А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Семья с тремя детьми у нас считается большой. Но мои предки хотят еще.
– Сестра?! Э-э... мнэ-э... а сколько ей лет? – спросил изумленный Кейт. – Ладно, не важно – а сколько лет тебе?
– Да уж немало, мой юный друг. По меркам этого мира, сорок лет миновало с тех пор, как я появился на свет.
– Сорок? А выглядишь ты лет на двенадцать... Впрочем, я мог бы догадаться. Надо же, я думал, мы почти ровесники... Мне девятнадцать.
– Пожмем друг другу руки, – сказал Холл и протянул свою. – По меркам моего народа я тоже считаюсь уже взрослым, но очень молодым. По-моему, это достаточное основание, чтобы подружиться.
Кейт пожал протянутую руку эльфа, которая совсем утонула в его ладони. Потом огляделся и обнаружил, что они остались почти одни.
– А где все?
– В жилом помещении. Некоторые зовут его деревней, но это просто так, для красоты. На самом деле это просто зал, такой же большой, как и этот. Пошли покажу.
* * *
Они миновали еще один низкий коридор. Он походил на тот, который вел в класс, только этот шел немного под уклон. В коридоре под потолком горел тусклый свет, хотя никаких светильников Кейт не видел.
– У вас тут нечасто бывают в гостях... э-э... ну, люди?
– Нечасто, – подтвердил Холл. – За много-много лет ты – первый.
– А почему именно я? – спросил Кейт. Он шел пригнувшись и вел рукой по потолку, чтобы не ушибиться о какую-нибудь балку или выступ. – Ох! Чувствуешь себя Квазимодо!
– Горбуном из Нотр-Дама... Просто потому, что ты попросил, Кейт Дойль, и потому, что я тебе доверяю. Я решил рискнуть. Я вообще человек рисковый. Другие считают, что я чересчур прогрессивен, но, по-моему, это наследственное. По крайней мере, мои родители не против.
– Ты читаешь много классики? – спросил Кейт, нагибаясь еще ниже перед кабелепроводом.
– Ну а чем еще заниматься, когда живешь в библиотеке?
– Наверно, я просто никогда не задумывался, каково жить в библиотеке...
Кейт внезапно представил себе, как в стене распахивается потайная дверца, и тысячи хлынувших оттуда эльфов заполняют библиотеку, снимают с полок книги, включают аппараты с микрофильмами, листают энциклопедии в поисках статей о гоблинах и лепрехонах, а суровые эльфийские библиотекарши шипят: «Тс-с-с!»
Он хихикнул.
– Пошли, пошли! – сказал молодой эльф и исчез за поворотом. Кейт заторопился следом.
* * *
– Много лет назад, когда строилось здание библиотеки, этот этаж задумывался как служебный, для удобства ремонта и профилактики, – объяснил Холл, указывая на трубы и провода, тянущиеся там и сям под потолком. – Только никто сюда не заглядывал. Ты сам видел, что человеку твоего роста, чтобы сюда спуститься, приходится сгибаться в три погибели. Так что пока трубы в порядке, сюда никто не суется. Ну а уж мы-то заботимся о том, чтобы трубы оставались в порядке. И постепенно люди забыли об этом этаже, а чертежи и планы библиотеки, на которых есть этот этаж и ведущие сюда проходы, как-то так потерялись. Совершенно случайно, разумеется, ха-ха. Они ведь хранились в этом же здании, – и Холл невинно улыбнулся. – Была одна женщина, наш друг, она нам и посоветовала заделать все проходы и избавиться от планов, когда мы еще только поселились здесь... Но кто она – тебе знать не обязательно! – сурово предупредил он.
– Хороший друг, – сказал Кейт. Настаивать на подробностях он благоразумно не стал. Судя по направлению, в котором они шли, коридор проходит как раз под основной студенческой читалкой... Кейт пока что был доволен тем, что на большинство вопросов Холл отвечать соглашался, и предпочитал помалкивать и слушать. – Холл, а как вы вообще сюда попали? И откуда вы прибыли?
– Из Ирландии, откуда же еще? – лукаво покосился на него Холл. Сумасшедшие теории Кейта были известны всему Малому народу, и их находили весьма забавными.
– А что, разве нет? – спросил Кейт, словно не замечая подвоха. – Я ведь слышал, как говорят твои родичи. А многие мои кузены очень на вас похожи. Нет, конечно, они не остроухие, но все остальные черты лица... Общий вид, как сказала бы моя бабушка.
