А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Но Ричарду не пришлось ждать так долго. Спустя неделю он прочитал в газете о гибели пассажирского судна «Альбатрос», направлявшегося в Саутгемптон. Среди пропавших без вести пассажиров были миссис и мисс Мэри Смит.
Глава вторая
Леди Дартвуд взирала на подъезжающую к дому карету с поистине детским восторгом. Наконец экипаж остановился, и хорошо вышколенный кучер немедленно помог пассажирке выйти. Молодая, элегантно одетая женщина, кутаясь в роскошный меховой жакет, поспешила войти в дом.
— Она здесь, Брин! Она приехала! — вскричала леди Дартвуд.
— Дорогая, не стоит так волноваться! — отозвался ее муж. — Ради бога, сядь. В твоем положении вредно прыгать…
— Я знаю, милый, — с улыбкой ответила Верити, — это так любезно с твоей стороны — без конца напоминать мне о моем положении, — она с нежностью погладила свой округлый животик. — Элизабет чудесная девушка. Я уверена, что ты будешь от нее без ума.
Виконт Дартвуд встал из-за стола и подошел к супруге.
— Я обещаю, что отнесусь к ней так, как она того заслуживает, Верити, — сказал он, обнимая ее. — Уверен, раз ты так высоко отзываешься о школьной подруге, она действительно прекрасный человек. Но восхищаюсь я только тобой, моя любовь. Другие женщины перестали существовать для меня, как только я тебя увидел.
Дверь в кабинет виконта отворилась, и девушка лет двадцати с небольшим в сопровождении слуги вошла в комнату.
— Клянусь, Элизабет, — воскликнула виконтесса, обнимая ее, — с каждым годом ты становишься все прелестнее. И… Что это? Ты сбавила в весе?
— А ты прямо-таки расцвела, моя дорогая Верити. Сияешь здоровьем! — Элизабет протянула руку виконту. — Как поживаете, милорд? Ваша жена так часто рассказывала мне о вас в своих письмах, что мне кажется, будто я знаю вас всю жизнь.
— В свою очередь должен добавить, мисс Бересфорд, — ответил виконт, целуя протянутую руку, — что с тех пор, как Верити получила ваше письмо, она ни о чем другом не говорит.
— Не слушай его, Элизабет! — рассмеялась Верити. — Мне вредно волноваться. И давайте покончим с формальностями!
— Учитывая обстоятельства, вам следует держать ее взаперти, сэр, — улыбнулась Элизабет. — У нашей дорогой Верити слишком живой нрав, ей не сидится на месте, а беготня может повредить ее здоровью. Что же до формальностей, я согласна с вашей супругой и прошу вас не называть меня «мисс Бересфорд». Однако вынуждена признаться, что многочисленные сокращения моего имени мне также не нравятся. Я не вынесу, если вы будете называть меня Лиззи, Элизой или Бет.
Виконт благосклонно выслушал эту тираду и снова поклонился. Гостья ему определенно нравилась. Она была очаровательна, умна и обладала безупречными манерами. И именно поэтому, когда Элизабет задержалась к ужину, виконт нетерпеливо поинтересовался у супруги:
— Куда подевалась твоя подруга, дорогая? Знаешь, она не только весьма привлекательная особа, но и достаточно рассудительна…
Верити едва удалось скрыть улыбку. Такая оценка в устах ее мужа, скупого на похвалу, означала, что он очень высокого мнения о человеке.
— Не имею представления, милый, — улыбка на лице виконтессы внезапно погасла. — Я, наверное, рассказывала тебе, что у нее было тяжелое детство. Она мало говорила о себе, но все же мне удалось узнать, что брак ее родителей оказался неудачным. Элизабет была очень привязана к отцу и совсем не общалась с матерью. А что касается ее сестры…
— Мм, — пробормотал виконт, — надеюсь, ты предупредила нашу гостью, что леди Чилтэм может нагрянуть сюда в любую минуту?
Верити нахмурилась. Она от всей души презирала сестру Элизабет и лорда Чилтэма. Однако сами Чилтэмы словно бы не замечали такого к себе отношения. Более того, они искренне полагали, что раз их поместье располагается всего в трех милях от поместья виконта, то они вправе навещать соседей, когда им вздумается.
— Она дурно вела себя с Элизабет, — вместо ответа сказала виконтесса, — бедная девочка всегда возвращалась в пансион в синяках после каникул.
— Моя дорогая, братьям и сестрам свойственно ссориться, — спокойно отозвался виконт.
