А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Сандро побежал в кухню чего-нибудь перекусить, и я велела накрыть чай в летней гостиной. Ваши вещи привезут через пару часов, так что можно спокойно посидеть и поболтать.
Анджела чувствовала спиной взгляд Антонио. Неожиданно ею овладело странное желание обернуться и пригласить мужа пойти с ними. Но не такие у них были теперь отношения.
Однако…
Стиснув в руке связку ключей, Анджела остановилась на верхней ступени.
— Подожди минуточку, — прошептала она Исабель. А затем сбежала вниз, к Антонио, который стоял на прежнем месте. — Спасибо за машину, — вежливо произнесла она.
Он продолжал смотреть на Анджелу сквозь свои дурацкие очки, хотя она была отчасти довольна, что не видит его глаз. Рот Антонио дернулся.
— Не за что, — протянул он с преувеличенной любезностью.
— В самом деле, неплохая мысль, — сдержанно сказала она.
— Мое сердце радует твоя искренность, — ответил Антонио с усмешкой.
В ответ глаза Анджелы сверкнули. Возможно, он заметил это, несмотря на темные стекла, поскольку в следующее мгновение обе пары очков полетели на заднее сиденье автомобиля. Анджела заморгала, ослепленная солнцем. И тут Антонио опустил голову и поцеловал жену в губы.
Поцелуй получился глубоким и очень интимным. Горячие пальцы ласкали обнаженные предплечья Анджелы. Губы ее раскрылись, и она прильнула к мужу…
— Вот теперь я прочувствовал твою благодарность, — прошептал Антонио, оторвавшись от жены. — А моя мать просто счастлива. Итак, кара, одним выстрелом ты убила двух зайцев — прими мои поздравления.
— Ах ты мерзавец! — прошипела Анджела, отступая.
На щеках ее вспыхнул румянец, который не имел ничего общего с испытанным удовольствием.
— Знаю, — отозвался Антонио, ехидно улыбаясь. Опершись об автомобиль, он сложил руки на груди. — Но мне остается либо иронизировать, либо изнасиловать тебя на месте. — Анджела недоуменно моргнула, а он продолжил: — Ты заводишь меня с необыкновенной быстротой. Я думал, ты отдаешь себе в этом отчет. Ты поднималась по ступенькам удивительно возбуждающе.
— Ты просто сексуальный маньяк!
С этими словами Анджела отвернулась.
— Которому некуда девать свою сексуальность, — проворчал Антонио себе под нос.
Анджела подошла к Исабель с вздернутым подбородком и смешанным выражением досады и удовлетворения на лице. Ключи от «мерседеса» она уронила на первый же столик в холле и получила немало удовольствия, осознав, что именно в этот момент Антонио вошел в дом и все увидел.
Он прекрасно понял, что это означало: так, одним коротким жестом, Анджела отвергла и его самого, и его дар. Но он в обычной для себя манере не обратил на это никакого внимания и присоединился к женщинам, вместо того чтобы пойти разыскать сына, ради которого было затеяно воссоединение супругов.
За чаем свекровь и невестка старались не касаться скользких тем. Потом прибежал Санди и повел мать к себе. Они провели немало времени, разглядывая новые вещи и игрушки Санди. Анджелу тронуло то, что комната сына оказалась увеличенной копией его спаленки в дублинском доме.
Дом… Уже второй раз это слово застревало у нее комом в горле. Мой дом теперь здесь, строго сказала себе Анджела. Здесь…
Потом Исабель повела Санди проведать друзей мальчика, живших по соседству. Посмотрев, как бабушка с внуком, взявшись за руки, спускаются по тропинке в задней части сада, чтобы через калитку выйти на дорогу, Анджела решила прогуляться по дому и возобновить свое с ним знакомство.
Мало что изменилось здесь, думала она, переходя из комнаты в комнату. Но в самом деле, зачем портить совершенство? Большую часть интерьеров украшали старинные мебель и вещи, которые Валера собирали не первый век, так что в результате весьма элегантного смешения разных стилей и эпох создавалось представление о длинной и увлекательной семейной истории.
Антонио гордился наследием своих предков. И сын также значил для него немало. Впервые приехав сюда, Анджела ощутила благоговейный трепет перед тем миром, в который попала. Однако отступать было поздно: до безумия влюбленная, да вдобавок беременная наследником рода Валера, Анджела не имела уже свободы выбора.
