А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

О'Бэньон Констанс

Плащ и мантилья


 

Здесь выложена электронная книга Плащ и мантилья автора по имени О'Бэньон Констанс. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу О'Бэньон Констанс - Плащ и мантилья.

Размер архива с книгой Плащ и мантилья равняется 124.02 KB

Плащ и мантилья - О'Бэньон Констанс => скачать бесплатную электронную книгу



OCR Anita
«Плащ и мантилья»: Эксмо; Москва; 2004
ISBN 5-699-06543-1
Аннотация
Рейчел поклялась отомстить владельцу гасиенды Каса дель Соль Ноублу Винсенте, но, выследив его однажды, не смогла нажать на курок. Возможно, ее остановили воспоминания о его ласковой улыбке или жарком взгляде его черных испанских глаз? Когда-то она любила его так же пылко, как сейчас ненавидела. Она уверена, что он предал ее любовь, соблазнил ее сестру и убил их отца... Но, быть может, ненависть так же слепа, как и любовь?
Констанс О'Бэньон
Плащ и мантилья
ПРОЛОГ
Техас, 1867 г
Женщина медленно поднимала ружье. Она целилась в человека, которого ненавидела больше всего на свете и которого поклялась убить много лет назад. С тех пор как Ноубл Винсенте спешился и повел лошадь к ручью, Рейчел следила за каждым его движением, стараясь точнее прицелиться. В груди ее клокотала такая жгучая ненависть, что перехватывало дыхание. Но Рейчел не торопилась – пять лет она ждала этого момента, так что еще несколько секунд не имели значения.
Губы ее хищно скривились. Стоит нажать на спуск – и Ноубл Винсенте станет последним испанским грандом из Каса дель Соль!
* * *
Ноубл Винсенте надвинул шляпу на лоб, чтобы защитить глаза от яркого солнечного света. Но нигде не было спасения от зноя, терзающего выжженную землю. Развязав шейный платок, он обмакнул его в воду и вытер лицо. Его взгляд устремился через мутный Дип-Крик мимо зарослей мескито к острым щербатым скалам, похожим на зубы акулы. Земная поверхность была неровной – каньоны, узкие овраги и столовые горы чередовались с плоскими участками. Ни на мгновение не прекращающийся ветер колебал соломенного цвета траву, создавая впечатление океанских волн. Одинокий ястреб парил в голубом небе, высматривая добычу. Гремучая змея свернулась на камне, греясь на солнце.
Техас с его суровой красотой и жизнью, полной возможностей, был не слишком гостеприимным краем и предназначался не для слабых духом. Культуры индейцев и белых, мексиканцев и испанцев соседствовали, как на лоскутном одеяле, на этой земле, полной противоречий. Но все ее обитатели сходились в одном – они любили Техас.
Воспоминания нахлынули на Ноубла, застарелая ненависть, бесплодные сожаления переполняли его сердце, но он сдерживал их усилием воли. В конце концов, он был закаленным человеком. Ему пришлось видеть слишком много бессмысленных смертей на войне. И многие из погибших были почти мальчиками, толком еще не начавшими жить.
Два послевоенных года Ноубл скитался без определенной цели, зная лишь одно: он не может вернуться домой. Странствия привели его в Мексику; там он стал одним из вакерос на ранчо, где разводили лошадей, – существом без имени, без прошлого и без будущего. Долгое время Ноубл заставлял себя подниматься по утрам, пытаясь найти какую-нибудь причину, чтобы продолжать жить, – месть, ненависть, что угодно. Два месяца назад он понял, что не сможет вырваться из паутины прошлого, пока не окажется дома.
Ноубл вдыхал знакомый едкий запах кедра, смешанный с ароматами разноцветных полевых цветов, а воспоминания мелькали в голове одно за другим. Незачем лгать самому себе – хотя он и поклялся никогда не возвращаться в Техас, земля звала его назад. Эта земля была у него в крови, в каждом клочке плоти, в каждом вздохе.