— Да, разумеется, но Эвадна на семь лет старше Элизабет. — Верити вдруг повеселела. — Хотела бы я посмотреть, осмелится ли она теперь нападать на мою дорогую подругу. Элизабет очень изменилась с тех пор, как уехала жить к бабушке. Я думаю, Эвадна умрет от зависти, когда увидит ее.
— Еще бы! — не сдержал своих чувств виконт. — Элизабет отнюдь не похожа на увядающую фиалку — в отличие от сестрицы. Они совершенно разные.
— Это правда, — согласилась Верити, — в школе Элизабет была очень застенчивой, но, к счастью, повзрослев, она превратилась в сильную, уверенную в себе женщину. Даже большое горе — не так давно она потеряла бабушку — не вывело ее из равновесия.
В этом, однако, проницательная виконтесса ошибалась. Прежде чем судить о душевном состоянии своей подруги, ей не мешало бы поговорить с горничной Элизабет. Именно эта женщина, нанятая когда-то в качестве няньки, лучше остальных понимала, что пришлось пережить ее драгоценной хозяйке. Агата Стигвелл — так звали преданную горничную — стала свидетельницей череды драматических событий в жизни Бересфордов. На ее глазах старшая Эвадна обижала сестренку, а миссис Бересфорд словно не замечала того, что происходило у нее под носом. И только бабушка беззаветно любила Элизабет, забрав ее при первой же возможности к себе в Бристоль. Правда, имелся еще отец. Но он так редко навещал семью, что поневоле возникало сомнение, существует ли он вообще.
Агата никогда не сожалела о том, что помогла юной мисс убежать в Бристоль, когда умер мистер Бересфорд. У бабушки девочка словно расцвела. Наконец о ней заботились, ее любили. Однако, к сожалению, миссис Смитсон была слаба здоровьем. Особенно ее подкосил приезд дочери, которая явилась, чтобы забрать беглянку.
Агате не удалось подслушать разговор, произошедший между миссис Смитсон и миссис Бересфорд, но после него между матерью и дочерью пробежала черная кошка. Миссис Бересфорд немедленно покинула дом миссис Смитсон, и, надо признать. Агата об этом ничуть не сожалела. Она никогда не любила хозяйку, а посему при известии о ее кончине, случившейся два года назад, не проронила ни слезинки.
Что же до мисс Элизабет, понять, что чувствует девушка, было невозможно. Агата точно знала, что мисс не стала оплакивать почившую мать и даже отказалась носить траур. Только смерть миссис Смитсон по-настоящему расстроила Элизабет. С тех пор ее будто подменили. Впрочем, Агата заметила, что поездка в Брюссель пошла на пользу молодой хозяйке. Элизабет посвежела и перестала плакать. Однако на ее прекрасном лице застыла печаль. Она стала еще более задумчивой и замкнутой.
— Почему ты так странно смотришь на меня, Эгги?
Агата отвела глаза. Ее длинные, худые пальцы теребили бахрому; на шерстяной шали.
— Вам это только чудится, госпожа. Я всего лишь подумала, как это мудро с вашей стороны — принять приглашение леди Дартвуд. Слишком долго вы сидели взаперти. Ваша бабушка не одобрила бы подобного поведения.
— Знаю, знаю… — Элизабет вздохнула. — Бабушка даже просила меня отказаться от траура по ней. Я сдержала данное ей обещание и не ношу черных одежд.
Элизабет встала из-за туалетного столика, забрала у горничной шаль и завернулась в нее. Кивнув Агате, она вышла из комнаты и направилась в гостиную, где некоторое время назад встретилась с давней подругой и ее мужем. Там она застала весьма трогательную картину: виконт и виконтесса сидели на софе подле друг друга и о чем-то оживленно шептались.
Завидев Элизабет, виконт немедленно поднялся на ноги и поклонился, как того требовали приличия.
— Боюсь, Верити забыла предупредить вас о том, что мы ожидаем и других гостей. Должен приехать мой хороший друг, мы вместе служили. Он обещал быть сегодня, но может и задержаться.
Элизабет кивнула. Пока она поудобнее устраивалась в кресле, виконт налил ей бокал мадеры.
— Кажется, весь прошлый год вы пробели в Брюсселе? Значит, у вас была прекрасная возможность отпраздновать победу. Верити говорила, что вы ухаживали за ранеными солдатами?
— Да, я жила в Брюсселе, — ответила Элизабет, слегка запинаясь, — но вынуждена признаться, что поводов для радости находилось немного. Если бы вы знали, сколько людей полегло в этой войне! Я никогда не забуду, что творилось в городе после решающей битвы! — Она тряхнула головой. — Славе всегда сопутствуют смерть и страдания.
Верити посмотрела на мужа и увидела, как он уважительно кивает, слушая Элизабет. Их разговор был прерван внезапным шумом, донесшимся из коридора.
— Что такое, Брин? Должно быть, приехал твой друг?
— Да, вероятно, это он.
Верити дождалась, пока муж выйдет из комнаты, и тут же заговорщически подмигнула Элизабет.
— Я только что заметила, что у вас с Брином одинаковый цвет волос. Вы могли бы быть братом и сестрой! — сказала она, подсаживаясь поближе к подруге.
— Хотелось бы мне иметь такого брата — серьезно проговорила Элизабет. — Тебе очень повезло с мужем, Верити. Такой обаятельный!
Она улыбнулась, но ее серо-зеленые глаза по-прежнему оставались грустными.
— Когда ты ожидаешь ребенка? — спросила она. — Думается мне, со дня на день.
— Господи, нет! Не раньше чем через несколько недель, — Верити слегка нахмурилась. — Я знаю, что чудовищно растолстела и ужасно выгляжу, а ведь ждать еще целый месяц!
В эту самую секунду дверь распахнулась, и в гостиную вошел виконт в сопровождении высокого, красивого джентльмена. Верити никогда прежде не встречала этого человека, но была наслышана о его достоинствах. Сэр Ричард Найтли сразу же очаровал ее. Она была так поглощена знакомством с ним, что не обратила внимания на то, как отреагировала на происходящее ее подруга.
Руки Элизабет предательски дрожали. Она собиралась поставить бокал с вином на кофейный столик, но нечаянно опрокинула содержимое на свое платье из темно-зеленого бархата. Впрочем, ей моментально удалось взять себя в руки, и, кажется, никто не заметил этой маленькой вспышки ужаса.
— Нет необходимости представлять мне сэра Ричарда, — сказала она, когда подошла ее очередь знакомиться. — В детстве мы дружили домами.
Элизабет прекрасно владела собой. Она была бледна, но это вполне можно было списать на усталость. Оправив безнадежно испорченное платье, она с рассчитанной грацией протянула руку для поцелуя. На ее губах играла приветливая улыбка.
— В последний раз мы виделись очень давно, сэр Ричард, поэтому неудивительно, что вы меня не узнали. Элизабет… Элизабет Бересфорд.
Он сдержал возглас изумления, но его лицо и без слов выражало крайнее замешательство.
— Я разделяю ваше удивление, сэр Ричард, — весело проговорила виконтесса, — Элизабет узнать мудрено. Случайно повстречав ее два месяца назад, я глазам своим не поверила! «Неужели это моя старая школьная подруга?» — подумала я.
— Вы и в самом деле сильно изменились, мисс Бересфорд, — наконец ответил сэр Ричард. По спине Элизабет пробежал холодок. Как же она скучала по этому голосу! — Но мне все же следовало узнать вас.
Его взгляд скользнул по нежному фарфоровому личику, обрамленному копной густых огненно-рыжих волос, по изящной фигуре. Он уловил едва слышный аромат какого-то цветка. В голове мелькнуло смутное воспоминание, которое исчезло так быстро, что Ричард не успел понять, о чем напомнил ему тонкий запах.
— В отличие от вашей сестры вы похожи на своего отца. Эти волосы… Вы, несомненно, унаследовали их от Бересфордов.
— Вы не представляете, сэр, какое это облегчение — слышать от вас подобные слова! — с некоторой иронией проговорила Элизабет, повернулась к виконту и одарила того такой ослепительной улыбкой, что сэр Ричард почувствовал укол ревности.
— Милый Брин, ваша дорогая жена только что сказала мне, что мы с вами могли бы быть братом и сестрой, так велико наше внешнее сходство. Уверена, что через некоторое время словоохотливые сплетницы не только «породнят» нас, но и выдумают какую-нибудь удивительную историю, повествующую о скитаниях наших семей, разлученных каким-нибудь вековым проклятием. Так что не удивляйтесь, если через некоторое время соседи начнут бросать на вас любопытные взгляды!
Виконт расхохотался, весьма довольный остроумным замечанием гостьи. Он протянул девушке руку и повел ее в столовую, где уже был сервирован ужин. Сэр Ричард и виконтесса двинулись следом. Верити сию же секунду заметила, что друг ее мужа не может глаз отвести от Элизабет. Сама же мисс Бересфорд. вовсе не желала быть объектом столь пристального внимания. Напротив, эти долгие, восхищенные взгляды, которые то и дело бросал на нее сэр Найтли, невероятно смущали девушку, хотя ей и удавалось делать вид, что она ничего не замечает.
