смотрели сквозь отверстия масок. В Источнике Миров бурлили волны энергии,
в которые падали все новые и новые жертвы.
И с каждым падением Сойер оказывался все ближе и ближе к Источнику.
Но он забыл об опасности, которая грозила ему. Он забыл о том, что
вращается по непрерывно сужающейся орбите вокруг шара, который постепенно
засасывает его.
Все, что он мог видеть сейчас, или о чем мог думать, это была дуэль
двух Богинь, которые сражались возле Источника, в котором вместо воды
бурлило бешеное пламя, над которым скрещивались бледные зеленые лучи,
более смертоносные, чем любой меч, выкованный человеком.
Соперницы были достойны друг друга. Они наносили удары друг другу и
отражали удары, защищая свои уязвимые тела. Да, уязвимые, ибо тела Изверов
были уязвимы только для этого оружия. Сойер теперь понимал это.
Он видел, как Нете внезапно сорвала с себя маску, высоко подняла ее и
направила зеленые лучи глаз маски в левое плечо Богини.
Рана была ужасна. Богиня покачнулась. Она на мгновение опустила маску
и смертоносные лучи из ее глаз ударили в пустоту. Черная мантия не
выдержала удара зеленой молнии и из-под нее потекли струйки золотистой
крови...
Золотистая кровь, подумал Сойер. Золотистая кровь! При виде ее
ангелы, наблюдающие за поединком, ахнули. Нете издала дикий, звенящий
торжеством крик.
Но вот Сойер снова ощутил сотрясение, от которого у него закружилась
голова. Его рывком перебросило на другую орбиту, и теперь он был совсем
близко к ядру. Но он не обратил на это внимания. Он был раздосадован тем,
что в результате сотрясения на мгновение потерял из виду сражение.
Нете не рассчитала. Она слишком понадеялась на смертельный удар и
теперь ее маска была поднята слишком высоко, чтобы парировать ответный
удар. Золотая кровь все еще текла по руке Богини, беспомощно висящей, но
другой рукой она схватила маску и очертила ею спираль. Скорость и
направление движения руки совпадали со скоростью и направлением бешено
вращающейся энергии в Источнике. Возможно, этим она хотела воспользоваться
энергией самого Источника.
Ее маска снова смотрела на Нете. Лицо в лицо. Эти взгляды Горгоны
извергали смертоносную энергию в соперниц. Пламя колыхнулось между Богиней
и Нете. Раздался жуткий крик Нете. Когда языки пламени стали послабее,
вздох вырвался у всех зрителей. Один глаз маски Нете стал слепым. Луч
Богини сжег его.
И теперь, когда ее силы уменьшились наполовину, Нете с удвоенной
яростью стала нападать на покалеченную Богиню. Ее единственный луч
метался, сплетая огненную сеть вокруг шатающейся фигуры в черной мантии,
которая изо всех сил старалась парировать удары. Богиня, движения
единственной руки которой были быстры, как молния, сплетала защитную сеть
вокруг себя. А Источник иссякал все быстрее и быстрее... Электроны с
внутренней орбиты сыпались в него как снег. Источник вспыхивал и снова
угасал, снова вспыхивал, когда очередная жертва давала ему новую порцию
энергии, энергии, в которой нуждались обе сражающиеся Богини.
Снова сотрясение! Сойер снова перескочил на другую орбиту. Он уже на
внутренней орбите и следующее падение будет уже прямо в огонь!
Огонь! Сойер посмотрел вниз. Он посмотрел прямо в Источник. Свет был
яркий, очень яркий...
Источник жег глаза и мозг смотрящего в него.
Но он вовсе не был ярким.
Боль в глазах внезапно исчезла и Сойер увидел все с неожиданной
ясностью. Источник оказался чем-то плоским и сверкающим, как зеркало. Он
был окаймлен широким кольцом. В зеркальной плоскости отражалось золотое
облачное небо. Что-то кружилось, бурлило, вращалось... Расплавленный свет,
выбивающийся из центра мироздания? Может, с полюса Земли? Может, это
фонтан света? Сойер не мог подобрать слов для этого. Но мозг и глаза не
могли оторваться от завораживающего бурления в Источнике. Это движение
проникало в мозг, расплавляло его, влекло Сойера к себе...
