А-П

П-Я

 детская мебель 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Ходжер Эндрю

Сбежавшая невеста


 

Здесь выложена электронная книга Сбежавшая невеста автора по имени Ходжер Эндрю. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Ходжер Эндрю - Сбежавшая невеста.

Размер архива с книгой Сбежавшая невеста равняется 128.5 KB

Сбежавшая невеста - Ходжер Эндрю => скачать бесплатную электронную книгу



OCR and Spellcheck: Veresk
«Сбежавшая невеста»: Библиополис; Санкт-Петербург; 1994
ISBN 5-7435-0099-1
Аннотация
Героини романов – богатая наследница, рыжеволосая, блистательная Дженнифер Перчис и очаровательная пленница на южной плантации в Новом Орлеане Джена Стюарт. Обе оказываются в самых сложных, запутанных, а иногда и таинственных ситуациях. Но судьба щедро вознаграждает их и любовь сметает все преграды на их пути.
Джейн Ходж
Сбежавшая невеста
I
– Послушай меня, Джордж. Тебе надо жениться, и поскорее. – Герцогиня сдвинула на макушку свой темно-рыжий парик, который, как всегда, сполз к одному украшенному дорогой серьгой уху.
– Боюсь, вы правы, мэм, – мрачно произнес ее внук, склонившись, чтобы протянуть понюшку из инкрустированной табакерки. Достопочтенный Джордж Феррис, или, назвать его именем, данным при крещении, – Джордж Фредерик Уильям Эдвард Эрнест Августус Адольфус Феррис – имел тяжелый получасовой разговор со своей бабушкой. По мнению его друзей из Брукс-клуба, в мире было только два человека, которых побаивался этот грозный молодой человек. Одним из них был герцог Веллингтонский, другой – герцогиня Льюэсская. Приятельница доктора Джонсона и доверенное лицо Фокса, она и впрямь была из тех бабушек, которые могли вогнать человека в дрожь, особенно если он выбрал политическую карьеру. Именно она настояла на том, чтобы при крещении ему дали имена всех этих ужасных герцогов из королевской семьи, сыновей Георга III, и сумела заставить их преодолеть разногласия на время, достаточное, чтобы окрестить ее внука, крестными отцами которого стали они все. И не ее вина (а она часто это подчеркивала), что они так мало сделали для его карьеры.
Младший сын обнищавшего расточительного наследника герцога, Джордж Феррис вынужден был сам пробивать себе дорогу в жизни. Между тем как старший его брат, лорд Мэйнверинг, совершал традиционное путешествие по Европе (уж как оно получилось, в затишьях затяжной войны с Францией), Джордж получил от отца равнодушное благословение, маленькое и нерегулярно выдаваемое содержание и рекомендательные письма к Бо Бруммелю и в Брукс-клуб. К счастью для него, его сумасбродный дед, герцог, наконец сошел с ума, как раз в год Трафальгарской битвы, и герцогиня, не теряя понапрасну времени, заперла своего мужа в одном из его замков, том, что был поменьше и подальше, и взяла управление состоянием в свои руки. Первым же ее шагом стала покупка комиссии в полку голубых (королевской конной гвардии) для Джорджа, которого она предпочитала беспутному старшему брату.
Джордж тепло поблагодарил ее, упаковал свои скудные пожитки и присоединился к своему полку на Полуострове. Красавец – если можно назвать красавцем хмурого голубоглазого и чернобрового молодого человека, – знаток лошадей и людей, любитель искушать судьбу, он при своем вспыльчивом характере был вскоре отмечен на поле брани и получил выговор от самого великого герцога за то, что, ожидая во время дождя сигнала к атаке на Саламанке, стоял под зонтиком. А уж если его однажды заметили, забыть было нелегко. Вскоре его взяли в свиту герцога, где он отличился тем, что сумел заработать Орла в перерывах между выполнением своих обязанностей курьера при Ватерлоо.
Когда, наконец, наступил мир, привлекательность армейской жизни потускнела, он продал свой патент и убедил отца послать его в парламент как депутата от графства Кукхавен, принадлежавшего его семье. Попав в палату общин, он восхитил свою бабку – этого старого испытанного вига – точностью и свирепостью нападок на правительство, и о нем заговорили как о сопернике бесцветного Понсонби за лидерство в партии.
