А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Почему было объявлено о том, что ваш корабль уничтожен? Почему за все это время ты ни разу со мной не связалась?
Анна осторожно отпила чаю из своей чашки. Это была далеко не первая их тренировка. Она знала, что следует говорить. Ей были известны факты из жизни той женщины-археолога, и она смогла связать некоторые факты с образами, сохранившимися в ее разуме. Трудность заключалась в том, чтобы произносить нужные фразы в точности так, как хотел Джастин. Слова следовало сопровождать определенными жестами, изменять тон голоса, периодически менять направление взгляда и выражение лица. Подобный метод связи казался чрезмерно сложным.
Анна поставила чашку на стол.
– Понимаю, что есть очень многое, чего ты не знаешь. Что многого не понимаешь. Я здесь, чтобы исправить это, – она взяла его морщинистую руку, взглянула ему в глаза и улыбнулась. Улыбка вызвала деформацию кожи лица, по эластичности намного уступавшей коже машины. К тому же, напряжение лицевых мускулов вызывало у нее странное ощущение.
Джастин покачал головой:
– Твоя улыбка, Анна, до сих пор мне не нравится. И смотреть на Джона ты должна так, будто любишь его.
Анна не понимала, какое значение вкладывали в слово "любовь" люди, ведь они жили такой жалкой жизнью. Но Джастин все больше расстраивался, пытаясь объяснить ей это.
– Попытайся думать о чем-то приятном. Вдруг это поможет.
Анна представила себе, как она будет управлять Оком: координировать, синхронизировать, наносить удары, и какие чувства будет испытывать при этом. Ее лицо изменило выражение.
– Отлично, Анна. То, что нужно. Именно так ты должна смотреть на Джона.
Она продолжила:
– Разве ты не хочешь узнать, что происходит? Что происходит на самом деле? Я могу рассказать. Все, что нужно будет сделать, – полететь со мной.
– Куда?
– Как куда? На За'ха'дум.
Джастин попытался вырвать руку, но Анна сильнее сжала свою. Ведь он говорил, если она коснется Джона, она станет контролировать его.
– Нет, нет, Анна. Когда Джон попытается вырвать руку, ты должна будешь отпустить ее. Ты не можешь силой заставить его делать то, что ты хочешь. Ты должна убедить его.
Анна выпустила руку Джастина, разочарованная тем слабым, а вдобавок не прямым, методом контроля, которому он ее учил. Все это было неестественным. Она заставила себя улыбнуться:
– Я могу гарантировать твою безопасность. Они стремятся встретиться с тобой. Просто приглашение прийти и познакомиться с их точкой зрения. Больше ничего.
– Я должен знать, что они с тобой сделали, – продолжал Джастин, – чем ты там занималась на протяжении всех этих лет. Сначала расскажи мне об этом. Что случилось с "Икаром"?
– Я думала, что мы отправились изучать руины древней цивилизации. Но, когда мы сели на планету, оказалось, что эта цивилизация вовсе не мертва. Мы обнаружили высокоразвитую расу. Они оказались вполне доступными.
Это были освободители, подумала Анна, перевела взгляд на сверкающие точечки их глаз. Но ей не нравилось слово "доступные". Освободители были мудрыми, сияющими, загадочными и внушающими ужас.
Анна снова посмотрела на Джастина:
– На "Икаре" произошла авария. Команда погибла, система связи была полностью разрушена.
– Анна, вспомни, о чем мы говорили. Когда ты рассказываешь о катастрофе, ты должна выглядеть печальной. Именно такой реакции Джон будет ждать от своей жены.
Хотя Анне были известны некоторые факты из жизни той женщины-археолога, она ничего не знала об ее мыслях и чувствах. Анна и представить себе не могла, чего она желала, о чем мечтала. С ее слабым телом, бледным, поверхностным восприятием, с этой своей экспедицией, катастрофой, она никогда не могла по-настоящему наслаждаться жизнью. Она никогда не плясала среди облаков в ночном небе. Она никогда не пела ораторию кровопролитию, продвигающему эволюцию.
Анна изобразила на лице нужное выражение, попыталась еще раз:
– На "Икаре" произошла авария. Команда погибла…
– Давай, попробуем что-нибудь еще. Люди, когда печалятся, иногда отворачиваются, чтобы скрыть эмоции. Почему бы тебе так не сделать? Начни рассказ, а потом замолчи на полуслове и отвернись. И дальше говори медленнее.
