А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Голубев Глеб

«Вспомни!»


 

Здесь выложена электронная книга «Вспомни!» автора по имени Голубев Глеб. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Голубев Глеб - «Вспомни!».

Размер архива с книгой «Вспомни!» равняется 187.5 KB

«Вспомни!» - Голубев Глеб => скачать бесплатную электронную книгу




«Вспомни!»: Детская литература; Москва; 1972
Аннотация
…Странные события начинают происходить в маленьком тихом поселке, затерявшемся среди гор Швейцарии. Художница Клодина не может понять, что творится с ее любимой теткой. Почему та вдруг начала слышать по ночам какой-то загадочный голос? Где он прячется? Откуда доносится? Каким образом таинственный «глас небесный» внушает старой женщине, будто ей всего восемь лет, и заставляет ее совершать нелепые поступки? Может, это болезнь? Но почему тогда голос требует, чтобы она отдала все свои сбережения подозрительной секте «Внимающих голосам космического пламени»?..
Разгадывая по просьбе Клодины эти запутанные загадки, главному герою приключенческой повести Г.Голубева «Голос в ночи» профессору психологии Морису Жакобу приходится стать на время настоящим детективом и приложить немало выдумки и энергии, чтобы разоблачить хитрых и опасных преступников.
В повести «Вспомни!» мы снова встречаемся с профессором Жакобом. Опять ему приходится решать нелегкую задачу. Он помогает человеку, еще ребенком попавшему при загадочных обстоятельствах в годы войны в чужую страну, вспомнить через много лет под воздействием гипноза, где его родина, и найти своих близких.
Глеб Голубев
«Вспомни!»
ПОВЕСТЬ


Оформление Л. ЗЕНЕВИЧ



Когда мы в памяти своей
Проходим прежнюю дорогу,
В душе все чувства прежних дней
Вновь оживают понемногу,
И грусть, и радость те же в ней,
И знает ту ж она тревогу…
Огарев