Он стал падать, падать...
И он хотел падать. Он хотел видеть все, что происходит внизу, в
Источнике. Видеть все ближе и ближе... Странно, подумал он, как во сне, я
так близко и все же не могу сфокусировать зрение на этих пузырьках. Что
это? Пузырящийся жидкий металл? Холодный и блестящий, как ртуть? Нет, это
не жидкий металл, так как Сойер видел очертания отдельных пятен, которые
кружились сами по себе. Они, казалось, совершали какой-то танец, который
вплетался в ткань видений Сойера, увлекая его вниз, на эту сверкающую
плоскость, где все увлечено завораживающим движением...
- Альпер! - внезапно крикнул он и звук его голоса, отразившись от
стен шестигранной ячейки, едва не оглушил его.
И Альпер откликнулся. Как гулкий колокол, кровь загудела в его жилах.
Шипенье своего дыхания теперь казалось ему свистом громадных турбин.
С трудом оторвал себя Сойер от жуткого очарования Источника. Теперь
он знал, что такое Источник. Ни один человеческий глаз не видел подобного
зрелища, ни один самый изощренный ум не мог вообразить себе такого.
Это был сложный танец ядра в атоме. Один за другим, притягиваемые
протонами, в ядро ныряли электроны. Его очередь близка.
Но вот его вращение приостановилось. Сойер не хотел быть жертвой. Он
собрался с силами, чтобы сопротивляться падению в устрашающую красоту
Источника. Удары грома раскалывали череп Сойера и он закрыл глаза,
стараясь собрать все свое отвращение к смерти, чтобы это помогло ему
выстоять против колдовских чар Источника.
Больше он не падал.
Источник снова казался ему зеркалом, на поверхности которого не
отражалось ничего. Он казался огромным ртом, открытым в ожидании жертвы.
Но жертва не падала, и поверхность зеркала подернуло дымкой, как будто на
нее дохнуло холодом.
Внизу зеленые молнии двух соперниц скрещивались друг с другом. Удары
наносились с такой скоростью, что глаза Сойера не могли уследить за ними.
Но вот они начали замедляться, молнии стали заметно бледнее. Шипение
разрядов молний стало мягче и слабее.
Богиня сделала шаг назад и посмотрела наверх. Нете, тяжело дыша,
опустила одноглазую маску и тоже подняла голову. И тут она узнала Сойера и
рассмеялась звенящим безжалостным хохотом.
Это был момент, когда Сойеру нужно было достать Огненную Птицу из
кармана. Что произойдет после этого, Сойер не знал, но выбора у него не
было. В любой момент он мог рухнуть в сверкающую поверхность Источника. А
потом ему никогда не придется принимать решения.
Рука его нащупала Огненную Птицу, и тут он обнаружил, что не может
двинуться.
Какая-то сила, которой он не мог сопротивляться, сковала его, сделала
беспомощным. Он возобновил свое вращение по орбите вокруг Источника. Мозг
его был ясен, но он не мог двинуть ни одним мускулом, не мог даже
шевельнуть пальцем.
- Альпер, - позвал он в отчаянии, - прибавь немного. Только не
перестарайся!
Глухие раскаты грома в мозгу становились все громче и громче. Как
будто на Сойера надвигался тяжелый груженый железнодорожный состав. Вот
грохот стал уже непереносим...
- Хватит! - крикнул Сойер. - Оставь так!
Где-то внизу под ним, совсем рядом, раздался другой грохот - резкий
взрыв. Все ангелы, не отрывая глаз следившие за дуэлью, одновременно
повернули головы в направлении взрыва, который раздался в стенах Замка.
Да, в самом Замке.
И вот второй взрыв, а вслед за ним - грохот рушащихся стен, звон
стекла. Эти звуки раздавались совсем рядом. Все Изверы вскочили на ноги,
встревоженно переглядываясь друг с другом. Что могло прервать священную
Церемонию? И в последний раз Сойер увидел сонм богов, стоящих в пустоте.
