А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

«Значит, — подумал он, — надо быть начеку». Сержант обвел внимательным взглядом горизонт в поисках какого-нибудь знака, который бы подсказал ему, где скрывается друг. Именно он, О'Тул, должен первым отыскать его — это был единственный путь спасти его от гибели.
А Бренд в это время сидел на корточках как раз над тем местом, где был О'Тул. Они с Шери притаились в неглубокой расщелине, внимательно наблюдая за тем, что происходило внизу. Бренд намеренно спутал след, чтобы выиграть время, и теперь наблюдал, как разведчики громко спорили, решая, куда он ведет. Бренд рассчитывал, что, сбившись со следа, отряд скорее всего откажется от поисков. Само собой, он предвидел, что сержант, Филип и остальные присоединятся к отряду шерифа. И послать их мог только подлинный убийца — Хэнкок.
Бросив взгляд на Шери, Бренд чуть заметно кивнул ей, чтобы приободрить. С каждым днем эта девушка все больше удивляла его. Он был восхищен ее мужеством, еще когда на них напали апачи, но с тех пор она успела не раз поразить его. Ни единой жалобы ни разу не сорвалось с ее губ, ни единой просьбы… Больше того, именно ее всегдашняя готовность молча переносить все, что выпадало на их долю, придавала ему мужества. Но сейчас наступил решающий момент. Если ему удалось сбить разведчиков со следа, это позволит им выиграть полдня, что немаловажно, тем более что лошади устали.
Откуда-то снизу донесся слабый крик, и взгляд Бренда снова вернулся к О'Тулу. Один из разведчиков махнул рукой, приказывая двигаться дальше, вниз по каньону. Именно на это и рассчитывал Бренд. С угрюмым удовлетворением он следил, как отряд двинулся как раз в противоположную сторону от того места, куда он рассчитывал отвезти Шери. Поймав ее сияющую улыбку, Бренд не мог не улыбнуться в ответ. Ему не хотелось говорить ей, что это лишь временная отсрочка. «Пусть хоть немного порадуется», — подумал он.
Они оставались в своем убежище, пока отряд не скрылся из виду. И только тогда тронулись в путь.
— Как ты думаешь, они скоро догадаются, что их обманули? — спросила Шери, убедившись, что они одни.
— Надеюсь, что нет. Но это все равно произойдет. Так что, думаю, у нас в запасе пара часов, не больше.
— Тогда лучше поторопиться. — Она пришпорила коня.
Прошло не больше получаса, как ветер донес до них отдаленные выстрелы. Завязалась перестрелка, она становилась все громче. Вскоре они услышали крики, перемежающиеся грохотом выстрелов.
Бренд натянул поводья и повернул коня в ту сторону, откуда они приехали.
— Что это? — спросила испуганная Шери.
Бренд не ответил. Он напрягал свой слух, стараясь разобрать, что происходит. Впрочем, в глубине души он уже знал ответ на этот вопрос. То, что они повернули назад, только что спасло им жизнь. Иначе они неминуемо попали бы в засаду апачей.
— Апачи, — бесстрастно ответил он.
— Они напали на отряд?
Он коротко кивнул. Принять решение было делом доли секунды.
— Я должен помочь им.
— Нет! Тебя же убьют!
— А если я не вернусь, их перебьют всех до единого! Не могу же я бросить людей на произвол судьбы! Особенно когда еще можно спастись!
— Но, Бренд… ведь это те самые люди, которые готовы были накинуть тебе веревку на шею!
— Знаю… но среди них мои друзья. Я должен им помочь! А ты оставайся здесь. Револьвер у тебя есть?
— Да.
— Поезжай вон туда. — Бренд указал в сторону небольшого утеса, с которого открывался великолепный вид и к которому трудно было бы подобраться незамеченным. — Оставайся там, а я должен помочь О'Тулу.
— Я с тобой!
— Нет! Оставайся тут, слышишь? По крайней мере я буду знать, что ты в безопасности! Ты поняла, Шери? Иначе я не смогу сражаться!
— Но…
— Обещай мне! — сурово потребовал Бренд.
— Хорошо. Я останусь здесь.
Он искоса бросил на нее взгляд и, увидев ее несчастное, испуганное лицо, не выдержал. Подъехав к Шери, Бренд порывисто прижал ее к себе и крепко поцеловал.
— Я вернусь. — С этими словами он вонзил шпоры в бока коня и галопом поскакал в ту сторону, где трещали выстрелы, на ходу срывая винтовку с плеча.
Проводив его взглядом, Шери направилась к утесу, на который указал Бренд. Осторожно направив лошадь по извилистой тропинке между остроконечными уступами скал, Шери решила, что тут будет безопаснее. Любимый вернется, сомнений в этом быть не может.
Спешившись, она спутала лошади ноги, как учил ее Бренд, и присела на выступ скалы, собираясь терпеливо ждать его возвращения. Где-то в горах все так же грохотали выстрелы. И Шери принялась молиться, чтобы с ним ничего не случилось.
О'Тул и лейтенант, прижавшись друг к другу, сражались из последних сил. По крайней мере трое из отряда шерифа уже лежали на земле. Один наверняка был мертв.
— Откуда, дьявол их возьми, они вдруг взялись? — прохрипел Филип, разъяренный оттого, что их застали врасплох.
— Черт их знает, — с трудом ответил сержант, посылая пулю за пулей в ту сторону, где залегли краснокожие. Те палили не переставая, не давая ему поднять головы. — Сколько их? Я насчитал пятерых, но это только на одном фланге.
— Против меня по крайней мере четверо, причем они над нами.
— А где шериф?
— Он в сотне ярдов слева, но там такой огонь, что он не может головы поднять.
Филип припал к земле, перезаряжая винтовку.
— И как это мы умудрились нарваться на засаду?
— Если выберемся, напомните мне, чтобы я задал этот вопрос нашим разведчикам, — саркастически хмыкнул сержант. Он сам давно уже недоумевал, почему они не заметили следов индейцев. Тут пуля просвистела возле самого его виска, и он, свирепо чертыхнувшись, припал к земле.
Филип выстрелил в ответ, но ураганный огонь краснокожих снова прижал его к земле:
— Похоже, мы влипли в скверную историю…
— Всегда восхищался вашей сообразительностью, — хмыкнул О'Тул, тщательно прицеливаясь, чтобы зря не тратить патроны, которых и без того оставалось мало.
Снова вокруг загремели выстрелы, и они услышали, как один из людей шерифа громко вскрикнул от боли. Кавалеристы были бессильны. Они не могли даже поднять голову, не рискуя нарваться на пулю.
— Надо что-то делать! Нельзя же просто ждать, пока эти краснокожие дьяволы превратят нас в сито! — воскликнул Филип, твердо уверенный, что подобная смерть — позор для него. — Хорошо бы послать кого-то из наших прикрыть нас сверху.
— Хорошая мысль, — одобрил О'Тул. — Только как это сделать, когда мы головы не можем поднять, чтобы не получить пулю в лоб! — Все это было прекрасно, но, увы, невозможно.
— Должен же быть какой-то выход…
Безжалостное солнце немилосердно заливало землю жаркими лучами. Выстрелы не умолкали ни на минуту. Испуганные лошади разбежались, и апачи уже ликовали, представляя, как беспомощные жертвы окажутся у них в руках. Бренд, привязав своего коня в некотором отдалении и никем не замеченный, вскарабкался на самую вершину утеса, откуда мог как на ладони наблюдать картину боя. Затаив дыхание, он не торопился, тщательно выбирая выгодную позицию, откуда можно было открыть огонь. Убедившись, что точно знает, где залег каждый краснокожий, он прицелился и выстрелил… потом еще и еще, каждый раз хладнокровно выбирая намеченную жертву.
Первый же выстрел попал в цель. Пораженный пулей апачи пронзительно взвыл, и люди шерифа обменялись озадаченными взглядами.
— Что за дьявол?..
— Это же Бренд! — завопил О'Тул, бросив взгляд на выступ утеса, который навис над его головой. — Там наш человек, лейтенант! Теперь мы им покажем!
Дикари переполошились. Бренд выбрал отличную позицию, откуда мог перестрелять их одного за другим. Индейцы дрогнули. Теперь уже люди шерифа смогли наконец открыть ответный огонь. Вопли ярости и боли перемежались выстрелами. Начался переполох.
О'Тул, воспользовавшись передышкой, ползком перебрался в другое место. Он уже вскинул к плечу винтовку, собираясь всадить пулю в одного из удиравших, как вдруг острая боль пронизала его руку. Сержант согнулся и ничком рухнул на землю. Заметив это, Бренд почувствовал, как кровь ударила ему в голову. Ярость сменилась холодной решимостью. Он посылал пулю за пулей в убегавших и, когда ветер развеял клубившийся над полем боя пороховой дым, увидел только троих апачей на лошадях, несущихся во весь опор с поля боя.
Убедившись, что они спасены, Филип со всех ног кинулся к О'Тулу:
— Куда вас ранили, сержант?
— Всего-навсего в руку, — простонал тот. — Только бы добраться до форта, а там все будет в порядке. Помашите Бренду. Дайте ему знать, что мы живы.
Лейтенант выпрямился и поднял вверх руку. Увидев его жест, Бренд опустил винтовку и помчался вниз — взглянуть, что там с О'Тулом. Он видел, как сержант упал, и с содроганием думал, что рана могла оказаться смертельной.
— Он идет сюда, — удивленно поднял брови Филип. — Ну, на его месте я бы этого не делал!
— Эх, лейтенант, Бренд — человек особенный! — тихо проговорил О'Тул, прислонившись спиной к скале. Его увлажнившийся взгляд упал на бежавшего к нему друга.
— Господи, да ведь это же метис! — вдруг, узнав Брен-да, завопил один из людей шерифа и уже вскинул винтовку к плечу, чтобы выстрелить, как вдруг почувствовал, что холодное дуло револьвера уперлось ему в грудь.
— Этот самый метис только что спас твою жалкую жизнь, идиот! А ну-ка брось винтовку, или, клянусь жизнью, я вышибу тебе мозги!
О'Тул, не веря своим ушам, растерянно заморгал, хотя в душе готов был подписаться под каждым словом. Их противник, посерев лицом, отшвырнул винтовку, будто она обжигала ему пальцы.
— Шериф Уоррен, к нам идет Бренд! Думаю, не стоит напоминать, что только благодаря ему мы сохранили наши скальпы, так что попросите ваших ребят не открывать огонь! — крикнул Филип.
Шериф торопливо бросил несколько слов своим людям, и те, успокоившись, занялись ранеными.
Бренд, держа винтовку под рукой, бросил на них вопросительный взгляд. Заметив, что сержант приветливо машет рукой, он опустил ее и со всех ног бросился к О'Тулу.
— Старина! — задыхаясь, крикнул он, опустившись возле него на колени.
— Эх, парень, до чего же я рад тебя видеть! — улыбнулся сержант, довольный, что на самом Бренде нет ни царапины.
— Сильно тебя?
— Ерунда! А вот двум парням шерифа здорово не повезло!
Разведчик кивнул.
— Бренд!
Он иронически взглянул на лейтенанта, не ожидая от того ничего хорошего.
— Спасибо, что выручили. Мы не забудем этого.
Бренд был потрясен. Он только и смог, что кивнуть в ответ.
— И… Бренд…
Глаза их встретились.
— Где Шери?
— Я оставил ее в безопасном месте. Она пообещала, что будет ждать там.
— Надеюсь, вы понимаете, что мы обязаны вас арестовать? — сказал лейтенант, направив на Бренда револьвер. — Не могу сказать, что мне это по душе, но выбора у нас нет. По крайней мере пока ваша невиновность не будет доказана.
— Лейтенант! — воскликнул взбешенный О'Тул.
— Он обвиняется в убийстве и побеге из тюрьмы. Мы обязаны взять его под стражу. И для него самого было бы лучше, если бы он пошел с нами по доброй воле.
Мысль о том, чтобы бежать, молнией пронеслась в мозгу Бренда. Он мог бы силой проложить себе дорогу… И тут он вспомнил о Шери.
— Хорошо. Только дайте мне слово, что Шери ни в чем не станут обвинять.
— Я не могу этого сделать.
— Я могу! — Это был шериф Уоррен, который перевязывал одного из своих людей и слышал их разговор.
Бренд на лету перехватил брошенный на него взгляд и прочел в нем молчаливое понимание.
— Давайте вернемся в форт. Раненые нуждаются в помощи. До города они просто не дотянут.
Бренд перевязал сержанту раненую руку. К тому времени как привели лошадей, все были уже готовы. Ехать придется шагом, поэтому до форта они доберутся не скоро, думал сержант.
Мысли Бренда были о Шери. Это была самая долгая поездка в его жизни… Бренд отдал бы все на свете, лишь бы знать, что с ней ничего не случилось.
Филип, все еще держа револьвер в руке, ехал следом за Брендом.
— Странный вы человек! — усмехнулся он. Перехватив удивленный взгляд Бренда, он продолжал: — Вас обвиняют в том, что вы хладнокровно перерезали человеку глотку, а вы очертя голову кидаетесь на помощь тому самому человеку, которому приказано вас арестовать! Просто какое-то самопожертвование, иначе и не назовешь!
— Я ведь не убивал Хэйла, лейтенант, — твердо сказал Бренд.
— Похоже, я и сам начинаю в это верить, — ответил Филип. В голосе его сквозило невольное уважение.
— Вот только я пока не могу этого доказать, — продолжал Бренд. — Вы не помните ничего необычного, что случилось бы той ночью?
— Полковник Хэнкок ушел первым. Я еще остался и выпил в салуне пару стаканчиков. Все было нормально. Самое странное вот что: когда я вернулся в гостиницу, то поднялся и постучал в комнату полковника. Никто не ответил, и я решил, что он уже спит. Но позже, прежде чем уснуть, я вдруг услышал, как он вошел к себе в комнату. Понятия не имею, где он пропадал все это время, Бренд. Утром я уехал рано, так ничего и не узнав.
— Все сходится. Вот только доказательств пока что нет.
— Что сходится?
— Хэнкок был у меня в тюрьме. Он говорил, что отлично знает, что я невиновен, но этого, дескать, никто не сможет доказать. — На губах Бренда появилась угрюмая улыбка. — Уже тогда он сознательно накидывал мне петлю на шею.
— Значит, это случилось еще до того, как я все вспомнил, — пробормотал Филип. — Когда мы вернемся, придется ему кое-что объяснить. Хотел бы я знать, что он скажет…
Шериф Уоррен, ехавший в двух шагах, с интересом прислушивался к их разговору.
— Знаете, я тут тоже кое-что вспомнил… вернее, вы мне напомнили…
Бренд с лейтенантом обменялись удивленными взглядами.
— В тот день, когда полковник пришел повидаться с Брендом, ему вначале пришлось поговорить со мной. И во время этого разговора он ясно дал мне понять, что вы двое ушли из салуна вместе и вместе же вернулись в гостиницу. — Шериф вопросительно взглянул на Филипа.
Глаза Филипа сузились. Он немало лет прослужил под началом полковника, привык уважать его, а порой и восхищаться железной стойкостью этого человека. Мысль о том, что его командир мог решиться хладнокровно, точно свинью, прирезать человека, а потом свалить вину на другого, была для него невыносима.
— Похоже, полковнику придется дать нам кое-какие объяснения. Когда мы доберемся до форта.
— Но мы по-прежнему не можем ничего доказать, — удрученно покачал головой шериф.
— Сможем, — уверенно ответил Филип. Украдкой бросив взгляд на Бренда, он невольно удивился. Презренный метис куда-то исчез. А рядом с Филипом скакал друг, которому угрожала опасность.
Шери сдержала данное Бренду слово. Сотни раз она уже готова была прыгнуть в седло и помчаться к нему. И каждый раз с трудом заставляла себя оставаться на месте.
Нервы девушки были натянуты как струны. Казалось, перестрелке не будет конца, и вдруг выстрелы разом стихли. Наступила мертвая тишина. Шери едва сдерживала подступавшие к глазам слезы. «Если бы только знать, где сейчас Бренд, жив ли он, — повторяла она. — А вдруг он ранен, истекает кровью?..» Сердце ее разрывалось от боли. Шери вытащила из сумки бумагу и принялась писать. Конечно, это безумие — писать роман в самом сердце прерии, когда вокруг гремят выстрелы и падают люди, но если бы не это, она просто сошла бы с ума. Куда лучше уйти от страшной действительности в созданный ею же самой мир, чем сходить с ума от ужаса, не зная, что с любимым.
Карандаш Шери летал по бумаге, гора исписанных страниц постепенно росла возле нее — страница за страницей, исполненных любви и страха, томительного желания и тоски. Она писала о том, как Рейчел пришлось принять, может быть, самое мучительное решение в ее жизни. Если бы романистка писала не здесь, где она каждую минуту рисковала жизнью, а дома, сидя за своим письменным столом, все вышло бы по-другому: невыразительные герои, неубедительные страдания. А сейчас… Шери, перечитывая все заново, едва могла сдержать слезы. И вот наконец, совершенно опустошенная, она закрыла блокнот. Бренда все еще не было и, потеряв от страха голову, Шери решилась спуститься в каньон. Казалось, миновала вечность с тех пор, как уехал Бренд, но, взглянув на часы, она убедилась, что прошло всего два часа. Всякое могло случиться за это время, но Шери помнила его клятву. Он пообещал вернуться, а Бренд всегда держал слово.
Прошел еще час, прежде чем она услышала вдали топот скачущих лошадей. Шери едва не сорвалась с места, чтобы броситься к нему, но тут же одернула себя. В конце концов, это не обязательно мог быть Бренд. Сжимая в руке револьвер, она осторожно выглянула из-за скалы.
И сразу же увидела их. Бренд, Филип и шериф Уоррен скакали во главе отряда, за ними следовали и остальные. Острый взгляд Шери мгновенно отметил, что кое-кто из людей шерифа с трудом держится в седле. Бледный как мел сержант О'Тул сжимал поводья одной рукой.
— Бренд! — крикнула она. Сердце Шери глухо заколотилось.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31