А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

И считается только количество изменений, которые удается им произвести.
Касдей, который стоял в стороне, приблизился.
– Разве ты не понимаешь, инспектор, что уничтожение планеты означает столько же, сколько и потеря гвоздя от подковы, когда в игру включена возможность победить или проиграть в гигантской битве? Должен заметить, что всегда, когда было применено Оружие Хаоса, самые большие катастрофы создавали лишь эффект дуновения. Можно целенаправленно вносить небольшие изменения в ваш пока еще довольно хаотический мир, ожидая, что через какое-то время обязательно возникнет скачкообразное изменение, с образованием нового качества…
– Инспектор! – крикнул Гадрели, наблюдающий за изображением на экране. – Мне кажется, что мы сейчас увидим кое-что интересное!
Все столпились вокруг экрана и Гадрели указал на кольцо тонкой нити, которое возникло неизвестно откуда и, словно невесомое, начало быстро перемещаться в сторону стержня. Найдя его, оно свернулось в спираль, становясь с каждым мгновением все толще, и вот уже это был моток нитей, постепенно растягивающийся в противоположные стороны. Через какое-то время, перед взорами людей предстал уже вибрирующий шнур энергии, лихорадочно поглощаемый раструбом стержня.
– Похоже на то, что готовится какая-то очередная пакость Ра! – Асбель явно был под впечатлением от увиденного. – Никогда не видел, чтобы этот процесс протекал столь стремительно! Интересно, что они готовят на сей раз? Если освободить всю эту энергию сразу, то толчок отшвырнет нас на другой конец действительности!
– Ну что, инспектор, расхотелось лезть в пасть к дьяволу? – спросил Касдей. – Внимательно посмотри на все это. Только здесь, на границе, можно убедиться в своем бессилии.
Вилдхейт не слушал его. Коул стал, на удивление, страшно напряжен. Субинспектор повернулся, чтобы посмотреть на Ветку. Его напугал вид ее напряженного лица. Страх сковал все ее тело. Ее руки спазматически дергались, она пыталась что-то сказать, но голосовые связки были так парализованы страхом, что она не могла даже закричать.
Вилдхейт, лихорадочно пытаясь сориентироваться в ситуации, опять повернулся к экрану. И сразу же причина страха Ветки стала для него совершенно ясной. Оружие Хаоса было направлено прямо на них.

12

Касдей тоже увидел это. Он ринулся к пульту управления, намереваясь увести корабль с линии прицела Оружия и упредить выстрел. Ветка, придя в себя после шока, крикнула в знак протеста и оттеснила Касдея от пульта. Он оттолкнул ее и схватился за рычаги, но девушка опять помешала ему, схватив за руки.
– Не отводи корабль!
– Отойди, дурная баба! – Касдей с силой оттолкнул ее.
После секундной борьбы Ветка еще больше усилила свой натиск и резким внезапным ударом ребра ладони свалила его к своим ногам.
Гадрели, как загипнотизированный, наблюдал за Оружием Хаоса. Шум борьбы заставил его обернуться. Он быстро вскочил и подбежал к поверженному командиру.
– Что ты наделала? Хочешь угробить всех нас? – закричал он и угрожающе начал подниматься.
Ветка стояла неподвижно.
Гадрели махнул рукой и протянул руки к тумблерам пульта управления.
– Нет! Не трогай их!
Гадрели развернулся в сторону Асбеля, собираясь, очевидно, позвать на помощь. На экране грозно блестело нацеленное на незваных пришельцев Оружие Хаоса, с ошеломляющей быстротой поглощающее гигантское количество энергии. И нельзя было предугадать, когда произойдет выстрел.
Это мгновенное ослабление внимания Гадрели, дало Ветке шанс, который ей сейчас требовался. Она мгновенно нанесла удар в плечо Гадрели, вынуждая его оторвать руки от пульта управления. Он потерял равновесие, и следующий удар, такой же быстрый, что глаз не уловил даже движения руки нападающего, послал мужчину на пол. Вид его неестественно вывернутой головы свидетельствовал, что он, к сожалению, мертв. И в это же мгновение под потолком тихо лопнула ампула с газом. Ветка повалилась на пол. Остальные тоже потеряли сознание.
Пенемо был первым, кто пришел в себя, его руки сразу же потянулись к пульту. Ошеломленная Ветка села на пол и без видимой пользы попыталась остановить его. Сквозь нарастающий грохот двигателей, запущенных Пенемо, Вилдхейт услышал его слова. Они поразили его как удар грома, и он даже засомневался, правильно ли делал, защищая Касдея.
– Вы глупцы! – бормотала девушка. – Разве вы не видите, что именно здесь они не могут причинить нам никакого вреда. Ведь это же так ясно. Вы сами же говорили, что…
Но сделать уже было ничего нельзя. Именно в этот момент корабль покинул сферу, где логика Хаоса не действовала. Когда они выскочили из этого необычного пространства между вселенными, Вилдхейт последний раз взглянул на экран, который демонстрировал изображение выстреленной в их сторону яркой полосы энергии. Где-то на границе скорости света мощная волна чистой энергии угодила в корабль, подхватила его и, закружив, понесла, неизвестно куда. Удар был настолько силен, что даже Коул заверещал от страха.
То, что наступило потом, нельзя описать. К проникающей вибрации, вызванной перепрыгиванием через границы скорости света, добавилась новая, пластичного вида вибрация. Вилдхейт, допускал, что это был вид какого-то резонанса, возникающего на стыке вселенных, по которому и скользил сейчас корабль. Ее сила грозила всем смертью.
Возникающие в конструкции корабля напряжения стали раздирать его корпус на части. Переборки лопались как скорлупа яйца, а металлические обломки обшивки разлетались во все стороны, как снаряды. В рубке все пульты и экраны двигались словно живые, все искривлялось и визуально деформировалось. Появились искры и дым, загорелась изоляция.
Вилдхейт почувствовал, как к его руке прикоснулась женская ладонь.
– Помоги мне, инспектор. Там… – Ветка показала на пульт управления.
Он не знал, что она хочет сделать, но старался облегчит ей путь по разрушенной рубке управления, отодвигая в стороны разрушенную аппаратуру.
Ветка закрыла глаза, концентрируя силы, и наощупь стала искать органы управления двигателями. Это продолжалось до тех пор, пока она не проникла в Хаос настолько, чтобы точно знать, какие последствия вызовут ее действия.
Ее ладони были в крови от ран, нанесенных вибрирующим покореженным пластиком пульта.
Наконец она нашла то, что искала. Отыскивая более спокойные угрозы Хаоса, она медленно вводила корабль в более спокойные течения, чтобы в конце концов привести его в состояние полной неподвижности где-то в тихом защищенном от бурь и ветров энтропии закутке пространства. В момент, когда операция закончилась, Касдей пришел в себя и, поднявшись, с трудом добрел до пульта. Он послушно принял от нее управление, точно выполняя инструкции и, постепенно, по мере уменьшения толчков, выровнял корабль.
– Инспектор, – Касдей нахмурился, – я виновен в случившемся. Если бы я сразу послушал ее, мы избежали бы всей этой катавасии. И без нее вообще не могли бы выбраться из нее. Я не знаю, как она это сделала, но наши жизни спасены благодаря ей. – Резким движением он схватил руку Ветки и поцеловал окровавленные пальцы.
– Я тоже ошибся, – согласился Вилдхейт. – Однако, она сама спровоцировала нас. Надо было все объяснить, хотя, я думаю, в той ситуации это не помогло бы. Ты уверена, что мы были в безопасности?
– Конечно! Оружие Хаоса без катастрофической потенции, которой можно манипулировать, не является оружием в нашем понимании. Оно может быть применено только, когда мы сами окажемся в ситуации потенциальной угрозы.
– Но несмотря на это, что же тебя так испугало?
– Я увидела внезапный взрыв Хаоса в момент, когда Касдей ударился в панику. Но я увидела кое-что еще.
– Что же?
– Окончательную катастрофу! Это нельзя описать словами.
Пенемо присмотрелся к лежащему телу Гадрели.
– Он мертв! – в голосе его звучало удивление. – Я всегда считал, что его нельзя было побороть, а тем более убить. Интересно, как выглядит учитель этой девушки, который обучал ее на Майо методам ведения рукопашного боя. Да, эта девушка действительно опасна.
– Я же предупреждал вас, – буркнул Вилдхейт. – Однако, я подозреваю, что это только начало будущих событий. Если бы я был одним из Ра, то поступил бы с нами более жестоко.