Но вот в золотом небе возникла трещина, посыпались стекла. Целая
лавина обрушилась на пол. Стены вселенной трещали, рушились и через
трещины в них в огромный стеклянный холл хлынула толпа дикарей. Они
неслись по стеклянному полу к ожидающим ангелам.
Некоторое время Изверы были в остолбенении. Невероятность
происходящего потрясла их. Тысячелетиями они были уверены в покорности
всего мира, а теперь не могли поверить в то, что стены их Замка могли быть
разрушены. Но их святая святых подверглась нападению, и змееподобные
дикари ворвались в зал, потрясая длинными сверкающими ножами и издавая
жуткий утробный вой.
Это был настоящий кошмар для Изверов. И они стояли неподвижно,
парализованные случившимся.
Но вот Богиня выкрикнула приказ и Изверы ожили. Жуткое отвращение
отразилось на лицах богов, когда они в шелесте ледяных мантий двинулись
вперед на орду Селли. Отвращение к себе подобным, подумал Сойер, вспомнив
золотистую кровь, стекавшую из раны Богини и каплю золотистой жидкости,
повисшую на кончике ножа, которым он ударил в грудь дикаря.
Неуязвимая раса вступила в бой с другой неуязвимой расой. Сойер видел
маски на затылках Изверов, которые безразлично смотрели на Сойера, на
Источник, на двух соперниц. Они смотрели так, как будто все это было уже в
прошлом и теперь не представляло для них никакого интереса. Но вот Богиня
вскрикнула еще раз, и из рядов Изверов послышались крики торжества. Все
руки взметнулись вверх, как бы выражая неописуемую радость.
Теперь над их головами покачивались маски, те самые, что столь
безразлично смотрели в прошлое. Однако они уже не были безразличными. Они
смотрели в будущее. Маски все еще улыбались бледными змеевидными губами,
но улыбки их были жуткими, а из глаз излучались двойные зеленые лучи -
огненные мечи.
Сойер увидел, как мечи ударили переднего Селли, уже протянувшего свои
извивающиеся руки, чтобы схватить первого Извера. Двойной луч пронзил
толстую закрытую чешуей грудь у самого основания шеи. Сойер видел, как луч
прошел сквозь его тело, словно луч света сквозь тьму.
Огромное змееподобное существо покачнулось. Мгновение сверкающие
глаза излучали тот же зеленый свирепый свет, что и глаза маски. Затем
дикарь издал дикий вой и рухнул вперед. Золотистая кровь хлестала из его
раны. Селли упал прямо на Извера.
Тот тщетно пытался оттолкнуть от себя дикаря. Селли не был еще мертв.
Он обхватил своими извивающимися руками Извера и тянулся к маске, глаза
которой сейчас смотрели в потолок. Два смертельных врага схватились в
жестокой схватке, оба танцевали танец смерти на стеклянном полу. Кровь
Селли уже образовала лужу возле их ног, и эта лужа все увеличивалась.
Сойер внезапно увидел, что лужа достигла края стеклянной поверхности и
теперь падает золотистым туманом в пустоту...
Прозрачный помост, на котором стояли троны, был кругом, плавающим в
пустоте и поддерживаемым стеклянными колоннами.
Селли и Извер, обхватив друг друга, упали вниз. Вместе с ними упала и
маска, пронизывая пустоту зелеными лучами своих глаз.
Это падение пробудило Сойера. Он вспомнил об опасности, которая
грозила ему самому. Он начал яростно бороться с поразившим его параличом.
Он прекрасно понимал, что все эти маски Изверов тратят много энергии и
Источник вскоре потребует новых жертв, чтобы пополнить свои угасающие
силы.
Сойер полностью сосредоточился на громовых ударах в своем мозгу и изо
всех сил постарался шевельнуть рукой... И это ему удалось. Рука его еле
заметно шевельнулась.
Его снова сильно тряхнуло. Он открыл глаза и перед ним открылось поле
битвы между двумя расами, столь похожими и непохожими друг на друга. Они
были как бы одной расой, представители которой были пропущены через разные
искажающие фильтры.