Нашлось немало доброжелателей, которые были рады напомнить молодой женщине, какую удачную партию она составила. Да, Антонио не похож на обычных людей, поэтому он так надменен, подумала Анджела, оглядывая бальный зал, построенный в конце восемнадцатого века и с тех пор не менявшийся.
Именно здесь состоялся прием по случаю их свадьбы. Это была чудесная ночь: дом, полный света, музыки и веселья; сад, увешанный светильниками, чтобы гости могли без опаски гулять по аллеям. Слабая улыбка коснулась губ Анджелы, когда она вспомнила, как кружилась по натертому до блеска паркету в объятиях молодого мужа, одетая в искрящееся свадебное платье, заказанное специально для нее.
— Говорил ли я тебе сегодня, как ты прекрасна? — зазвучал в ее мыслях голос Антонио. — Ты затмеваешь всех женщин здесь.
— Ты так говоришь только потому, что тебе самому это нравится, — посмеялась тогда над мужем Анджела. Когда она закрывала за собой дверь зала, ей казалось, что в ее ушах все еще звенит смех Антонио. Это был самодовольный смех человека, которому льстила красота его жены. Валера, они все такие, думала Анджела, поднимаясь по главной лестнице, а потом идя по коридору верхнего этажа. Для Валера другие люди — как спутники, что вращаются вокруг них и их роскошного мира. Позволение вступить в который даруется как привилегия.
Стоп, куда вступить? Анджела застыла на месте, осознав, где оказалась.
Это была спальня, их с мужем спальня. Сердце Анджелы забилось чаще, горло сжалось. Она явилась прямиком туда, куда со всей определенностью не собиралась заходить!
Первой мыслью было бежать отсюда куда подальше. Но потом ей все же захотелось взглянуть на то единственное место, где им с Антонио всегда было хорошо вместе.
Спальня осталась прежней. У дальней стены — брачное ложе из полированного красного дерева, шириной с три обычных кровати. Вручную вышитое белое покрывало скрывает тонкое белье и гору пуховых подушек, которые супруги скидывали на пол, прежде чем лечь.
Тут Анджела вспомнила, почему они так делали, и ее словно ударили в солнечное сплетение. Неужели все это начнется сызнова? Ссоры и скандалы, а потом — примирения в постели, после которых оба чувствовали себя обессиленными и опустошенными?
Все уже началось, напомнила себе Анджела, обводя угрюмым взглядом комнату и опять убеждаясь, что тут ничего не изменилось.
Но она-то изменилась! Она уже не та Анджела, которая была три года назад. И она не хотела оставаться здесь, хотя Антонио ожидал, что жена снова разделит с ним спальню. Не то чтобы она уже спрашивала об этом или собиралась это сделать: ведь Антонио непременно ответит, что привез жену обратно, чтобы было с кем спать.
Секс, ложь и притворство — «статус-кво» восстановлено ради Санди и ради удовлетворения жажды мести.
Только Анджела повернулась к выходу, как неожиданно отворилась дверь ванной и на пороге возник Антонио. Прямо из душа, судя по тому, что единственной его одеждой было обмотанное вокруг пояса полотенце. Другим он энергично вытирал мокрые волосы.
Ноги Анджелы словно приросли к ковру. По всей видимости, на Антонио вид жены подействовал сходным образом. Несколько секунд оба стояли неподвижно, глядя друг на друга.
6
Атмосфера стала напряженной, и Анджела попыталась оторвать взгляд от мужа. Без толку. Физическая привлекательность Антонио «зацепила» ее еще при первой их встрече. С той поры ничегошеньки не изменилось, с печалью осознала она. Во рту стало сухо при виде того, как прозрачные капли, срываясь с волос Антонио, падают на широкие смуглые плечи и скользят дальше, по груди, покрытой черными завитками волос.
Ничего не скажешь, он просто живое воплощение мужской красоты…
— Вещи уже привезли?
Глубокий и звучный голос прозвучал совершенно бесстрастно, но Анджелу передернуло, будто к ней прикоснулись оголенным электрическим проводом.
— Н-не з-знаю… — выдавила она из себя, с усилием отводя взгляд. — Я… просто прогуливалась по дому, — добавила Анджела, пытаясь говорить как обычно.
— Ничего нового, да? — спросил собеседник, и ее взгляд вернулся к Антонио, когда тот снова начал вытирать волосы полотенцем.
Анджела смотрела, как перекатываются под кожей мощные мышцы.
— Только комната Санди, — пробормотала она, мечтая излечиться когда-нибудь от влечения к этому мужчине, и неуверенно прибавила: — Она весьма мила.
— Рад, что тебе понравилось.