Сначала Джастин говорил ей, что ее лицо должно выражать печаль. А теперь говорит, что она должна прятать лицо.
У нее возник вопрос:
– Почему бы мне просто не сказать Джону правду? Что освободители раскрыли мой потенциал и присоединили к машине?
Сказав это, Анна даже заволновалась, так ей понравилась сама идея. Она сможет описать Джону то, что с ней произошло, гораздо лучше, чем гибель каких-то людишек.
– Я смогу рассказать ему об истинном величии освободителей, объяснить радость, которую испытывала, когда была соединена с машиной, описать красоту машины, широкий размах ее крыльев, надвигающихся из тьмы Вселенной….
– Нет, Анна. Ничего этого Джон знать не должен, – Джастин помолчал, затем продолжил. – Чем больше он узнает о наших кораблях, тем больше твоих сестер сможет уничтожить. Попробуй рассказать еще раз все, как мы с тобой обсудили.
Анна медленно заговорила:
– На "Икаре" произошла авария, – она замолчала и отвернулась. – Команда погибла, система связи была разрушена. Те из нас, кто выжил, не могли сообщить на Землю, что произошло. Да даже если бы могли… Инопланетяне только что вышли из анабиоза. Они были уязвимы. Они не могли рисковать, позволив чужакам узнать о них. Поэтому они предложили сделку: в обмен на наше молчание, они разрешили нам изучать их технологии.
Вошел один из техников, и Джастин встал, опираясь на трость.
– Анна, позволь представить тебе посла Минбара Деленн.
Анна встала, обошла вокруг стола, протянула руку. Все, как учили.
– Здравствуйте. Я – Анна Шеридан. Жена Джона.
Техник, молча кивнув, пожал ее руку.
Джастин говорил ей, что в деле установления контроля над Джоном Деленн будет самым главным ее противником. Джон был близок к тому, чтобы объявить Деленн своей новой женой. Минбарка отчасти уже управляла им. Анна должна, не убивая Деленн, разрушить эту связь, лишить ее возможности контролировать Джона. Для этого ей следовало заставить Джона усомниться в Деленн, убедить, что любит его гораздо сильнее минбарки. Анна должна вести себя, как его жена – единственная женщина, обладающая властью над ним, точно так же, как она, впоследствии, будет вести себя, когда займет место в центре Ока и станет управлять этой восхитительной машиной.
– Мне нужно поговорить с Деленн, – сказал Джастин.
Анна заставила свой голос прозвучать откровенно неодобрительно:
– Мы провели порознь пять лет, и теперь не можем даже поужинать вместе? Пусть она уйдет. Ты сможешь поговорить с ней позднее. Нам нужно побыть наедине.
– Ты права. Деленн, мы поговорим позже, – сказал Джастин, и толстые пальцы техника нервно затряслись. Потом он вышел.
Анна подошла к Джастину, провела рукой по его щеке.
– Ты говорил, Деленн и Кош сказали тебе, что я погибла. Деленн раз за разом лгала тебе. У нее были на то причины. Эгоистичные причины. Настало время узнать правду.
Джастин кивнул, отступил на шаг:
– Хорошо, Анна.
– Намного проще было бы убить ее.
– Но в этом случае Джон возненавидит тебя, и не полетит с тобой на За'ха'дум.
– Ты говорил, что он любит меня.
– Его чувства могут измениться. Он любит и Деленн.
То, что Деленн обладала столь большой властью над ним, разозлило Анну. Женщина-археолог была женой Джона. Деленн там места не было. Анна исподволь вернет себе контроль над Джоном, внушив ему, что она во всем превосходит Деленн. Именно так они с сестрами убеждали правителей планет присоединиться к силам хаоса, барражируя над их крупнейшими городами.
Ей не терпелось встретиться со столь могущественной, ключевой фигурой – ее мужем. Он избранный. Ему удастся с помощью освободителей раскрыть свой потенциал так же, как это уже произошло с ней. С ее помощью он познает радость хаоса. А потом она получит то, что хочет.
Джастин сел:
– С каждым разом у тебя получается все лучше. Пойдем дальше. У нас еще много работы, а времени совсем мало. Скоро тебе предстоит отправиться на Вавилон 5.
Анна улыбнулась и села.
