А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

У нее гораздо больше прав сердиться, чем у него! Это ее поймал проклятый шпион янки с покалеченной ногой. Квент мог бы позволить ей сбежать. Он мог бы отпустить ее. Но нет. Он преследовал ее, сбил с ног, унизил, а сейчас тащит ее к палатке, даже не оборачиваясь и хромая так же сильно, как в тот день, когда они впервые встретились.
Квент откинул полог палатки и пропустил Лили вперед. Она неловко вошла внутрь, дернув связывавшую их цепь. В палатке едва хватало места для двоих, и они остановились в центре, повернувшись друг к другу.
В глубине души Лили порадовалась тому, что из-за тусклого света не видит лица Квента. Ей проще противостоять ему, не глядя в глаза.
— Ложись, Лили, — кратко приказал Квент.
Она уперлась левой рукой в бок, надеясь, что ее поза выражает неповиновение.
— Не лягу. Вас посетила абсурдная идея, лейтенант Тайлер. Не знаю, о чем вы думали, когда…
— Если ты не ляжешь, я упаду, — медленно произнес Квент. — И если я даже упаду на тебя, то все равно не смогу двинуться с места всю ночь.
— Настолько плохо? — спросила Лили, мгновенно жалея, что позволила себе слишком мягкий тон. Ей нет никакого дела до его проклятой ноги!
— Да, благодаря тебе.
Вместе они медленно опустились на расстеленные рядом одеяла. Вздох, вырвавшийся у Квента, когда он, наконец, вытянулся на спине, лучше всяких слов сказал Лили о том, как сильно болела его нога. Но она тут же отбросила жалость, внезапно поднявшуюся из глубины души.
— Почему ты не дал мне сбежать? — с отчаянием спросила Лили. — Тебе на самом деле так важно, чтобы я попала в Вашингтон? Капитан Шервуд украсит твой послужной список?
Квент повернул голову, чтобы взглянуть на нее. Он лежал так близко, что в другую ночь Лили предположила бы, что он сейчас протянет руку и прикоснется к ней, поцелует или нежно дотронется до подбородка длинными пальцами. Но только не сейчас. Квент держал руки при себе и не придвигался ближе.
— Нет, — отрезал он. — Ты рисковала жизнью, Лили. Это было чертовски глупо.
Квент отвернулся от нее и закрыл глаза.
Лили крепко зажмурилась и приказала себе спать. Рядом раздавалось глубокое и ровное дыхание Квента. Его измученное тело наконец получило отдых, и Квент заснул, едва положив голову на одеяло. По ту сторону палатки спали и несли дежурство солдаты. Лили слышала их храп и приглушенные шаги, негромкий шепот часовых.
Наручники, связывавшие Лили с Квентом, раздражали ее не только физически. Лили чувствовала себя так, словно ее заперли в маленькой комнате без окон. Неужели всего два дня назад она бы только приветствовала такую близость с Квентом, даже эти оковы? Лили повернула голову, потеряв всякую надежду на сон.
Ее взгляд остановился на профиле Квента, казавшемся в темноте таким нежным и сонным. Спящий, он выглядел скорее как ангел, чем как дьявол, хотя она знала, что в его душе нет ничего ангельского. Коварство и вероломство — признаки демона, но не святого.
Ворчливый голос из подсознания Лили напомнил ей, что и она не слишком честно вела себя с Квентином Тайлером, да и со всеми жителями Нассау, если быть точной. Мысль о том, что ей не доставляло удовольствия лгать Квенту, успокоила Лили. Она ненавидела лгать ему.
Лили надоело наблюдать за спящим Квентом. Она подняла руку и дернула короткую цепь, связывавшую ее с ним. В палатке раздался лязг тяжелых звеньев, и Лили довольно улыбнулась при виде внезапно дрогнувшей руки Квента и его нахмурившихся бровей. Спокойный ритм его дыхания превратился в тяжелый и неровный, и, чтобы побеспокоить сон Квента, Лили снова подняла руку и тряхнула цепью.
Квент повернул голову в другую сторону от Лили. Она должна была бы испытывать удовлетворение, но, напротив, разочаровалась.
С кошачьей грацией Лили приподнялась на локте. Не проснулся ли он? Она улыбнулась, когда ее ухо уловило тихое бормотание, какие-то бессвязные звуки, вылетавшие изо рта Квента. Он разговаривал во сне.
Стараясь не зазвенеть цепью, Лили склонилась над Квентом. Интересно, подумала она, осторожно подкрадываясь к его отвернувшемуся лицу, не она ли снится Квенту. Эта мысль показалась ей справедливой. Квент снился ей каждую ночь, и она боялась, что его образ будет преследовать ее до конца ее дней.
