А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— А… — улыбнулся король. — Маленькая рыжая бестия, что потеснила сегодня за столом леди Джейн Гордон? Дерзка! Она уже помолвлена?— Ваше величество, ей только десять лет!— В этом возрасте многих уже выдают замуж. Между прочим, у герцога Сан-Лоренцо есть сын-наследник четырнадцати лет. Мы не станем возражать, если он женится на твоей дочери. Впрочем, это не приказ. Если парнишка окажется олухом с кривыми зубами, то нашей шотландской красавице такой жених, конечно, не нужен.— И на том спасибо, ваше величество, — усмехнулся Патрик.— Через месяц будь готов к отбытию. Сэр Эндрю Вуд обеспечит проезд тебе, твоей семье и челяди. И еще. Чтобы оказать честь герцогу Сан-Лоренцо, я жалую тебя, Лесли, титулом графа Гленкирка.Аудиенция подошла к концу. Патрик Лесли низко поклонился и вышел из покоев короля. Голова у него кружилась. Граф Гленкирк! Посол в герцогстве Сан-Лоренцо! Возможное сочетание его дочери священными узами брака с наследником одной из старейших европейских королевских фамилий. Пусть Сан-Лоренцо и не ахти какое большое государство.Умом он понимал, что должен ликовать. Но радости почему-то не испытывал. Напротив, Патрик был печален, и у него даже появилось ощущение, что с этим назначением он лишится чего-то очень дорогого его сердцу.«Будь прокляты мои кельтские корпи!»Пожав плечами, он заспешил к семье, чтобы сообщить новости. Глава 2 Сан-Лоренцо купалось в лучах теплого сентябрьского солнца. Жемчужно-зеленые холмы полого спускались к морю. Тут и там на них вспыхивали красным, желтым и оранжевым полевые цветы. К югу тянулись виноградники, пурпурные и золотистые гроздья уже налились соком. А на равнине за прибрежными холмами зрели в ожидании очередной жатвы злаки.Похожая на причудливое птичье гнездо, на холмах над морем прилепилась столица герцогства. Здесь царил дикий и вместе с тем красочный беспорядок. Мощенные булыжником улочки то резко уходили вверх, то обрушивались вниз. В городе, казалось, не было двух похожих по силуэту и цвету домов. Отсюда и название столицы — Аркобалено, что в переводе с итальянского означает «Радуга».Над всем городом возвышался дворец герцога Сан-Лоренцо Себастьяна. Чуть ниже, ближе к морю, располагалась вилла, выстроенная из розового мрамора, в которой вот уже два года жил их превосходительство Патрик Лесли, граф Гленкирк, посол их величества Джеймса Стюарта, короля Шотландии.Леди Джанет Мэри Лесли сидела, скрестив ноги, на постели и расчесывала длинные золотисто-рыжие волосы. В зеленых глазах ее сверкали задорные искорки. Она насмешливо смотрела на своего восьмилетнего брата Адама, который нетерпеливо расхаживал взад-вперед по комнате.— Боже мой, Джан, неужели нельзя поторопиться? Руди целый час уже ждет!Девушка рассмеялась:— Иди, если хочешь. Адам. Что касается Руди, то он меня дождется.— Вы просто бестия, Джанет Лесли, как говорит наш отец! — ответил брат.— А вы — мистер Наглец. И учти: тебе позволено отправиться с нами на прогулку лишь потому, что рядом буду я, твоя старшая сестра. Я ведь уже взрослая, можно сказать, на выданье.— Ха! — фыркнул Адам. — На выданье, как же! Отец не позволит тебе обручиться с Руди до тех пор, пока тебе не исполнится четырнадцать!— Он никогда этого не говорил.— Станет он обсуждать серьезные вещи с женщинами! — надменно ответил Адам.— Ты подслушивал?! О, Адам, расскажи мне, что ты знаешь, умоляю! А за это я дам тебе одного щенка нашей Фионы, когда она разродится.— И я его сам выберу?Джанет колебалась с ответом. Самого красивого щенка ей хотелось подарить Руди, но любопытство возобладало, и она кивнула брату.Адам тут же взобрался к ней на постель и заговорщически зашептал:— В сущности, я не подслушивал. Просто отец забыл, что я жду его. Это было вчера вечером, и он разговаривал с герцогом Себастьяном. Отец сказал, что даже четырнадцать лет — это еще рано, но так и быть, мол, он позволит тебе обручиться с Руди, только при условии, что со свадьбой герцог подождет, пока тебе не исполнится шестнадцать-семнадцать лет.— Вы бессовестный лгунишка, Адам Лесли!— Вот святой крест, не вру! Сама пойди спроси у него! Джанет соскочила с постели и повела стройными бедрами, чтобы пола ночной сорочки упала вниз. Ее юное тело уже начало раскрываться из бутона в красивый цветок.Девушка бросилась по коридору в кабинет отца, на ходу размышляя о том, что рассказал брат. Она-то надеялась, что уже на следующее Рождество будет объявлено о ее помолвке с Рудольфе, наследником герцога Сан-Лоренцо, и в течение года после этого они поженятся.