Не ведая, что смерть подкрадывается к нему, Ноубл перевел взгляд на запад, в сторону Каса дель Соль – ранчо его семьи. Если он будет ехать быстро, то доберется домой дотемна. Но даже теперь какой-то внутренний голос подсказывал ему, что нужно сесть на лошадь и ускакать прочь, не оглядываясь.
«Нет! – сердито подумал Ноубл. – На этот раз я не позволю ненависти и подозрениям помешать мне. Я вернусь домой».
Годы войны сформировали характер Ноубла – он уже не был тем юношей, который уезжал отсюда пять лет назад. Он вернулся сюда, чтобы смыть пятно с имени Винсенте, и не уедет, пока не сделает этого.
* * *
Рейчел следила за Ноублом, не снимая палец со спускового крючка, покуда он жадно пил из ручья, сложив ладони чашечкой. Солнечные лучи кололи ее, как кинжалы, потная одежда прилипала к телу, во рту ощущался вкус пыли, каждый вздох обжигал горло. От жажды язык приклеивался к небу, но, хотя она могла дотянуться рукой до походной фляги, приходилось терпеть, так как любое движение могло ее выдать.
Продолжая наблюдать за Ноублом сквозь ружейный прицел, Рейчел спрашивала себя, о чем он может думать в этот момент. Ее взгляд скользнул по его крепкому подбородку. Ноубл не слишком изменился, хотя и выглядел немного старше. Влажные угольно-черные волосы завивались на затылке, пропотевшая рубашка, прилипшая к груди, подчеркивала широту плеч, а кожаные испанские брюки – стройность фигуры. Она видела, как он небрежно бросил шляпу на седло и прислонился спиной к тополю, словно в этом мире его ничто не заботило.
Внезапно Ноубл посмотрел в ее сторону, и Рейчел почти ощутила жар его темных глаз. Эти глаза она помнила лучше всего. Когда он смеялся, они как будто весело плясали, а когда сердился – в них сверкало пламя, грозившее испепелить все, на что они были обращены. Но Рейчел помнила также его высокомерное молчание и умение скрывать подлинные чувства под маской равнодушия.
Почувствовав неожиданную слабость, она с усилием набрала воздух в легкие, размышляя, чем вызвано это ощущение – страхом или затянувшимся ожиданием. Преподобный Робинсон однажды читал проповедь о том, как часто сатана таится под красивой внешностью. А Ноубл Винсенте был, бесспорно, красив и столь же бесспорно одержим сатаной. С тех пор, как он уехал, не прошло и дня, чтобы Рейчел не думала о нем и не молилась о его смерти. Но теперь она наконец отомстит за отца!
Прижавшись щекой к ружейному прикладу, Рейчел облизнула сухие губы и взвела курок. Никто не станет порицать ее, если она убьет Ноубла. Лишь немногие в округе Мадрагон будут оплакивать его, а большинство только поблагодарит Рейчел за то, что она положила конец его жалкой жизни.
Стоит нажать на спуск – и он умрет. Почему же она колеблется? Разве не об этом она мечтала долгие годы?
Ноубл продолжал смотреть в ее сторону, и, хотя Рейчел надежно спряталась, она испытывала странное чувство, будто он может ее видеть. Ее рука дрогнула, она сильнее прижала ружье к плечу и прицелилась ему прямо в сердце. Но пальцы ее словно застыли, она так и не смогла нажать на спуск. С бешено колотящимся сердцем Рейчел наблюдала, как Ноубл вскочил в седло и направил своего мерина в сторону Каса дель Соль. Потом она медленно опустила ружье, ощущая тошноту.
Оказывается, не так-то легко убить человека – даже Ноубла Винсенте! Ладно, сегодня она позволила ему жить, потому что только трус стреляет в человека, стоящего к нему спиной. Но ничего, она еще встретится с ним, и тогда у него не останется ни одного шанса, она заставит Ноубла признаться, что он подло убил ее отца, а потом пристрелит его, глядя ему в лицо. Пускай он увидит ее последней, прежде чем смерть закроет ему глаза!