Левую, свободную, руку Лили положила рядом с головой Квента и наклонилась поближе, пытаясь разобрать его неясные слова. Ее улыбка пропала, когда она увидела выражение лица Квента. Он глубоко хмурился во сне, словно боролся с дьяволом, который, по мнению Лили, сидел в нем самом. Его губы шевелились, но она не смогла понять ни слова из хриплого шепота Квента. Не собираясь отступать, она еще ниже наклонила голову. Ее волосы коснулись его лица, когда ухо Лили приблизилось ко рту Квента.
— Иона.
Вот и все, что ей удалось разобрать. Мужское имя? Кто он, этот Иона, преследовавший Квента во сне?
Вопреки своим запретам, Лили почувствовала, что смягчилась по отношению к лежавшему рядом с ней мужчине. Он предал ее, но он совсем не чудовище. Он человек — мужчина, которого мучили кошмары, который смеялся, занимался с ней любовью до тех пор, пока ей не начинало казаться, что еще одно прикосновение к ее телу разожжет в нем огонь, который поглотит весь мир.
Лили почувствовала, что женщина, сидевшая в ней, захотела успокоить Квента, облегчить его боль. Он спал. Он никогда не узнает, что Лили отказалась от ненависти к нему. На одну ночь.
Голова Лили опустилась Квенту на грудь. Ее рука нежно дотронулась до его лица, отбросив со лба непослушную прядь. Квент отреагировал почти мгновенно. Хмурое выражение исчезло с лица, а учащенное дыхание постепенно замедлилось. Лили просунула пальцы закованной руки в его ладонь, боясь признаться самой себе в том, что это прикосновение доставило ей удовольствие и что она хотела почувствовать тепло его тела возле своего.
Медленным, но уверенным движением рука Квента опустилась на спину Лили, теснее прижав ее к нему своим весом. Тепло проникло под ледяной панцирь девушки.
— Все хорошо, любовь моя, — прошептала Лили, уткнувшись ему в грудь и изумляясь легкости, с которой ее планы нарушить спокойный сон Квента сменились желанием успокоить его. Что изменится, если одну ночь она проведет в его объятиях?
Долгожданный сон быстро пришел к Лили, окутал спокойным и теплым коконом, поглотив ее целиком. Последней мыслью промелькнуло беспокойство, что она никогда больше не ощутит тепла, исходящего от спящего рядом любимого мужчины.
На мгновение Квент забыл, где он находится. Его пальцы запутались в мягких волосах Лили, она сама спала на нем, положив голову ему на сердце, и тепло дышала в его грудь. Ее изящная рука покоилась рядом с шеей Квента, другую он чувствовал в своей ладони. Когда Квент попытался поднести ее руку к своим губам, воспоминания волной нахлынули на него. Память проснулась вместе с лязгом кандалов и болью в бедре.
Он не двигался, боясь разбудить Лили и разрушить очарование почти прекрасных минут. Почти. Они были бы прекрасными, если бы он мог разбудить Лили поцелуем и медленно заняться с ней любовью, неторопливо доведя ее до наслаждения.
Сегодня днем он доставит свою жену в руки тюремного охранника, который запрет ее в камере. Лили потеряет свободу. Она никогда не простит ему той роли, которую он сыграл в ее пленении. Даже если потом ему удастся вырвать ее из федеральной тюрьмы.
И разве можно винить ее? Квент и сам никогда никого не прощал. Если бы Лили сопровождала его сейчас в тюрьму мятежников, разве понял бы он ее?
Нет.
Любил бы ее по-прежнему?
Да.
Квент потянул Лили к своему лицу. Он до боли медленно продвигал ее полусонное тело по своему, превратив это в сладкую пытку. Лили тихо застонала, облизнула губы, почти приблизившиеся к его губам, ресницы ее все еще закрытых глаз изящно дрогнули.
— Доброе утро, любовь моя, — прошептала она, вся во власти воспоминаний о том, как он будил ее по утрам ласковыми руками и жаждущими губами.
Наконец лицо Лили оказалось над его лицом, и Квент нежно поцеловал ее. Губы Лили слегка раскрылись, и она довольно вздохнула.
— Доброе утро, дорогая, — прошептал Квент, совершая ошибку.
Звук его голоса окончательно разбудил Лили, которая резко отпрянула от его груди с испуганным узнаванием в глазах.
— Как ты посмел? — холодно спросила она, свободной рукой откидывая с лица растрепавшиеся волосы.
Квент против своей воли продолжал улыбаться, глядя на нее. Глаза Лили сверкали гневом и смущением, а щеки раскраснелись. Розовые губы слегка приоткрылись, юбка закрутилась вокруг бедер. Лили была прекрасна, как всегда.
— Я не единственный, кто покинул свою часть палатки, — спокойно сказал Квент, продолжая лежать.
Лили нахмурилась.
— Я не могу перестать вертеться во сне. Я просто случайно оказалась на тебе.
Она постаралась забыть нежные чувства, нахлынувшие на нее ночью и побудившие успокоить Квента. В утреннем свете ее не интересовали демоны, преследовавшие его в ночных кошмарах.
Квент повернулся на бок и приподнялся на локте, пристально вглядываясь в Лили. Цепь не позволяла ей отодвинуться, чего, несомненно, она очень хотела.
Лили желала избежать испытующих глаз Квента, который, казалось, читал все ее мысли. Словно он знал, что она положила голову ему на грудь и сплела свои пальцы с его потому, что захотела этого, а не в сонных поисках тепла.
— Ты собираешься сегодня вести себя спокойно? — неожиданно спросил Квент, сломав напряженную тишину, возникшую между ними. Подняв руку, он помассировал подбородок, покрывшийся темной щетиной и огромным синяком.
Лили высоко вскинула брови.
— Возможно, нет.
Квент улыбнулся. Он и не ждал другого ответа.
Когда они вышли из палатки, все глаза повернулись в их сторону. Лили делала вид, что ничего не замечает, высоко держала голову, словно считала, что проснуться утром прикованной к предателю-мужу — дело обычное.
После быстрого завтрака солдаты свернули лагерь. Лили больше не доставлял удовольствие вид сильно хромавшего Квента.
Она взглянула на кандалы, ожидая, что их с нее снимут и ей не придется быть прикованной к мужчине, которого она ненавидит. Когда же этого не произошло, Лили попросила разрешения совершить короткую прогулку в окружавший лагерь лес по личным делам. И будь она проклята, если она станет делать это, прикованная к Квентину Тайлеру!
Как обычно, солдаты привязали к ее поясу веревку и встали гораздо ближе, чем ей хотелось. Она почувствовала себя униженной. Но все ее жалобы привели к тому, что лейтенант Хэнсон уверил ее, что при любом подозрительном действии со стороны Лили он увеличит количество сопровождающих ее солдат до шести.
Когда она вышла из-под прикрытия деревьев, то увидела, что Квент уже сидит на коне, пристально всматриваясь вдаль. Другие солдаты тоже садились в седла, их вещи были собраны, и почти ничто не напоминало о том, что на этом месте был лагерь.
Ее лошадь стояла позади лейтенанта Хэнсо-на. Сердце Лили подпрыгнуло, когда солдат повел ее к лошади, не связав рук. Но они подошли прямо к Квенту.
— Что, черт побери, здесь происходит? — спросила она.
Квент улыбнулся и предложил ей руку.
Лили фыркнула и скрестила руки на груди.
— Ни за что. Я лучше пойду пешком, чем поеду с тобой, грязный ублюдок.
Квент продолжал улыбаться, но его бровь приподнялась в легком изумлении.
— Сейчас не время, дорогая.
Он все еще протягивал ей руку.
Внезапно Лили догадалась. Они не собирались связывать ей руки этой чертовой веревкой! Когда Квент почувствует себя спокойно, возможно, ей удастся выскользнуть из его объятий, спрыгнуть с коня и сбежать, прежде чем они поймут, что произошло. Просто нужно выбрать подходящий момент… около густых зарослей. Лили не смогла сдержать широкую улыбку, когда Квент помогал ей сесть в седло.
Неожиданно он протянул солдатам свою левую руку и руку Лили. На них вновь надели кандалы, приковав ее к мужу. Улыбка Лили погасла.
— Ты, похоже, думаешь, что охраняешь Джека-Потрошителя, а не беспомощную женщину?
Ее замечание вызвало нестройный, но искренний смех солдат.
Квент нагнулся к ней так, что у Лили не осталось выбора, кроме как взглянуть в его разъяренное лицо.
— Дорогая, здесь никто не считает тебя беспомощной женщиной. И я — в первую очередь.
Лили не нашла достаточно быстрого ответа и принялась смотреть на дорогу, игнорируя слова Квента.
Глава 19
Они ехали быстро, но все-таки не успели попасть в Вашингтон до наступления темноты. Весь день Лили упрямо не замечала попыток Квента поговорить с ней, заверить в том, что он найдет способ освободить ее. Ложь. Все ложь. Он просто пытался успокоить свою совесть. Лили с удовольствием отделается от него, даже если для этого придется сесть в тюрьму.
Лейтенант Хэнсон сам снял с них кандалы, не сводя настороженных глаз с Лили и Квента, спускавшихся с коня на землю. Квент не отставал от нее ни на шаг всю дорогу, пока ее вели в огромное кирпичное здание. Он шел справа от Лили, слева Хэнсон, возможность побега, таким образом, полностью исключалась.
Тюрьма. Лили вздрогнула, войдя в здание. Изнутри оно не выглядело как тюрьма, если не считать зарешеченных окон и часовых в дверях. Какая-то частичка души Лили, совсем маленькая, которая испугалась и растерялась, захотела броситься к Квенту с мольбой не оставлять ее здесь.
Но Лили даже не взглянула на него, проходя по плохо освещенному коридору с высоко поднятой головой, глядя прямо перед собой. В глубине души она упрекала Квента в том, что он покинул ее, и сознавала, что совершенно напугана. Все шло не так, как она предполагала.
Двое часовых стояли позади Лили, Квент держался рядом, лейтенант Хэнсон — чуть в стороне. Он представился начальнику тюрьмы. В этот момент Квент нагнулся к ней и шепнул:
— Я вернусь за тобой.
Лили посмотрела на него, изо всех сил стараясь скрыть страх, но не надеясь, что ей это удалось. Квент выглядел ужасно. Виноватым. Расстроенным. Немного напуганным. Но она не смогла найти место в своем сердце для жалости к нему.
— Лжец, — прошептала Лили, отворачиваясь от Квента.
Хэнсон и Квент ушли, и она осталась в компании угрюмого тюремщика и двух охранников. Лили холодно смотрела на начальника тюрьмы, в то время как тот зачитывал тюремные правила, которым ей полагалось подчиняться.
Лили не услышала ни слова из них. Ее кровь стремительно проносилась в венах, и в ушах стоял сплошной гул. Лили испугалась, что впервые в жизни упадет в обморок, но этого не случилось. Она не доставит им такого удовольствия.
Ее лицо приняло каменное выражение. Лили не собиралась рыдать, умолять или даже дрожать от страха. Она всегда рассматривала плен с точки зрения возможности побега и, прорывая блокадное кольцо, каждый раз готовила себя к худшему. Но она не предполагала, что почувствует такую беспомощность.
Охранники отвели Лили в ее комнату. Это на самом деле была комната, а не камера, несмотря на решетки на окнах и крепкий замок на дверях. Один из солдат зажег лампу и напомнил Лили, что свет погасят меньше чем через час.
Как только за охранниками закрылась дверь, Лили рухнула на узкую кровать. Силы внезапно отказали ей, ноги задрожали. Она с удивлением вытянула трясущиеся руки.
— Соберись с силами, Лили Рэдфорд, — сказала она себе. — Ты — не трусиха.
Через несколько секунд она уже строила планы побега. Ее приготовления превратились в дым. Лили потеряла деньги и оружие, тюрьму хорошо охраняли. Она не приняла всерьез последнее уверение Квента в том, что он вернется за ней. Все это — его очередная ложь.
Лили спрыгнула с кровати и подошла к маленькому окну. В молчании она приподняла стеклянную раму, вцепилась пальцами в железную решетку и с силой тряхнула ее. Решетка держалась крепко. Брошенный со второго этажа взгляд подсказал ей, что при небольшом везении она смогла бы спрыгнуть вниз — если удастся вынуть решетку. Лили вновь тряхнула ее, затем с силой дернула, но бесполезно. Никакого результата.
Но это не остановило Лили от разработки планов побега. Когда-нибудь решетки все же расшатаются. Она сосредоточилась на решении этой проблемы.
Лили понимала, что не существует ничего невозможного и вечного. Она справится.
Когда стражник постучал в ее дверь с громким криком: «Погасить свет!», она подкрутила фитиль и разделась в темноте. Лили не обратила внимания на ночную рубашку, которая лежала на кровати, и скользнула под одеяло в своей сорочке. Она ничего не хотела принимать от янки.
Хотя сердце девушки было разбито и она постоянно ощущала ноющую боль в душе, Лили осталась верна себе. Допрашивавший ее офицер узнал не больше, чем здоровенный сержант, который стоял у ее кровати, направляя винтовку на нее и Квента.
Она признавала, что являлась капитаном Шервудом. Больше Лили ничего не сказала. Когда ее допрашивали о том, кто ей помогал, о ее контактах, поставщиках оружия и особенно о других капитанах и их рейдах, Лили замолкала и начинала улыбаться той пустой улыбкой, которой в совершенстве овладела в Нассау.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30