А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Она не мигая посмотрела в глаза Виктора.— Спокойной ночи.К ее удивлению, он отпустил руку и кивнул, как ей показалось, одобрительно.— Чудесно, — сказал он мягко. — Спокойной ночи, Рейн. Дверь закрылась, и она ринулась к ней, чтобы запереть ее на все замки и задвинуть щеколду. Она сползла по толстым надежным доскам красного дерева и, оказавшись на полу, принялась всхлипывать. Семнадцать лет практики «нет-все-нормально» и всего один день, чтобы понять, что это полный бред.Как там сказал Виктор? Не цепляться за иллюзию контроля? Его издевательский голос эхом отзывался в ее голове, в то время как беспощадная реальность обрушилась на нее со всей тяжестью. У нее не было ни сил, ни контроля, ни иллюзий. Она уже провалилась под воду и быстро тонула. Они ни черта не контролировала, ни разум, ни сердце, ни сны, ни даже свое тело. Сет наглядно продемонстрировал ей это сегодня. Несколько раз.Всхлипывания прекратились. Она вжалась лицом в колени и стала молиться. Хотя кому именно, она бы не смогла сказать. Она отнюдь не была уверена в существовании Бога, но точно знала, что были силы по обе стороны добра и зла. Пусть у нее нет ни сил, ни контроля, ни даже плана действий, но она была готова к поискам правды. Во имя своего отца.Она была готова к любви. А это что-то да значило. В любом случае иного ей дано не было. Так что она цеплялась за это обеими руками.
Охрана городского дома Лазара стала значительно строже с тех пор, как Сет и братья Макклауды ограбили его. Впрочем, безопасность все равно была на недостаточном уровне, учитывая, как легко оказалось скачать информацию из компьютера Лазара. Это было даже слишком просто.Его удивило, как слаженно они работали вчетвером, устанавливая шпионскую аппаратуру во владениях Виктора Лазара. Словно являлись разными частями одного сложного и идеально отлаженного механизма. А ведь они в отличие от него не были опытными техниками. Хорошая команда. И никаких разногласий, все трения остались за забором дома Виктора.Он мычал что-то себе под нос, пока возился в темноте с ультракоротковолновым передатчиком, который должен был задействовать на дистанции резонансный жучок в кабинете Лазара. Он покрутил верньер, чтобы убедиться в обратном сигнале, выругался сквозь зубы, когда пропустил нужную волну, и начал все сначала. Нужно было поторапливаться, чтобы вписаться во временные рамки, которые он сам себе установил. А он терпеть не мог поторапливаться.Он терял концентрацию. Ночная работа с приборами такого типа была похожа на вылазки ниндзя. Обычно это его успокаивало, но не в этот раз. Его мозг был перевозбужден, мышцы напряжены. Спина и ноги болели. И только ему стоило успокоиться и сосредоточиться на работе, как в голове проносились сексуальные образы, и псе летело к чертям.У него уже было предостаточно тактильной информации о Рейн Камерон, но шутка заключалась в том, что он не мог ее контролировать. Все наваливалось на него единым потоком: запах, бархатистая мягкость кожи, ее улыбка. Это был какой-то ад на земле. Еще хуже, чем до того, как он с ней переспал.Видео вконец доконало его. Он был на взводе еще там, в отеле, когда она умчалась от него на всех парах. А когда он пришел домой, то увидел Виктора Лазара в ее доме, попивающего свой чертов виски в реальном времени. Все его инстинкты кричали, чтобы он бросил все и бежал туда защищать ее. Но затем киборг вышел из глубин подсознания и взял ситуацию под контроль. Такое поведение может привести к тому, что его убьют и ему не удастся отомстить за Джесси. Кроме того, чего ей бояться своего сутенера? Время сказок кончилось. Пора проснуться и встретить реальность лицом к лицу.Так что он сжал зубы, уселся на стул и стал ждать, когда она заявится домой. Одно было хорошо — желудок у него был пуст на тот случай, если Лазар решит переспать с ней.Разговор, который продлился с девяти тридцати пяти до девяти сорока семи, поразил его. Рейн Камерон оказалась именно тем, за кого он ее и принял в самом начале — смущенной, заваленной работой секретаршей в огромной торговой компании.Так в чем же подвох? Почему ее поселили в дом бывших любовниц? Почему она прыгнула к нему в койку с такой легкостью, словно она знала, что от нее этого ждут? Что-то здесь не сходилось. Ничего здесь не сходилось.Он наблюдал сигнал с «мерседеса» Лазара, когда тот отправился в порт, проследил путь лодки до Стоун-Айленд и вернулся к двенадцатиминутному диалогу в записи. Он просмотрел его несколько раз, пока не запомнил наизусть. Он вскочил и стал бегать по комнате, расшвыривая мебель и сокрушая кулаками стены.Нужно сделать что-нибудь, или он окончательно свихнется. Что-нибудь коварное и вызывающее, и желательно опасное. Можно установить еще пару жучков в одиночку. Не бог весть что, но не идти же воровать колеса с машин!Это было неразумно. Существовало множество вещей, о которых действительно стоило беспокоиться. Он переспал с красивой женщиной, оскорбил ее и разозлил. Все как всегда.Но не с Рейн. Не с его сказочной принцессой.Эти слова снова и снова звучали в голове, когда он шел по темным улицам. Она открыла в нем нечто, что он скрывал даже от самого себя, а он не был к этому готов. Он не мог позволить себе оказаться уязвимым перед одной из женщин Лазара. Инстинкт заставил его так поступить с ней.Они с братьями Макклаудами установили прослушки на все телефонные линии городской резиденции Лазара и офиса. Но Стоун-Айленд оставался для них закрытой территорией. В его системе слежения это была ощутимая брешь. И это его бесило.
Сет не снизил скорости, пока не припарковался за пол квартала от ее дома. Интересно, после того, что уже произошло, ему удастся испортить ситуацию еще больше?Он соскользнул вниз по спинке сиденья, пока его голова не спряталась б тени, и стал наблюдать за ее домом. Хорошо еще, если никто не вызовет полицию, заметив подозрительную машину у себя под окнами. Это было бы окончательным провалом.Зато с этой позиции он держал под контролем оба входа в дом и видел гостиную, спальню и ванную. Благодаря разработкам Кельвина он мог отсюда наблюдать любые передвижения внутри дома на экране ноутбука даже без подключения к телефонной линии.Более того, он мог отключить сигнализацию, вскрыть все три замка и просто войти к ней. И от этого он лишь сильнее разозлился. Она была такой уязвимой. Впрочем, в этом не было смысла. Ведь никто, кроме него самого, ей не угрожал. Все сегодня было бессмысленно.Хотя мысль ему понравилась. Он стал представлять себе ее реакцию. Сначала она разозлится, но он будет умолять ее, и она смягчится. Он абсолютно точно знал, как поладить с ней. Единожды сломав все ее внутренние преграды, он знал, как это повторить. Когда дело касалось секса, инстинкт никогда не подводил его.А вот то, что происходило после, было совсем другой историей. Но сейчас он об этом не сильно беспокоился. Всему свое время.Сначала слова и обаяние. Затем поцелуи и объятия, пока Рейн не успокоится и не начнет доверчиво прижиматься к нему. А он будет поглаживать ее, как младшую сестру, пока она сама не начнет думать, а собирается ли он делать что-то еще? И вот когда он почувствует все возрастающее возбуждение в ней, вот тогда и настанет черед действовать…Но остановил себя. То, что он мог запросто попасть к ней домой, не значит, что нужно так делать. После того, что он натворил сегодня, самым разумным было просто сидеть здесь и охранять ее, чтобы она хоть одну ночь смогла поспать в абсолютной безопасности. Он даже не стал задействовать камеры в доме, чтобы наблюдать за ней, как он делал в течение нескольких недель. Сегодня это казалось ему неправильным. Она отдала ему все, что он хотел, а он отплатил ей… черт возьми. Да ладно, что уж сейчас! Он себя и так паршиво чувствовал. Он чувствовал себя виноватым.Все это было глупо. Кроме того, она не оценит. Она никогда не поймет, как сложно ему отказаться от своих технических штучек и просто сидеть здесь, сознавая свою беспомощность и бесполезность.Это казалось странным даже ему. Никогда в жизни он не был рыцарем. Это было по части Джесси.Зря он подумал о брате. Даже мимолетная мысль о нем причиняла боль. Что за денек! Воспоминания роились в его голове, вырвавшись на свободу.Воспоминания порождали воспоминания. И от любого из них у него перехватывало дыхание. Взъерошенные волосы неопределенного цвета, зеленые глаза. Его ум, его скорость мышления, его искрометные шутки. Его необъяснимая любовь ко всему миру, даже когда этот мир бил его по зубам.