Миновав слугу, который ошарашенно уставился на нее, она влетела в покои отца.Патрик Лесли лежал на постели и ласкал какую-то брюнетку, которую Господь одарил пышными формами и золотистым загаром. Увидев дочь, он, задохнувшись проклятием, вскочил с кровати:— Сколько раз говорить, чтобы ты не смела врываться ко мне без стука, Джанет!— Но вы все равно не услышали бы, милорд, — фыркнув, проговорила Джанет и присела в реверансе. — Мне хотелось поговорить с вами об одном весьма важном для меня деле.Патрик обернулся к брюнетке:— Ступай!Девушка неохотно поднялась, обидчиво поджав губки.— Но не уходи далеко, — добавил Патрик. Та счастливо улыбнулась и скрылась за дверью.— Итак, миледи, что же это за дело такое, мысль я котором не дает вам покоя настолько, что вы не стесняетесь вламываться ко мне без приглашения?— Адам сказал, что ему вчера вечером удалось подслушать твой разговор с герцогом Себастьяном. И будто бы ты сказал, что позволишь мне обручиться лишь в четырнадцать лет, а выйти замуж — в шестнадцать.— У твоего братца выросли слишком большие уши и слишком длинный язык, — буркнул Патрик.— Значит, это правда?— Да, Джан.— Но почему? За что мне такое наказание? В четырнадцать лет многие девушки выходят замуж!— Я не допущу, чтобы ты совсем юной умерла при родах, как твоя мать и мать Адама.— Господи! — воскликнула Джанет, возмущенно закатив глаза. — Разве я похожа хоть лицом, хоть фигурой на Мэг? Что до Агнес, то она была слишком хрупкая. А женщины из рода Лесли всегда славились тем, что рожали по многу детей. А я — Лесли! — с гордостью прибавила она.Патрик поморщился. Он обожал свою дочь. Ну почему время бежит так быстро? Кажется, еще вчера Джанет была крошкой, которая забиралась к нему на колени, упрашивая рассказать сказку. А теперь перед ним уже явно не ребенок… Но, черт возьми, еще и не женщина!Джанет тем временем продолжала:— Вот взгляни. — Она натянула спереди юбку, показывая, какие у нее широкие бедра. — Бабушка говорит, что я просто создана для того, чтобы быть матерью. Такого же мнении брат Дундас и падре Джиан.— К черту твою бабушку и болтунов священников! К черту! — гневно воскликнул Патрик. — Я не допущу, чтобы ты вышла замуж в четырнадцать лет! Что ты вообще знаешь о браке?! Только не надо мне цитировать катехизис! Ты думаешь, что семейная жизнь — это бесконечные праздники и охотничьи забавы? Так вот, поверь мне, дорогая: все совсем не так. Как только ты выскочишь замуж, первой твоей задачей будет родить наследника. И после этого ты будешь рожать и рожать, ибо наследник должен быть окружен братишками и сестренками. А тебе известно, что такое беременность? При первых же ее признаках тебя будут запирать от всего мира и ты будешь жить хуже монашенки. Что же до Руди, то с ним будешь видеться весьма редко. Разве что только в постели.— Это не так! — горячо возразила Джанет и даже топнула ногой. — Руди — настоящий джентльмен!— Это сейчас, пока он за тобой ухаживает. Но стоит только вам пожениться, все изменится в одночасье. А когда ты забеременеешь и у тебя начнет увеличиваться живот, он мгновенно предпочтет тебе какую-нибудь смазливенькую девчонку, вроде той, что стоит сейчас за дверью.— Я забеременею от него, — мрачно пригрозила Джанет. — Тогда у тебя не останется иного выбора, кроме как поженить нас.Патрик Лесли схватил свою своенравную дочь за плечи и уставился на нее горящими глазами. Его крепкие пальцы сильно вдавились в ее нежную кожу.— Со мной нельзя разговаривать таким тоном, мисс, — тихо, но от этого не менее страшно произнес он. — Если еще раз вздумаешь угрожать мне, я отправлю тебя обратно в Шотландию с первым же кораблем. В монастырь. И плевать, будешь ты к тому времени беременна или пет. Ты света белого не увидишь и просидишь там до конца своих дней. Думаешь, Руди будет тебя ждать? Да он сразу же женится на ком-нибудь из рода Медичи или на тулузской принцессе. — Патрик отпустил свою упрямую дочь, но тут же мягко коснулся ее лица и посмотрел на нее уже совсем другим взглядом. — О Джан! Мы так мало пожили вместе, почему ты хочешь так рано меня покинуть?— Но ведь я женщина.— Всего лишь два месяца, — фыркнул он — О, ты невозможен! — воскликнула дочь.Патрик рассмеялся:— Ну будь по-твоему, лиса! Я пойду тебе навстречу, но лишь и том случае, если мой лекарь, осмотрев тебя, признает, что ты готова к замужеству. В этом случае помолвка будет назначена на следующее Рождество, как того хочет герцог Себастьян.Джанет просияла.— Но, — продолжал Патрик. — свадьба состоится, лишь когда тебе исполнится пятнадцать.