Мавен пожал плечами
– Ну, быть может, в ваших легендах и есть доля правды. Велика ли она – другой вопрос. Ты ведь не думаешь, что нам приятно признаться в родстве с нашими врагами? Тише, тише, парень, – сказал Холл, поскольку Кейт побагровел и взмахнул руками, готовясь разразиться прочувствованной речью. Холл ткнул его пальцем поддых. – Лично ты нам, конечно, не враг. По крайней мере, мне так кажется. Но не будь вас так много, нас было бы гораздо больше. Вот ты занимался соответствующими исследованиями. Скажи мне, как беспристрастный ученый: что обычно происходит с мелкими замкнутыми популяциями?
Кейт задумался, и краска мало-помалу сползла с его лица.
– Они вымирают...
– Вот именно. По счастью, у нас хорошие видовые особенности. Мы умеем таиться и действовать незаметно. Мои родичи вдосталь попрактиковались в этом, пока мы шли сюда через полконтинента. Я могу стащить яйца из утиного гнезда, если утка чуть приподнимется.
– А я зато могу напугать утку до полусмерти, а потом уж забрать яйца, – сказал Кейт. – Помнится, когда я был в бойскаутах, разведчик из меня всегда выходил никудышный.
– Это заметно, знаешь ли. Ты очень открытый. Именно потому я и решился довериться тебе. Ну и шума же ты наделал давеча в хранилище! Мы все слышали, что там кто-то шарит, хотя, конечно, из Громадин никто ничего не замечал.
Кейт открыл было рот, чтобы спросить, но Холл опередил его:
– Да, и за два дня до того, когда Брейси тебя выставил, мы тоже все слышали. Брейси, он ведь тоже один из нас.
Кейт закрыл рот.
* * *
– Вот тут мы и живем, – сообщил Холл, немного отступив в сторону. Кейт, кряхтя, разогнулся и, растирая спину, окинул взглядом место, куда его привели. – Тут был земляной пол, мы его опустили на несколько футов. Раньше потолки были всего футов пять, а хочется все-таки, чтобы места было побольше. Так гораздо уютнее.
Да, если не знать о существовании этого этажа, нипочем не догадаешься, что тут такой огромный зал... Помещение занимало ту же площадь, что верхние этажи библиотеки, но без перегородок. Иллюзию огромности пространства поддерживало и то, что потолки действительно были очень высокие – даже выше, чем в столовой, – а также то, что внутри стояли домики, крохотные модели настоящих.
Да, домики были совсем как настоящие, хотя точнее было бы назвать их хижинами: они словно сошли со страниц «Красной Шапочки». Конечно, тут, под землей, не было нужды в таких прочных двускатных крышах, однако они создавали иллюзию, будто деревня находится под открытым небом. Хижины были разбросаны кучками по просторному залу. «Это же хутора! – сообразил Кейт. – Они, наверно, селятся кланами!» В эльфах, что суетились между ближайших домиков, Кейт признал своих соседей по столу.
С потолка, из-под голых бетонных балок, лился тот же странный свет, каким был освещен коридор. Однако тут свет был куда ярче, почти такой же сочный, как весеннее солнышко. И тепло тут было, как весной. Эльфы занимались своими повседневными делами. Шума при этом было гораздо меньше, чем можно было ожидать от такого множества разумных существ.
Пятеро-шестеро ребятишек играли в салочки между домиков и радостно хихикали, уворачиваясь от «салки». Казалось бы, милая сельская сценка, однако село это словно бы уцелело с бронзового века. Просто не верилось, что все это происходит в двадцатом столетии, да еще и в сотне футов от современного американского университета, даже если это сотня футов вертикально вверх.
У дверей хижин там и сям сидели женщины, одетые в рубахи и либо в длинные юбки, либо такие же обтягивающие штаны, какие носили мужчины. Женщины шили, а чаще латали одежду, мурлыкали себе под нос или болтали с соседками Под ногами была утоптанная земля, местами вскопанная и расцвеченная клумбочками либо грядками. Почти во всех дверях Висели охапки зелени, которые наполняли воздух ароматом и усиливали иллюзию весны. Просто представить было нельзя, что на улице – октябрь, холод и сырость. И все домики, стены, карнизы были изукрашены деревянной резьбой, таким же тонким узорочьем, как то, что Мавен вытачивал в классе последние две недели.
Кейт провел пальцем по полированной квадратной дощечке, вделанной в верхнюю часть стены Он залюбовался узором из переплетающихся веточек плюща.
– Твоя работа?
– Нет, – улыбнулся Холл. – Но у тебя верный глаз, ты хорошо распознаешь узор. Это работа моего отца. На этой дощечке весь дом держится!