1
Во время завтрака Морис рассеянно сказал:
— Да, ты не забыла, что у нас сегодня обедает гость?
— Гость? Впервые слышу. Ты ничего не говорил.
— Ну как же, дорогая. Ты просто забыла. У тебя неважная память.
— Никогда не жаловалась! — возмутилась я. — И прекрасно помню: ничего ты мне не говорил ни о каком госте.
— Ну хорошо, хорошо, — поспешил отступить муж. — Значит, у меня память стала пошаливать. Но теперь, пожалуйста, не забудь: у нас обедает гость.
— Постараюсь. А кто именно? Или ты мне тоже об этом уже говорил, только я забыла?
— Некий Томас Игнотус.
— Странная фамилия.
— Да, у нынешних святых отцов бедновато воображение. Не придумали ничего лучше, как окрестить его Неизвестным.
— При чем тут святые отцы?
— Он воспитывался в монастыре.
— Он что — сирота?
— Пока — да.
— Почему пока?
— Это ты поймешь из нашей беседы за обедом.
— Как тебе нравится играть в тайны! Он что, очередной пациент? Будешь излечивать его от суеверий и вырывать из лап церковников?
— Нет, на сей раз дело несколько иное. И весьма любопытное. Вот увидишь. Кстати, речь пойдет о памяти…
— Ты снова? Не понимаю, почему деловые разговоры надо вести за обедом.
— Мне думается, в такой обстановке он будет чувствовать себя спокойнее, по-домашнему. Человек он одинокий, обиженный судьбой. Не стоит его сразу пугать лабораторией.
Времени оставалось мало, а осрамиться перед гостем мне не хотелось. Но все-таки я успела приготовить неплохой обед: суп с фрикадельками из гусиной печенки, бернские колбаски, на сладкое домашний яблочный торт.
Когда Морис с Гансом Грюнером пришли из лаборатории, стол я уже накрыла.
— Ну, где же твой гость?
Муж не успел мне ответить, как у входной двери раздался звонок.
— Он аккуратен, — одобрительно сказал Морис и поспешил открыть.
Гость оказался высок, белобрыс, застенчив. Загорелые лицо и шея, из коротковатых рукавов дешевого костюма неуклюже торчат темные, как клешни, исцарапанные кисти рук, которые он не знает, куда девать. Видно, Томас много времени проводит на свежем воздухе, под солнцем, и редко надевает этот костюм.
— Познакомьтесь: Томас Игнотус. — Морис представил нас: — Мадам Клодина Жакоб, моя жена и помощница. А это мой секретарь, Ганс Грюнер.
Гость неловко поклонился, стараясь держаться поближе к стене. Я поспешила пригласить всех к столу.
Морис, конечно, сразу начал донимать его расспросами.
— Значит, вы думаете, будто родились не в Швейцарии, а где-то в другой стране? Почему? — спросил он, едва гость взялся за ложку.
— Я — сирота, с десяти лет воспитывался в монастыре святого Фомы: профессор Рейнгарт, вероятно, говорил вам…
— А раньше? Кто были ваши родители?
— Не знаю, — виновато ответил Томас. — Что было раньше, я ничего не помню.
— И только поэтому вы решили, будто иностранец? Разве мало у нас подкидывают детей к монастырским воротам?
Морис порой бывает совершенно несносен. Я толкнула его под столом ногой, но он не обратил никакого внимания и продолжал:
— А что это за номер у вас на руке? Монастырская метка?
Смутившийся еще больше гость поспешно поправил манжеты, но я тоже успела заметить татуировку у него на левом запястье: «Х-66р».
— Она была у меня еще раньше, до монастыря. Не знаю, откуда взялась.
— А почему вы не выведете ее? Сейчас это ловко делают. Или оставили «на счастье», как талисман?
Томас ничего не ответил и, стараясь куда-нибудь спрятать злополучные руки, задел и опрокинул солонку.
— О, извините… — Лицо у него стало совсем багровым.
Я видела, что ему очень хочется взять щепотку рассыпанной соли и бросить через левое плечо, чтобы не накликать несчастья. Он не решился. Тогда это демонстративно сделала я, назло Морису.
Но Морис только весело рассмеялся и вдруг властно приказал Томасу:
— Сцепите пальцы рук! Крепко сцепите! И смотрите мне прямо в глаза, не отрываясь. Не отводите взгляда! Ваши руки сжимаются все крепче. Вы не можете их разжать! Они разожмутся только по моему разрешению. Пробуйте, прилагайте усилия. Вы не можете разжать руки!
Томас попытался расцепить пальцы — и не смог. На лбу его выступили капельки пота.
Я уже видела подобные штуки: таким способом проверяют, хорошо ли человек поддается внушению. Но бедный Томас так перепугался, что мне его стало жалко.
Ганс помалкивал, занятый своим делом — все запоминать. Но мне показалось, что он тихонечко хихикнул.
— Морис, дай же человеку спокойно пообедать! — сердито сказала я.
— Прошу прощения. Теперь они легко разожмутся по моему приказу. Только слушайтесь меня! Видите? Клодина, подложи гостю еще колбасок, они превосходны, — добавил он как ни в чем не бывало.
— Спасибо, я…
— Ешьте, ешьте. Так почему же вы все-таки думаете, будто родились не здесь, а в другой стране?
— Иногда я вижу странные сны, — помедлив, ответил гость и посмотрел исподлобья на Мориса: не станет ли тот смеяться?
Но Морис, наоборот, сразу стал особенно деловит и серьезен и быстро спросил, подавшись к нему через стол:
— Какие именно сны?
— Мне снятся горы… Не наши горы, а пологие, с мягкими очертаниями. Снится маленький городок у моря. В нем есть что-то восточное. И солнце там жаркое, не такое, как у нас, тени четкие, черные.
— У моря? Может быть, это озеро — вроде нашего, Женевского? — спросил Морис.
— Нет, там море, — упрямо ответил гость, покачивая головой. — На базаре продают много рыбы.