1
Ноубл приближался к Каса дель Соль со странным ощущением. Несмотря на столь долгое отсутствие, у него не было чувства, что он возвращается домой. Его мать умерла десять лет назад, сестра Сабер была ребенком, когда он покинул гасиенду, а связи с отцом Ноубл не поддерживал после отъезда из Каса дель Соль. И теперь он сомневался, что отец будет рад возвращению сына, который навлек на семью столько бед.
Когда Ноубл въезжал в ворота, прибитая к ним табличка заскрипела, качаясь на ржавых петлях при очередном порыве ветра. Посмотрев вверх, он едва смог прочитать название ранчо, до такой степени табличка пострадала от непогоды. Ноубл осмотрелся вокруг, всюду подмечая острым взглядом фермера свидетельства заброшенности. Северное пастбище, где некогда паслась тысяча голов скота, ныне пустовало. Повсюду виднелись признаки засухи – трава казалась соломенной, а знойный ветер гонял во все стороны перекати-поле. Призрачное безмолвие нарушали только одинокие трели пересмешника и карканье ворона.
Отец как-то сказал ему, что Техас – земля не для тех, кто слаб духом, и он был прав. Эта земля едва не погубила Ноубла и все еще могла это сделать, хотя он не сдался бы без борьбы.
Ноубл приближался к гасиенде, и ему все больше становилось не по себе. Статные дубы, растущие вдоль дороги к дому, были едва живы. Их ветки горестно поникли, а большая часть листьев приобрела осеннюю окраску, хотя был разгар лета. Сухая листва хрустела под лошадиными копытами. Мать Ноубла привезла эти дубы в Техас молодыми деревцами, когда приехала сюда, чтобы выйти замуж за его отца.
Пришпорив мерина, Ноубл выехал на склон, откуда открывался вид на гасиенду, которая некогда была одной из достопримечательностей Техаса. Сам Сэм Хьюстон часто гостил в Каса дель Соль. Его дружба с отцом Ноубла началась давно – они сражались бок о бок при Сан-Хасинто. И позже, когда Хьюстон стал президентом республики Техас, он не забыл старого друга. Теперь Сэм Хьюстон был мертв, и что-то неуловимое умерло вместе с ним. Теперь Техас был уже не тот, а Каса дель Соль казалась напоминанием о прошлом, ушедшем навсегда.
Ноубл почувствовал облегчение, увидев, что гасиенда не исчезла, хотя земля вокруг дома была усеяна обломками черепицы. Копыта его лошади гулко цокали по камням, когда он ехал через двор. В прудах плавали мертвые листья, и вода больше не текла из мраморных фонтанов, привезенных из Испании, когда строился дом.
Это место явно пустовало. Когда-то в Каса дель Соль работали более сотни вакерос и слуг. Куда же они все делись?
Спешившись, Ноубл зашагал по хрустевшим под сапогами сломанным плиткам. Глубоко вдохнув, он поднялся на крыльцо и распахнул массивную парадную дверь. Внутри было темно, в воздухе ощущался запах пыли и плесени. Когда глаза Ноубла привыкли к сумраку, он увидел, что вся мебель и ценные картины из холла исчезли. Сапог его задел осколок стекла, и, наклонившись, он подобрал куски разбитой вазы, которой владело несколько поколений его предков.
– Я вернулся, отец!
Голос Ноубла отозвался гулким эхом в высоком сводчатом потолке, но ответа не последовало.
Он направился в кабинет отца, однако там было пусто, как и в других комнатах.
– Отец, где ты?
С замирающим сердцем Ноубл взбежал по ступенькам, двинулся по темному коридору к спальне отца, открыл дверь и шагнул внутрь.
Пусто.
– Отец, я дома, – прошептал он, понимая, что никто его не услышит.