Как ни странно, в голосе Антонио не слышалось сарказма. По правде говоря, он держался очень хорошо — как будто и не было трех лет разлуки. Но разве сама она не пытается вести себя точно так же?
Мокрое полотенце полетело на пол. Анджела закусила нижнюю губу и попыталась придумать какой-нибудь предлог, чтобы сбежать, не потеряв лица. Но тщетно. В конце концов Антонио решил за нее эту проблему.
— Прости, — неожиданно извинился он и мотнул головой в сторону двери. — Ты ведь туда направлялась?..
А, он спрашивает, не собираюсь ли я в ванную, догадалась Анджела и пробормотала:
— Н-нет, — а затем поспешно воскликнула: — Да!
Ей пришло на ум, что ванная — идеально убежище, поскольку там есть защелка на двери!
Но уже двинувшись с места, Анджела поняла, что ей придется пройти совсем рядом с мужем. А тот даже не думал отойти в сторону. Так что с каждым шагом она напрягалась все сильнее, и, когда дошла до мужа, ее сердце тяжело билось. Анджела прерывисто дышала и смогла только пробормотать «спасибо».
— Ты собираешься в душ?
— Д-да… — услышала она собственный блеющий голос.
Вообще-то, в ванную ей было не надо.
— Тогда позволь мне…
Тут Анджела снова замерла: руки Антонио легли ей на плечи. Потом его пальцы скользнули вниз, к молнии ее белого, с низким вырезом, льняного платья.
Стиснув зубы, она взмолилась об окончании пытки. Антонио был так близко, что она даже чувствовала запах его влажной кожи и мокрых волос. Этот дразнящий аромат вызывал в памяти картины обнаженных тел, сплетенных в любовном объятии.
Анджела задрожала, когда муж потянул вниз замочек. Молния разошлась, молодая женщина зажмурилась и крепче стиснула зубы. Но Антонио не собирался останавливаться на полдороге: его пальцы расстегнули застежки лифчика, освободив грудь. Потом пробежались вдоль позвоночника…
— Да, душ тебе не повредит, — раздался голос Антонио, холодный, как горный ручей. — Ты просто как натянутая струна.
Да, душ не повредит, повторила Анджела себе самой. Желательно ледяной.
— Но без сомнения, — неожиданно прибавил он, — есть и другие способы расслабиться… более приятные…
И Антонио приник к шее жены, как будто был вампиром, добравшимся до жертвы, его зубы прикусили бьющуюся жилку. В это же самый миг руки Антонио скользнули под платье и сжали женскую грудь.
Анджела с головой погрузилась в поток ощущений. Как будто после целого дня бесплодного напряжения лопнули наконец опутывавшие ее сети. Однако она попыталась протестовать. — Нет, Тоньо, — простонала она, — мне надо в душ…
— Ты мне и такая нравишься, — хрипло прошептал Антонио, — и на вкус тоже.
Он уже стягивал с нее платье, и в следующее мгновение Анджела осталась в одних трусиках. Потом длинные пальцы вернулись к ее груди, а губы — к шее.
Все это было похоже на безумие, прекрасное безумие: его ласки, его влажный рот, то, как он прижимал ее к себе. Когда ладонь Антонио прошла по ее животу и скользнула под трусики, Анджела перестала сопротивляться. С тихим вздохом она закрыла глаза, откинула голову на плечо мужа и позволила ему ласкать себя так, как может ласкать женщину только опытный и знающий любовник.
Но этого ей вскоре показалось мало. Анджела на ощупь стала стаскивать с него полотенце, повернув голову, чтобы встретить его губы.
— Целуй меня! — приказала она.
Рыком Антонио развернул ее к себе, оторвал от пола, а затем жарко поцеловал. Стена была просто спасением: он притиснул к ней жену, позволив ей встать на пол. Анджела раздвинула ноги и теснее прижалась к мужу.
— Зачем на тебе столько всего лишнего? — сладострастно прошептал тот.
— В жизни больше не надену трусики, — пообещала она.
Антонио отрывисто, как-то очень по-мужски рассмеялся и снова жадно припал к ее рту. Внутри Анджелы вспыхнуло пламя, уничтожая остатки самообладания.
— Пойдем в постель, — застонала она, чувствуя, что еще немного, и ноги откажутся ей служить.
— Как скажешь, кара, — не без ехидства прошептал Антонио в ответ.
Анджела даже не заметила, как муж поднял ее на руки. Добравшись до кровати, он без церемоний уложил жену и стащил с нее последний предмет туалета. Пока он целовал обнаженное тело Анджелы, та, протянув руку, развалила гору подушек в изголовье кровати. Вот так: никаких неторопливых, предварительных ласк, никакой романтики. Анджела хотела Антонио, который желал ее.
— Закрой дверь на замок, — произнесла она прерывистым шепотом.
— К дьяволу замок! — отозвался Антонио. — Я не собираюсь останавливаться на полдороге, пусть кто хочет приходит и смотрит!
С этими словами он быстро и уверенно вошел в нее и, когда Анджела вскрикнула, снова рассмеялся. Сжав ее лицо ладонями, он заставил жену посмотреть на себя.
— Эгей, — ухмыльнулся он. — Узнаешь меня? Это я, твой непревзойденный любовник…
Антонио даже еще не шевельнулся, он просто забавлялся с нею, просто играл! Воспламенил ее до того, что она чуть памяти не лишилась, а теперь развлекался!
Мстительно сузив зеленые глаза, Анджела свела вместе бедра, и Антонио втянул воздух сквозь зубы.
— Хочешь поиграть, Тоньо? — усмехнулась она и вонзила ногти в поджарые бока мужа, где находились его самые чувствительные эрогенные зоны.
Он прерывисто задышал, тогда Анджела лизнула его в дрожащие влажные губы. Антонио выругался по-испански — веселье кончилось.
Анджелу бросило в жар. Теперь она лежала, раскинув руки, словно плыла на спине. А Антонио просунул ладонь под затылок жены и поднял ее голову к своему рту, как будто желая сорвать с губ беспомощные вздохи, которые вырывались из груди Анджелы в момент кульминации. Она не сопротивлялась, ощущая, что Антонио движется все быстрее, приближая их обоих к пику наслаждения…
Что было после, Анджела не помнила. Когда она пришла в себя, муж лежал рядом. В окно лился солнечный свет. Благодаря кондиционеру в комнате стояла прохлада, но Анджела была покрыта испариной с головы до ног. Тело Антонио тоже влажно поблескивало.
Некоторое время она смотрела на него, наслаждаясь зрелищем: Антонио, полностью выбившийся из сил! И это мужчина, у которого потенции на десятерых хватит!
О Боже…
Она застыла, чувствуя, как превращается в кусок льда. В уме возникла мысль настолько страшная, что Анджела не осмелилась даже шевельнуться. Антонио, почувствовав, что что-то стряслось, оторвал голову от подушки и нахмурился, видя, как мертвеет лицо жены.
Но прежде чем он открыл рот, Анджела рывком села и, как безумная, отталкиваясь руками и ногами, заскользила к краю постели. Казалось, не успели ее пальцы коснуться пола, как она уже бежала в ванную.
Однако через мгновение Анджела выскочила обратно. Лицо у нее было белое как мел, руки тряслись. Она в ужасе посмотрела на мужа, который едва успел сесть.
— Мои веши! — истерически выкрикивала она. — Где мои веши!
Ошеломленный Антонио пожал плечами.
— Ты что, забыла? Их ведь еще не привезли…
— Н-не привезли… — повторила Анджела, стуча зубами как в ознобе.
Антонио спрыгнул с постели, испугавшись, что она прямо как есть выскочит из спальни.
— Ради Бога, кара, — требовательно произнес он, — что случилось?
— М-моя сумочка, — заикаясь ответила Анджела. Но Антонио недоуменно молчал, и она закричала на него как безумная: Где моя сумочка, Тоньо?! Где она?!
— Анхела, что за муха тебя укусила? — спросил он, сам начиная тревожиться не на шутку.
Не отвечая, Анджела подхватила с полу платье и стала его натягивать. Она так сильно дрожала, что никак не могла попасть руками в рукава, но, когда Антонио попытался ей помочь, оттолкнула его.
— Как я могла позволить тебе! — пронзительно вскрикнула она. — Как я могла!
— Что могла? Заниматься любовью? — зло откликнулся Антонио. — И это говорит женщина, которая, можно сказать, меня изнасиловала!
Анджела побледнела еще сильнее. Из ее груди вырвался стон, она повернулась и бросилась вон из спальни, пытаясь на ходу застегнуть молнию платья.
— Анхела! — рявкнул Антонио, но она уже выскочила в коридор.
Когда Антонио кое-как оделся и спустился вниз, он нашел жену сидящей на нижней ступеньке лестницы, ведущей в дом. Пропажа обнаружилась там, где Анджела ее оставила: на сиденье красного «мерседеса». Теперь содержимое сумочки валялось рассыпанное.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14