Он замолчал, словно всматриваясь в эти воспоминания. И мы молчали, никто не решался их вспугнуть. Потом Морис спросил:
— Еще что вам снится?
— Иногда товарный вагон. В нем много детей. Нас куда-то везут, но выходить из вагона не дают даже на больших станциях… Часовые в стальных шлемах. Этот сон неприятный. Они толкают нас прикладами, бьют. Я всегда просыпаюсь в холодном поту.
— В каких странах вы бывали, кроме Швейцарии? — спросил Морис.
— Ни в каких. Я всю жизнь прожил здесь.
— Никогда не бывали за границей?
— Нет. Я и тут-то мало куда ездил. Вот только в Берн да однажды в Цюрих с женой.
— Какие языки знаете, кроме немецкого?
— Никаких. В монастыре учил латынь, но помню плохо.
— Даже французского не знаете? — поднял брови Морис. — Довольно редкий случай в нашей многоязычной стране.
— Немножко знаю, но произношение… Понимать-то я понимаю, но предпочитаю говорить по-немецки.
— Пожалуй, вы правы, — задумчиво проговорил Морис. — Вас откуда-то привезли в Швейцарию.
— Конечно! — обрадовался Томас. — Вы поможете мне найти моих родственников?
— Пока трудно за что-либо зацепиться. Попробуйте вспомнить, что вам снилось еще. И главное — с деталями, побольше подробностей.
Гость задумался.
— Иногда снятся совсем другие дома, — опустив голову, виновато сказал он. — Маленькая деревня в сосновом лесу. И гор нет никаких вокруг. Может, это снится мне просто так? Как говорится, дьявол путает?
— Вы суеверны? — быстро спросил Морис.
— Нет, что вы! — поспешно ответил гость. — Но вчера, например, приснилась уж явная чертовщина…
— Какая?
— Женщины плясали вокруг костра и потом ходили босыми ногами по угольям.
— Какие женщины? Как они выглядели?
— В таких длинных черных платьях, в белых платочках.
— И они ходили босиком по раскаленным углям?
— Да. Вы мне не верите?
— Почему же? Ведь вы в самом деле видели это?
— Да!
— Во сне?
— Да. Но мне кажется, я видел это когда-то и наяву… — Под пристальным взглядом Мориса он тут же поспешил поправиться: — А может, мне так только кажется. Конечно, нелепый сон.
— Как заметил один мудрый человек: «Сны — это лгуны, которые иногда говорят правду…», — важно произнес Ганс.
— Значит, вы мне верите? — обрадовался гость. — И поможете?
— Попытаюсь. Не будем откладывать. Приходите завтра к десяти часам. Мы попробуем разобраться в ваших снах.
— Спасибо, профессор! Недаром у меня было хорошее предчувствие, когда шел к вам. Я непременно приду, только надо договориться с хозяином… — Он встал, неловко поклонился Морису, потом нам с Грюнером. — Большое спасибо за обед.
Помявшись, но так и не решившись что-то сказать, он направился к двери. Морис пошел проводить его до ворот.
— Очень беспокоится о гонораре, не много ли возьму за консультацию, — сказал он, вернувшись. — Я его успокоил, что подожду: «Сочтемся, когда вы найдете своих богатых родичей…»
— Ты его не напугал? — спросила я. — А то вдруг он вообще больше не придет. Неловко получилось. Ничего себе, пригласил человека пообедать. Замучал дотошными вопросами, затем этот глупый фокус с руками. Он даже торт не доел…
— Надо же было проверить его внушаемость.
— Обязательно за обедом? Он и так посматривал на тебя с недоверием, как на какого-то шарлатана. Когда наконец ты научишься себя вести, как подобает профессору и доктору философии?
— Наоборот, я произвел на него хорошее впечатление. Он мне верит. Ну, что вы думаете об этом дельце?
Грюнер, конечно, сказал, как всегда, совершенно неожиданное:
— Какой у него желтый и рассыпчатый голос, у этого Томаса.
— Вам он показался именно таким? — заинтересовался Морис, сразу забыв о Томасе.
— Да. Желтый и рассыпчатый, как просяная крупа.
— Любопытно. Это надо записать.
— Хорошо, я отмечу свои ощущения в протоколе беседы… — кивнул Грюнер. — Вы ему верите?
— Его снам?
— Тому, что он в самом деле забыл, где родился.
— Это вполне возможно.
Грюнер иронически скривил тонкие губы:
— Ложку ищет, а она у него в руках…
— Разумеется, вам это кажется совершенно невозможным, — сказала я. — Но ведь вы уникум.
— Никогда не поверю, будто можно забыть такие вещи, — упрямо покачал головой Ганс.
Он в самом деле уникум, человек с необыкновенной памятью. Ганс помнит все. Морис уверяет, будто его память практически не имеет границ.
Ганс свободно запоминает таблицы в сотни цифр, что меня поражает больше всего, сколько угодно слов на любых языках и просто бесконечные наборы бессмысленных слогов. Он моментально запоминает на слух любые стихи или музыкальные мелодии. Если захочет кого-нибудь поразить, то потом любой текст прочтет по памяти в обратном порядке — или от середины к началу, от середины к концу, — как вы пожелаете.
В такие моменты я смотрю на него с благоговейным испугом. Он начинает казаться мне роботом, которому придали вполне человеческий вид, даже аккуратно зачесали реденькие волосы, чтобы скрыть раннюю лысину, одели в серый костюм самого модного покроя, — о таких много теперь пишут фантасты. Может быть, под этим высоким лбом с чуть приплюснутыми висками спрятан электронный мозг?
Морис очень заинтересовался Гансом и ведет над ним постоянные наблюдения вот уже шестой год. Он сделал ловкий ход, которым весьма гордится: пригласил Ганса стать его секретарем. Лучшего секретаря, конечно, не придумаешь.