Сгорбившись, словно под тяжестью, опустившейся на его плечи, Ноубл медленно побрел вниз. Он помнил эту комнату согретой теплом любящей семьи, напоенной запахами лимона, кожи и старого дерева…
Неужели отец умер? Быть может, дон Рейнальдо Винсенте, хозяин Каса дель Соль, не вынес позора и бесчестья, которые обрушились на его единственного сына? Но где тогда его сестра Сабер?
Войдя в музыкальную комнату матери, Ноубл без сил прислонился к стене. Материнское фортепиано – свадебный подарок отца – исчезло… Он закрыл глаза, представляя эту комнату наполненной музыкой и смехом. Ему казалось, что он видит мать за роялем, ее проворные пальцы, бегающие по клавишам…
Ноубл тряхнул головой, пытаясь отогнать призраки прошлого, но это было не так-то легко. Одиночество давило на него тяжким бременем. Может быть, отец и сестра уехали навестить родственников в Испанию? Но нет, хозяин никогда не покинул бы свое ранчо, когда засуха подвергает опасности его стада.
Хорошенькая малютка Сабер, с нежным фарфоровым личиком и голубыми глазами матери, была тринадцатилетней девочкой, когда Ноубл покинул дом. Теперь ей должно быть восемнадцать – она уже взрослая сеньорита. Он почувствовал стыд, что так мало думал о ней все эти годы. Сейчас ему мучительно хотелось увидеть сестру, убедиться, что с ней все в порядке.
– Поднимите руки, сеньор! – раздался вдруг позади него громкий голос. – Медленно – если вам дорога жизнь.
Человек говорил по-испански, и Ноубл ощутил холодное дуло, упершееся ему в спину.
– Повернитесь, сеньор, только без резких движений. Я не буду испытывать угрызений совести, если мне придется убить вас.
Ноубл поднял руки и медленно повернулся. На его губах заиграла улыбка, когда он увидел Алехандро Саласара. Представители трех поколений семьи Саласар носили звание старшего вакеро в Каса дель Соль. Звание это принадлежало Алехандро столько времени, сколько Ноубл себя помнил.
– Неужели ты застрелишь меня, Алехандро? – спросил он.
Изумление и недоверие на морщинистом лице старика сменились радостью. Алехандро был высоким и худощавым, его волосы и усы совсем поседели, но глаза оставались блестящими и почти черными.
– Сеньор Ноубл! Слава богу, вы наконец вернулись!
– Хорошо же ты меня встречаешь, Алехандро, – отозвался Ноубл. – Не возражаешь, если я опущу руки?
В глазах старика блеснули слезы.
– Я ждал вас каждый день, хозяин, и никогда не переставал надеяться, что вы вернетесь.
Ноубл положил руку на плечо Алехандро, словно боялся не устоять под тяжестью слов, которые старик мог сейчас произнести. Слов, подтверждающих то, что он подозревал и во что не хотел верить. Старший вакеро никогда не назвал бы его хозяином, будь отец жив.
– Где мой отец и моя сестра? – собравшись с духом, спросил Ноубл.
Алехандро печально покачал головой:
– Должен с прискорбием известить вас, что ваш отец скончался два месяца назад. Он долго болел. – Старый вакеро вытер слезу со щеки. – Ему так хотелось дожить до вашего возвращения, но он был слишком слаб. Можно считать благом, что все его страдания в прошлом.
Горе сжало сердце Ноубла. Ему понадобилось время, чтобы вновь обрести дар речи:
– Ты был с ним до конца?
– Да, хозяин.
Угрызения совести обожгли Ноубла, словно внутри у него притаилась ядовитая змея. Это ему следовало быть с отцом в его последние дни! Но он был слишком поглощен собственными неприятностями.
– Отец спрашивал обо мне?
– Каждый день, пока его ум был ясен. А потом он разговаривал только с вашей доброй матушкой, как будто видел ее рядом. Мне бы хотелось верить, что они сейчас вместе.
– А моя сестра?