Его сердце обросло доспехами к тому времени, как его мать, Дианн, спуталась со своим старым приятелем, Митчем Кейхиллом, и они перевезли парня в свою квартиру. До этого он жил с бабкой в Сан-Диего. Раньше он видел эту малявку только пару раз. Но этого ему хватило.Митча Сет возненавидел с первого взгляда. Поначалу он и брата недолюбливал, поскольку тот ходил за ним хвостом и лез во все своим длинным носом. От него невозможно было избавиться. Сет до сих пор помнил то странное чувство тревоги, когда он понял, что Джесси любит его. Джесси любил его не за то, что одиннадцатилетний Сет стоил того, — потому что он не стоил, и не потому, что был слишком любвеобильным, — потому что он таковым не был. Джесси любил его, потому что ему отчаянно нужно было кого-то любить. Уж так он был устроен. Он и Дианн любил. Он даже Митча любил, а чтобы любить этого гада, нужно было быть просто ангелом.Джесси любовь была так же необходима, как воздух, а Сет просто оказался на линии огня. Сет и не заметил, как спустя какое-то время он стал опекать парня. Он готов был вышибить дух из любого, кто задирал Джесси. Он воровал для него одежду и обувь из магазина, когда у младшего изнашивалось барахло. Он кормил его, когда Митч и Дианн были под кайфом. Мало-помалу он и не заметил, как привязался к брату. Джесси стал его ответственностью, его головной болью. Кроме него никто ничего не делал для парня.Их привязанность не афишировалась. Дианн Маккей и Митч Кейхилл состояли в гражданском браке, а следовательно, нигде не были зарегистрированы как муж и жена. Дианн заявляла, что Джесси сын Митча, и пилила последнего до тех пор, пока он не усыновил парня. Но Сета он усыновлять отказался. Он до сих пор помнил его аргументы: «Не надейся, что ядам свою фамилию и этому сосунку с длинным языком, даже не проси».Ха. Не очень-то и хотелось.После смерти матери Сет стал жить самостоятельно, но частенько наведывался к Джесси, чтобы оградить его от влияния Митча.А это было непросто. Джесси вообще было непросто защищать. Он любил всех. Он прощал друзьям, когда они предавали его, он давал деньги в долг таким сорвиголовам, что страшно и подумать, он влюблялся и бывал растоптан теми, кого любил, столько раз, что Сет устал считать. Но он все равно с упрямой отвагой дарил свое сердце.Сет не думал об их отношениях как о любви, просто потому, что такого понятия не было в его словарном запасе. Он скорее воспринимал брата как пиявку, за которой надо было присматривать. Но когда он напивался, он признавайся перед самим собой, что любит брата. И причина была проста и понятна. Ему, как и Джесси, нужно было хоть кого-то любить. Странная это была любовь, но на другую Сет не был способен.« Не стоило Джесси идти работать в спецслужбы. Он был слишком доверчивым, слишком добрым. Нужно ему было устроиться педиатром или воспитателем в детском саду. Сет, как мог, старался оградить брата от жестокого мира, но мир полон подлецов, а Джесси всегда стремился спасти всех от плохих парней.Если бы Джесси был сейчас рядом, он велел бы Сету прекратить хандрить. А если бы он узнал, что его старший брат шпионит за темными окнами красивой женщины, словно прыщавый тинейджер, то поднял бы его на смех.Сет потер ладонями лицо и посмотрел на окна ее спальни. Интересно, что она сейчас делает? Снова плачет?А может, принимает ванну? Он живо представил, как она натирает себе ножки мыльной пенкой… и ему тут же захотелось оказаться рядом.Его рука сама опустилась к ручке дверцы. Он сжал ее так сильно, что побелели костяшки пальцев, и отпустил. Парни, ответственные за мораль в его душе, ввели военное положение.Он почувствовал, что здорово проголодался. Последний раз он перекусил кофе с пончиками утром. А для такого лося, как он, это были крохи. Особенно если учесть события дня.И вообще, прежде чем бросаться на женщину оголодавшим волком, нужно было накормить ее обедом. Но он был слишком взвинчен. И еще он боялся, что она передумает, если он сразу не приступит к действиям.Он выключил ноутбук. Так ничего и не сделал, пока сидел здесь. Интересно, это чувство вины пройдет, или он стал хроником?Впрочем, его угрызения совести тоже имели свои границы. Военное положение военным положением, но если Рейн выйдет из дома, то она станет честной добычей. Глава 8 Спальня, лестница, кухня, гостиная. Еще немного, и она сотрет пол до дыр. Она испробовала горячую ванну, йогу, травяной чай, релаксирующую музыку, но стоило ей остановиться, и ее тело начинало пульсировать. Оставалось лишь надеяться, что этот избыток адреналина в крови поможет ей продержаться еще один рабочий день.Работа. Мысли с бешеной скоростью проносились в голове. Как она может вернуться на работу? Неужели она накрасится, оденется и будет вести себя, как будто не было предыдущего дня? «Да, сэр, нет, сэр, как вам будет угодно, сэр…» Бред! Как она будет смотреть в глаза Виктору Лазару после того, как он практически положил ее под своего партнера, после того, как ее так унизили?И еще она не могла перестать думать о Сете Маккее. Каждый раз, когда она вспоминала о нем, у нее начинали дрожать колени. Она сгорала от стыда. Какой же она была дурой.Когда стрелки на часах уперлись в два тридцать, она оставила все попытки уснуть и надела спортивный костюм. Стоит пробежаться несколько раз вокруг квартала — может, это позволит ей избавиться от напряжения.Она сделала несколько упражнений на растяжку, стоя на крыльце, и побежала по тротуару, обсаженному кустами. Ветер приносил запах дождя и прелой листвы. Тьма вокруг казалась гуще обычного, но она решила, что это из-за ее настроения.Вдруг она услышала звук открывающейся дверцы машины. Сердце ее ушло в пятки. Она резко развернулась и припустила к дому.Она услышала позади легкий топот.— Эй, Рейн.Она узнала его голос. Вот тут она по-настоящему испугалась. Она уже хотела закричать, но он настиг ее и зажал рот ладонью.— Да это же я, дурочка. Успокойся.Она вцепилась зубами в его руку. Он вскрикнул и тут же дернул ее за хвост, чтобы она отпустила его. Она попыталась попасть ему ключами в глаза, но он завернул ей руку за спину.— Не стоит со мной драться.— Ты меня напугал, — зашипела она, — отпусти!— Извини, я не хотел…— Да неужели?! — Она ударила его в грудь со всей силы.— …пойми, нет безболезненных способов привлечь внимание женщины на пустынной улице темной ночью. Дай мне хоть минуту все объяснить.Ее сердце бешено билось в груди.— На что тебе эта минута?Он поднес к своей щеке ее руку, ту, что все еще сжимала в руках ключи.— Чтобы извиниться, — пробормотал он. Она удивленно посмотрела на него:— Извиниться?— Да.Она дернулась в его руках, ион слегка ослабил хватку. Она посмотрела ему в глаза. Темные пиратские глаза с бликами уличных фонарей светились, словно в лунном свете. Ночью его лицо казалось еще загадочнее.— Это просто безумие какое-то, — прошептала она. — После того, что ты сказал…— Я знаю. Это было ужасно. Я был последним придурком. Но… Зачем ты вышла на улицу в такой час? Что, пробежаться решила? Совсем с ума сошла?Она никак не отреагировала на его последние слова, как будто он их и не говорил.— Давай-ка разберемся. Ты хочешь сказать, что больше так не думаешь? Ты больше не считаешь, что мне заплатили за то, чтобы я с тобой переспала?— Да. Именно это я и хотел сказать. Ты все правильно поняла.Ее встревожило чувство радости, которое она почувствовала. Это значило, что она потеряла остатки здравого смысла.— А почему ты изменил свое мнение? Он посмотрел на нее.— Я просто думал об этом все время.— Ты думал об этом все время, — повторила она, и удивление выместило злость. — Что ж, хорошо, раз так. Только раньше надо было думать.Сет нахмурился:— Лазар тебя подставил, Рейн. Он предложил тебя мне, как сигару. Что я должен был подумать?Так, значит, это правда. Все именно так, как она и думала. Она отложила информацию на лотом, чтобы обдумать на досуге.— И ты принял меня как должное, — заметила она. — Это не делает тебя лучше.Он начал говорить что-то, но вдруг осекся. Он покачал головой и притянул ее к себе.— Я хотел тебя.— Наверное, это надо понимать как комплимент, — сказала Рейн. — То, что случилось между нами сегодня, было просто чудом. А потом… потом ты все испортил.— Знаю. Я был полным идиотом. Если хочешь, я могу до утра извиняться. Хочешь, я встану перед тобой на колени. Вот, смотри…Он опустился на колени, все еще держа ее за руку.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36