Но размышлять над этой проблемой Сойеру было некогда. Пламя в
Источнике начало угасать, наступило истощение энергии. Вокруг Сойера
летали шестигранные ячейки с жертвами. Они дождем сыпались в Источник. И с
каждым падением из него выплескивался язык пламени. Сойер, стиснув зубы,
прохрипел:
- Альпер, еще! - и приготовился мужественно встретить спасительные
мучительные удары грома.
Он понял, что этот акт самоуничтожения жертв был добровольным. Ядро
притягивало к себе электроны, но и сами электроны притягивались к ядру. И
если сопротивляться этому призывному тяготению, то можно спастись...
Вероятно, начальный гипноз был неотъемлемой частью всех Церемоний. И пока
Сойер может сопротивляться, пока его разум ясен, его ячейка будет висеть
над поверхностью Источника... Но колдовской танец теней в Источнике был
настолько завораживающим, что долго противиться ему было невозможно...
Сойер изо всех сил стал подталкивать руку к карману, где находилась
Огненная Птица. Удастся ли ему это? Сойер не мог сказать с полной
уверенностью. Он взглянул вниз, на поле битвы. Змееподобные Селли гнулись
как колосья под ударами зеленых лучей Изверов. На стеклянном полу стояли
лужи золотистой крови. С края платформы по двое, по трое падали вниз Селли
и Изверы. Они летели, крича, обхватив друг друга мощными руками.
И Сойер внезапно понял, почему это место называется Холл Миров.
Кольцо тронов, окружавших Источник, символизировало разделение мира на
Хомад и Нижний мир.
Сойер все еще боролся. И вот пальцы его руки нащупали карман. Он не
был уверен, что Огненная Птица спасет его. Но терять ему было нечего. Если
он не будет делать ничего, то погибнет в Источнике, притяжение которого
все усиливалось. Он не должен был смотреть в Источник, не должен был
думать о нем. Однако Сойер всем своим существом, всеми костями, нервами,
мозгом чувствовал, что его тянет туда, в колдовской танец. Как будто все
атомы его тела рвались туда, вниз.
Вокруг него сыпались в Источник жертвы, пополняющие угасающую
энергию. Но вот Сойер увидел внизу Нете, которая не обращала внимания на
битву. Она резким движением маски нанесла удар по Богине, которая, забыв о
поединке, следила за битвой Изверов с Селли.
Нете нанесла удар по нераненной руке Богини, которой она могла
держать свое оружие. Другая рука беспомощно висела, кровь стекала по
кончикам пальцев и падала на стеклянный пол. Одноглазая маска Нете нанесла
удар. Богиня повернулась, чтобы отразить его, но медленно, очень
медленно...
Ячейку Сойера снова встряхнуло, и он повис над пузырящейся
поверхностью Источника. Раскаты грома в его мозгу были очень сильными.
Сойер едва мог выносить их. Еще немного и он может полностью потерять
сознание. Сойер уже не просил Альпера усилить действие передатчика. Он
чувствовал, как все атомы его тела откликаются на предательский зов
Источника, нервы его принимали то, что отвергал мозг, плоть стремилась к
Источнику, хотя воля и разум препятствовали этому. И жизнь и смерть
одновременно присутствовали в его сознании, в его существе...
Пока он жив, он должен действовать. Он заставил руку подчиниться
своей воле. Закрыл глаза и, с трудом преодолевая раскаты грома в мозгу,
коснулся пальцами Огненной Птицы.
Под его рукой затрепетали, открываясь, сверкающие золотые крылья...

14
И сверкающим золотым потоком в него хлынула энергия. Огненная Птица,
казалось, рвалась из его рук, стремилась к Источнику, который был совсем
близко, и где было ее место. Если бы Птица вернулась в Источник,
единственный путь на Землю был бы закрыт навсегда. Но если он не будет
пускать Птицу туда, то долго ли он сможет сопротивляться колдовскому
притяжению Источника?
Выбирать ему не приходилось. Как только в его руках расправила крылья
Огненная Птица, Нете забыла о том, что она хотела нанести последний
смертельный удар по своей сопернице. Ведь сейчас Богиня была полностью
раскрыта, беспомощна перед ней. Но вот Нете встрепенулась и луч из
единственного глаза ее маски ударил по лицу Богини, которое было защищено
маской.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16