Вновь приняв облик Гая Филлипса, Гален вошел в таможенную зону с саквояжем в руке. У таможни стоял сам Майкл Гарибальди, который, заметив его, отвлекся от разговора с подчиненными.
Гален предпочел бы избежать встречи с шефом службы безопасности. Майкл и так относился к нему с подозрением, а после безрассудной выходки Олвина эти подозрения еще больше усилились. Без сомнения, именно Гален был причиной того, что шеф околачивался возле таможни в столь поздний час.
До установленного времени отлета корабля Галена – двух часов пополуночи – оставалось всего десять минут, и он не мог позволить себе задерживаться на таможне. Его тело было измотано, и он изо всех сил концентрировался на выполнении своих упражнений, ровный ритм которых успокаивал разум. Гален старался думать лишь об одном: о необходимости как можно быстрее подняться на борт корабля и улететь отсюда.
Он вручил Майклу личную карточку.
– Мистер Филлипс, – произнес Майкл, – что-то вы быстро улетаете. Вам улыбнулась удача, подвернулось срочное, выгодное дело?
– Боюсь, это не так.
– Сожалею. Вам уже лучше?
– Да, благодарю.
Майкл до сих пор не опустил его карты в прорезь сканера.
– Этот мистер Алекто, кажется, испытывает странную, острую неприязнь к одному человеку. Обвинить человека в бомбардировке Нарна. Вы не в курсе, с чего ему взбрела в голову такая идея?
Оба, и Майкл, и Гален, прекрасно знали ответ на этот вопрос, но ни один из них не собирался этого признавать. Гален обвел взглядом таможенную зону: в столь поздний час здесь никого не было, лишь развешанные по стенам зала экраны то и дело вспыхивали, отображая вновь поступившую информацию.
– Томасу Алекто лучше всех известна ситуация на Нарне. Я даже не пытаюсь разобраться в этом. Это – не мое дело, – Гален повернулся к Майклу. – Благодарю вас за то, что помогли Томасу выпутаться из неприятностей. Он неплохой человек, но часто совершает необдуманные поступки.
Гален замялся, но потом решил воспользоваться неожиданно подвернувшейся возможностью. Он пристально взглянул Майклу в глаза:
– Я часто говорил ему, что настали опасные времена, и не стоит наживать врагов, если не вы готовы отразить их нападение.
Майкл поджав губы, внимательно рассматривал Галена:
– Не мог бы дать более удачного совета, – вдруг его внимание привлекло что-то на противоположной стороне таможенной зоны. – Смотрите, друг мистера Алекто явился.
Морден шел в их сторону, держа в обеих руках по кейсу. Должно быть, Морден изменил время отлета так, чтобы оно совпало со временем отлета Галена, а он сам был слишком занят, и не заметил этого. На лицо Майкла вернулась улыбка, показывая, что он ничуть не удивлен происшедшим. Гарибальди явился сюда именно за тем, чтобы присутствовать при их встрече.
Гален задействовал сенсоры, просканировал все частоты. Мордена сопровождали две новые Тени.
– Если не ошибаюсь, мистер Филлипс? – ровным, внушающим смутную угрозу тоном, произнес Морден, опустив на пол кейсы.
– Рановато вы улетаете, – заметил Гален.
– Да, случилось нечто неожиданное, – Морден сложил руки перед собой. Под влиянием Теней к нему в полной мере вернулись убедительность и энергия. Не осталось никаких следов от того человека, с которым Галену ненадолго удалось установить контакт.
– Надеюсь, ваши планы, касающиеся подружки, от этого не пострадают, – сказал Гален. – Думаю, ваши подарки придутся ей по вкусу.
Морден пристально смотрел на Галена:
– Какое чуткое замечание с вашей стороны. Пожалуйста, передайте своему другу, что я надеюсь вскоре с ним встретиться.
– Мне известно, что он желает того же.
– С вами, Гай, я тоже надеюсь вскоре свидеться, – Морден улыбнулся, обнажив ряд ровных, белоснежных зубов. Но эта улыбка была не та, что прежде: более резкая, напряженная, она просто дышала злобой. Гален понял, что видит злобу Теней, переданную через Мордена.
– Мистер Гарибальди, – Морден протянул личную карточку, и Майкл мгновение рассматривал ее.
– Сколько раз мы уже прощались с вами, но вы продолжаете возвращаться, как скверный обед.
– Надеюсь, дорогой обед, пусть даже скверный.