Касдей при помощи оставшихся целых приборов пытался проверить состояние корабля. Его выводы были удручающими.
– Корпус в более или менее хорошем состоянии, воздуха хватает, но это все. Почти вся аппаратура не работает, и хотя двигатели не повреждены, я не решусь еще раз активировать их без контрольной аппаратуры. Вся конструкция может развалиться при малейшем ускорении. Короче говоря, мы находимся в остове от бывшего корабля, который принял свой последний бой. Мы можем рассчитывать только на ближайшую смерть.
– Это немного, – согласился Вилдхейт. – Кстати, в какой вселенной мы сейчас находимся?
– В новой, судя по расположению звезд. Но невозможно определить, в какой Галактике. Принимая во внимание угол, под которым мы пересекли границу, можно находиться в любой точке пространства.
– Каким же образом мы сможем вернуться к Оружию Хаоса?
– Это невозможно! На корабле можно лишь дотащиться в лучшем случае до обитаемой планеты и провести там остаток жизни, пробуя организовать оборону на случай, если Ра когда-нибудь обнаружат ее. Существует еще одна возможность – вообще не попасть на обитаемую планету и погибнуть где-нибудь в пространстве от рук Ра или своих собственных.
– Значит, сражение проиграно. И в первом и во втором случае. Как ты считаешь, Ветка?
– Я не вижу возможностей каких-нибудь осмысленных действий. Рисунок не указывает на след места в пространстве, где можно было бы укрыться. Потому я предлагаю подождать Ра. Только они будут нас искать и только они смогут найти нас.
– Ждать Ра? – воскликнул Касдей. – Ничто не утешило бы их, как мы, на борту разбитого корабля. Они с радостью избавились бы от нас.
– Не сейчас, – покачала головой Ветка. – Катализаторы Сарайя уничтожили уже много их кораблей. И мы наверняка заинтересовали их. Они пленят нас, но не убьют.
– Это еще хуже. Знаешь, как Ра относятся к своим пленным? Большой гнев силен как никогда. Мы не за тем скрывались семь тысяч лет, чтобы оказаться в их лапах.
– У нас нет выбора!
– Разве? Мы можем запустить двигатели в закритический режим, и корабль погибнет в огне, захватив с собой много жизней Ра.
– Ну, беря в расчет их численность, это был бы благородный, но совершенно никчемный жест, – проговорил Вилдхейт. – Во всяком случае, если бы можно было так легко убрать нас из реакций Хаоса, они вообще не занимались бы играми с нами. Ветка права. Будем ждать Ра.
– Тебе легко так рассуждать, инспектор. Ты не был гоним тысячелетиями. Мы намерены бежать как можно быстрее, а если они нас настигнут, то должны сражаться до конца. Если ты не присоединяешься к нам, то можешь возвращаться на свою спасательную шлюпку и ждать, пока Ра не найдут вас!
– В этом и заключается предлагаемая помощь?
– Будем реалистами. Помощь мертвых ни к чему!
– У меня есть задание. Я должен уничтожить Оружие Хаоса. Твой корабль не может доставить меня туда, преодолеть стык вселенных может только корабль Ра. Поэтому я должен буду ждать их, а потом увидим, что делать дальше.
– Только вы двое, инспектор! Это мое последнее слово!
– Нет! Мы все! – рука Вилдхейта легко легла на пояс с оружием.
Касдей напрягся, словно готовясь прыгнуть на инспектора, однако тут же расслабился и ткнул пальцем в экран внешнего обзора.
– Дискуссия велась зря, – произнес он. – Они уже тут.
На экране, который еще функционировал, четким строем летела дюжина огромных военных кораблей противника, а еще один был так близко, что легко можно было рассмотреть все подробности его конструкции.
Касдей бросился к боевому пульту, но неподвижные стрелки приборов, и погасшие лампочки ясно говорили сами за себя. Не было энергии!
Корабли Ра уже окружали их плотным кольцом. Они не торопились, видимо зная, что корабль беспомощен. Затем, вокруг корабля возник бледно-голубой купол, который окружил их старый звездолет, защитным полем.
– Что это? – поинтересовался Вилдхейт.
– Защитный энергетический экран, – ответил Пенемо. Разбитый звездолет может взорваться в любой момент, поэтому-то они и парализуют экранами любые энергетические процессы на нашем корабле. Потом уже можно делать все, что угодно, без опасения.