– Когда ваш отец заболел, он отослал сеньориту Сабер к вашей двоюродной бабушке в Джорджию. Сеньорита умоляла его разрешить ей остаться, но он не позволил. Хорошо, что она не видела его кончины. Это разбило бы ей сердце.
Ноубл пытался представить себе повзрослевшую Сабер. Она осталась его единственной родственницей, и ему хотелось как можно скорее увидеть ее.
– За сеньоритой Сабер нужно послать, хозяин, – сказал Алехандро, словно читая мысли Ноубла. – Это ее дом, и она нуждается в вас.
– Она знает, что отец… умер? – Ноубл с трудом заставил себя выговорить это слово.
– Да, хозяин. Сеньорита Сабер будет счастлива увидеть вас. Она не хотела уезжать, боясь, что вы вернетесь в ее отсутствие.
– Ты прав – Сабер должна вернуться. Я отправлю письмо моей двоюродной бабушке Эллен с просьбой подготовить ее к отъезду. Но сначала нужно навести здесь порядок. – Ноубл окинул взглядом комнату. – Похоже, воры забрали все, что не смогли уничтожить. Как я могу позволить ей вернуться, когда дом в таком виде? Сначала я должен сделать его пригодным для жилья.
Алехандро улыбнулся:
– Не волнуйтесь, хозяин, грабители не смогли забрать все. Когда ваш отец слег, он велел мне спрятать все ценное. Большая часть мебели на сеновале и в общежитии для работников.
– А мамин рояль?
Ноубл не знал, почему рояль так важен для него, хотя в доме было много куда более ценных вещей. Но он помнил маленькую Сабер, которая взбиралась на табурет, болтала короткими ножками и касалась клавиш миниатюрными пальчиками.
– Рояль в порядке. – Старик покачал головой. – Пьяные грабители приходили много раз, били стекла, шарили по комнатам. Но однажды мои сыновья обстреляли их, и эти трусы уже не возвращались. Правда, они увели большую часть скота. Нам удалось спасти меньше сотни голов и только пять лошадей. – Алехандро опустил голову. – Мне стыдно, что я вас подвел.
Ноубл ощутил глубокую благодарность к старику, остававшемуся в Каса дель Соль, когда все покинули его. Он мог лишь догадываться о трудностях, с которыми столкнулись Алехандро и его семья.
– Ты сделал больше, чем можно было ожидать. Я в неоплатном долгу у тебя и твоей семьи.
– Вы дома, хозяин, и мне этого достаточно. Моя жена Маргрета сохранила вашу комнату в том виде, в каком вы ее оставили. – В темных глазах старика мелькнуло беспокойство. – Вы ведь не уедете снова?
Ноубл внезапно ощутил всю тяжесть свалившейся на него ответственности. Но он знал, что ожидал бы от него отец.
– Нет, старина. Я останусь дома.
– Тогда мы снова сделаем Каса дель Соль процветающей гасиендой! – улыбнулся Алехандро. – Как только другие вакерос узнают, что вы здесь, они тоже вернутся, хозяин.
В глазах Ноубла отразилось страдание.
– Я не могу платить им жалованье, Алехандро. – Он судорожно глотнул. – Я не в состоянии платить даже тебе.
– Платить?! – с возмущением воскликнул старший вакеро. – Неужели я слышу от вас такие слова? Это такой же мой дом, как и ваш! И я, и мой отец родились здесь, а мой дед прибыл из Испании вместе с вашим дедом. То же касается и многих других. Они вернутся, потому что всегда работали на хозяев Каса дель Соль.
Ноубл уставился в разбитое окно, не зная, как выразить свою признательность.
– Это будет нелегко, Алехандро, – тихо произнес он.
– Вы только скажите, что надо делать, и все будет в порядке.
Повернувшись, Ноубл встретил спокойный и обнадеживающий взгляд Алехандро.
– Сначала мы должны восстановить стадо. Нам также понадобятся лошади, а для этого нужны деньги.
Старик кивнул:
– Ваш отец оставил вам письмо. Возможно, там окажется что-нибудь полезное.
Когда вакеро вышел, Ноубл подошел к окну и посмотрел на пыльный двор. Как сможет он занять место отца, не обладая ни его умом, ни энергией? Но ему придется сделать это, чтобы спасти Каса дель Соль – в память об отце и всех тех, кто создавал их ранчо на пустом месте.
Вернулся запыхавшийся Алехандро.
– Вот письмо, хозяин. Прочтите, что написал ваш отец. Увидите – все опять будет хорошо. Вас не сломят трудности – вы слишком похожи на отца.
Ноубл окинул взглядом разоренную комнату, пытаясь представить ее себе такой, какой она была прежде.
– Надеюсь, ты прав.
– Но не забывайте: многие попытаются остановить вас, – предупредил Алехандро.
– Пускай. Худшее они уже сделали.
Вскрывая письмо, Ноубл пытался скрыть острую душевную боль. Ничего – больше его не удастся застигнуть врасплох. И он уже никогда не станет доверять женщине.
Почерк отца был неразборчивым, а бумагу покрывали кляксы. Ноубл с трудом вчитывался в каракули:
«Сын мой!
Когда ты прочитаешь это, меня уже не будет в живых. Не горюй обо мне, а займи принадлежащее тебе по праву место хозяина Каса дель Соль. Не позволяй никому посягнуть на твое наследство. Я поместил деньги в банк в Новом Орлеане. Свяжись с тамошним нотариусом Джорджем Нанном. Он честный человек, так что можешь полностью ему доверять. У мистера Нанна есть копия моего завещания, и он поможет тебе во всем. Пошли за сестрой, как только почувствуешь, что она может вернуться домой, не подвергаясь опасности. Всегда держитесь вместе! Моя душа покинула эту землю, но сердце остается с вами» .
Ноубл долго смотрел на лист бумаги. Ему казалось, будто отец говорил с ним из могилы, и это придавало Ноублу смелости, необходимой для того, что предстояло сделать. Странно только, что отец предпочел обратиться к нотариусу в Новом Орлеане, а не в Техасе.
Ноубл спрятал письмо в конверт и положил его в нагрудный карман.
– Кого я могу послать в Новый Орлеан с поручением, Алехандро?
– Моего старшего сына Томаса, хозяин, – без колебаний ответил вакеро. – Он парень надежный.
– Тогда сразу же пришли его ко мне. Я составлю необходимые документы. Он сможет уехать в ближайшие дни?
– Конечно, хозяин. Он исполнит любое ваше приказание.
Ноубл тяжело вздохнул:
– Надеюсь, Алехандро, я смогу стать таким, каким хотел меня видеть мой отец.
– Каждый сам творит свою судьбу, хозяин.
– Да, мой друг. Мы сами создаем нашу судьбу.
2
Спешившись, Рейчел бросила поводья Зебу – старому ковбою, более сорока лет работающему на ранчо «Сломанная шпора». Зеб казался такой же частью ранчо, как и сама земля. Когда он начал отставать от более молодых ковбоев, Рейчел поручила ему уход за лошадьми, что его вполне устраивало. Зеб любил лошадей, и они отвечали ему тем же.
Обнажив в улыбке беззубые десны, Зеб почтительно снял пыльную шляпу и хлопнул ею по кривой ноге. Длинные седые волосы упали ему на плечи.
– Жаркий сегодня денек, мисс Рейчел, а вы, похоже, скакали во весь опор. – В его голосе не слышалось упрека – он знал, что если Рейчел утомила лошадь, то для этого была серьезная причина. – Сейчас протру Фаро влажной тряпкой, чтобы она остыла.
Однако мысли Рейчел были заняты другим. Рассеянно кивнув Зебу, она направилась к дому.