– Но запомни, Джордж, – продолжала его проницательная бабуля, взяв понюшку и от всей души чихнув, – холостяцкая квартира – чертовски ненадежная почва для создания своего кружка. Политический лидер должен иметь дом, а дом должен иметь хозяйку. С подходящей женой ты затмишь их всех. Женись сейчас, женись удачно и, главное, женись на богатой, и кто знает, как оно обернется для тебя, когда король наконец умрет и к власти придут друзья Принни. Среди них нет лидера: Понсонби, Тирней… да ты стоишь шестерых таких. Но женись, Джордж, женись…
Он успокаивающе посмотрел на нее.
– Вы в высшей степени настойчивы, мэм.
– Я в высшей степени права. – Жесткость исчезла из старых глаз, когда она взглянула на него. – Джордж, не может быть, чтобы ты до сих пор горевал по крошке Понсонби?
Он поднялся и на мгновение его глаза сверкнули так же, как ее.
– Мое сердце всегда будет принадлежать леди Каролине, мэм.
Старуха вздохнула.
– Чтобы ей было что прибавить к своей коллекции? Или, среди прочего, предложить лорду Байрону? Нет-нет, – убеждающим жестом она мягко коснулась его руки. – Я не стану подтрунивать над тобой, Джордж, но если ты никому не можешь предложить сердце, то твоя рука до сих пор свободна, и многие наследницы почтут за честь ее принять. Что ты думаешь о девочках Мархам?
– Уверяю вас, мэм, я о них вообще не думаю. Избавьте меня, прошу, от перечисления всех возможных мисс нынешнего сезона, поскольку, полагаю, если уж я должен жениться, то женюсь по собственному выбору.
Она вся засветилась улыбкой, на мгновение снова превратившись в ту блестящую девушку, которая некогда очаровала доктора Джонсона.
– Джордж, уверена, что у тебя уже кто-то есть на примете. Быстро говори, кто она? Какова она? Я ее знаю?
Он улыбнулся.
– Нет, мэм, боюсь, что она что-то вроде деревенской мышки. По правде говоря, я и сам с нею незнаком, но, думаю, знаю о ней достаточно…
– Чем дальше, тем романтичнее, – она подмигнула ему. – И кто же эта добродетельная особа, на которой ты собираешься жениться не глядя?
– Это некая мисс Перчис, мэм. Дженнифер Перчис.
– Ммм… – старая дама задумалась. – Как бы то ни было, имя красивое. Дай-ка поразмыслить… Перчис. А-а, вспомнила: корнуэльские Перчисы, я полагаю. Купили имения и угодья в Суссексе на доходы от аферы в южных морях. Есть родственники в Америке; насколько помню, там их фамилия пишется иначе. Добрая старая семья вигов, и дельная к тому же. Он женился… Погоди-ка, был какой-то слушок… А, конечно! Не на мисс Кут, но тоже на дочери банкира. Мне всегда казалось, что у них было много детей. Она ведь умерла родами?
– Мэм, вы, как всегда, восхищаете меня! И, как всегда, вы правы. Дженнифер – красивое имя, не правда ли? Так вот, Дженнифер и была тем ребенком, при родах которого мать умерла. Дочь выросла под опекой отца и его сестры в компании своих старших братьев – моих друзей.
– Ах, ну да, есть же братья, я совсем забыла!
– Были, мэм, были, а не есть. И отец, и братья убиты при Ватерлоо.
Она, погрустнев, помолчала минуту.
– У них в семье всегда были военные, но, Джордж, все – это немножко чересчур.
– Увы, мадам. После смерти жены отец вернулся в армию. Сыновья последовали за ним, и теперь Дженнифер осталась одна.
– Джордж, да ты просто влюблен в это имя!
– Тем лучше для меня: я должен вам сказать, что я честью обязан на ней жениться.
– Обязан честью? А это что еще за глупость?
– Не глупость, мэм, а неотложный долг. Разрешите мне объяснить. Как вы помните, я сам был при Ватерлоо, в свите герцога.
Старые глаза потеплели.
– Как ни странно, Джордж, я помню это очень хорошо. Ведь именно ты взял на себя труд в самый день битвы послать ко мне нарочного с известием для лорда Хорроуби о победе. Но нам повезло… нам очень повезло. Ты говоришь, все трое Перчисов были убиты?