– Когда они установят контакт?
– Скоро. Поскольку им попалась богатая добыча, они не станут торопиться и тщательно будут обдумывать свой шаг. Уж их то привычки я хорошо знаю!
– А этот большой корабль? Что в нем?
– Не знаю. По сравнению со своими размерами, он очень слабо вооружен. Может быть, это научно-исследовательское судно?
Пока Пенемо говорил, корабли, образовавшие кольцо, выбросили голубые лучи, которые осторожно, но решительно, потянули изуродованный корабль к гиганту. Открылся огромный люк, и показалась выдвижная причальная площадка. Изнутри гиганта вылетели такие же лучи и потянули звездолет еще интенсивнее. В момент касания площадки силовое поле исчезло. И Касдей тут же пробежал пальцами по пульту управления.
– Зря стараетесь, – покачала головой Ветка. – Узоры Хаоса в данный момент неизменны.
На экране внешнего обзора появилась группа Ра.
– Встречающие или экзекуторы? – спросил Асбель.
– Следователи! – ответил Касдей напряженно. – Если бы они хотели уничтожить нас, то сделали бы это давно.
По корпусу их корабля что-то застучало, и динамики донесли голос, языка Вилдхейт не знал.
– Они приказывают нам выйти без оружия, – прервал Касдей. – У нас в распоряжении две минуты, потом они пустят парализующий газ. Должен сказать, что он вызывает страшные мучения.
– Симпатичные ребята, – прокомментировал эти слова Вилдхейт.
– Для Ра это необычно. Они привыкли сперва распылять газ, а уж потом предупреждать свою жертву. Поэтому пленных бывает мало.
– Значит, мы выходим, – решил Вилдхейт. – Нельзя гостеприимных хозяев заставлять ждать себя.
Все разделись донага. Ветка очень неохотно, однако уступив взгляду Вилдхейта. Когда они выбрались их шлюза, Касдей поднял высоко руки и растопырил пальцы, показывая, что никакого оружия нет. Когда он подошел к ожидающим Ра, на шею и плечи ему опустился хомут, который зафиксировал руки и половину туловища в определенной позиции. Остальные подверглись точно такой же процедуре.
Зазвучал приказ, и Касдей перевел:
– Пошли. Каждый, кто будет выполнять команды нечетко, будет иметь неприятности.
– Что?
– Думаю, что эти штучки, – он указал хомут на своей шее, – действуют на принципе иглоукалывания. Укол должен причинять жуткую боль и парализовать определенную часть тела. Можно будет только молить о смерти, как о благе.
Касдей первым двинулся вперед, нырнув в дверь, скрытую в глубине шлюзовой камеры.
Они оказались в какой-то комнате. Вилдхейт по пути задумался, зачем пленников заковали в ярмо, хотя было бы значительно проще применить наручники. Но в этой комнате он понял, почему. Ярма были прикованы к металлической раме, которая тут же была поднята вверх. Головы людей оказались на одном уровне. После этого Ра вышли и сейчас же из всех стен и потолка хлынули потоки жидкости. Удары струй заставляли дрожать людей как марионеток.
– Что это? – закричал Вилдхейт, пытаясь перекричать шум воды.
– Смесь унижения с обеззараживанием. – Касдей с трудом раскрыл рот. – Сейчас будет еще интереснее.
Когда распылители перестали действовать, камеру начала наполнять светло-желтая жидкость. Ее уровень быстро повышался, температура воздуха становилась невыносимой. Жидкость издавала сильный, неприятный запах, от которого першило в горле, затрудняя дыхание. Жидкость поступала под таким давлением, что на поверхности образовывались волны. Пленникам угрожала возможность захлебнуться, когда уровень поднялся до горла.
В результате очередного, мощного подъема уровня жидкости они оказались накрытыми с головой. Это продолжалось какие-то мгновения, но людям все показалось, что они утонут. Однако тут же жидкость резко пошла на убыль, и Вилдхейт с удивлением заметил, что он и его товарищи оказались выкрашенными в золотисто-желтый цвет.
Но и это был далеко не конец. Все еще в ярме, Вилдхейт внезапно почувствовал, что пол камеры начал медленно вращаться. При свете целой батареи рефлекторов началась экзекуция, что-то вроде медицинского осмотра.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20