А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Неизвестно, какие ухищрения предприняли юристы, которым поручили обосновать это ретроспективное притязание, игнорировавшее права последней жены Цезаря – Кальпурнии. Едва ли можно говорить в этом случае о признании официального двоеженства, поскольку ни римские, ни птолемеевские законы этого не допускали. Также маловероятно, чтобы им удалось каким-то образом аннулировать законный брак Цезаря и Кальпурнии или признать его утратившим силу.Вероятнее всего, Антоний и его окружение объяснили это заявление божественным статусом как Цезаря, так и Клеопатры. Союз Цезаря и Клеопатры должен был ретроспективно рассматриваться как священный брак, подобно нынешнему союзу Антония и Клеопатры. Только в этом смысле Цезариона можно было представить законным сыном Цезаря.Но даже при таком объяснении это заявление являлось беспрецедентным выпадом против Октавиана, поскольку рождало предположение, будто его собственные притязания на то, что он сам был законным наследником Цезаря, совершенно необоснованны.Те, кто хотел бы прежде всего сохранить мир между триумвирами, могли утешить Октавиана заявлениями, что планы Антония касаются только Востока. Но такое объяснение едва ли удовлетворило бы Октавиана.Новый порядок, создаваемый Антонием, соответствовал имперским амбициям Клеопатры. Лишним свидетельством этого была большая серебряная монета с надписями на греческом языке. На одной стороне было изображение Антония с надписью "Император и триумвир", а на другой стороне – портрет Клеопатры с надписью "Царица Клеопатра, Младшая богиня". Исследования этой монеты показывают, что она была отчеканена не в Египте, а в Антиохии, которая служила летней резиденцией Антония и Клеопатры. Точная дата ее выпуска неизвестна, но появилась монета не позднее 33 года до н.э. Клеопатру и прежде именовали "богиней"; новым, однако, был титул "младшая", предполагавший, что прежде должна была существовать и "старшая". Действительно, прежде в династии Птолемеев уже была царица Клеопатра, именовавшаяся "богиней", дочь Птолемея VI, которая последовательно являлась супругой трех царей – Селевкидов. Современники поняли, что именно эта правительница имелась в виду, когда Клеопатра VII стала именоваться "Младшей богиней". Это титулование также означало стремление возродить былую империю Птолемеев, когда они были в родстве с Селевкидами и располагали их владениями.Заслуживают особого внимания латинские надписи на одной монете того времени: на одной стороне надпись "Антоний, одержавший победу в Армении", а также портрет Антония и корона царей Армении; на другой стороне – надпись "Клеопатре, царице над царями и над (своими) царственными сыновьями" и портрет Клеопатры в короне.Это – одна из официальных монет Антония, принадлежавших к стандартным римским монетам денариям. Место чеканки этой монеты точно неизвестно (возможно, это была Антиохия), но она имела хождение во многих частях Римской империи. Относится она к 34 году до н.э. или несколько более позднему времени. (Как известно, покорение Армении произошло в 34 г, до н.э.) Необычным, однако, было то обстоятельство, что изображение Клеопатры появилось на официальной, стандартной римской монете, предназначенной для широкого обращения внутри империи. До сих пор на официальных римских монетах появлялись портреты только двух женщин – жен Антония, Фульвии и Октавии, которые были римлянками. Иностранку, да еще в венце (что в Риме было вообще не принято), на римских монетах изображали впервые.Римские монеты всегда были украшены теми или иными символами и снабжены надписями с тем, чтобы люди обращали внимание на их содержание. На протяжении веков, при отдельных частных переменах, подавляющее большинство римских монет были традиционно стандартными – на них повторялось определенное число одних и тех же сюжетов. Очень редко, как в рассматриваемом случае, появлялось нечто принципиально новое, резко отличное от установленных образцов. Можно себе представить, какое сильно впечатление на римлян должны были производить указанные монеты, после того как они были впервые пущены в оборот. Антоний таким образом предлагал людям свою схему римского