Ганс ничего не записывает, но все запоминает, а потом составляет протокол каждой беседы или опыта. Очень удобно.
И Ганс доволен своей жизнью, хотя иногда и начинает в шутку стыдить Мориса, будто тот его безбожно эксплуатирует. Но жалованье он получает щедрое да, кроме того, частенько подрабатывает, выступая вместе с Морисом и всех удивляя своими феноменальными способностями. Деньги он бережливо копит на старость и станет, наверное, скоро миллионером, потому что одинок, скуповат, не пьет и не курит.
— Кто зарабатывает только на хлеб, сыт не бывает, — рассудительно отвечает Ганс, когда мы с Морисом начинаем подшучивать над ним.
Голова его напичкана пословицами, и он очень любит их приводить кстати и некстати.
Некоторые его странности меня пугают. Ганс может, например, преспокойно сказать:
— Ну, как же вы не помните это место?.. Там еще такой зеленый солоноватый забор…
Цвета для него имеют вкус, и звуки тоже он, как уверяет, воспринимает на вкус и в красках. Это помогает ему якобы все запоминать.
А может, он просто выдумывает? Ганс большой фантазер. Если его попросишь куда-нибудь сходить, он подробно и обстоятельно, с массой точнейших деталей, расскажет, что там видел. А потом выяснится, что он вовсе никуда не ходил и ничего не сделал, просто-напросто все вообразил! И уверяет при этом, что такова, видите ли, его натура: он, дескать, постоянно путает реальные события с воображаемыми, и это мешает ему жить. Меня такие штучки бесят, а Морис всегда смеется и поддерживает Ганса.
Морис проводил специально опыты и убеждает меня, что феноменальный Ганс действительно обладает необычным воображением. Ему достаточно лишь вообразить, будто кладет левую руку на край горячей плиты, а в правую зажимает кусок льда, и температура одной руки повышается, а другой понижается сразу на два-три градуса!
Я бы не поверила этому, если бы не видела градусник собственными глазами.
Ганс может ускорить биение своего сердца — для этого ему достаточно лишь представить себя бегущим по улице за автобусом. А зубы он лечит без всякого наркоза: просто представляет сидящим в зубоврачебном кресле не себя, а кого-нибудь другого.
— Хотя бы вас, — галантно сказал он как-то мне. — Это очень отвлекает.
— Благодарю! — засмеялась я. — Вам, конечно, удобно. Хорошо хоть я при этом не испытываю зубной боли…
— А вы потренируйте ваше воображение, — всерьез посоветовал он. — Мне кажется, это доступно всем, только надо тренироваться.
Он ничего не забывает.
Морис иногда проверяет его и, заглядывая в свои записи, спрашивает:
— Скажите-ка, Ганс, какой опыт мы с вами проводили пятнадцатого июня шестьдесят третьего года?
— Пятнадцатого июня? — переспрашивает Ганс и на миг задумывается, морща высокий лоб. — Подождите… вы были в сером костюме… Я сидел против вас у окна. А, мы запоминали таблицу цифр.
— Вы можете ее вспомнить?
— С удовольствием… — И Ганс начинает без запинки сыпать четырехзначными числами.
Морис едва успевает их проверять по своим записям, ошеломленно качает головой и восхищается:
— Ни одной ошибки!
Конечно, при такой необыкновенной памяти любой человек кажется Гансу притворяющимся, если он что-то забыл. Он просто не может себе представить, как это возможно — забывать…
— Ну, а ты что думаешь о нашем госте? — спросил Морис у меня.
— История очень трогательная. Ты должен ему помочь. Это возможно?
Постукивая пальцами по столу, муж задумчиво ответил:
— Слишком мало мы еще знаем о загадочных процессах человеческой памяти. Последние исследования, кажется, внушают уверенность, что мы запоминаем практически все когда-либо привлекавшее наше внимание, только не умеем вспоминать по желанию. Похоже, вся информация, поступающая в наш организм, оставляет где-то в нервных клетках вечный, нестираемый след. Но где? И как добраться до этих записей?
— Для меня нет ничего проще, — горделиво сказал Ганс.
— К сожалению, только для вас. И если бы вы могли поделиться этой чудесной способностью с другими, научить нас все запоминать и в любой момент вспоминать по желанию… Но ведь вы даже не можете рассказать, как это вам удается.
— Да, — смущенно согласился Всепомнящий Ганс. — Я просто вспоминаю, и все. Никаких секретов.
— Очень просто, — насмешливо подхватил Морис. — А как подобрать ключи к памяти Томаса?
— Он действительно сирота? — спросила я.
— Да. Был в сорок пятом году приведен неведомо кем в одно селение возле Сен-Мориса. Крестьяне передали его в ближайший монастырь святого Фомы. Там его воспитывали до пятнадцати лет, потом пристроили куда-то батраком.

«Вспомни!» - Голубев Глеб => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга «Вспомни!» автора Голубев Глеб дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге «Вспомни!» у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу «Вспомни!» своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Голубев Глеб - «Вспомни!».
Если после завершения чтения книги «Вспомни!» вы захотите почитать и другие книги Голубев Глеб, тогда зайдите на страницу писателя Голубев Глеб - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге «Вспомни!», то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Голубев Глеб, написавшего книгу «Вспомни!», к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: «Вспомни!»; Голубев Глеб, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн