А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


"Вас привезли сюда, " спросил он.
"Я не уверена," ответила ему Джэнвей. "Я бежала со станции перемещения на Озере Рикер. "
"Где это? " спросил Кирк.
"На границе Нью Монтана. Где космодром. "
Кирк знал главный космодром на Алфе Центавра IV "В нашей вселенной его называют озером Слоана. "
Кирк заметил, что Спока это заинтересовало, но позволил себе пропустить это.
Он был убежден, что раскрыл факт, который мог ответить на все вопросы.
Почему Вояджер появился здесь?
Почему именно здесь исчез Энтерпрайз?
И почему адмиралу Суверена Нечаевой поручили вести поиск Энтерпрайза в любом другом месте, только не здесь.
"Трудовой лагерь находится в Неоднородности," сказал он другим. "Вероятно их два: по одному в каждой вселенной. "
"Для какой цели? " спросил Спок.
Кирк вернулся к своему пульту и вызвал программу контроля конфигурации сенсоров. "Нам надо найти транспортеры, Спок, сотни панелей, возможно тысячи. И заключенных, которые демонтируют звездолеты, и перемещают их в другую реальность по частям. "
Кирк был готов услышать от Скотта крик недоверия. "Капитан, на это уйдут годы, даже если возможно разрезать металлический корпус на мелкие части так, чтобы потом его можно было бы собрать."
"Ты сам предложил это, Скотти. Если здесь не может быть устойчивой червоточины, транспортеры единственный способ попасть в зеркальную вселенную. А так как зеркальный Вояджер проник в нашу вселенную, мы знаем что эта система работает. "
Скотти выглядел встревоженным. "Что ж, вы меня убедили. "
Кирк закончил регулировать сенсоры на максимальную чувствительность для обнаружения чуждой квантовой характеристики. "Иди по следу, Скотти. Туда, куда ушел зеркальный Вояджер. "
Маккой растерялся. "Но Джим, а как же Чал? Как же Тейлани? "
Кирк посмотрел на корчащееся безумие измученной плазмы. Независимо от того, что здесь работали силы природы, это место так и осталось загадкой для больших умов Звездного Флота.
Но он был готов рискнуть, чтобы сделать то, что требовало его сердце.
"Если я прав, Боунз, Тейлани намного ближе, чем мы думаем. "
"А что если ты не прав? "
В этот момент Сент-Лоренс погрузился в плазменный шторм, и Кирк не ответил.
Потому что если он был неправ, то Тейлани уже мертва.
И если это так, то для него больше ничего не имело значение.

ДВАДЦАТЬ ОДИН

Пикард пробудился в тумане боли.
Каждый мускул, каждый нерв, каждое воспоминание протестовало агонии, охватившей его.
Но он поднялся. Еще один день.
День несущий жизнь. Или смерть.
Он никогда не отказывался от своих обязанностей, своей ответственности.
Беверли Крашер опустилась возле него в узком проходе на колени, покачала головой и тихо заговорила, держа в руках чашку с варевом – что-то вроде питательного супа, все что давали в этой темной и влажной преисподней.
"Выпейте это, Жан-Люк, " произнесла она. Потом украдкой осмотрелась.
Пикард проследил за ее пристальным взглядом, стараясь не обращать внимание, как эта гнилая жидкость обжигает его язык и горло.
В этом мрачном грязном бараке стояло по меньшей мере еще сто кроватей. Половина из них была заполнена тревожно спящими рабочими смены гамма. В большинстве своем это были люди. И только горстка инопланетян. Среди них некоторые были из Энтерпрайза.
Несчастные обитатели другой половины кроватей, рабочие смены дельта, или сидели сгорбившись и все без исключения неловко теребили неудобно узкие разгрузочные костюмы, которые они носили, и которые не могли снять, не рискуя при этом погибнуть.
Пикард, так же как и все, ненавидел эту одежду.
Костюмы были тошнотворного черно-зеленого цвета, эластичные, толстые и влагонепроницаемые, кроме нескольких участков разрезов, закрытых тканью, соединяющих вместе части груди, спины, и бедер. Ненавистный предмет одежды закрывал тело от шеи вниз, оставляя открытыми только голову, лицо и руки. Пикард уже узнал, что полчаса тяжелой работы в костюме хватит, чтобы сделать его внутреннюю поверхность скользкой от пота и раздражающей кожу. Невыносимо высокая температура вызывала у него головокружение.
Он не раз видел, как полностью экипированные несчастные поддавались жаре и теряли сознание в самой середине смены.
Некоторые доходили до такого состояния, что даже болезненные удары эгонайзеров надзирателей не приводили их в сознание.
По лагерю гуляли слухи, будто бы надзиратели позволяли каждому новому заключенному три обморока в первый месяц – как они утверждали, на время акклиматизации. Этот слух, однако, оказался правдой. После месяца те рабочие у которых произошел четвертый обморокбморокаров обращатьствияего оноза, как вы думаете исчезли.
Ходили слухи, что их переработали на питательный бульон, который давали заключенным.
Но отказ от этого соленого бульона гарантировал упадок сил, и Пикард распорядился своей команде, чтобы они выпивали эту скудную похлебку без остатка. И они подчинились, не протестуя.
Чтобы получить шанс на спасение, они должны быть сильными.
И этот шанс должен был выпасть именно сегодня.
"Как другие?" прошептал Пикард, принимая из рук Беверли миску с варевом и покорно проглатывая его.
"Узнаем когда вернется смена альфа. Джорди ввел в курс смену бетта. "
Беверли достала свой медицинский трикодер – один из немногих приборов, которые разрешили оставить захваченной команде Энтерпрайза. Она направила его на Пикарда.
Пикард смотрел на мерцающие огни трикодера. "Вы уверены, что он функционирует должным образом? "
Трикодер был их единственной надеждой в предстоящем действе на возвращение своего корабля. Компьютерные системы идентификации Энтерпрайза пропустили пять двойников. Пикард видел собственного двойника лицом к лицу. Он предположил, что множество, если не сотни, представителей команды Энтерпрайза имели копий в зеркальной вселенной. Хватит всего одного шпиона, и осторожный план Пикарда будет раскрыт.
Но к настоящему времени, Беверли Крашер могла гарантировать реальную идентичность всех старших офицеров, вовлеченных в предстоящее действо.
За прошедшую неделю, с тех пор, как Энтерпрайз оказался здесь, она осмотрела каждого члена экипажа, якобы проверяя его здоровье – работа, против которой надзиратели не возражали, поскольку это было им на руку. Потом острым осколком композита с корпуса трикодера, Беверли тайно нанесла каждому члену команды, которого она осмотрела и подтвердила его личность, маленький треугольный надрез.
Те, чьи фамилии начинались с букв второй половины стандартного алфавита, получили ранку на левой руке. Те, чьи имена находились в пределах первой половины алфавита, имели такую же метку на правой руке. Люди чьи имена начинались с гласных получилт отметину на внутренней стороне ладони у основания большого пальца. У тех, у кого имена начинались с согласных, носили метку около сустава мизинца.
В результате такой процедуры идентификации, если надзиратели по какой-либо причине начали бы проверять руки членов команды Энтерпрайза, они не нашли бы ничего, что подсказало бы им схему. А по прошествии нескольких дней эти отметины оказались скрыты среди множества новых ссадин, которые они получили за время тяжелой физической работы.
Через месяц после четвертого обморока исчезли восемь членов экипажа. А Беверли идентифицировала шестерых двойников, которые оказались среди них. Для Пикарда это означало потерю двадцати одного человека, смерть каждого из которых он переживал как свою собственную.
Морщась от боли в горле от скисшей похлебки, Пикард держался в этот день за знание, что Гул Рутал заплатит за все, что она сделала с его командой. И сообщники кардассианцы разделят ее судьбу.
Резкий звук сирены разорвал воздух, отвлекая Пикарда от нелегких размышлений. Настало время следующей смены. Его смены.
Последней смены, подумал он вставая, и желая себе, чтобы затекшие ноги его не подвели.
Он заметил беспокойство Беверли. "Вы уверены, что выдержите Жан-Люк? Вы можете пропустить смену. Я могу освободить вас. "
Пикард взял ее за руку, вспоминая о других временах, когда у них обоих на уме были другие вопросы. "Они захватили мой корабль, Беверли. И я собираюсь его вернуть. "
Пикард знал, это была его цель.
Он повернулся лицом к узкому проходу между кроватями, и остановился, в ожидании следующей сирены, которая будет сигнализировать им, что пришло время выходить.
Беверли встала рядом.
Сигнал о начале смены отозвался эхом в замкнутом пространстве барака. Уши Пикарда заложило, когда запечатанный шлюз барака начал открываться. Он услышал грохот и большие металлические диски, которые были внутренними и внешними дверями шлюза, откатились в сторону, открывая бараки для тех, кто ждал снаружи. На них пахнул горячий, сернистый запах внешнего воздуха, который оказался настолько сильным, что затмил даже вездесущее зловоние пота и нечистот.
"Есть что-нибудь от Дайаны или Дейты? " быстро спросил Пикард.
Он видел, как Беверли покачала головой.
Пикард понимал, почему надзиратели удалили Дайану из общего барака. С ее способностью бетазоида обнаруживать ложь в большинстве существ, она легко могла бы идентифицировать тех двойников, которые влились в команду Пикарда. Но он понятия не имел, почему забрали Дейту; разве что ради исследования технологии, которая его породила.
Бараки заполнились шеренгами рабочих, заключенных, ритмично марширующих колонной по проходу между кроватями, между ведрами с отходами, стоящими в каждом углу, вдоль внешней стены и мимо новой рабочей смены.
Пикард прищурился когда они вышли наружу. Но не потому, что солнце было ярким.
На небе вообще не было солнца.
Само небо пылало огнем, сверкающим плазменным штормом Золотой Неоднородности.
Слева Пикард почувствовал, как новая ионная формация заполняет горизонт – огромная синяя лавина кружащегося света, пронизанная светлыми пятнами, словно светом прожектора, светившим сквозь сильный ливень.
Вперед направо, мимо низких строений других бараков, под враждебными облаками красного и синего цвета, сталкивающимся подобно чудовищному штормовому фронту. Другие бараки, если это были именно бараки, стояли отдельно и представляли собой грубые куполообразные сооружения из ржавого металла, построенные вокруг самого высокого здания в центре. Эта постройка была станцией наблюдения надзирателей, и ощетинивалась блюдцами сенсоров и мачтами антенн. Она была связана с остальными зданиями сетью вознесенных над поверхностью пластиковых переходов и платформ, которые позволяли отделять надзирателей от заключенных чтобы им не было необходимости вступать в контакт с металлической поверхностью астероида. Даже с разгрузочными костюмами вероятность плазменной индукции была очень высока.
Пикард не сомневался, что перспектива, которую он видел, простиралась во все стороны на миллионы километров. При любых других условиях, он нашел бы этот ярко раскрашенный ослепительный вид удивительным. Ради такого стоило рисковать и отправиться в космос; его стоило увидеть и запомнить.
Но сейчас ему было все равно.
Теперь этот вид воспринимался угнетающе, он сокрушал душу, наполняя ее чувством обреченности.
Пикард не сомневался, что место, где располагался лагерь военнопленных, и куда переместили его и его экипаж располагался на безжизненном астероиде. Гладкая поверхность его состояла из железа и никеля. Твердый и неприступный. Да к тому же изрезанный переходами между бараками и местом проведения работ.
По необычной кривой горизонта Ла Форж вычислил диаметр астероида, который составлял не больше пятнадцати километров. Где-то под ними в шахтах, рассудил он, должен быть спрятан генератор искусственной гравитации, который удерживал рабочих на поверхности, и поддерживал искусственную атмосферу.
Ла Форж также заметил, что большинство астероидов не являются самостоятельными небесными телами. И этот тоже не был исключением.
Прямо над головой на высоте не больше двух километров, висел второй астероид такого же размера подобно жуткому противовесу. Его естественная гравитация не влияла на место, в котором располагался лагерь для военнопленных, хотя чувство неизбежного давления от его присутствия было настолько мощным, что этот эффект сказывался на настроении всех, кто трудился на поверхности.
По мнению всех членов команды Пикарда чистое небо должно было олицетворять свободу. А вместо этого они были вынуждены ежедневно наблюдать парящую гору, неизвестно как застывшую за секунду до смертельного падения.
