А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Теперь я замужем за его старшим братом, Сойером. А это наш сын Джей Си.
— Он восхитительный. — Лили понятия не имела о маленьких детях, но, по ее мнению, этой маленькой темноволосой куколке было меньше года. Она сдернула рукавицы и встала на колени перед коляской. Ребенок вознаградил ее веселой четырехзубой улыбкой, и ее сердце растаяло.
— Мне очень жаль, что я так и не попрощалась, но после смерти Бретта я продала дом и сразу уехала. — Линн кивнула на грузовик Лили. Ты поменяла компанию?
— Мы с братом открыли собственное дело.
— После нашей с Сойером свадьбы я звонила, чтобы попросить тебя поработать над его садом, но в твоей старой компании мне сказали, что ты уволилась.
— Мой бывший работодатель не очень-то рад, что я организовала компанию-конкурентку. — Лили не хотелось объяснять, как бывший босс осложнил ей уход с работы. — Эти дома — замечательные, а участки — огромные, но уж очень запущенные.
— Да, и я каждый день радуюсь, что Рик убедил Сойера и Картера купить эти старые красивые дома, пока их не снесли. Один деятель из тех, кто занимается строительством, хотел от них избавиться и построить здесь типовые дома.
Лили выпрямилась.
— Ты знаешь Рика?
— Рик и Сойер учились вместе в средней школе. А с Картером Сойер познакомился в университете, они жили в одной комнате общежития.
Все трое дружат до сих пор. Именно Рик отвез нас в больницу, когда должен был родиться Джей Си.
Ребенок хлопнул в ладоши и разразился бессвязными звуками. У Лили возникло ощущение острой тоски. Будут ли у нее дети? Вероятно, нет. Даже если она сможет когда-нибудь найти суженого, то ее изматывающая работа не даст завести ребенка. С другой стороны, когда «Джемини» станет доходной, она сумеет нанять помощников…
Линн нежно погладила сына по голове.
— Дашь мне свою визитную карточку? — попросила она, заливаясь румянцем и робко улыбаясь. — Мы могли бы хотя бы перезваниваться изредка. У меня был очень тяжелый период, но сейчас все хорошо. Я счастлива.
Сердце Лили тронула легкая зависть. Должно быть, новый муж Линн любит ее. Лили никогда еще не видела ее такой спокойной и счастливой.
Раньше Линн была совсем другой.
— Мои визитные карточки в грузовике.
Она пошла вместе с Линн по подъездной аллее к машине, вынула карточку и взглянула на часы. Вероятно, Рик скоро будет дома. Ей надо было уезжать.
— Оставь сообщение, если меня не будет. Я приеду, посмотрю на ваш двор и составлю для тебя смету.
— Хорошо. И, кроме того, я порекомендую твою компанию Картеру.
Устная реклама была неоценимой, но из-за этих заказов на улице Рика избегать его станет труднее.
— Спасибо, я была бы очень тебе благодарна.
Она как-нибудь придумает способ, чтобы заниматься соседними дворами и в то же время избегать Рика. Конечно, как только в его жизни появится новая светская девица, этого уже не потребуется. Он даже не заметит существования Лили.
В воскресенье днем Рик приветствовал ее на пороге своего дома.
— Что на обед? — Лили прокляла придыхание, которое появилось в ее голосе.
— Чили, хлеб из кислою юста и салат, но самое удивительное ждет тебя, когда мы дойдем до десерта.
Оставалось только надеяться, что Рик не предназначил на десерт себя.
— Я купил в булочной торт «Смерть от шоколада». — Он жестом пригласил ее войти. — Ты снова работала у меня во дворе?
Лили пожала плечом и отвела взгляд. Подбежала Мэгги, и Лили принялась трепать ее загривок.
— Кто-то должен этим заниматься. Здесь еще полно работы. Я должна разделить твои пионы, закончить мульчировать цветочные клумбы, снова засеять пустое пространство и удобрить твой газон. Кроме того, я хотела бы развести твой…
Он поднял руку, прерывая ее болтовню.
— Лили, я не против, но ты столько времени посвящаешь моему участку…
— Ты собираешься меня накормить? — пробурчала она.
— Перед обедом я покажу тебе платья, которые купил. — Рик пропустил ее вперед, и они поднялись в его комнату.
— Вот, примерь их, а потом я приду посмотрю.
Она поморщилась.
— Разве ты не можешь просто мне довериться?
— Я хочу их увидеть. Крикни, если не сможешь самостоятельно застегнуть «молнию».
Вот еще! Лили открыла матовый чехол для платьев, висевший на дверце большого стенного шкафа, и ахнула при виде множества блестящих нарядов. Их цвета варьировались от черного, лилового до потрясающего алого. На полу под платьями Рик сложил рядами груду коробок с туфлями.
Она перевернула ярлыки и чуть не проглотила язык.
— Рик, здесь в саквояже пять платьев, и каждое стоит несколько сотен долларов!
Он прислонился к дверному косяку.
— Мы вернем все, что ты не станешь носить.
Она расправила плечи и захлопнула дверь в ванную перед носом Рика. Вздохнула, собираясь с силами, сняла с себя все, кроме белых трусиков, и потянулась за наименее дорогим платьем.
Черная матовая ткань заскользила над ее головой, ловко облегая каждый ее изгиб. С таким консервативным покроем и одноцветной тканью оно скорее напоминало костюм, который она надела бы на похороны.
Услышав стук в дверь, она подпрыгнула.
— Уже готова?
Лили сунула ноги в черные босоножки, осторожно прошла к двери и открыла ее.
— Это не вполне бальное платье.
Рик окинул ее взглядом с головы до пальцев на ногах. Что он увидел, когда посмотрел на нее?
Принаряженную деревенщину?
— Не то, что мы ищем.
Она закрыла дверь и сняла платье через голову. Снова повесив его на вешалку, она потянулась к другому платью. Роскошная ткань песочного цвета просто кричала о деньгах, но и это не помогло.
Рик равнодушно отнесся к этому платью и к двум следующим.
В результате осталось алое платье, от которого она хотела сразу же отказаться. Оно не только стоило целое состояние, оно было слишком волнующим. Надеясь, что это платье, как и остальные, потерпит неудачу. Лили натянула его через голову.
Подкладка ласкала ее кожу, как прохладные лепестки роз. Платье сидело на ней как перчатка, ткань изысканно переливалась, когда она поворачивалась из стороны в сторону, чтобы увидеть себя в большое зеркало над туалетным столиком.
Вырез был не слишком закрытым, но и не слишком открытым, но спинки — она задохнулась — не существовало!
Сзади был виден пояс ее трусиков. Гримасничая, Лили поддернула платье вверх и убрала вызывающие трусики.
У нее захватило дух. Вырез, может быть, и не показывал многого, но покрой подчеркивал каждую выпуклость, каждый изгиб ее фигуры.
У нее растрепались волосы, потому что одежду приходилось надевать через голову, а щеки раскраснелись, но в первый раз в жизни Лили чувствовала себя обаятельной и волнующей. Может быть, она и не была красивой, но сейчас уже не чувствовала себя садовым дизайнером. Она чувствовала себя… Золушкой.
Отец не постыдился бы ее в этом платье. У нее вырвался слабый вздох.
— Лили, почему ты так долго?
Ее сердце подпрыгнуло к горлу. Неужели он ждал, что она спокойно направится к двери и позволит ему посмотреть на себя в таком виде?
Рик сразу бы понял, что под платьем она почти голая. Ее соски бесстыдно упирались в ткань, а надеть какое-нибудь белье было бы невозможно, потому что сзади отделка заканчивалась в миллиметре от складки между ее ягодицами. Одна сверкающая тесемка между тонкими бретельками — вот и все, что мешало всему платью растечься мерцающим озерцом вокруг ее лодыжек.
— Гм. Я не уверена насчет вот этого.
— Дай мне посмотреть.
С чувством ужаса Лили шагнула в алые босоножки с ремешками на невозможно высоких каблуках. Когда она посмотрела на себя в зеркало, ей действительно захотелось поверить, что она может быть тем обаятельным созданием, которое отражается вон там. Но она не могла. Это была не она.
— Лили? — Круглая дверная ручка повернулась, и ее пронзила тревога. Она забыла запереть дверь, после того как примерила последнее платье. Рик перешагнул через порог, открыл рот, собираясь что-то сказать, и застыл. Его взгляд омывал ее, как теплый душ. Горячий и ласкающий.
— Ты.., выглядишь.., потрясающе. — Это было все, что он мог произнести.
— С-спасибо. Это красивое платье. — И в этот миг Лили спросила себя, есть ли у нее шанс или Рик видит перед собой женщину, которую сам и создал?
ГЛАВА ПЯТАЯ
Рик вставил диск в систему CD. В маленькой гостиной зазвучала классическая музыка. Он предпочитал мелодии, которые мог бы насвистеть или напеть, но подобную музыку включили бы его родители на своем церемонном празднестве.
Его внимание привлек неуверенный стук туфель Лили по деревянному полу зала наверху.
Черт! Он забыл, что Лили не привыкла к каблукам. Он зашагал обратно в вестибюль и резко остановился. При виде Лили, балансировавшей на лестничной площадке, у него захватило дух. Кто бы поверил, что женщина, которая носит мужскую одежду и стрижется как мальчик, может быть такой красивой?
Лили так крепко стиснула перила, что у нее побелели костяшки пальцев. Она осторожно спустилась на одну ступеньку.
— Подожди. Разреши мне помочь. — Он взбежал вверх по ступенькам и предложил ей руку.
— Тебе не обязательно… — Она состроила гримасу и покачала головой. — Спасибо. Мне бы не хотелось сломать себе шею.
Рик улыбнулся. Он указал на ее туфли и заметил:
— Ты привыкнешь к этим штуковинам.
— Эй, если я умею работать цепной пилой, то научиться ходить на ходулях наверняка будет парой пустяков. — Она пошатнулась, и он поспешно протянул руку, чтобы поддержать ее.
И коснулся кожи. Обнаженной. Теплой. Атласной.
Она ахнула. Или ахнул он? Его пальцы невольно сжали ее поясницу, и на этот раз определенно она резко втянула воздух. Наклоняя голову, Рик посмотрел на нее и тотчас же пожалел об этом.
— У твоего платья нет спинки.
— Да, я вроде как это заметила. Поняла из-за сквозняка. — На ее губах задрожала неуверенная улыбка, и что-то у него внутри смягчилось. Разве ты этого не видел, когда покупал платье?
— Я дал продавщице твои размеры и разрешил ей выбрать самой.
Танцы будут настоящим адом для него. Его ладонь будет касаться кожи. Гладкой обнаженной кожи Лили. Но эта женщина заслуживала, чтобы за ней ухаживали, чтобы из ее глаз исчезло выражение сомнения и чтобы мужчина показал ей, как она красива.
Для этого понадобится лишь немного терпения. Он заскрежетал зубами, чтобы не застонать.
От его терпения почти ничего не осталось.
Через одиннадцать мучительных шагов они дошли до вестибюля, и он ее отпустил.
Она остановилась и осторожно на него посмотрела.
— Мы могли бы подождать, пока ты не достанешь какие-нибудь другие платья, если это тебе не нравится.
Из-за высоких каблуков ее алые губы оказались на уровне его подбородка. Его взгляд скользнул по ее белой, как алебастр, коже, круглым грудям с твердыми сосками, узкой талии и, наконец, длинным ногам.
— Это платье создано для тебя.
Ее щеки окрасил румянец. Ее волосы были растрепаны — как у женщины, которая только что встала с кровати своего любовника. Он никогда не видел более красивой женщины.
Не отвлекайся, Фолкнер. Это временный роман. Ей нужны твои деньги.
— Рик?
Он прокашлялся.
— Готова к первому уроку танцев?
Еще одна гримаса.
— Готова так, что лучше некуда.
— Пойдем в гостиную.
— Сказал паук мухе, — еле слышно пробормотала Лили.
Умная женщина. И этот паук определенно собирался поймать ее в свою паутину сегодня вечером.
Лили боролась с волной паники. Мудрая женщина сняла бы туфли на каблуках и бросилась к ближайшему выходу.
— Дай мне правую руку и положи левую мне на плечо. — Рик стоял неподвижно, как статуя, протянув левую руку. Где будет его другая рука?
Да если он только снова коснется ее обнаженной спины…
— Лили?
Заставив себя шагнуть вперед, она положила ладонь ему на руку. Его теплые пальцы сплелись с ее пальцами. Мило, но ничего такого, с чем она не смогла бы справиться. Но когда он приблизился к ней вплотную и положил руку на ее спину, она поняла, что у нее проблема.
Почему у нее так кружится голова? Почему слабеют мышцы?
— ..основное па «бокс».
У нее в мозгу была такая каша, что она пропустила мимо ушей почти все, что сказал Рик.
— Извини. Что?
Он явно сжал зубы. Может быть, ему это нравилось не больше, чем ей.
— Повтори, пожалуйста.
Пальцы, лежавшие у нее на спине, переместились на долю дюйма, и вверх по ее позвоночнику пробежала дрожь — на которую, как она надеялась, он не обратит внимания. Лили принялась смотреть на правое ухо Рика.
— Ты носил серьгу?
— Да.
— Ты когда-нибудь носишь ее сейчас?
— Нет. Мои бунтарские дни в прошлом.
Гмм, значит, Рик когда-то был бунтарем. В прошлом ей всегда хотелось взбунтоваться, но семейные обязанности предотвращали любой бунт. Она оказалась не нужна родному отцу и боялась, что если перейдет границу, то станет ненужной и отчиму.
— Почему ты взбунтовался?
— Чтобы привлечь внимание отца.
— Это сработало?
— Нет.
— Какая серьга?
— Лили, — предупреждающе проворчал он.
— Я только хотела узнать, нравились ли тебе перья или…
— Боже мой, нет. Это был бриллиантовый гвоздик. Теперь мы можем всерьез заняться танцами?
Другими словами, не вмешивайся в чужие дела. Она попыталась скрыть разочарование, но могла поспорить: с серьгой Рик наверняка выглядел потрясающе.
— Сделай шаг назад правой ногой, в сторону левой, плавно двигайся вправо. Влево вперед.
Вправо в сторону.
— Э-э.., может, тебе лучше просто показать мне?
Он резко кивнул и шагнул вперед, но ее медлительные ноги отреагировали недостаточно быстро. Их тела столкнулись, а ступни помешали друг другу. Он сильнее сжал ее талию, привлекая ее к своему сильному, высокому телу. Их соприкосновение потрясло Лили. У нее перехватило дыхание, кожу закололо от переживаемых ощущений. Она отодвинулась от него на несколько дюймов.
— Могу поспорить, тебя в детстве обучали котильону. Уроки танцев каждую субботу или что-нибудь в этом роде.
— Каждый вторник. Мама настаивала. — Он выговорил эти слова сквозь сжатые зубы, но протанцевал с ней, не сбиваясь с такта, выделывая ногами «бокс» за «боксом», пока ей не показалось, что она вот-вот упадет. — Слушай музыку и двигайся в такт.
Музыку? Она забыла о музыке. Как она могла не слышать, что на заднем плане в полную мощь играет целый оркестр? Потому что Рик так ее обнял, что она не обращала внимания на все, что ее окружало, была занята только Риком.
Лили сделала усилие и попыталась собраться с мыслями. Их отношения были временными и закончатся через пять дней.
Она украдкой бросила взгляд на Рика. Его лицо исказилось от напряжения, он даже сжал губы. Неужели она так неуклюжа? Лили высвободила руки и сделала шаг назад.
— Ничего не выходит. Я ведь не Золушка. Я не умею танцевать бальные танцы.
— У тебя хорошо получается, и это простой вальс. Ты научишься.
— Тогда почему у тебя такой вид, будто тебе пихают осколки под ногти?
Рик провел рукой по волосам. Когда их взгляды снова встретились, Лили пошатнулась, увидев его горящие глаза. Она наступила каблуком на подол своего платья и упала бы, если бы Рик не поймал ее за локти и не удержал. Он почти тут же выпустил ее.
— Потому что ты красива. От тебя потрясающе пахнет. У тебя мягкая, как атлас, кожа. И сейчас я могу думать только о том, что у тебя под платьем ничего не надето. Я хочу тебя.
Сердце ее пропустило удар. Лили прижала руку к груди.
— О…
— Лили.
Она едва могла дышать. Рик провел тыльной стороной руки по щеке Лили. От этого прикосновения ее охватила дрожь.
Он прижал ладонь к ее пояснице, не давая отшатнуться. Другой рукой он поднял ее подбородок и чуть наклонил голову, чтобы ее поцеловать. Ей было мало его прикосновения, легкого, как прикосновение крыльев бабочки. Должно быть, он прочел ее мысли, потому что поцеловал ее снова, на этот раз более долгим поцелуем, стараясь разомкнуть ее губы. Его теплый, влажный и страстный поцелуй… Она ахнула от захватывающих ощущений, от которых у нее кипела кровь, и он воспользовался этим. Его гладкий язык нашел ее язык, сплетаясь с ним и танцуя, ища и отступая.
Он так сильно сжал ее в объятиях, что Лили, притиснутой к его крепкой груди, стало трудно дышать. Нижней частью живота она почувствовала его возбуждение, горячее и страстное. Поцелуй стал еще крепче. До сих пор Лили никогда не целовали с таким желанием.
Он провел руками от бедер Лили к ее талии, потом по груди. Покрыл поцелуями ее губы, подбородок, шею.
— От тебя так хорошо пахнет…
— От тебя тоже.
Лили погрузила пальцы в короткие, упругие пряди его волос, в то время как его руки ласкали ее обнаженные груди. Ей и в голову не приходило, что под это платье так легко проникнуть.
— Сними платье, — попросил он.
Эти слова вмиг отрезвили ее.
— Нет.
Он пристально посмотрел ей в глаза, и она увидела в его взгляде жаркое синее пламя.
— Лили, я хочу тебя. А ты — меня.
Ее сердце замерло на секунду или десять. Рик хотел ее. То есть нет, Рик хотел женщину с изысканной прической, одетую в платье за шестьсот долларов и туфли за триста долларов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13