Уинна Мей, экономка и кухарка, вышла из кухни, вытирая руки о фартук. Рейчел было двенадцать лет той зимой, когда ее отец нашел Уинну Мей у реки, полузамерзшую и жестоко избитую, со следами ожогов на руках, и привез на ранчо. Вполне естественно, что, поправившись, Уинна Мей осталась в «Сломанной шпоре»: сначала в качестве кухарки, а потом и экономки. Она никогда не сидела без дела и управляла домом, как собственной территорией. Немногие осмеливались ей противоречить.
О прошлом Уинны Мей было известно мало. Никто ее не расспрашивал, и сама она ничего не рассказывала. Смуглая кожа и выдающиеся скулы указывали на то, что она наполовину индианка. Ее черные волосы, стянутые тугим узлом на затылке, были лишь слегка тронуты сединой, но лицо напоминало Рейчел карту, висевшую в классной комнате, – морщины свидетельствовали о нелегкой жизни, перенесенных горестях и боли, которую она старалась скрывать.
Рейчел не знала, что бы она делала без Уинны Мей – особенно после смерти отца.
Уинна Мей кивнула в сторону узкой лестницы:
– Там твоя сестра. Сказала, что хочет отдохнуть и чтобы ее не беспокоили.
Сняв шляпу и перчатки, Рейчел бросила их на кожаный диван и с тоской закатила глаза. Сегодня ей особенно не хотелось видеть свою сестру.
– Делия приезжает в «Сломанную шпору», только если чем-нибудь недовольна или ей что-то нужно.
Уинна Мей молча кивнула и вернулась в кухню.
Рейчел догадывалась, зачем Делия приехала из Остина в такую жару. Последние два года сестра убеждала Рейчел продать «Сломанную шпору» ее мужу Уиту и, очевидно, прибыла с целью возобновить уговоры.
Поднимаясь по лестнице, Рейчел упрекала себя за то, что нарушила обещание, данное на могиле отца, и позволила Ноублу уехать. Ведь она же держала его на мушке! Когда еще представится такой случай?..
Собравшись с духом, Рейчел постучала в дверь спальни, которая принадлежала ее сестре, покуда та не вышла замуж за Уита Чандлера и не переехала в Остин. В комнате не делали никаких перестановок, и она всегда была готова к редким визитам Делии.
Недовольный голос пригласил Рейчел войти. Она увидела свою сестру, лежащую на кровати в нижней юбке и обмахивающуюся веером из шелка и слоновой кости.
– Почему здесь всегда так жарко? – раздраженно осведомилась Делия, убрав с лица золотистую прядь волос. – Просто нечем дышать!
Подойдя к окну, Рейчел раздвинула тяжелые зеленые занавеси и распахнула створки.
– Если бы ты впустила свежий воздух, Делия, тебе бы не было так жарко.
– Я привыкла, что этим занимаются слуги. Но Уинна Мей никогда не заботится о моих удобствах. Не знаю, почему ты оставила ее здесь после смерти папы. Меня просто в дрожь бросает, когда я вижу эти мерзкие шрамы у нее на руках.
– Уинне Мей хватает дел и без тебя, Делия. И тебе отлично известно, что я оставила ее, потому что нуждаюсь в ней и потому что это ее дом. А что касается шрамов, то неужели у тебя нет ни капли жалости? Должно быть, с ней в юности произошло нечто ужасное.
Делия нахмурилась:
– Она никогда меня не любила, поэтому и я не собираюсь ее жалеть. Предоставляю это тебе.
– Уинна Мей со всеми обращается одинаково. Ты просто ее не понимаешь.
Делия села на кровати и с неодобрением оглядела сестру. На Рейчел была пропыленная зеленая рубашка, кожаные ковбойские штаны и стоптанные коричневые сапоги. Ветер растрепал ее золотисто-рыжеватые волосы, унаследованные от отца. Конечно, нельзя было не признать, что ярко-зеленые глаза и тонкие черты лица делают Рейчел не только хорошенькой, а почти красивой. Но для женщины она была высоковата, и мужчин наверняка отпугивали если не ее рост, то характер и манера одеваться.