Майкл взял карту, опустил ее в прорезь сканера, и вернул Мордену. Гален отошел на шаг в сторону, и Морден поднял кейсы и прошел таможню, Тени последовали за ним.
Майкл беспокойно смотрел ему вслед. Наконец он пропустил карту Галена через сканер. Возвращая ее, Майкл задержал карту в своей руке, заставляя Галена взглянуть ему в глаза:
– Думаю, именно вам сейчас следует быть осторожным.
– Ошибаетесь. Вам. И вашему капитану. Присматривайте за ним.
Майкл поджал губы, Гален забрал карту и пошел по коридору.
Теперь он отправится на За'ха'дум.

Глава 14

Анна сидела в маленькой комнате внутри машины, на сиденье, специально выращенном из пола. Машина окружала ее: живая, могучая, грациозная, но Анна не была ее частью. Она была всего лишь пассажиром, одним из тех вызывавших раздражение низших существ, которые когда-то бродили внутри нее, чей жар и мерзкие маслянистые выделения тел отравляли ее существование. Анна погладила мерцающую, черную кожу сиденья, очень похожую на ту, которой некогда обладала она сама.
Ее вырвали из машины, лишили радости. Анне очень хотелось добраться до сердца этой машины, вытащить того, кто был внутри, и самой погрузиться в драгоценную, желеобразную черноту, снова установить связь с лучшей своей частью. Но она не сделает этого.
Повиновение.
Кроме того, если она подождет еще немного, то ее присоединят к намного более могучей машине.
На одной из стен комнаты находилось изображение женщины-археолога, сверяясь с которым, техники подстригали и укладывали ее волосы, волосы с ног они тоже сбрили. Это жалкое тело требовало гораздо более тщательного профилактического обслуживания, чем тело машины.
В дверном проеме появился Джастин:
– Все в порядке?
– Да, – ответила Анна.
Со вчерашнего дня Джастин беспокоился все больше и больше: он безостановочно бродил по кораблю и однажды даже посмел повысить голос на освободителей. Вчера состоялась грандиозная битва, в которой силы Джона Шеридана уничтожили множество ее сестер. Джон использовал против них ненавистных телепатов.
Освободители после битвы тоже были сами не свои: они сбивались в кучки, переговаривались, выпаливая очереди накладывающихся друг на друга, щебечущих звуков. Впервые Анна задумалась: а что если их конечная победа не является непреложным, не подлежащим сомнению фактом? Но это было невозможно. Если их разбили, значит, враг их превосходит. Но никому не дано превзойти освободителей и их могучие машины. И уж точно, не человеку.
Джона надо остановить, пока он не причинил им еще больше вреда. Лучше всего его уничтожить. Об этом твердили ей инстинкты. Но Джастин сказал, что, возможно, им удастся убедить Джона, установить над ним контроль, раскрыть его потенциал. Этого желали освободители, а они, обладатели невиданного интеллекта и неизмеримых знаний, были намного мудрее ее. Они доверили ей столь ответственную роль, и она их не подведет.
– Мы прямо сейчас закончим с вещами, одеждой и макияжем, – произнес Джастин своим дрожащим голосом.
Анна посмотрела на изображение на стене: улыбающаяся женщина с вьющимися темными волосами, в коричневом жакете. Потом осмотрела себя. На ней было короткое зеленое платье, которое, Анна знала, когда-то принадлежало Банни. Терпимая одежда, но вряд ли женщина-археолог носила такие платья. Значит, и Анна не сможет его носить.
– Через пару минут мы пошлем за тобой, – сказал Джастин и направился на нижние уровни. Машина принимала гостя с другого корабля. Джастин сказал, что женщина-археолог знала этого человека, но не назвал его имени. Анна поняла: Джастин надеется на то, что она сама вспомнит его имя.
Как только техники завершили работу, Анна последовала за Джастином. Возможно, ей удастся, оставаясь незамеченной, понаблюдать за гостем пару минут, попытаться связать его с образами, обитавшими в ее разуме.
Подойдя к главной внутренней комнате, Анна услышала голос Джастина и отрывистое щебетание освободителей. Она остановилась.
– Полная катастрофа, – произнес Джастин. – Мы собирались нанести ошеломляющий удар, устроить избиение, и тем самым окончательно деморализовать противника. Этот удар должен был оказаться для него полной неожиданностью.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48