А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Если он скажет ей, что ее врожденное бесстыдство доставляет ему гораздо большее удовольствие, нежели отработанные годами приемы добропорядочных великосветских дам, то это может смутить ее еще больше. Вместо ответа он приподнялся на кровати и взял ее за руку. Затем он положил ее руку на свое бедро и посмотрел ей в глаза.
— Господи, Лайза, если ты вознамерилась окончательно поработить меня, ты избрала самый верный путь.
Она кокетливо посмотрела на него, а ее губы изобразили игривую улыбку. Она протянула руку и притронулась к самой чувствительной части его тела. У Джослина перехватило дыхание, и он застонал, потеряв над собой всякий контроль. Инстинктивно он рванулся к ней, но ее рука тут же исчезла. Она спрятала ее за спину и, все еще пребывая в смущении, бросила на него быстрый взгляд. Джослин схватил ее руку и вернул ее на прежнее место.
— Боже мой, Лайза, умоляю тебя, не останавливайся!
Но она только покачала головой, не в силах преодолеть неловкость и смущение. Он глубоко вздохнул, привстал и, схватив ее за плечи, потянул к себе. Через секунду она уже находилась на нем.
— Я забыл, — сказал он. — Извини меня, моя невинная леди. Позволь мне научить тебя.
Они провели вместе почти целый час, обучаясь любовным играм. Это было незабываемое время, но Джослин в конце концов сообразил, что этому должен был предел. Иначе они могут просто истощить себя.
Закончив свои игры, они быстро оделись, и Джослин выпроводил Лайзу первой. Окна комнаты выходили на Хай-Стрит — главную улицу города, и пока Джослин застегивал костюм и приглаживал волосы, он смотрел, как Лайза выходила из дома. Удовлетворенно улыбаясь, он видел, как она не спеша шла по тротуару, минуя небольшие группы мужчин, собравшихся перед магазинами. Лайза остановилась рядом с большим, красного кирпича зданием эпохи короля Георга, посмотрела на полированную табличку из меди, висевшую над входом, и поднялась на ступеньки крыльца.
Руки Джослина на мгновение застыли на галстуке. В тот самый момент, когда Лайза подошла к входной двери, из дома вышел молодой человек. Он отвесил ей поклон и что-то при этом сказал. Она ответила ему и взяла его под руку. Они вместе спустились со ступенек крыльца и, оживленно разговаривая, направились вниз по улице.
Кровь громко стучала в голове Джослина. Он быстро отодвинул занавеску и продолжал смотреть вслед удаляющейся любовнице и ее молодому другу. «Мужчина! У нее есть мужчина!» Он сморщил лоб в недоумении. До сих пор ему и в голову не приходило, что у Лайзы может быть другой мужчина, что она может быть неверна ему. Но теперь это было очевидно. Он вдруг понял, что одна мысль о том, что Лайза может искать встречи с другим человеком, приводит его в бешенство. Она только что ушла от него и тут же встретилась с другим.
«Господи, — подумал Джослин, — я не могу допустить этого. Как она смеет болтаться по городу, да еще с каким-то незнакомым мужчиной?»
Глубокая волна ревности накатилась на него, захлестнув его разум и заставив действовать решительно. Он быстро подхватил свою шляпу, перчатки и кнут для лошади и через секунду уже спускался вниз по лестнице, ведущей к выходу. Джослин выбежал на Хай-Стрит и быстро направился вдогонку за этой парой, перепрыгивая через большие тюки торговцев и расталкивая прохожих на тротуаре. При этом он неотрывно следил за черной накидкой Лайзы Эллиот.
Он заметил, что они повернули за угол. Джослин ускорил шаг, также повернул за угол и увидел, как они вошли в другое, более новое здание, окруженное высоким забором из мягкой кованой стали. Массивная дверь из стекла и красного дерева закрылась за ними. Охваченный безумным порывом ревности и ярости, Джослин не мог даже остановиться и обдумать свои действия. Он мигом взлетел по ступенькам вверх и распахнул входную дверь. В вестибюле он увидел удаляющуюся от него горничную. Услышав звук открывающейся двери, она повернулась к нему и вскрикнула от неожиданности.
— Где они? — громко закричал Джослин, чувствуя, как его голос разрывается от злости и гнева. Служанка сердито направилась к нему.
— Послушайте, сэр, — начала было она, — вы не имеете…
Джослин перехватил ее руку:
— Где они?
— Хозяин и мисс Эллиот?
— Да, черт их побери!
— Они в зале, сэр.
Служанка вытаращила на него глаза и показала рукой на закрытую дверь справа от вестибюля.
Джослин быстро повернулся, подошел к двери и распахнул ее. Дверь шумно хлопнула о стенку.
Они оба стояли близко друг к другу, склонив головы. При звуке хлопнувшей двери они резко повернулись и отпрянули в разные стороны. Джослин ворвался в зал и быстро направился к Лайзе, оттеснив ее от молодого человека.
— Кто этот человек? — тихим, но вместе с тем решительным голосом спросил он.
— Милорд!
— К черту твоего «милорда»! — резко выкрикнул он. — Кто этот человек? И не вздумай мне врать. Я все равно узнаю всю правду.
После этих слов молодой человек приблизился к ним. Джослин бросил на него озлобленный взгляд. Бледный, худощавый, аскетический и какой-то совершенно эфемерный, он тем не менее набрался смелости вмешаться в разговор.
— Послушайте, сэр, — сказал он, — кто вы такой?
Джослин внимательно рассмотрел его изящный внешний вид, золотистые локоны волос и какой-то легкий налет поэтического лоска. Он сузил глаза. Некоторые женщины обожают молодых людей поэтической наружности, ошибочно полагая, что это признак недюжинного интеллекта.
— Так, так, так… — протянул Джослин.
Он почувствовал привкус горячего техасского солнца и жар безводной пустыни. Он засунул пальцы рук в маленькие карманы жилетки и обошел вокруг молодого человека.
Услышав издевательский тон Джослина, молодой человек с изумлением посмотрел на Лайзу.
— Так, так… — продолжал Джослин. — Что мы тут имеем, дорогая Лайза? — он сделал еще несколько кругов вокруг молодого человека. — Мы имеем молодого, симпатичного и женоподобного шалопая, я бы сказал.
Джослин кнутом отбросил белокурую прядь волос с его лба.
— Да, дорогая, смазливого шалопая.
Он тем же кнутом расстегнул пуговицы на кармане жилетки своего соперника.
— Вы выбрали себе не совсем ту женщину, молодой человек, — сказал он, обращаясь к спутнику Лайзы. — Я думаю, нам есть о чем поговорить. Это будет весьма серьезный разговор. Смертельно серьезный!
Глаза молодого человека увеличились до размеров крыжовника. Джослин ухмыльнулся ему своей холодной и язвительной улыбкой.
— Да, — еще раз сказал он, — это будет настоящий серьезный разговор.
15
Она точно определила момент, когда Джослин решил убить бедного Рональда. В таком состоянии он всегда растягивал слова, как бы выдавливал их из себя нарочито лениво и медленно. В такие моменты он был похож на пуму, лениво греющуюся на солнце, но готовую к прыжку. Все его движения становились медленными и упругими. Он не спеша поворачивался и тихо подкрадывался к жертве. Вот и сейчас он медленно повернулся к ее адвокату и уставился в него своими помутневшими от злобы глазами. Адвокат побледнел и не мог произнести ни слова.
Если она не остановит его сию же минуту, то Рональд наверняка долго не проживет. Лайза закричала так громко, что, казалось, картины сейчас рухнут на пол.
— Милорд!
Джослин не пошевелился и даже не оторвал взгляда от Рональда. Но когда он заговорил, она облегченно вздохнула, так как по выражению его голоса поняла, что опасность миновала.
— Черт возьми, не вмешивайся в наши дела, женщина! — довольно грубо бросил он. — Я поговорю с тобой, когда избавлюсь от этого негодяя.
Лайза сжала зубы и собрала все свои силы, чтобы не потерять самообладания. Это позволило ей сказать следующую фразу со спокойствием королевы:
— Милорд! — ее голос гулко отозвался в пустом зале. — Это мой адвокат.
От удивления Джослин вытаращил на нее глаза. Она заметила, что на его щеках проступили желваки. Джослин быстро опустил вниз свой кнут. Ударив им несколько раз по правому сапогу, он замер в неподвижности. Затем он резко повернулся к адвокату и склонил голову.
— Я совершил непростительную ошибку, сэр, — вежливо сказал он. — Я приношу вам свои извинения, — и он протянул адвокату руку, которую тот пожал с нескрываемым облегчением.
Лайза сочла, что настал подходящий момент для ее участия в этой сцене.
— Джослин виконт Радклифф, я хочу, представить вам своего адвоката мистера Рональда Варни.
Услышав громкий титул Джослина, Варни вздрогнул. Он смотрел часто мигающими глазами то на Лайзу, то на Джослина и нервно теребил рукой лацкан пиджака. Потом он вспомнил о том, что собирался заказать чай, и под этим предлогом направился к двери, где была закреплена кнопка для вызова слуг.
— О, я забыл, — сказал он, повернувшись к ним, — эта кнопка не работает. Мисс Эллиот, милорд, с вашего разрешения я вас покину.
И он быстро вышел из зала, направившись прямо на кухню.
Лайза присела на большой диван, сохраняя обиженную позу. Джослин проводил взглядом выходящего Варни, затем бросил на диван свою шляпу, перчатки и кнут. Лайза продолжала хранить молчание, чувствуя, как напряжение в ней постепенно ослабевает.
— У тебя есть свой собственный адвокат? — недоумевающим тоном спросил Джослин. — На кой черт тебе понадобился адвокат?
— Если вы хотите разговаривать со мной, милорд, выбирайте выражения.
Он чуть было не заорал на нее, но вовремя опомнился и прикусил губу.
— Ты довела меня до бешенства, Лайза, — извиняющимся голосом произнес он. — Кто этот тип? Кто этот сопливый молокосос?
В этот момент Лайза наконец сообразила, что всегда сдержанный и неприступный Джослин Маршалл самым натуральным образом ревнует ее к адвокату. Она с любопытством взглянула на него. Его густые брови были грозно сдвинуты к носу, а хмурое лицо было похоже на грозовую тучу. Она усмехнулась ему в глаза, а он в ответ проворчал какое-то ругательство. Это еще больше ее рассмешило, и она хихикнула. Он подошел к дивану и плюхнулся на него. Лайза предостерегающе подняла руку, как бы защищая себя от возможных посягательств:
— Никаких предосудительных действий, милорд.
— Если ты мне сейчас же не скажешь, кто он такой, я… я…
— Взгляни на это, — сказала Лайза и достала из ридикюля свернутое письмо. — Это от мисс Бердетт-Кауттс, с которой знакомы и ты, и королева, если я не ошибаюсь. Мы вместе с ней оказываем финансовую помощь школе для детей из городов и деревень, прилегающих к Стрэтфилд-Корту.
Джослин быстро пробежал глазами письмо и вернул его Лайзе. После этого он окончательно успокоился и поглубже уселся на диване.
Уголки рта Лайзы слегка дрогнули.
— Мисс Бердетт-Кауттс и я решили заплатить за обучение в школе детей из бедных семей. Мы собираемся предложить им больше, чем они смогут заработать на фермах, мельницах и так далее. Получение образования — это для них единственный способ вырваться из бедности и нищеты. Вы хотите, милорд, прочитать об этом более подробно?
Джослин покачал головой.
— Я не слышала, что вы сказали.
— Я сказал, что сожалею о случившемся. — Он встал, взял ее руку и поцеловал ее. — Я также сказал, что ты причинила мне ужасную головную боль. Нет никаких сомнений в том, что сегодня ночью я буду выть на луну. И не надо так самодовольно улыбаться, мисс. А сейчас я собираюсь отправиться в экипаж и подожду тебя.
— Но я, вероятно, задержусь здесь на некоторое время.
— Ничего, — сказал он. — Мне и нужно какое-то время, чтобы подумать.
Джослин ушел из зала в тот момент, когда из кухни вернулся Рональд Варни. Лайза услышала, что Джослин сердечно попрощался с ним и еще раз попросил прощения. К тому времени, когда Джослин ушел, адвокат снова мило улыбался, был веселым и розовощеким от сознания собственной важности.
…Час спустя лошадь виконта была крепко привязана к карете Лайзы, а они оба сидели внутри, в то время как Эммилайн ехала вместе с кучером.
С тех пор как Джослин ушел из дома мистера Варни, Лайза провела какое-то время в одиночестве, стараясь собраться с мыслями и оправиться после шока, вызванного внезапным вторжением разъяренного любовника. Господи, как он ее напугал! Сейчас она уже была совершенно спокойной и мило улыбалась ему, как будто ровным счетом ничего не произошло.
Лайза сидела в карете и держала руками свой ридикюль. Затем она сняла вуаль и, сложив ее, засунула в карман накидки, чтобы не вызвать подозрения, когда они приедут домой. Джослин снова обрел уверенность в себе. Он молча уставился в окно кареты, наблюдая за мелькавшими мимо сельскими пейзажами. Был уже март, снег постепенно таял, и все чаще появлялось солнце, обещавшее скорую весну. Вдруг он повернулся и посмотрел на Лайзу.
— Тебе следовало бы взять с собой служанку.
Лайза подняла вверх глаза:
— Если вы помните, милорд, я отправила Эммилайн на козлы к кучеру. Вы же сами это предложили.
— О да, — сказал он, припомнив недавние события. — Но тебе нужно было оставить отцу все дела, связанные с адвокатом.
Лайза сложила руки на груди и с раздражением посмотрела на Джослина.
— Мой отец не одобрил бы моих намерений. Мне мог бы оказать помощь только мой брат, но он мертв.
— В таком случае, если твой отец не поддерживает твою благотворительность, тебе не следует связываться с этим. К тому же я знаю, что твоему брату не понравилось бы, если бы он узнал, что ты шляешься по городу и занимаешься подобными делами.
— Нет, он поддержал бы меня, — выпалила Лайза, глубоко вздохнув.
— Мы говорим об Уильяме Эдварде Эллиоте?
Услышав полное имя брата, Лайза утратила свое раздражение и ей захотелось плакать. Ее глаза наполнились слезами, хотя она всеми силами старалась сдержать их. Она быстро пошарила рукой в карманах накидки, достала оттуда носовой платок и приложила его к носу. Она почувствовала, как на ее руке оказалась теплая рука Джослина. Он наклонился и поцеловал ее пальцы.
— Прости меня, — сказал он. — Я был бестактен.
Его мягкий тон растрогал ее. Она начала всхлипывать, а через минуту залилась горькими слезами, закрыв лицо носовым платком. Джослин обнял ее и, проклиная себя за неосторожное упоминание имени ее брата, посадил Лайзу к себе на колени. Она уже не сдерживала себя и вовсю рыдала, уткнув лицо в пальто Джослина. Она плакала до тех пор, пока не почувствовала, что ей необходимо высморкаться. Через некоторое время, комкая в руке мокрый от слез носовой платок, Лайза уже была в состоянии говорить.
— Я видела его в ту самую ночь, когда он умер, — сказала она дрожащим голосом. — В то время я навещала своих друзей в Лондоне, а он приехал повидаться со мной.
Лайза продолжала свой рассказ, сообщая ему столько правды, сколько она могла себе позволить. Он слушал, не прерывая ее и не отрывая взгляда от ее лица.
— Но я никогда не поверю, что он покончил с собой, — сказала Лайза. — Мне наплевать на то, что говорит по этому поводу полиция. Он не должен был уехать в Уайтчепел. Ты же знаешь его. Несмотря на то, что я очень любила его, я должна признать, что он все-таки был слишком озабочен своим положением в обществе. Он даже не мог привыкнуть к своему портному, который, как ему казалось, не соответствовал его весу и престижу в обществе. Он презирал людей, которые не знали, какое вино и когда нужно пить, какую одежду нужно выбрать для морской прогулки или пикника.
Она посмотрела на Джослина влажными глазами, а тот еще ближе притянул ее к себе.
— Лайза милая, — сказал он после небольших раздумий и глубоко вздохнул. — Есть определенные привычки, которые брат всегда держит в тайне от сестры.
— Ему не следовало бы ехать к женщине, которая живет в Уайтчепеле.
— Лайза!
Его упрямство вызвало в ней новое раздражение. Она тут же сползла с его колен и гордо вскинула голову.
— Да, не следовало бы.
Он встряхнул ее за плечи и посмотрел в глаза:
— Да что ты знаешь о подобных вещах?
Лайза с трудом вырвалась из его рук.
— Вы что же, милорд, и в самом деле считаете, что все женщины глухи и слепы?
— Ну, знаешь ли, они должны быть такими, когда речь заходит о подобных делах, — выпалил Джослин.
— Мой брат был убит в тот вечер, когда он оставил свой дом. А ведь его подозревали в причастности к смерти того человека, Эйри, — твердо сказала Лайза. — А сейчас произошло еще несколько смертей. Погиб Стэплтон.
Джослин призадумался на минуту и потер рукой щеку.
— Да, за последнее время погибло слишком много людей.
Он стукнул перчатками по руке. Лайза напряженно молчала.
— Я должен подумать обо всем этом, Лайза, — сказал он. — Меня отвлекли… э-э-э… отвлекли последние дела. Я поразмыслю над тем, что ты мне сказала.
— Да уж, постарайся.
Он посмотрел на нее.
— А ты должна предоставить это все мне. Нет, не говори ни слова! Я должен сам во всем разобраться.
Им оставалось быть вместе очень короткое время, и ей не хотелось продолжать этот спор. Она собиралась более тщательно шпионить за его друзьями, но, естественно, она не могла сказать ему об этом.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34