– Да, и хуже того.
– Как это?
– Хуже для Дженнифер, я имею в виду. Это случилось так, мэм. Френсис, старший, погиб в первой атаке. «Проклятье, – сказал герцог, – это был один из моих лучших молодцов».
– Да, день был ужасный. Мне кажется, я стала слишком старая для войн. Но расскажи мне о двоих оставшихся.
– Отец был убит, когда вел своих людей в атаку из Хугомонта. Я прибыл туда с приказом герцога удерживать ферму до последнего человека. Перчис улыбнулся мне. «Этим придется заняться кому-то другому, – произнес он. – Но не сомневайтесь, они сделают это». И умер.
Джордж помолчал.
– Ну? – спросила она. – Я понимаю, что Хугомонт, естественно, удержали. А что с третьим?
– Ричардом, – сказал он тихо. – Ричард был со мной в свите герцога, и мы много ночей провели вместе.
– Необузданный молодой человек?
– Довольно-таки, на мой взгляд. Но не в тот день – я ведь сообщил ему о гибели отца и брата. «Черт, Джордж, – сказал он, – это скверно». Но нас перебили. Подъехал герцог. Был уже полдень, а он не имел известий о Блучере. Он оглядел нас обоих. Я к тому времени уже был ранен; рана была пустяковая, царапина, но чертовски кровоточила.
Ее брови поползли вверх.
– Ну и словечки в присутствии леди.
– Прошу прощения, мэм. Иногда трудно помнить, что вы – леди.
Она расхохоталась.
– Мне и самой трудно. Но – к рассказу. Твоя рана кровоточила…
– Да. Проклятье, неловко рассказывать. Герцог сказал мне: «Вы, Феррис, подвели меня своим ранением, да и лошадь ваша убита. Перчис привезет мне известие о Блучере. Скачка будет с препятствиями». Ричард отдал честь, допил свою бутылку и ускакал. После этого нам какое-то время было не до того. Минуло несколько часов, прежде чем я заметил, что Ричард не вернулся из своей поездки. Герцог тоже это обнаружил. Ряды наши были сильно истерзаны. Он призвал меня к себе и, оглядев, сказал: «Прекрасно, вы снова выглядите прилично! Поедете вслед за Перчисом и непременно привезете мне известие о Блучере. О Перчисе тоже, и вам следует поторопиться. Не дайте им себя убить: добрых воинов становится все меньше». Я нашел Ричарда в полумиле от нас под придорожным кустарником. Я ничем не мог ему помочь – пушечное ядро уже сделало свое дело. Он успел сказать лишь следующее: «Едешь выполнять мое поручение, Джордж? Будь же удачливее меня. Но не стану тебя задерживать. Единственная просьба, Джордж, – он перевел дыхание и продолжал. – Моя младшая сестра Дженни, Джордж. Она останется совсем одна. Завещание отца не годится, так как Френсис умер раньше него… Никакой защиты… Дженни, – он уже задыхался, – наследница… чертовски дрянной дядька. Пригляди за нею, Джордж». Я пообещал, оставил ему свою фляжку и ускакал.
– И ты нашел Блучера?
– Естественно, мэм, раз я теперь здесь. Вряд ли бы я имел смелость предстать перед герцогом, не найдя его. А что касается Блучера, я едва не задохнулся от запаха джина с ревенем, когда он расцеловывал меня в обе щеки.
– Варварская смесь. И теперь ты уверяешь меня, что из-за обещания умирающему считаешь, что честь обязывает тебя жениться на этой Дженни?
– А как я еще могу «приглядеть» за нею, мэм?
Она улыбнулась.
– И впрямь непосильная задача для тридцатилетнего молодого человека.
– Тридцатипятилетнего, – поправил он ее.
– Самое время подумать о женитьбе. Но прости меня, Джордж, мне сдается, ты не больно-то торопился с выполнением своего обещания. С Ватерлоо прошел год. Кто, скажи, все это время заботился о твоей Дженнифер?
– Не я, и мне страшно стыдно. Но вы прекрасно знаете, что лишь в последние, мне удалось кое-как привести в порядок свои дела. Да и она еще совсем ребенок, ей никак не больше семнадцати.