– Как это?
– Ну, она его крепит. Держит кости дома. Я ведь у отца и учился. Уж чего-чего, а щепок и деревяшек у нас всегда хватает, так что практиковаться есть на чем.
Кейт склонился к самой стене, пытаясь разглядеть швы между плотно пригнанными кусками дерева. Здесь не было двух одинаковых деревяшек: все они отличались друг от друга и по размеру, и по цвету, и по качеству. Стенка походила на мозаику. Куски прессованной стружки соседствовали с дубовыми брусками, фанерой, бальзой и сосной. Строители пирамид и то могли бы поучиться точности подгонки у этих эльфийских плотников.
– А почему вы гвоздей не используете?
Сколько Кейт ни вглядывался, он так и не увидел во всей постройке ни одного гвоздя.
– Гвозди ржавеют. Гвозди гнутся. И потом, мы довольно болезненно относимся к избытку металла.
– Я слышал, холодное железо вредит волшебству, – поддразнил Кейт. – Наверно, потому вы им и не пользуетесь.
– А возможно, это больше похоже на отравление тяжелыми металлами, Кейт Дойль. , Можешь назвать это аллергией. Отвыкай искать безумные объяснения, пока не исчерпаны обыденные. В большинстве случаев можно обойтись простым здравым смыслом. Даже тебе.
– Я верю в волшебство, – промолвил Кейт.
– Но способен ли ты узнать его, когда столкнешься с ним? – осведомился Холл.
– Да нет, наверно! – беспечно ответил Кейт. Тут в нос ему ударил аромат пряностей и свежевыпеченного хлеба, и он переменил тему: – Послушай, а как вы тут готовите? Я вот никогда не слышал, чтобы в библиотеке так вкусно пахло!
– Все наши дымовые трубы выведены наружу. Мы в свое время пытались готовить на электроплитках, но поварам это не понравилось. Они все как один заявили, что не в состоянии контролировать такую безликую стихию, как электричество, и в результате эксперимент провалился. Топить дровами для них дело привычное, так что мы решили – пусть все останется по-прежнему. К тому же тут проходят вентиляционные шахты и трубы парового отопления, и их мы тоже используем. От них же и тепло получаем. Если вы там, наверху, и чувствуете, что откуда-то вкусно запахло, то наверняка думаете, что это из соседней кулинарии. А если невкусно, – Холл сморшил нос, – то, значит, с факультета домоводства. Разносолов тут у нас не водится, так что мы не готовим ничего такого необыкновенного, чтобы это могло вызвать у кого-нибудь подозрения. Сильные запахи задерживаются надолго, поэтому рыбу мы едим только свежую, а из капусты вообще ничего не готовим.
Кейт брел между хижинами, кивая всем эльфам, кто попадался ему на глаза. Ему хотелось выглядеть как можно более уверенно. Большинство кивали в ответ и улыбались, в свою очередь, делая вид, будто присутствие человека для них – самое что ни на есть обыденное и привычное дело. Они поддерживали эту иллюзию изо всех сил, и Кейт смог почувствовать себя обычным туристом, гуляющим по поселку.
Кучка эльфов, мужчин и женщин, разбирала и складывала простыни из большой корзины и болтала за работой. Дети сидели на земле и были увлечены какой-то сложной игрой. Мимо проскочила деревянная лошадка, за которой гнался малыш, едва научившийся ходить.
– Электронная? – спросил Кейт.
– Да нет, деревянная, – ответил Холл.
– Волшебная...
И Кейт, не веря своим глазам, уставился на лошадку. Малыш почти догнал ее, но тут лошадка обернулась, увидела его и поскакала в другую сторону, прежде чем ребенок успел ее схватить. Живая! Малыш издал радостный вопль и снова погнался за игрушкой. Холл хлопнул Кейта по плечу, чтобы вывести его из блаженного ступора.
– Это еще не все, – сказал он, пытаясь увести Кейта.
– Как вы это сделали? – спросил Кейт, порываясь вернуться, чтобы разглядеть лошадку получше.
– Игрушка как игрушка! – равнодушно пожал плечами Холл и потащил Кейта за собой. Кейт еще раз оглянулся, прежде чем свернуть за угол. Матушка малыша подхватила его и протирала ему мордашку мокрым платком. Младенцу это не нравилось, он брыкался и вопил. Мать виновато оглянулась на Кейта. Он в ответ улыбнулся. Деревянная лошадка стояла у ног женщины и сочувственно смотрела на своего маленького хозяина стеклянными глазками-бусинками.