мира, которая содержала нечто, казалось бы, вовсе не римское. Ведь Клеопатра была, по сути, официально провозглашена Царицей царей и даже царицей над своими царственными сыновьями. Были как нельзя более ясно заявлены ее (и ее сына-соправителя, также Царя царей) права не только на Египет, но и на владычество над всеми царствами, входившими в империю Птолемеев. * * * Но на вершине этой пирамиды власти находился сам Антоний. Для эллинов и эллинизированного населения Востока он был воплощением Диониса-Осириса. Для римлян же этот человек был одним из триумвиров, властителей государства, который, в отличие от своего соправителя Октавиана, начавшего именовать себя императором, в надписях на монетах продолжал именоваться триумвиром. Если внутри своего доминиона он именовался греческим божеством и супругом греческой царицы-богини, то это делалось в интересах политического управления восточными землями. В римской же военно-политической системе Антоний продолжал оставаться триумвиром и верховным главнокомандующим римской армией на Востоке.Это обстоятельство иллюстрирует и еще одна римская монета, также, по-видимому, относящаяся к 34 – 33 года до н.э. На этой золотой монете выбиты имена самого Антония, а также его сына от Фульвии, Марка Антония-младшего, которому было тогда лет десять. Эта монета – свидетельство того, что, хотя Антоний-младший не упоминался во время Александрийских пожалований, его отец вовсе не забыл, что этот мальчик – его старший сын и основной наследник по римским законам. Казалось бы, это очевидный вопрос, однако в него уже была внесена путаница, когда Октавиан был провозглашен законным наследником Цезаря (не являясь его сыном). Таким образом, был создан прецедент.Антоний, как и Октавиан, был прямым предшественником римских императоров, а этот титул формально не считался наследственным. Тем не менее императоры также помещали на своих монетах изображения Своих сыновей. Традиция эта зарождалась при Антонии и Октавиане. Хотя сама Клеопатра удостоилась изображения на одной из официальных римских монет, ни Цезарион, ни другие ее дети на них никогда не изображались. Антоний предпочел для римской монеты портрет своего сына от жены-римлянки. Мы уже видели на примере с царем Иродом, что он далеко не во всем следовал за Клеопатрой, и это еще один пример в таком же роде.Именно за Антонием, владыкой восточных римских провинций и патроном союзных соседних государств, оставалось последнее слово при принятии важнейших политических решений. Даже возрожденная империя Птолемеев оставалась государством, зависимым от этого римского полководца. И каким бы влиянием на Антония ни пользовалась Клеопатра, первенство все же принадлежало не ей, а ему самому. * * * Обычно считается, что Александрийские пожалования навлекли на Антония и Клеопатру поражения и беды и сделали неизбежной победу более традиционно ориентированного Октавиана. Такая точка зрения не лишена оснований. И все же она во многом основана на ретроспективном знании. Человек, изучавший деятельность Октавиана в то время, мог бы найти разные факторы, которые действовали ему во вред. Например, его многочисленные войска не всегда были управляемы и требовали таких денег, которые он не всегда был в состоянии выплатить.Несмотря на то что резиденция Октавиана находилась в Италии, у него вовсе не было большинства в сенате, поскольку в мнениях сенаторов отсутствовало единство. Конечно, Александрийские пожалования Антония вызвали неодобрение многих сенаторов и подорвали его позиции в Риме. Однако он сам, конечно, не мог не учитывать таких вещей и надеялся, что долгосрочные выгоды от его мер превзойдут временные трудности, возникшие в настоящих обстоятельствах. Важно также, оценивая последствия восточных преобразований Антония, учесть, что в самом 34 году до н.э. не случилось никаких осложнений для Антония и Клеопатры, которые нельзя было бы разрешить за один день с помощью удачной военной операции.И все же эти действия Антония вполне могли вызвать у римлян тревогу и повлечь за собой нежелательные последствия, которые сам триумвир мог и не предвидеть. Дело в том, что на Востоке уже около столетия распространялась подпольная пророческая литература. Основной темой этих сочинений была конечная победа Востока над римскими завоевателями, поскольку на Востоке появится некий могущественный спаситель, который низвергнет Рим. Первое из подобных сочинений появилось в конце II века до н.э. Затем подобные антиримские идеи еще в более резкой форме нашли выражение в так называемом "пророчестве Гистаспа", и римляне даже запретили читать его под страхом казни.Подобные бунтарские идеи отразились и в обширной грекоязычной пророческой литературе, известной под названием Сивиллиных книг. Римские власти тщательно отобрали приемлемую или даже выгодную для них часть такого рода пророчеств и издали ее в 83 году до н.э. Но большинство этих Сивиллиных пророчеств (по имени легендарных пророчиц – сивилл) были антиримскими по своему характеру. Многие из них восходили ко II веку до н.э. ко времени, когда эллинистические правители, такие, как Антиох IV, надеялись на близкий конец Рима, или же к периоду после 146 года до н.э. когда Греция стала римской провинцией.Существовал также ряд прорицаний, предрекавших, что спасение Востоку принесет не мужчина, а женщина, причем женщина эта – царица Клеопатра. Когда она была в зените своего могущества, некие анонимные прорицатели утверждали, что недалек уже День суда, за которым последует золотой век:
Все звезды вражды упадут в океан, И явятся новые звезды взамен. Средь них взойдет и комета – звезда, Что беды несет врагам. Когда десятое поколенье уйдет, То явится царственная жена, Чья мощь многократно умножит добро. И процветанье наступит тогда, И братство на землю придет. Земля свободной будет для всех И станет больше плодов приносить, Чем вспомнить может народ. Польются молочные реки тогда, И реки меда или вина… См. Сивиллины книги, VIII.

Из текста ясно, что речь идет о времени правления триумвиров, а царица, которая здесь упоминается, может быть только Клеопатрой.
И пока римляне спор ведут, Кому Египтом владеть, Появится среди мужей жена, Из рода славных царей. И Рим тогда злая ждет судьба, Погибнут воины в своих домах, Прольются реки огня с небес, И сам владыка небесный придет, Чтоб править людьми навек Там же. III, 46 – 47.

Женщину эту иногда именуют "вдовой" (очевидно, вследствие гибели супруга и "соправителя" Клеопатры Птолемея XIV). О ней говорится также:
Когда весь мир покорится ей, Когда наступит царство вдовы, То золото и серебро в океан Будет сброшено, и мечи Поглотит море. И сам владыка небес, Сам бог низвергнет на землю огонь, И по его проклятью тогда Загорятся земля и море везде, Чтоб мог очиститься целый мир; И звезды в небе погаснут тогда,
Не будет уже ни ночи, ни дня, Не будет ни лета и ни зимы, И бог произнесет тогда свой приговор Над миром, И наступит великий век Сивиллины книги, III, 75 – 76.

.
Потом царица, упоминаемая в пророчестве, перестанет быть вдовой, поскольку "станет супругой льва" – намек на Антония, так как лев был символом Геракла, с которым отождествлял себя этот полководец. В этом месте, правда, говорится о прошлом (как во многих прорицаниях), но есть еще длинное прорицание, относящееся к более раннему времени, отражающее те поверья, которые связаны были с именем Клеопатры:
Сколь ни велики богатства, что Азия Риму дала поневоле, Взысканы будут сторицей долги, и за каждого в рабство Уведенного в Рим человека двадцать римлян станут рабами, На тысячи римлян падет проклятье!
О Рим, о развратом упившийся город, подобный блуднице, Станешь еще ты рабам угождать, позабыв о гордыне! Будешь острижен ты в знак униженья хозяйкой суровой И сброшен на землю, ибо в ее руках – правосудье и милость. После ж она вознесет до небес тебя снова, Счастье и мир снизойдут и на Азию, и на Европу, Воздух здоровье и силу дарить будет людям повсюду. Звери и птицы плодиться начнут, и не будет им перевода. Благословенны мужчины и женщины, что доживут до такого Времени. Они, подобно крестьянам, что в царский дворец Впервые попали, узрят в изумлении чудо. Праведный в мире закон воцарится повсюду, И время придет исполненья заветных желаний. И братство везде в мире наступит, и счастье, Мир навсегда покинут нужда, и смуты, и беды, Не будет ни войн, ни убийств, ни раздоров. Там же, III, 350-361; 367-380.

Римлянин, "остриженный в знак унижения" суровой правительницей, – возможно, намек на территории, которые Антоний добровольно возвратил и передал в управление Клеопатре. По крайней мере, так их воспринимали сотни тысяч жителей Востока, униженных римским владычеством. И все же в этом пророчестве есть место для веры в примирение и всеобщее согласие, в идею доброго сотрудничества между римлянами и греками, на что нельзя было надеяться в Риме, созидаемом Октавианом, но что можно было увидеть в новых начинаниях Антония и Клеопатры. * * * Меняется и внешний облик самой царицы, по крайней мере на ее официальных изображениях, предназначенных для населения Ближнего Востока. Об этом можно судить по чертам ее лица на крупной серебряной монете, выпущенной в Антиохии по случаю Александрийских пожалований. Здесь уже нет простого эллинистического стиля, свойственного более ранним портретам. Перед нами величественная владычица, чей взор можно назвать надменным (если не грозным). Голову царицы украшает пышная прическа, и одета она не в простую греческую тунику, а в роскошное парадное платье, расшитое жемчугами. Жемчуга украшают волосы Клеопатры, на шее у нее – жемчужное ожерелье, а в ушах – жемчужные серьги. Жемчуг тогда был самым модным и чрезвычайно дорогим камнем. Хотя в самом Египте добывали много драгоценных камней, жемчуг туда ввозили из стран, прилегающих к Индийскому океану. Поэт Лукан утверждал, что Клеопатра появлялась на пирах, по его выражению, "увешанная дарами Красного моря" (см. Лукан. О гражданской войне; "Красным морем" он, как и некоторые другие римские авторы, именовал Индийский океан). После победы Помпея над Митридатом мода на жемчуг проникла и в дома богатых римлян. Однако жемчуг, как и другие украшения и драгоценности, в те времена поступал в основном в Александрию, и только после настоящей аннексии римлянами Египта жемчуг подешевел (см. Плиний Старший. Естественная история).Вообще Александрия славилась роскошью, которую пуритански настроенные римляне именовали вызывающей. Там постоянно шла обширная торговля предметами роскоши, из которых большая часть поступала в царский дворец. Все, что связано с производством и торговлей парфюмерией и благовониями, издавна было одной из монополий дома Птолемеев (а еще ранее – египетских фараонов). Клеопатра уже использовала свойственные александрийцам глубокие знания в этой области, когда в 41 году до н.э. приплыла по реке в Таре на описанное выше свидание с Антонием.Ее дворец был также знаменит великолепными египетскими мозаиками, изображающими нильские пейзажи. Очевидно, царскую резиденцию украшала также экзотическая мебель. (Известно, что после победы римлян над дядей Клеопатры на Крите Катон вывез в Рим, среди других сокровищ и предметов роскоши, также вавилонский столовый гарнитур).Враги Клеопатры в Риме охотно пользовались слухами о роскоши, которой она предавалась. Много подобных рассказов слышал даже дед Плутарха от своего друга Филоты, который в то время учился в знаменитой Александрийской медицинской школе и одновременно был личным лекарем старшего сына Антония. Об одном его визите в царский дворец рассказывает Плутарх:"Филота, врач из Амфиссы, бывало, рассказывал моему деду, как он учился своей профессии в Александрии и там познакомился с одним из царских поваров. Однажды он пришел навестить своего приятеля и попал на дворцовую кухню, где в это время готовили роскошный царский обед. Гость был поражен обилием снеди. Став свидетелем того, как на кухне жарили восемь кабанов, он спросил, сколь же многочисленны должны быть люди, пользующиеся гостеприимством во дворце. Повар громко рассмеялся и ответил, что гостей к обеду будет всего человек двенадцать, но все, что он видит перед собой, должно быть приготовлено и подано на стол в лучшем виде, поскольку даже небольшая задержка может все испортить. Возможно, Антоний потребует подавать на стол сразу, как только придут гости, может быть, он несколько отложит обед и попросит только вина;
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25