А-П

П-Я

 посмотрите здесь 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Роджерс Розмари

Последняя и вечная любовь


 

Здесь выложена электронная книга Последняя и вечная любовь автора по имени Роджерс Розмари. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Роджерс Розмари - Последняя и вечная любовь.

Размер архива с книгой Последняя и вечная любовь равняется 237.37 KB

Последняя и вечная любовь - Роджерс Розмари => скачать бесплатную электронную книгу






Розмари Роджерс: «Последняя и вечная любовь»

Розмари Роджерс
Последняя и вечная любовь




«Последняя и вечная любовь»: АСТ; Москва; 1996

ISBN 5-697-00022-7 Аннотация Пережив жестокие удары судьбы — смерть муж — аристократа, тяжелую болезнь и даже турецкий плен с его «золотой клеткой» — гаремом, Джинни Брендон вновь обретает надежду на счастье. Она встречает Стива Моргана, свою первую любовь. Смогут ли они на этот…Быть любимой всегда — это великий дар желать и быть желанной. К ним пришло новое понимание счастья. Руки Джинни обвили его шею, а Стив крепко прижал ее к себе. Огонь в камине вспыхнул и погас, а сквозь шторы начало пробиваться солнце. Наступил новый день. И это было начало новой жизни. Розмари РоджерсПоследняя и вечная любовь Глава 1 Синеглазый миллионер из Калифорнии и его красавица жена с золотисто-рыжими волосами привлекли к себе внимание всех, кто был в этот вечер на балу. Внезапное появление этой великолепной пары в Новом Орлеане возбудило самые разнообразные слухи…Скоро все узнали, что Вирджиния Брендоп-Морган — приемная дочь Сони Боден, когда-то жившей в Новом Орлеане. Узнали также о связи Стивена Моргана с оперной певицей-итальянкой и о фривольном поведении его жены во время ее недавнего путешествия по Европе.— Правда ли, что они поженились всего через несколько месяцев после смерти ее мужа, кажется, русского князя, как писали газеты?— Я слышала, что она родила ребенка в Европе… Но что она сделала с бедным малюткой? Как по-вашему, ее мужу это известно?— Ох, дорогая, не хотела бы я очутиться на ее месте. Он явно не из тех, кто умеет прощать, не так ли? И совсем не похож на цивилизованного человека.Проговорив это, дама взглянула на Стива и испуганно поежилась, словно представляя себе его реакцию. Если даже злые языки врут, у него такой волнующий вид…
— Похоже, здесь только о нас и говорят, дорогой.Чуть раскосые глаза молодой женщины, такие же зеленые, как и ее изумруды, сверкнули, когда она улыбнулась. Танцуя, Джинни и Стив то расходились, то вновь приближались друг к другу.— Тебя это беспокоит?— Нет… они всегда будут злословить о нас. Какое мне дело!— Браво! — насмешливо воскликнул он, понимая, что все это не так уж безразлично ей.— Почему я должна думать о них? — спросила Джинни, но, заметив, как поднялись его брови, улыбнулась, признавая свое поражение. — Ладно… Просто мне не нравится быть в центре внимания — вот и все. Держу пари, старые дамы направляют лорнеты только на нас. И зачем нас сюда занесло, Стив?— Приходится хоть изредка появляться в обществе, дорогая. Кстати, ты сегодня великолепно выглядишь, несмотря на то, что мадам Элиз шила тебе платье в такой спешке… — Он окинул Джинни критическим взглядом, и их пальцы переплелись.— Так я тебе действительно нравлюсь?— Ты очаровательная маленькая злючка в любом наряде и отлично это знаешь.Его синие глаза на мгновение задержались на ней. Стив часто вот так смотрел на нее, когда они целый месяц бродили по болотам. Полуобнаженная зеленоглазая красавица амазонка с копной спутанных волос: кобура с револьвером на одном бедре, чехол с ножом — на другом. И это его любовница-жена!Они ссорились, ненавидели и любили друг друга! И даже теперь между ними не было взаимного доверия. Они были женаты уже более четырех лет, но провели вместе едва ли два года.— Разве мы знаем друг друга? — спросила Джинни, угадав, о чем думает Стив. — А что будет с нами года через четыре?На этот вопрос она не знала ответа. Эта оперная певица… действительно ли он любил ее? Если Стив намерен сохранить эту связь, сможет ли она остаться с ним? А дети? Дети связали их гораздо крепче, чем она думала.
— Да они просто поглощены друг другом! Такое редко увидишь. Неужели все эти слухи… правда?— Конечно, правда! — Презрительно фыркнула старая леди, увешанная бриллиантами. Миссис Прюет втайне наслаждалась безудержным любопытством своей молодой собеседницы, которая, затаив дыхание, слушала ее, боясь упустить какую-нибудь пикантную подробность. — Я хорошо знала Соню Боден, — продолжала она, — и даже помню, когда… — тут она сделала паузу, чтобы возбудить еще больший интерес собеседницы, — да что говорить, я так много всего помню! Но что касается слухов, тут уж, моя дорогая, все верно. Иначе зачем он менее года назад приезжал сюда? Да только ради того, чтобы послушать пение своей любовницы! А она здесь произвела такой фурор! Еще бы, с ее голосом!— Но… а как же его жена? Похоже, они так влюблены друг в друга…— Уверена, что так оно и есть! — безапелляционно изрекла миссис Прюет. — А почему бы и нет? Ведь он женился на ней спустя всего несколько месяцев после того, как она овдовела. Ее первым мужем был русский князь.Между тем сплетничали не только новоорлеанские леди. Многие джентльмены признавали, что очарованы прекрасной полуфранцуженкой.— Как жаль, что она замужем! Что за удивительные глаза!— Фигура тоже великолепна. Хм… Представляю, как восхитительна она в сорочке!— Андре, дружище, придержите язык. Я слышал, что ее муж опасный человек. Ходят слухи, что…— О да, почему-то все верят этим слухам. В прошлом году в Париже я несколько раз видел красавицу миссис Морган — всегда с разными спутниками. Да, ею все восхищались. Рассказывали даже, что граф д'Арлинже едва не бросил ради нее свою молодую жену. Но затем она уехала в Лондон с английским герцогом. Неужели ее муж в неведении?Люсьен Валет только пожал плечами. Он давно и хорошо знал своего друга и его слабость к красивым женщинам, особенно к тем, кто пользовался такой репутацией. Великолепный стрелок, он учился у знаменитого Пепе Лулла. Дуэли теперь запрещены, но в Новом Орлеане придерживались старых традиций. Если бывала задета чья-то честь, прибегали только к такому способу выяснения отношений, тем более что власти смотрели на это сквозь пальцы.— Друг мой, кого это беспокоит? Ты же видишь, они вместе и, кажется, весьма довольны друг другом. Кстати, сегодня и Бернар Прюет тоже выглядит счастливым. Может, потому, что ему улыбнулась прекрасная Алтея Пеннингтон?Андре пожал плечами. Он был так хорошо сложен, что многие женщины томно поглядывали на него, чего Андре предпочитал не замечать.— Она ищет мужа, а у молодого Бернара денег больше, чем мозгов. Пожалуй, ей стоит уговорить его бежать, пока этот дракон — его матушка не почуяла что-то неладное. — Жесткая усмешка скривила красиво очерченные губы Андре. Пригладив усы, он добавил: — Госпожа Прюет никогда не примирится с тем, чтобы восьмимесячный младенец стал наследником прюетовых миллионов, но, если у Алтеи хватит ума последовать моему совету, все обойдется.Бросив на друга быстрый взгляд. Валет промолчал. Так вот как все обернулось! Менее двух месяцев назад они, подвыпив, заключили пари, что Алтея Пеннингтон — единственная женщина, которую Андре не удастся соблазнить. Алтея, дочь типичного янки, раздражительного и вспыльчивого банкира, была соблазнительной добычей, но ее постоянно оберегала пожилая компаньонка. Значит, Андре все-таки добился ее, потому девушка так торопится замуж? Андре никогда не преувеличивал своих побед, в этом не было нужды. Женщины неизменно проявляли к нему интерес, а их разъяренные отцы и мужья втайне мечтали послать ему вызов. Впрочем, их удерживала от этого его репутация беспощадного человека и меткого стрелка.— Итак, я проиграл тебе одну из своих гнедых? — смирившись с потерей, заметил Валет. — Полагаю, тебе следовало меня предупредить. Ну до чего же тебе везет с женщинами! Есть ли на свете хоть одна, которой ты не смог добиться?— Если это еще одно пари, Люсьен, я принимаю его — на вторую из твоих гнедых. Так на кого же мы ставим на этот раз? Может, на замужнюю женщину? Порой они бывают весьма упрямы, особенно если у них молодые мужья. Назови ее имя, мой друг, но только учти, что эта женщина должна быть привлекательной. Ты же знаешь, как я привередлив.Танец закончился, и Стив Морган повел жену через зал. Старые дамы и джентльмены провожали их критическими взглядами.— Он действительно очень внимателен к ней!— Все это игра, дорогой. Разве не таковы все мужья? А ведь он очень хорош собой, хотя смуглый цвет лица придает ему мрачный вид. Думаешь, он собирается весь вечер танцевать с женой?— Мари-Клер Вальмон! Надеюсь, вы не хотите, чтобы этот женатый человек пригласил на танец вашу дочь?Мадам Вальмон фальшиво улыбнулась подруге:— Почему бы и нет, Агата? Гораздо безопаснее танцевать с женатым мужчиной на глазах его жены, чем с таким волокитой, как Андре Делери.Белокурая привлекательная женщина лет тридцати пяти танцевала с мужем, пожилым интересным джентльменом, приветливо улыбаясь знакомым дамам. Те отвечали ей улыбками, за которыми скрывалось тайное недоброжелательство.— Милейшая Соня совсем не постарела с тех пор, как уехала отсюда, не так ли? Однако едва ли ее волосы сохранили естественный цвет…— Интересно, каковы ее чувства к падчерице, которая сделала ее бабушкой? Бедная Соня! Помню, какое любопытство возбуждал в нас красивый молодой офицер, неизменно сопровождавший ее во время войны.— Соня всегда клялась, что ненавидит его за дерзость, но я-то думаю…— О да. Мы еще тогда считали, что она слишком уж яростно все отрицает. Кстати, не кажется ли вам, что ее зять немного похож на того капитана? Такие же черные как смоль волосы и синие глаза…— По-моему, Амелия, вас слишком занимает этот янки! — резко оборвала собеседницу миссис Прюет. — Поскольку мы друзья Сони, нам следует возобновить с ней знакомство, а не ворошить старые сплетни.— У этих дам не языки, а ножи! — горячо прошептала Соня Брендон мужу, почувствовав на себе любопытные взгляды. — О Уильям, напрасно ты уговорил меня приехать сюда! Джинни и Стив уже привыкли быть в центре внимания, я даже думаю, что иногда они намеренно дают повод для самых невероятных сплетен. Но для меня Новый Орлеан — родина, где я всех знаю. И мне не доставляет удовольствия…— Любовь моя, мы здесь именно потому, что ты всех знаешь и эти люди считают тебя своей.Уильям Брендон улыбнулся, глядя на жену, и ободряюще пожал ее маленькую ручку. Однако он был встревожен неведением Сони — она согласилась прийти сюда лишь после того, как он подарил ей новый бриллиантовый браслет. Брендон надеялся, что Соня обрадуется встрече со старыми подругами, но она так упорствовала, что ему пришлось приложить немало усилий, дабы уговорить ее. Да, женщин трудно разгадать даже после нескольких лет супружества. В сущности, он не так уж хотел отправиться в Новый Орлеан, ибо этот город всегда напоминал ему о Женевьеве, его первой жене, которую он обожал со всем пылом юности. Увы, она не отвечала ему взаимностью, хотя на первых порах проявляла покорность. Она плакала всякий раз, как Брендон занимался с ней любовью, хотя он проявлял нежность и деликатность. В конце концов, даже мысль о том, чтобы прикоснуться к ней, стала ему невыносима. Уильям Брендон отогнал эти бесплодные воспоминания.Получив телеграмму от зятя из Шривпорта, сенатор, человек прагматичный, амбициозный, неглупый и обладающий сомнительной честностью политика, сразу же понял, что ему следует отправиться в Новый Орлеан. После поспешного отъезда Джинни в Европу, давшего пищу стольким слухам, ей предстояло впервые предстать перед новоорлеанским обществом. Появление сенатора могло упрочить репутацию его дочери.Брендон нахмурился, решив поскорее поговорить с Вирджинией. Его слишком тревожили рассказы Сони после ее возвращения из Парижа. И почему Джинни вдруг объявилась в Техасе, даже не известив его об этом? Сенатора удивило, что Стив снова с Джинни, хотя он считал, что это дело его зятя.— Уильям, я устала, пожалуйста, позволь мне присесть.— Это каприз, моя дорогая. Похоже, ты в дурном настроении.Сенатор произнес это так строго, что Соня заставила себя улыбнуться.— Вовсе нет! Правда, я не хотела ехать сюда и до сих пор чувствую некоторую скованность, но ведь мы уже здесь. Кстати, взгляни, даже Джинни решила немного передохнуть. Уверена, что она тоже хочет пить.Дамы шепотом восхищались сенатором:— Очаровательный человек этот сенатор. И как красив! Ведь он из Вирджинии, не правда ли?Миссис Прюет зашла так далеко, что соблаговолила кивнуть и улыбнуться ему.— Соне повезло: ее второй муж еще интереснее, чем первый. Ты помнишь Рауля Бодена? Он был столь же красив, сколь необуздан.Соня Брендон села рядом с падчерицей. Им не о чем было говорить, а потому они лишь обменялись комплиментами по поводу своих туалетов.Соня подумала о том, что всегда раздражало ее в Джинни: высокомерие, обусловленное независимостью. Джинни совершенно не интересовало мнение окружающих. «Она всегда была самоуверенной, — подумала Соня, — такой и осталась. Ее не волнует, что говорят о ней люди, а вот он…»Джинни отвернулась от Сони, улыбнувшись молодому человеку, приближавшемуся к ней. Соня узнала в нем Люсьена Валета, сына одной из своих давних приятельниц.А представлены ли они друг другу? Джинни не подобает вести себя столь раскованно с незнакомцем, а тем более позволять ему так фамильярно обращаться с собой. «Это все вина Стива. Ему не следовало отпускать Джинни в Европу и афишировать здесь свою связь с этой певицей…»
Тревожные мысли Сони прервало появление Стива. К ее досаде, он только удивленно поднял брови, увидев, что его жена откровенно флиртует с другим мужчиной. Стив учтиво поцеловал руку Сони, называя ее дорогой тещей. Соня залилась краской: он еще и смеется над ней! Стив прекрасно знал, что разозлит Соню, публично назвав ее тещей. Он понимал, как сильно она его ненавидит, как сильно она…Позже Соня осознала, что просто онемела от гнева, когда зять пригласил ее на танец. Поднимаясь, она метнула укоризненный взгляд на Уильяма, но тот, не поняв ее, лишь улыбнулся и кивнул.Черт бы его побрал! Соня почти не употребляла таких выражений, но теперь ей на ум приходили только они. Последний раз они танцевали вместе в Новом Орлеане, и это было связано с тем, о чем она никак не могла забыть. Дом губернатора и Стив в мундире! Как же она ненавидела его в ту ночь, как же пестовала в себе эту ненависть, даже когда Стив уже оказался в ее постели и его руки обвили ее, а его насмешливый голос проговорил «любимая Соня». Черт бы его побрал! Почему он заставляет ее вспоминать это?Соня надеялась, что никто не заметит ее возбуждения, но Аделина Прюет обладала острым зрением и прекрасной памятью. Соня могла бы вспомнить, как некогда Аделина шепнула ей, что приятно провести время совсем не грех, но следует соблюдать осторожность. И почему женщинам нужно отказывать себе в удовольствиях, если мужчины не делают этого?Боже, теперь Соне даже не верилось, что она питала такие страстные чувства к мужчине, который, по иронии судьбы, стал ее зятем. Нет, это просто чудовищно, какой-то несусветный бред!Стараясь сохранять спокойствие, Соня холодно произнесла:— Я бы просила вас не принуждать меня танцевать с вами, ибо я не так лицемерна, как вы, Стив Морган. Неужели у вас совсем нет совести?Губы Моргана раздвинулись в знакомой ей насмешливой улыбке.— Вы это лучше знаете, так зачем же спрашивать, дорогая Соня! А может, вы предпочитаете, чтобы я называл вас «belle mere» теща (фр.).

?
Соня едва не задохнулась от бешенства. Она немедленно вырвалась бы из рук Стива, если бы он не был так силен.— Я предпочла бы вернуться на место, если, конечно, позволите!— Не позволю! — Стив вдруг нахмурился, а затем крайне удивил ее, сказав: — Соня, я виноват. Я пригласил тебя танцевать, вовсе не желая обидеть. Но поскольку нам все же придется проводить какое-то время вместе, не лучше ли соблюдать перемирие?— Это все, что ты хотел сказать мне?Он улыбнулся одними глазами.— Нет, не только. Мне надо задать тебе несколько вопросов.Соня почувствовала напряжение Стива.— Ты знаешь здесь почти всех, не так ли?Он стал непринужденно расспрашивать ее о гостях. «Зачем ему это?» — подумала Соня. Глава 2 — Дорогая, я бы хотел, чтобы ты не выражала неприязнь к Стивену так явно, — мягко заметил Уильям Брендон, когда они вернулись домой.— Но он пригласил меня танцевать, прекрасно зная, что я никогда не прощу его за обман и унижения, которым он подвергал нас! — резко возразила она.«Было время, — зло подумала Соня, — когда я любила сболтнуть лишнее, чтобы… чтобы очистить душу. Но высокомерие Стива, его уверенность, что я сделаю все, о чем он ни попросит, и расскажу ему обо всех друзьях, просто нестерпимы! Почему он женился на Джинни? И почему, загадочно исчезнув на несколько месяцев, он вдруг объявился вновь?»Даже услышав глубокое и ровное дыхание спящего мужа, Соня лежала неподвижно, боясь пошевелиться, хотя кипела от раздражения. Невыносимо! Невыносимо находиться здесь, в своем старом доме, в той же большой кровати с пологом, с которой связано столько воспоминаний. «Мне следовало настоять на продаже плантаций, — в отчаянии думала она, — и никогда сюда не возвращаться!» Ее охватило предчувствие, что случится что-то скверное, опасное и разрушит их благополучную жизнь.Стив Морган всегда доставлял неприятности, и сейчас Соня пожалела, что Джинни, несмотря на все свои скандальные приключения, не осталась в Европе.В своей комнате Джинни тоже не могла сомкнуть глаз. Проклятый Стив, куда он делся?Сначала они занимались любовью, а потом он небрежно поцеловал ее и исчез, не промолвив ни слова. Куда он мог пойти? Или — еще хуже — к кому? «Он ушел уже больше часа назад, — подумала она, — но я не унижусь до того, чтобы его выслеживать. Он поймет, что я не доверяю ему, и тогда мы поссоримся по-настоящему». Может, его разозлило, что она флиртовала с этим молодым красавцем — Люсьеном Валетом? Стив не сказал об этом ни слова, а вот она сама шутливо попеняла ему за то, что он так рассердил бедную Соню.В ответ Стив лишь поднял брови, дьявольски усмехнулся и спросил:— Чем же? Тем, что пригласил ее потанцевать? Что за упрямица! Она все еще не может простить меня, и ты знаешь за что.— Едва ли могу угадать истинную причину. Насколько я помню…— Мне тоже приходится помнить об этом, любимая.Но что он имел в виду? Они слишком мало прожили вместе, но оба не хотели лгать, ворошить прошлое и ссориться из-за этого. Они любили друг друга, но достаточно ли одной любви для того, чтобы прожить вместе целую жизнь? Ведь когда-то любовь пройдет, начнется скука, а возможно, и ненависть?Джинни оставила окно открытым, и теперь тонкие занавески колыхались от порывов ветра. Она поднялась, прошла через комнату и выглянула в окно. Ветер раскачивал ветви деревьев, и шорох листьев напоминал ей рокот океанских бурунов неподалеку от их дома в Монтеррее. Того дома, где Стив овладел ею после того, как убил Ивана на палубе русского корабля.Она да сих пор слышала жесткие, беспощадные слова Стива:— Ты наркоманка. Понимаешь, что это значит? Нет больше снотворного. Оно тебе больше не понадобится. Вскоре ты в этом убедишься.С этого момента начались ночные кошмары, которым, как она думала, не будет конца. Почему она вспомнила об этом именно сейчас, когда то ужасное время давно миновало? Джинни закрыла глаза и попыталась ни о чем не думать; но этой ночью на нее нахлынули воспоминания, и теплое дыхание ветра, ласкающего ее кожу, возвращало Джинни в прошлое…В те времена, когда она то тряслась от холода, то пылала, покрываясь испариной, а кожа ее нестерпимо зудела, словно в нее вонзили сотни тонких иголочек. Джинни корчилась под простынями, которые, казалось, окутывали ее, как липкая паутина; пронзительно кричала и бешено вырывалась из рук, которые удерживали ее. Ей чудилось, будто ее распухшую голову все сильнее стягивает железный обруч. Ее умышленно пытали, и это делал он.— Ты хочешь убить меня! Ты уничтожишь меня точно так же, как сделал это… о нет! Ради Бога, не прикасайся ко мне! Нет… нет!Ее волосы утратили свой обычный блеск, став тусклыми и влажными; спутанные космы разметались по плечам. Когда она пыталась вырывать их, ее запястья приковали к кровати.— Не трогай меня, — хрипло шептала она в полузабытьи, — нет и нет! Ненавижу тебя — ты хочешь и меня убить…Она слышала приглушенные голоса, доносившиеся откуда-то издалека, но не могла понять, о чем они говорили. Чьи-то руки прикасались к ней твердо и нежно. Кто-то пытался что-то объяснить Джинни, а она хотела только умереть, но этого ей не позволяли. На какое-то время она задремала, слишком утомленная, чтобы оказывать сопротивление, потом проснулась и безвольно лежала под мятыми простынями, прислушиваясь к неумолкавшим голосам.— О Боже! Вы уверены, что нет другого способа? Она страшно страдает, и, говоря по правде, не представляю, сколько смогу это выдержать! Если б я знал…— Она достаточно сильна и справится с болезнью, а вам следует поесть и поспать. Она не умрет, это я вам обещаю.— Только это? Какого дьявола?! Что вы имеете в виду? Предупреждаю вас, доктор: если с ней что-нибудь случится…— Черт возьми, немедленно уходите отсюда! Если хотите, чтобы я сделал то, за что вы платите, выполняйте мои требования, сэр! Я уже лечил подобных больных и потому знаю, что в определенный период самое важное для пациента — это покой. Как только вы приближаетесь к ней, она начинает кричать!Стив ушел из дома, и два дня о нем никто ничего не знал. К вечеру третьего дня он вернулся, обросший густой щетиной. Доктор Матеус встретил его с едва заметной улыбкой:— Ей лучше. Конвульсии прекратились, и теперь она в состоянии принимать пищу. Думаю, впрочем, что до утра вам не стоит заходить к ней.— Вы полагаете, что она все еще может впасть в истерику, увидев меня? — Стив Морган раздраженно поскреб свою щетину. Его усталое, осунувшееся лицо и налитые кровью глаза свидетельствовали о том, что он много пил и почти не спал.Взглянув на него, доктор пожал плечами:— Это ваша жена, и не мне решать ваши проблемы. Но как врач советую вам отдохнуть. Ссоры и сцены в такой момент…— Вы правы. В такой момент мне будет очень трудно сдержаться! Спокойной ночи, доктор. Простите меня, завтра утром надеюсь предстать перед вами в более респектабельном виде.Джинни испытывала ужасную слабость… Казалось, силы навсегда покинули ее. Она ощущала лишь удары своего сердца, все учащавшиеся от какого-то болезненного, пугающего предчувствия. Слышала ли она голоса или это только ее воображение?Ее комната казалась пещерой в огромной горе над океаном. Чтобы выйти на берег, надо было спуститься вниз по галерее с деревянным полом, а оттуда — в сад.Джинни посмотрела вниз, на узкий пляж под окнами своей комнаты. Пенистые океанские буруны разбивались о черные прибрежные скалы.— Здесь есть прекрасная терраса, и, когда вам станет лучше, вы сможете сидеть там и наслаждаться солнцем и чистым морским воздухом, — сказала ей медсестра.Но когда она почувствует себя лучше? Почему она так долго болеет? Что он сделал с ней? На запястьях Джинни все еще были видны синяки, напоминавшие о том, что ее привязывали к кровати. И все это делали по его приказанию, а он сидел рядом и целыми днями смотрел на ее мучения, его ничуть не трогали мольбы Джинни освободить ее.— Дай же мне хоть что-нибудь, чтобы заглушить эту адскую боль! Я не в силах больше этого вынести! Я умру! Если ты решил убить меня, так сделай это скорее!Джинни помнила, как ласково он погладил ее по голове и отвел волосы с ее лица, говоря что-то нежное и пытаясь в чем-то убедить ее, но она знала, что он только притворяется из-за доктора и медсестры. Почему она не помнит всего? Почему многое видится ей как в тумане?Где она: на ранчо в Монтеррее или в частной лечебнице, которой ей в свое время угрожал Иван? Иван… Нет! О Боже, нет, она не в силах вспоминать об этом! Стив убил его, и это было ужасно. Но почему, почему?Джинни ждала, предполагая, что Стив зайдет к ней.Но Стив не зашел. Значит, не питает к ней никаких чувств. Сколько же дней он не появлялся? Может, нарочно откладывает встречу? Или размышляет, что делать с ней сейчас, когда она полностью в его власти? Ах, как это обременительно! Ведь любовница — это прихоть, развлечение, от нее легко избавиться, но вот жена…Об этом они и говорили на следующий день, когда Стив пришел навестить Джинни и вынес ее на террасу.Чисто выбритый, подтянутый, с узким синевато багровым шрамом от сабельного удара, который придавал ему весьма загадочный вид, Стив теперь особенно походил на пирата. Вел он себя отчужденно и вежливо.Посадив ее на стул, он осведомился, удобно ли ей, но сам продолжал стоять, облокотившись на железные перила.Его глаза, чуть прищуренные от утреннего солнца, синие, как океан на горизонте, казались бездонными, а их выражение — непостижимым. Джинни вдруг поняла, что не может ничего сказать ему. Но чего он сам-то от нее хочет?Она больше не понимала Стива, да и понимала ли когда-нибудь? Он подавлял ее своим равнодушным взглядом, не выражавшим ни гнева, ни страсти, и бесцветным голосом. Джинни лишь бессознательно вздергивала подбородок, что придавало ей гордый вид.— Я рад, что тебе лучше. Возможно, нам удастся поговорить сегодня.— О чем? — мрачно спросила она. — Я уверена, что ты все уже решил. Разве я еще недостаточно наказана?— Наказана?! — Его глаза сверкнули, но он сдержался и спокойно продолжал: — Надеюсь, теперь-то ты уже поняла, почему я привез тебя сюда?— О да! Чтобы… чтобы мучить меня! Я знаю, на что ты способен в гневе!— Тебя никто здесь не мучил, — тихо возразил он. — Ты почти превратилась в наркоманку. Это был единственный способ помочь тебе. Джинни, я видел, что происходит с людьми, неспособными избавиться от этой привычки. В опиумных притонах я видел живые скелеты. Они бегут из одного ада и попадают в другой. Лечение было болезненным, мне очень жаль, что тебе пришлось столько выстрадать, но зато теперь ты наконец выздоровела — так утверждает доктор.— Ты должен был позволить мне умереть! Ведь это развязало бы тебе руки, не так ли?— Ты все еще не в себе, Джинни.— Значит, ты снова станешь лечить меня? Я навсегда останусь твоей пленницей или пока не утихнет скандал? Боже, если бы ты хоть раз сказал мне правду! Что теперь будет, Стив? Ты разведешься со мной, выждав время? Или отправишь меня в какое-нибудь тихое местечко, а сам забудешь….— Я ничего не забыл, черт возьми! И никакого развода не будет! Ни при каких обстоятельствах! Через месяц мы вновь поженимся, обвенчаемся в церкви в присутствии твоего отца и пригласим на прием половину Сан-Франциско. Конечно, какое-то время все будут сплетничать о том, что вдова так скоро снова вышла замуж, и о том, что прежде ты была моей любовницей. Но это все же лучше, чем если бы тебя обвиняли в двоемужии, не правда ли, любовь моя? Но в конце концов интерес к этому угаснет и разговоры прекратятся.Стив называл это «цивилизованным соглашением». И это он-то, которого едва ли можно было назвать цивилизованным человеком! Значит, чтобы предотвратить скандал, они разведутся и вновь поженятся, и ей предстоит несколько месяцев после свадьбы играть роль счастливой жены!— Я дал слово графу Черникову, что отпущу тебя путешествовать в Европу на целый год. Вот тогда ты и сможешь подумать о разводе.— А до этого? — тихо спросила Джинни.— А до этого следует соблюдать приличия, не подавая виду, будто что-то произошло. Я сделаю все как можно скорее, ибо уверен, что ты согласна. Целый год, Джинни! Я положу на твое имя много денег. Ты должна чувствовать себя свободной независимо от твоих дальнейших планов. — Он произнес это так рассудительно и холодно! Так что же ей остается, ведь у нее нет выбора!— А как же твои любовницы? — спросила Джинни.Стив насмешливо поднял брови:— А твои любовники? — Откинувшись на спинку стула, он внимательно всматривался в нее. — Надеюсь, радость моя, что мы оба проявим благоразумие. Сплетники и так уже вволю порезвились. Пусть немного передохнут.«Кроникл» и другие газеты описали их свадьбу во всех подробностях. Заголовок последней газеты гласил:
ПЕРВОЕ ЗАМУЖЕСТВО ДОЧЕРИ СЕНАТОРА БРЕНДОНА ПО ОБРЯДУ КАТОЛИЧЕСКОЙ ЦЕРКВИ
Более консервативная калифорнийская газета называла новобрачную «недавно овдовевшей княгиней Саркановой», напоминая тем самым читателям о трагедии на море, унесшей жизнь князя. Но обе газеты утверждали, что молодожены — исключительно красивая пара, а прием, устроенный по случаю бракосочетания сенатором Брендоном, превзошел все ожидания.Дом на Ринкон-Хилл светился огнями, а танцы продолжались до рассвета, после чего новобрачные удалились в великолепном новом экипаже, запряженном парой чистокровных лошадей.Усталая до изнеможения, мучаясь от головной боли, Джинни заснула в экипаже и пробормотала что-то невнятное, когда Стив, взяв ее на руки, стал подниматься по лестнице.Проснувшись, Джинни решила, что все еще грезит. Она лежала одна на огромной кровати из красного дерева. Увидев тусклый фиолетовый свет, проникавший через огромные окна, и пылающий камин, Джинни подумала, что уже поздний вечер.Постепенно Джинни вспомнила, что произошло. Она действительно вышла замуж — и опять за Стива. Эта их свадьба была еще более фантастической, чем первая. Во время приема он, улыбаясь, прошептал ей:— Я знаю, ты умеешь хорошо играть, Джинни. Помни, мы должны казаться влюбленной парой!Не успела Джинни ответить, как Стив увлек ее танцевать.Джинни нахмурилась и присела на кровати, вспоминая этот вечер. Она заснула, едва они сели в экипаж. Ее голова покоилась на его плече. Стив обнял ее — и что потом? Кажется, он нес ее на руках, что-то шептал… Кто же раздел и уложил ее в постель? Тут щеки Джинни вспыхнули. Какая нелепость! Она вдруг вспомнила эту комнату и эту постель. Стив был с ней здесь и раньше, когда, в сущности, изнасиловал ее, желая наказать. Ей не следует доверять ему, хотя он был совсем иным в прошлую ночь — милым и даже нежным. Просто сейчас он хотел видеть ее покорной и довольной.Впрочем, каковы бы ни были намерения Стива, он сделал ее своей. Они заключили сделку, но на этот раз она не позволит ущемлять ее интересы. Зря он надеется превратить ее в покорную и услужливую жену! Ну что ж, она сыграет свою роль до конца, но вот понравится ли это ему?Около года назад они вернулись с Пиренейского полуострова в Сан-Франциско, где впервые после медового месяца оказались наедине. Пока горничная разбирала вещи миссис Морган, та обедала с мужем на террасе, откуда открывался великолепный вид на город и голубой залив.Сейчас, да и прежде, когда они оставались наедине, Джинни охватывало странное чувство нереальности происходящего. Неужели она действительно вышла замуж за Стива, хотя они все так же чужды друг другу?

Последняя и вечная любовь - Роджерс Розмари => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Последняя и вечная любовь автора Роджерс Розмари дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Последняя и вечная любовь у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Последняя и вечная любовь своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Роджерс Розмари - Последняя и вечная любовь.
Если после завершения чтения книги Последняя и вечная любовь вы захотите почитать и другие книги Роджерс Розмари, тогда зайдите на страницу писателя Роджерс Розмари - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Последняя и вечная любовь, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Роджерс Розмари, написавшего книгу Последняя и вечная любовь, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Последняя и вечная любовь; Роджерс Розмари, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 decanter.ru/sophenia