Между световыми узорами на потолке шла труба, которая разветвлялась на несколько еще более тонких труб. Они спускались по стенам к задам каждого домика. Кейт посмотрел на Холла, вопросительно вскинув брови.
– Вода, – лаконично пояснил эльф, – Мы подключились к системе пожаротушения. Там автоматически поддерживается постоянный напор, и, опять же, никто ничего не замечает.
– Как у вас все продумано! – Кейт с восхищением огляделся. – Я бы обо всем этом никогда не догадался, даже если бы это был вопрос жизни и смерти. Впрочем, для вас это так и есть...
Холл явно был польщен.
– Ну, у нас было достаточно времени, чтобы все продумать. Поначалу-то тут было далеко не так уютно. Но и это еще не все. Ты знаешь, что под этим зданием протекает ручей, почти речка?
– Нет, не знаю... – сказал ошеломленный Кейт. – Мне бы и в голову не пришло! Ближайшая речка довольно далеко отсюда.
– Ну так вот, а она тут есть. Раньше города только так и строились. Подземные реки представляют собой естественную систему канализации. А выше по течению мы берем из нее воду. Вот, погляди.
Он вывел Кейта к довольно большому огороду. Тай, белокурый и бородатый эльф, который тоже ходил на занятия к Мастеру, помахал им и снова принялся дергать морковку и бросать ее в пластиковую корзинку с прорезями. Морковь была на редкость яркая, крупная, и здесь, в этом искусственном солнечном свете, выглядела удивительно живой и сочной. Холл выдернул из корзинки парочку, прежде чем Тай успел дать ему по рукам, оборвал ботву, бросил ее в ведерко, протянул одну морковку Кейту, второй смачно захрустел сам.
– Гидропоника, – пояснил он. – Корни этой морковки – в воде. Она течет прямо под фундаментом.
Кейт отряхнул свою морковку от воды и откусил кусок. Морковка была крепкая, холодная и сладкая и даже пахла свежестью.
– А зачем библиотеку построили над речкой? Это же значит напрашиваться на проблемы с фундаментом.
– Ну, поначалу-то речка была не здесь. Она просто сменила русло за много лет. Это еще одна тайна, о которой университет и не подозревает. А у нас тут получился прекрасный гидропонный огород. И вода всегда свежая. А отходы уплывают вниз по течению.
– Круто! – Кейт не скрывал своего интереса. – А откуда вы так много знаете об этой реке, если ее никто никогда не видел?
– Ну, одна из наших женщин умеет говорить с землей. Она спросила у реки, и та ей все рассказала.
Кейт кивнул, пытаясь представить себе эльфийку, беседующую с рекой. Выглядело довольно правдоподобно.
Стояла тишина. Издалека доносились негромкие голоса и временами вжиканье пилы или постукивание молотка, однако громче всего звучали шаги Кейта. Большинство эльфов носили на ногах нечто вроде замшевых или кожаных чулок с мягкой подошвой, которые натягивались на ногу без шнурков. Детям эти сапожки обычно подвязывали под коленом ленточкой, чтобы обувь не сползала, но если не бегать, а ходить, сапожки держались и так. Холл пристально следил за Кейтом и с одобрением отмечал, как внимательно Кейт разглядывает все вокруг.
– Как тут у вас спокойно! – сказал Кейт наконец.
Холл улыбнулся.
– Что да, то да.
У Малого народа буквально все шло в дело. К примеру, Кейту регулярно попадалась одна и та же жесткая ткань в цветочек. Платьица на двух девочках, несколько занавесок на окнах, передник на старухе и рубаха на молодом парне – все явно было пошито из одного куска.
– А еще покрывала на кроватях, – кивнул Холл, когда Кейт поделился с ним своим открытием. – Ткацких станков-то у нас нет, слишком много дерева на них надо. Так что с тканями туговато. Одну и ту же тряпку перешьют и перелицуют раз десять, пока она не истреплется вконец. Если из ткани пошили занавеску, это верный знак, что больше она никуда не годится. В смысле, носить ее нельзя.
– Ну да, понятно, – задумчиво сказал Кейт. Теперь, присмотревшись, он увидел, что большая часть одежды на окружающих была чистой и опрятной, но старой и поношенной. На локтях и коленях красовались аккуратные заплатки. Иногда одежду еще и перекрашивали, чтобы следы починки не так бросались в глаза. – Значит, вам не хватает тканей?
– Угу. Чего мы не можем сами вырастить, или сделать, или... ну, добыть, – без того приходится обходиться.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35