– В семнадцать, Джордж, я уже была матерью твоего отца. Полагаю, тебе не мешало бы побеспокоиться. Кроме того, что там было о злом дядюшке? Может быть, он все это время отщипывал по кусочку от ее состояния?
– От всей души надеюсь, что нет, мэм. Но если так, то, насколько я знаю, он вполне способен возместить убытки. Он – брат ее матери, некто Гернинг, один из банкиров и богат, как Ротшильд.
– Тогда почему ты думаешь, что он выдаст свою богатую племянницу за младшего сына, у которого, прости, Джордж, за душой ничего кроме того, что он добудет себе своими стараниями, да еще перспективы получить кое-какое наследство от зажившейся сварливой старой бабки.
Голубые глаза, так похожие на ее собственные, сверкнули.
– Внука герцога, мэм. Не забывайте о моих связях. Он не такой уж дурак. Он является, как мне говорили, опекуном одного молокососа, которого хочет любыми средствами протолкнуть в парламент, да и относительно себя самого лелеет на сей счет кое-какие мыслишки. В распоряжении же моего отца – три графства. Так что с его стороны я не предвижу препятствий.
– И ты думаешь, твой отец поддержит тебя в этом?
– Знаю, что поддержит. Нет смысла ходить вокруг да около и скрывать что-то от вас. После заключения мира отец не вылезает из долгов, а теперь, когда нужно еще выплатить долги моего братца, прежде чем тот сможет жениться… Да отец сочтет, что ему крупно повезло, если сможет добыть мне состояние в обмен на одно из наших мест в парламенте.
Она вздохнула:
– Действительно, Генри был чрезвычайно неосмотрителен. Конечно, всегда следует ожидать, что старший сын наделает долгов на несколько тысяч, но, как я понимаю, он не был настолько скромен.
– Скромность, мэм, никогда не была среди достоинств Генри, как вы прекрасно знаете. Я могу только пожалеть, что он не выбрал себе парочку пороков подешевле.
Она нахмурилась.
– Джордж, он твой старший брат.
– Да, мэм, к моему великому сожалению, это так. Нет-нет, – он коснулся ее руки, – не думайте, что я завидую тому, что он унаследует титул, мэм, но какие у него были возможности… И все это ему ни к чему.
Она снова вздохнула.
– Да, знаю, что это тяжело. Я говорила твоему отцу, что он глубоко ошибается, делая такие различия между вами, двумя мальчишками, но он всегда поступал по-своему. Так что Генри ожидали Оксфорд и путешествие по Европе…
– А меня ничего, – перебил он, – если бы вы не вмешались и не исправили положение, заплатив за мое обучение в Кембридже. Я никогда этого на забуду, как и мой патент. Я всем обязан вам.
Она с любовью улыбнулась ему.
– Ты оказался удивительно удачным хобби. Но не смей меня благодарить, пока не станешь первым министром. Мне очень понравится быть бабушкой первого человека после короля.
Он рассмеялся.
– Я должен был знать, что у вас есть свои тайные цели. Ну, дайте мне только уладить с этой женитьбой, обзавестись домом в Лондоне, и тогда мы посмотрим…
Она задумчиво взглянула на него.
– А девушка, Джордж. О ней ты подумал? Может быть, ей хочется выйти за кого-нибудь другого?
Он удивился.
– Девушка, мэм? Надеюсь, она сумеет опознать настоящего мужчину, когда увидит его перед собой.
Мудрая улыбка осветила ее лицо.
– Я тоже надеюсь, Джордж, тоже надеюсь.
II
Но десятью днями позднее в Суссексе Дженнифер Перчис топнула ножкой, обутой в туфельку с каблучком а ля Ватерлоо, и свирепо воззрилась на своего дядюшку Гернинга.
– Я не выйду за него, будь он хоть царь всех России.
Она только что вернулась с конной прогулки, где галопом носилась по низине. Щеки ее пылали, а каштановые волосы отливали рыжим на фоне темно-зеленого костюма для верховой езды.
– Но, Дженни, дорогая, ты только подумай!
Слащаво-вежливый, он угрожающе навис над нею, пытаясь склонить ее на свою сторону. Краснолицее чудовище, а не человек!