День за днем она так давила на пленников с Энтерпрайза, что даже Пикард невольно признавал, что это была одна из наиболее угнетающих достопримечательностей, с которыми он когда-либо сталкивался.
И он не был одинок в своем мнении.
Райкер как-то признался ему, что он чувствует себя жуком под ботинком, которому осталось жить не больше секунды.
Беверли отказывалась верить в то, что эта психологическая уловка дело рук их похитителей.
Но Ла Форж, чье зрение замененное визором было намного чувствительнее зрения обычных людей, обнаружил перемещение энергетических потоков между холодным суровым пейзажем тюремного астероида и огромной массой, висевшей у них над головами.
Он определил, что эти энергетические потоки не только поддерживают систему астероидов в стабильном состоянии, но и удерживают коридор между астероидами, в котором поддерживалась атмосфера. Вопрос зачем на втором астероиде нужна атмосфера, остался без ответа. На его поверхности можно было разглядеть разветвленную сеть блюдцеобразных сенсоров и толстых кабелей, но туда никогда не посылали заключенных для ремонтных или строительных работ. Райкер предположил, что там находился генератор мощности или установка искусственной гравитации, которая удерживала астероиды в тандеме.
Ла Форж сообщил Пикарду, что невидимое поле выглядит как стеклянная колонна, связывающая два куска безжизненного металла и камня.
Но что было еще важнее для Пикарда, Ла Форж сразу распознал встроенную охранную систему.
Если какой-либо заключенный или группа заключенных, когда-либо решатся напасть на своих надзирателей, выведя из строя генераторы мощности на тюремном астероиде, в результате произойдет взрывная потеря атмосферы, одновременно с медленным, но неизбежным столкновением двух астероидов, пока они не уничтожат расположенный между ними лагерь.
Ла Форж понял, что силовое поле не просто удерживает два камня вместе; оно не дает им столкнуться.
Последнее средство устрашения для замысливших побег.
После двух дней тщательно проведенного изучения и анализа, Пикард решил проигнорировать угрозу от второго астероида. Вместо этого он сосредоточил все свои усилия на еще более необычном объекте, висевшем на полпути между двумя астероидами.
На километр выше лагеря для военнопленных, искрясь актиническими вспышками плазменных резаков, используемых при монтаже, висел объект, размером с космический док непонятной инопланетной конфигурации. Он, казалось, был составлен из прямоугольных блоков тусклого металла медного цвета со сторонами десять на пятнадцать метров, как сообщил Ла Форж. Каждый блок был закреплен в структуру из толстых кабелей и металлических прутьев, похожую на сеть, из-за чего это устройство казалось почти прозрачным; игрушкой, сделанной руками ребенка.
Но не смотря на легкомысленный внешний вид, цель этого устройства была очевидна.
Потому что около него, закрепленный в стационарном доке, висел Энтерпрайз.
Предугадать цель этого устройства было совсем не трудно.
Когда Пикард впервые заметил, что эта кажущаяся хрупкой структура металлических блоков и тонких кабелей может легко вместить Вояджер, он сразу понял, что это был именно тот механизм, благодаря которому Вояджер попал в их вселенную.
Свидетельство продолжающегося строительства на пересекающем устройстве было несомненно. Держа свои пальцы на расстоянии вытянутой руки, и прищурив один глаз, Пикард увидел, что там, где размеры устройства прежде не превышали трех пальцев, теперь увеличились почти на пять. Через день или два его длина практически удвоилась по сравнению с первоначальным размером, а ведь Энтерпрайз был почти в два раза больше Вояджера.
Пикард не сомневался, что когда пересекающее устройство удвоит свои размеры, этого вполне хватит, чтобы вместить его корабль, и тогда Энтерпрайз исчезнет из этой вселенной.
И именно по этой причине он выбрал именно этот день.
Он не мог позволить случиться такому.
Только не его корабль.
"Смена дельта! Сформировать рабочие бригады! "
Последовала гортанная команда от надзирателя смены дельта. Крэвл. Молодой клингон с безразличным совершенно равнодушным взглядом.
Пикард видел, как Крэвл прикоснулся эгонайзером к шее женщины, которая посмела остановиться и перевести дух, с таким же выражением на лице, с каким он стряхнул бы насекомое со своего плеча.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38