Никогда, даже в самых смелых своих фантазиях, не могла она вообразить, что гость Дартвудов окажется тем самым человеком, которого она беззаветно любила с детства. Эта неожиданная встреча причинила Элизабет адскую боль. Однако ничем — ни жестом, ни словом — не выдала она царящего в ее душе смятения. Она держала себя с достоинством, была дружелюбна и предельно вежлива.
Ужин, которого она ожидала с таким нетерпением, обернулся для нее настоящей пыткой. Она едва прикоснулась к еде и, когда Верити объявила о своем намерении пораньше лечь спать, несказанно обрадовалась. Не пришлось выдумывать предлог, чтобы оставить джентльменов. Пожелав им доброй ночи, она вызвалась проводить леди Дартвуд в ее комнату. Подруги давно не виделись и горели желанием поговорить по душам.
К счастью, виконтесса очень устала, и вскоре Элизабет очутилась у себя в покоях. Здесь ей не нужно было притворяться. На ее лице ясно читалось отчаяние.
— Так и есть! — воскликнула она, глядя на горничную. — Мне следовало догадаться, что тебе все известно! Откуда ты узнала о его приезде? Не стой как столб! Помоги мне раздеться!
Обескураженная подобной вспышкой ярости, столь несвойственной ее хозяйке, Агата проворно бросилась к молодой леди и помогла ей подготовиться ко сну.
— Что же теперь будет, госпожа? — осмелилась спросить она. — Помяните мое слово: он обо всем узнает!
Элизабет швырнула на туалетный столик деревянный гребень, которым расчесывала волосы, и повернулась к служанке.
— Он не узнает, если только ты не проговоришься. Это наш с тобой секрет. Ты ведь никогда не предашь меня, Эгги? Если ты сделаешь это, я тебя не прощу!
— Я умру вместе с вашей тайной, госпожа. Вы же знаете. Но он не глуп. Он Может что-то заподозрить. Лучше бы вам немедленно уехать…
Элизабет отрицательно покачала головой.
— Не скрою, подобное решение проблемы представляется мне весьма заманчивым, но своим отъездом я лишь все осложню. Ему покажется странным, что я вдруг сорвалась и уехала. — Она беспомощно посмотрела на себя в зеркало, будто спрашивала совета у своего отражения. — Да, вот тогда он заподозрит неладное, начнет расспрашивать Дартвудов, сопоставит факты и поймет. Нет, Эгги, я не могу этого допустить. Знаешь, забавно, но из меня вышла бы неплохая актриса! — Она горько усмехнулась. — Да, да, эта профессия недостойна настоящей леди, но… Однажды я уже повела себя так, как не подобает леди. За одни сутки согрешила дважды. Нет, Эгги, я умею держать себя в руках. В течение долгих лет я только и делала, что скрывала собственные чувства, так что мне не составит труда обвести его вокруг пальца.
Горничная помрачнела, и Элизабет слегка пожала ей руку, чтобы успокоить.
— Не волнуйся, Эгги. Все будет хорошо. Знаешь, вынуждена признаться, что обижена на виконтессу. Нет, я очень привязана к Верити! Мы давние подруги, но она могла бы предупредить меня о том, что старый товарищ ее мужа некто иной, как Ричард… Возможно, она скрыла это из лучших побуждений… Бог ей судья! Кстати, Эгги, ты видела ее?
— Да, мисс. Я наблюдала за вами, когда вы вчетвером направлялись в столовую.
— Скажи, когда должен появиться ребенок, судя по ее виду? Ты ведь разбираешься в таких делах, не правда ли?
— Похоже, со дня на день.
— Я так и думала! И что за врач осматривал Верити! Наверняка какой-нибудь старый, полуслепой пропойца! Жаль, что с нами нет Тома. Он — настоящий врач! Знаешь, Эгги, я, пожалуй, зайду к ней. Уверена, она еще не спит.
— Покои леди Дартвуд располагаются в конце коридора, госпожа. Не заблудитесь.
Элизабет только пожала плечами в ответ, в очередной раз дивясь способности Агаты моментально запоминать расположение всех комнат и коридоров в любом доме, куда бы они ни приехали. Сама она не могла этим похвастаться, и ей понадобилось несколько минут, прежде чем она наконец наткнулась на опочивальню виконтессы.
Как и следовало ожидать, леди Дартвуд заснуть не удалось. Она сидела на кровати, откинувшись на гору подушек и нервно теребила пальцами одеяло.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16