– Не называйте меня «Дженни»! – она снова топнула ногой.
Сдерживаемое целый год возмущение прорвалось наружу в тот день, когда ее дядюшка с напыщенной уверенностью объявил, что она должна выйти замуж за Джорджа Ферриса. Горечь копилась в ней в той самой минуты, когда в один насквозь пронизанный солнцем июньский день ее дядюшка Гернинг, банкир, приехал из Лондона и сообщил ей, что она осталась одна-одинешенька на всем белом свете. «Но, моя дорогая Дженни, не беспокойся, я позабочусь о тебе…» Он даже не потрудился скрыть свою радость от этой перспективы, и она никогда не простила ему этого.
Но избежать его опеки она не могла. В свои шестнадцать лет она не сумела воспрепятствовать тому, что он со всеми своими чадами и домочадцами переехал в большой дом близ Дентона, в дом, который, как она полагала, принадлежал теперь ей. Сестра отца, добрейшая тетушка Джулия, сначала слегка протестовала, затем, не имея сил сносить покровительственную манеру городской дамы – жены дядюшки Гернинга, уложила сундуки и сбежала к родственникам в Йоркшир.
С тех пор прошел год. Невыносимый год, в течение которого Дженни наблюдала, как ее дядька жмется из-за каждого пенни, необходимого для имения, и выдерживала постоянные стычки с теткой. Презирая и дядьку, и тетку, она невольно привязалась к их дочери. Элизабет, которая была на год моложе ее, и даже к их воспитаннику – ленивому и добродушному Эдмунду Батсу.
Но это было последней каплей. Замуж ради дядюшкиного удовольствия она не выйдет. Не поверила она и его рассказу, что человек, который просит ее руки, был другом ее брата. Она слишком хорошо знала, на что способен дядюшка, добиваясь своей цели. Она пристально, в упор посмотрела на него взглядом, который был так похож на взгляд ее отца и всегда был неприятен дядьке.
– Если он и друг Ричарда, что же он так долго не являлся сюда? Именно в прошлом году мне нужен был друг.
Дядюшка тоже чувствовал справедливость этого упрека, но попытался от него отмахнуться.
– Тем не менее он уверяет, что хорошо знал Ричарда, да и Френсиса тоже.
Она не могла вынести, что он произносил имена ее братьев.
– Не сомневаюсь, что он часто выпивал с ними. Они никогда не отличались особенной разборчивостью в знакомствах. Но друг, дядя, друг приехал бы раньше. Нет, – она стряхнула влажную руку, которая убеждающе легла на запястье. – Я не сомневаюсь, что у вас есть свои причины желать этого брака, но больше не хочу ничего о нем слышать.
Повернувшись так резко, что юбка закрутилась у нее вокруг ног, она выскочила из комнаты.
Через минуту она расплачется, а ведь пока она ни разу не доставила дядюшке радости видеть ее слезы.
Взбежав по центральной лестнице и стремительно войдя в свою комнату, она в ярости стала рыться в шкафу в поисках дорогих ее сердцу связок писем от Ричарда. «Боюсь, вчера перебрали, – писал он незадолго до Ватерлоо, – но кто же устоит, когда бутылкой распоряжается Феррис? С тех пор как я попал в свиту Бо, Феррис покровительствует мне. Ребята говорят, мне дьявольски повезло с таким другом. Он настоящий коринфянин – постарше меня, конечно; в свите Бо еще с Испании. К тому же он и друг Бруммеля… И, ох, Дженни, видела бы ты его галстуки!»
Ее глаза наполнились слезами: такое мальчишество! Сейчас, после года горя и бед, она чувствовала себя старше своих братьев. А что касается этого повесы – их собутыльника, который, несомненно, и был причиной той кучи долгов, что, невыносимо ворча, вынужден был оплатить дядя после их смерти, то ему она покажет, какого мнения о нем их сестра.
Раздался осторожный стук в дверь.
– Да, – нетерпеливо воскликнула она. Будет ли конец этим преследованиям! Но это был всего лишь Сомс, дворецкий, который пришел доложить (в глазах – невысказанное сочувствие), что дядя ожидает ее в своем кабинете.
«В его кабинете, как бы не так», – мысленно возмутилась она, не позволяя угаснуть гневу, который помогал ей сохранять мужество. Кабинет ее отца превратился в банкирскую контору, дядюшка Гернинг по-прежнему вел дела в городе и каждую неделю проводил в Лондоне несколько дней. Дом, который некогда был штаб-квартирой элиты вигов графства, пришел в упадок и выглядел едва ли краше, чем банковская контора. Лишь лучшие друзья все еще навещали ее, делая это со многими извинениями, почти тайно, по предварительной договоренности, выбирая время, когда ее дядя был в Лондоне, и всеми силами стараясь избежать показного гостеприимства ее тети.
С неохотой снова спускаясь вниз, она размышляла об этих друзьях. К кому из них она могла бы обратиться за поддержкой в этом затруднительном положении? Была, конечно, тетя Джулия, но она при первой же атаке Гернингов оказалась ненадежной опорой.
Даже в свои шестнадцать Дженнифер хотела держаться самостоятельно, показать Гернингам, что они – гости, по-прежнему считать своим опекуном тетю, заботам которой поручил ее отец. Но тетя подвела ее тогда, и конечно не стоит ожидать от нее большего теперь, к тому же она сейчас за сотни миль отсюда, живет у каких-то неизвестных родственников в Йоркшире. Обращаться к ней бесполезно. Оставалась только Люси Фэвершем. Люси была ее лучшей и самой давней подругой, дочерью генерала Хуго Фэвершема – надежного политического партнера ее отца; у них даже гувернантка была одна на двоих. Но Люси было только восемнадцать, и матери у нее тоже не было. И хотя генерал не делал секрета из своей нелюбви к ее дяде Гернингу, Дженнифер очень сомневалась, что он поддержит открытое неповиновение. Его радикальные политические убеждения вряд ли простирались до одобрения мятежа со стороны молоденьких девушек. Вообще-то она давно поняла, что он был из породы людей, предпочитающих делам слова…
Она дошла до двери в кабинет. Войдя, увидела, что дядя чем-то занят за конторкой, которая выглядела совершенно неуместной среди гравюр с охотничьими сценками, принадлежавших ее отцу.
– А-а, Дженни, дорогая, – ласковый тон обращения подсказывал ей, что он собирается сделать вид, будто между ними не было никакой ссоры. Она знала эту его старую хитрость и приготовилась к сопротивлению.
– Мы обсуждали вопрос о твоей помолвке, – сказал он, – и я полагаю, мне не удалось достаточно ясно изложить свою точку зрения. Конечно, нет никакого разговора о немедленном вступлении в брак. Твоя тетя и я не собираемся так легко расстаться с нашей дорогой племянницей.
Он помедлил, ну прямо олицетворение любящего дядюшки, да и только!
– Разумеется, – отозвалась Дженнифер, но умудренная опытом, закончила фразу про себя, – «а за одно и с ее состоянием».
– По правде говоря, – продолжал дядя, – мы с тетей только на днях обдумывали план твоего дебюта в обществе, который, как ты понимаешь, был по необходимости отложен из-за траура. Мы всерьез были обеспокоены тем, как лучше поступить, поскольку, как тебе известно, твоя тетя Гернинг не занимает такого положения, чтобы вывозить тебя в свет.
Не желая даже себе признаваться в этом, Дженнифер поняла, что восхищается им. Не всякий имел бы мужество откровенно признать, что его жену не принимают в свете. Но что, собственно, из этого следует? Прежде она не слышала разговоров о собственном дебюте и примирилась с мыслью о том, что при всех иных более важных заботах ее шансы на выезд в свет упущены со смертью отца. Может быть, дядя Гернинг рассчитывал убедить тетю Джулию вернуться и сопровождать ее? Дженнифер в этом сильно сомневалась. Разрыв между тетей Джулией и Гернингами был слишком серьезен, его не так-то легко преодолеть. И было бы глупо предполагать, сказала она себе, что Гернинги согласятся ослабить свою власть над нею и ее состоянием. Она была уверена, что у них не было никаких других выгодных связей, иначе бы она об этом прослышала.
Но дядя, замолчавший, чтобы сложить в стопку разложенные на конторке бумаги, заговорил снова:
– Теперь, – мягко произнес он, – мы имеем возможность решить этот вопрос наиболее благоприятным образом. Досточтимый Джордж Феррис, о чем ты, вероятно, не знаешь, является внуком герцогини, и, я полагаю, – а поверь, дорогая, я не терял даром времени и многое выяснил для тебя с тех пор как получил его предложение… – он замолчал, вконец запутавшись в собственных речах, а Дженнифер сердито про себя отметила его любовь к титулам. Но он наконец нашел свою мысль.
– Как я говорил, его бабушка герцогиня, по слухам, души в нем не чает при всем том, что он всего лишь младший сын; говорят, она многое сделала для его карьеры. Так что я намерен, отвечая на это письмо и принимая очень лестное предложение мистера Ферриса, написать, что твое положение в обществе было бы лучше всего обеспечено, если бы твой дебют как его официальной невесты состоялся под руководством его бабушки. Нет-нет, не беспокойся, у нас и в мыслях нет отказаться от тебя совсем: твоя кузина Элизабет, полагаю, может поехать с тобой и составить тебе компанию, что в высшей степени удобно, да и мы с тетей будем недалеко.
«Еще бы, – подумала она, – готова поклясться, что вы никуда не денетесь». Перспектива того, что ее таким манером навяжут семье мистера Ферриса, была, если только это вообще возможно, еще более неприятной, чем перспектива выйти за него замуж. Выросшая в неромантическом мужском обществе отца и братьев, она не видела ничего необычного в предложении Ферриса. Ему, безусловно, нужны деньги, как они всегда были нужны ее братьям, и ради ее состояния он готов проглотить наличие таких тети и дяди. Но взять ее в свою семью еще до свадьбы, еще не получив вознаграждения… уж это-то будет для него слишком. На какое-то мгновение она призадумалась: а что если позволить дядюшке следовать этому плану в надежде, что такие условия покажутся искателю ее руки столь кабальными, что он сам откажется от этого брака? Нет, риск слишком велик, и слишком силен удар по ее гордости. Она всерьез озаботилась тем, как бы убедить дядю в своем твердом намерении отказаться от этого брака.
Но никакие ее доводы не помогли. Никогда еще она не видела своего дядю таким решительным и вскоре заподозрила, что он усматривает в этом браке какие-то еще большие выгоды для себя, большие, чем смел ей сказать. Постепенно, по мере того как он утрачивал контроль над собой, ей удалось выведать, что в своем письме Джордж Феррис намекнул о возможности места в парламенте для Эдмунда Батса и даже, вероятно, для самого дядюшки. Она давно знала о горячем желании дяди протолкнуть своего глупого послушного подопечного в парламент, где его, конечно, можно было бы использовать в своих интересах. Сердце ее упало. Наживка была и впрямь хороша. Доведенная до панического ужаса чувством собственной беспомощности, она протестовала столь яростно, что разгневался в свою очередь дядя. Он ожидал, что она ухватится за это, с его точки зрения, в высшей степени приемлемое предложение, и в удивлении от ее отказа держал себя в руках хуже, чем обычно.
– Прекрасно, мисс, – заявил он. – Мы посмотрим, кто хозяин в этом доме. Отправляйся в свою комнату и не выходи оттуда.
– Хозяин, как же, – бросила она ему в ответ. – Вы вроде бы забываете, дядя, что это мой дом, и вы со своим семейством гостите здесь у меня. Вам должно быть стыдно злоупотреблять моим гостеприимством и так обращаться со мной. Я этого не потерплю, вы же просто шайка нахлебников… – она замолчала в ужасе от вырвавшихся у нее слов, но было поздно: они уже вылетели. Она опустила голову устыдившись при мысли о том, что бы сказал ее отец или благовоспитанная тетя Джулия по поводу такого нарушения хорошего тона.
Дядя не терял времени даром и тут же воспользовался своим преимуществом.
– Да уж, мисс, полагаю, вам следует опустить голову. А теперь отправляйтесь в свою комнату и не выходите, пока не опомнитесь. Ваши извинения будут приняты только вместе с вашим согласием, и это больше, чем вы заслуживаете при вашем дурном воспитании.