Джанет подобрала полы юбок и закружилась по комнате.— Спасибо, папа! Спасибо! Побегу рассказать бабушке Мари и Адаму! — Чмокнув отца в щеку, она выбежала из комнаты.За дверью ждала брюнетка. Увидев ее. Джанет бросила:— Теперь можешь войти. Глава 3 День, на который была назначена помолвка, выдался удивительно ясным, теплым и солнечным. На дворе стояло шестое декабря — день Святого Николая.Проснувшись, Джанет не сразу поднялась с постели, решив немного понежиться. Она чувствовала большое волнение и одновременно страх. Все-таки такой шаг в жизни.В полдень отец отведет ее под руку в кафедральный собор Аркобалено, где епископ официально обручит их с Руди. А в свою пятнадцатую годовщину — ждать оставалось всего два года и шесть дней — она станет его женой. В счастливом предвкушении этого Джанет даже поежилась.В комнату вошла ее служанка Флора и мягко позвала:— Пора вставать, мисс. Вас ждет ванна.Она помогла девушке подняться с постели и снять ночную рубашку. Пробежав босыми ногами по холодному плиточному полу, Джанет встала в корыто. Вода была напоена ароматом розы. Флора, строгая женщина, которая была приставлена к Джанет, когда той исполнилось четыре года, принялась энергично растирать тело девушки, потом велела ей выпрямиться в полный рост и окатила с головы до ног ушатом воды. После этого насухо вытерла ее полотенцем и постригла ногти па руках и ногах.В комнату вошла Мэри Маккей в сопровождении двух служанок, которые несли подвенечное платье Джанет. Это был ее первый взрослый наряд. Девушка торопила служанок, помогавших ей одеваться. Мэри издали любовалась внучкой. «В ней решительно ничего нет от Мэг, — подумала она. — Джанет вся пошла в Лесли».Посмотрев на свое отражение в зеркале, юная леди Джанет Лесли лишний раз убедилась в том, что красива. Платье было из плотного белого шелка с глубоким вырезом на груди и длинными ниспадающими рукавами. Под ним на ней был низкий лиф и нижняя шелковая юбка. Верхняя юбка держалась на жестком каркасе и была расшита золотыми цветами. Она разделялась на две половины, между которыми выглядывал нежный шелк. У талии была приколота золотая брошь с алмазами и топазами — подарок от Руди к их помолвке.Флора накинула ей на плечи бархатную пелеринку цвета топаза. Бабушка расчесала внучке волосы, которые по традиции были распущены, дабы показать, что Джанет девственница. Наконец на голову девушки водрузили маленький чепчик в виде золотой круглой сетки.Патрик Лесли, надевший по такому торжественному случаю костюм из темно-зеленого бархата, испытал нечто вроде сожаления, увидев свою дочь. «Черт бы побрал этого Джеймса Стюарта! — подумал Лесли. — Если бы не он, этой помолвки бы не было…» Впрочем, в глубине души граф понимал, что дело не в нем и даже не в Рудольфе ди Сан-Лоренцо. Рано или поздно ему вес равно пришлось бы расстаться с дочерью. Он утешался лишь тем, что до свадьбы еще почти два года.— Ты очаровательна, моя милая, — сказал он.Джанет улыбнулась и, взяв отца под руку, пошла вместе с ним к ожидавшим их лошадям.Для декабря в тот день было очень жарко и влажно. Даже толстые каменные стены кафедрального собора не спасали от духоты. К тому же старый епископ затянул сегодня какую-то особенно длинную речь. Джанет благодарила Бога за то, что догадалась не назначать на сегодня мессу, сказав, что это следует отложить до свадьбы.Но наконец эта пытка закончилась, они с Руди подписали бумаги, официально делавшие их женихом и невестой. Покинув собор, они на минуту остановились на верхней ступени широкого крыльца. Изящная девушка с золотисто-огненными волосами и высокий красивый юноша. Восторженными криками их приветствовала собравшаяся толпа граждан Сан-Лоренцо. Виновники торжества были настолько молоды, красивы и невинны, что сразу же покорили сердца людей.На загорелом лице Руди появилась улыбка.— У меня для тебя подарок, — проговорил он.— Подарок? Но я думала, что брошь…— Брошь брошью. Дань традиции. Но я кое-что выбрал и самолично.Она улыбнулась:— Что же?— Сюрприз, — ответил Руди. Они спустились с крыльца, и он подсадил ее на лошадь. — Увидишь, как только вернемся во дворец. Уверяю тебя, что прежде ты не видела ничего подобного. Тебе будут завидовать все женщины Сан-Лоренцо.Они стали подниматься вверх по склону холма к дворцу, где их ждали с поздравлениями многочисленные члены семейства герцога, духовенство и местная знать.Спустя какое-то время они наконец остались в узком кругу. Руди обнял невесту за талию:Я уже говорил тебе, как я люблю тебя сегодня, сага mia моя милая (ит.).