Онемев от унижения, она повернулась и вышла из комнаты. Но за дверью она приостановилась. Она проиграла один роббер, но значит ли это, что проиграла вообще? Если она сейчас послушно пойдет в свою комнату, это конец. Слишком часто она видела, как дядя одерживал верх над Эдмундом, если тот пытался в чем-то его ослушаться, и она не полагалась на собственное упорство в борьбе против него. Она огляделась. Дядя не пошел за нею, чтобы убедиться, что она подчинилась и пошла в свою комнату. Тем самым он, конечно, показывает, что не сомневается в своей победе. А парадная дверь приглашающе открыта. Сбежать. Сможет ли она? Посмеет ли? Она знала: сейчас или никогда. Бессознательно она разгладила складки своего костюма. Это и решило все: она была одета самым подходящим образом. Она доскачет до дома Фэвершемов и отдаст себя на милость генерала. Уж конечно, он не сможет отказать ей в том, чтобы хоть отправить к тете Джулии в Йоркшир.
Она поспешила вокруг дома к конюшням, избегая идти под окнами кабинета и слегка презирая себя за эту трусливую предосторожность. Если бы только у нее хватило смелости сказать дяде в лицо, что она уезжает! Она вдруг осознала, что впервые с пониманием думает об отъезде тети Джулии: дядя Гернинг обладает удивительно неприятной способностью заставлять других чувствовать себя виноватым.
Старый Томас, конюх, который учил верховой езде и ее, и ее братьев и который столько раз вытаскивал ее из кустов, что она предпочитала не помнить, сколько именно, с сомнением посмотрел на нее, когда она приказала вновь оседлать Звездного.
– Снова, мисс Дженни? Думаю, он еще не успел остыть. Возьмите лучше какую-нибудь из других.
– Ничего подобного, – невозможно объяснить старому Томасу, что с тех пор как дядюшка переделал конюшни, Звездный был единственной лошадью, которая, как она чувствовала, полностью принадлежала ей. Кроме того, она прекрасно понимала, что его протест связан вовсе не с состоянием лошади, а с тем, что ему хотелось заглянуть на полчаса домой пообедать.
– Ну же, – она прибегла к своему самому повелительному тону, – оседлай мне Звездного и прекрати свою воркотню.
– Вы говорите совсем как ваш отец, мисс. – Это была капитуляция, но он все еще ворчал себе под нос, выполняя приказание, его старые руки делали свое дело так медленно, что это сводило ее с ума. Она нетерпеливо ждала, все время прислушиваясь, нет ли погони. Но ее не было. Дядя, вероятно, был уверен, что никто не посмеет его ослушаться. Вскоре она была на безопасном расстоянии, свободна и счастлива – ее всегдашнее ощущение в седле – и скакала поперек низины к дому Люси, стоявшему милях в пяти от ее дома.
Светило солнце, высоко над нею пел жаворонок. Она отпустила поводья, и Звездный шел медленно, пока она мечтала о полной свободе.
Но в Фэвершем-Холле ее ожидало разочарование. Люси, как всегда, была рада видеть ее, но сразу же выяснилось, что отец в отъезде в Лондоне и останется там почти до конца недели. Дженнифер ответила на это сообщение таким глубоким молчанием и так побледнела, что Люси всполошилась.
– Но, любовь моя, что тебя беспокоит? Зачем тебе так понадобился мой отец? Надеюсь, не случилось ничего плохого?
Дженнифер горько рассмеялась.
– Плохого? Да все плохо, дружок. Я пропала, Люси, я загнана в угол, тону. Словом, я – беглянка. Не знаю, должна ли ты принимать меня в отсутствие твоего отца.

Сбежавшая невеста - Ходжер Эндрю => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Сбежавшая невеста автора Ходжер Эндрю дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Сбежавшая невеста у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Сбежавшая невеста своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Ходжер Эндрю - Сбежавшая невеста.
Если после завершения чтения книги Сбежавшая невеста вы захотите почитать и другие книги Ходжер Эндрю, тогда зайдите на страницу писателя Ходжер Эндрю - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Сбежавшая невеста, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Ходжер Эндрю, написавшего книгу Сбежавшая невеста, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Сбежавшая невеста; Ходжер Эндрю, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 онлайн парфюм 

 Московцев Федор - Реальные истории - 4. Избыток целей http://www.libok.net/writer/13789/kniga/61779/moskovtsev_fedor/realnyie_istorii_-_4_izbyitok_tseley