?— Только сегодня?— Нет, вообще, любимая. — Он поцеловал ее в мочку уха. Она покраснела, а Руди рассмеялся:— После нашей официальной помолвки ты как будто стала еще застенчивей. Просто очаровательно!— Рудольфе, — раздался зычный голос герцога, — по-моему, самое время поднести Джанет подарки.Герцог хлопнул в ладоши, и в зал потянулись слуги, неся на подносах свертки и букеты. Каково же было удивление всех собравшихся, когда вдруг Джанет, никого не стесняясь, совершенно по-детски взвизгнула от восторга.— Теперь вы понимаете, почему я не хотел торопить события? — обратился к герцогу Себастьяну Патрик Лесли.— Ничего, после свадьбы она повзрослеет, — ответил тот.В ларце, обтянутом белой кожей, Джанет обнаружила жемчуг Сан-Лоренцо — традиционный подарок правителей острова будущим невесткам. Герцогиня преподнесла Джанет ларец из красного сафьяна с туалетными принадлежностями: два гребня и золотое зеркальце. А также золотую шкатулку, в которой были заколки для волос из черепахового панциря. Три флакона венецианского хрусталя с розовой водой, лавандовой водой и редким восточным мускусом. Наконец, в мешочке из светло-серого бархата лежали белоснежные восковые свечи и хрустальный с золотом подсвечник.Юный Адам подарил сестре золотое кольцо с выбитым на нем гербом Лесли и выгравированной надписью «Дорогой сестренке Джанет от Адама».Джанет поднялась со своего места, подошла к мальчику и поцеловала его в щеку:— О таком брате мечтает любая сестра. Адам вспыхнул и смущенно заерзал на стуле. Джанет тем временем вернулась к подаркам. На последнем подносе лежало удивительно красивое женское седло.— О Руди! — воскликнула она, не сдерживая своих чувств. — Какая прелесть!— Согласен, по этот дар не от меня, сага, а от твоего отца.— Но ты же говорил, что приготовил мне еще один подарок, а это был последний поднос…— Нет, вы видели эту жадину? — воскликнул Патрик.— О, пап, прости, — рассмеялась девушка. — Замечательное седло!— Но к седлу полагается и еще кое-что, дорогая. Пойдемте-ка все на веранду и посмотрим, что подарила бабушка.Все объединенное семейство перешло на веранду. Там стояла, перебирая копытами, красивая кобыла белой масти. Под уздцы ее держал молодой негр. На нем были ярко-красные атласные шаровары и желтый тюрбан с белым плюмажем. В левом ухе красовалась золотая серьга. Голый торс его был намазан маслом и блестел па ярком солнце.— Кобылу зовут Вереск, — сказал Патрик.— А это, — подал голос Руди, положив руку на плечо негра, — Мамуд. Он приручен и обращен в христианство. Вот это и есть мой сюрприз. Я купил его с одного торгового судна в нашей гавани на прошлой неделе. Он оскоплен и, таким образом, стал евнухом.Джанет была в восторге от этого подарка, чего, однако, нельзя было сказать о Мэри Маккей. Больше того, добрая женщина пребывала в ужасе.— Черен как вороново крыло! Он накликает па нас беду, — проговорила она. — И о чем только думал жених, делая своей невесте такой подарок?Мамуд настороженно взглянул на старую шотландку, мгновенно почуяв в ней врага.— Не говори глупостей, бабушка. Негры сейчас входят в большую моду.
1 2 3 4 5 6 7 8 9