– Чего ради ты одеваешься по-мужски, Рейчел? Неужели у тебя совсем нет гордости? Если тебя не заботит, что о тебе говорят люди, подумай хотя бы обо мне и Уите. Все, что ты делаешь, отражается на нас с ним и может повредить его шансам баллотироваться в губернаторы.
Рейчел усмехнулась:
– Хотела бы я посмотреть, как ему это удастся при наличии военного губернатора-янки и отсутствии у техасцев права голосовать!
– Ну, рано или поздно Техас примут в Союз, – раздраженно отозвалась Делия, с удвоенной энергией обмахиваясь веером. – Уит собирается стать первым избранным губернатором после окончания этой ужасной войны.
– Техас не более чем опорный пункт янки, – с отвращением заявила Рейчел. – Не уверена, что мы когда-либо освободимся от ярма Вашингтона и увидим свободные выборы.
– Много ты понимаешь! Уит поддерживает связи со многими влиятельными людьми. И наши друзья не сомневаются, что через три года Техас вновь будет принят в Союз. Когда это произойдет, Уита изберут губернатором, и он поведет Техас к блестящему будущему.
Рейчел почти слышала, как Уит изрекает эти фразы тем, кто согласен его слушать.
– Кстати, я никогда толком не знала, кому сочувствовал Уит – янки или Конфедерации, – заметила она. – Он ведь никогда четко не излагает свои взгляды.
– Это и называется политикой, дорогая сестра! Приходится подыгрывать то одной стороне, то другой, покуда не определится победитель. – Делия вновь ловко перевела разговор на Рейчел. – Как бы то ни было, Уиту менее всего нужно, чтобы его свояченица попирала все условности и скакала верхом по полям, словно ковбой.
Рейчел слышала эти аргументы и раньше, и они ее нисколько не трогали. Сегодня она тем более была не в настроении выслушивать нотации. Подойдя к противоположному окну, Рейчел распахнула и его, чтобы создать в помещении хотя бы подобие сквозняка.
– Мне действительно приходится много ездить верхом – такое большое ранчо, как «Сломанная шпора», не может существовать само по себе. Папа оставил его на мою ответственность, и если то, как я одеваюсь, оскорбляет твоего мужа, меня это не заботит.
Делия зевнула и потянулась.
– Уит по-прежнему хочет снять с тебя эту ответственность, но тебе ведь надо обязательно делать все самой. Посмотри на себя – ты смуглая, как индианка; еще темнее Уинны Мей!
Рейчел села на кровать рядом с сестрой. Конечно, Делия с ее золотистыми волосами, кремовой кожей, большими голубыми глазами и унаследованной от матери стройной миниатюрной фигуркой была необычайно красива. Рядом с ней Рейчел чувствовала себя неуклюжей, но она любила сестру и нисколько ей не завидовала.
– Если бы только я могла заставить тебя понять, какие чувства я испытываю к ранчо, Делия! Папа вложил всю свою душу в «Сломанную шпору», они с мамой похоронены здесь. Это мой дом, и я никому его не продам – даже твоему мужу.
Делия нахмурилась:
– Никогда не прощу папе то, что он оставил ранчо тебе. Такого унижения мы с Уитом просто не можем перенести.
– Папа знал, как ты ненавидишь ранчо и как я люблю его. Он оставил тебе городской дом – который ты, кстати, тут же продала, – и много другого имущества. Помню, что, когда прочитали его завещание, ты была вполне довольна.
– Возможно, но с тех пор Уит убедил меня, что «Сломанная шпора» – настоящая драгоценность. Ты отлично знаешь, Рейчел, что папа любил тебя куда больше, чем меня. Вот почему он оставил тебе ранчо.
Рейчел вдруг стало жалко сестру, которая иногда выглядела настоящим ребенком, нуждающимся в заботе и ласке. Их отец никогда не скрывал, что Рейчел была его любимицей.
– Ты же знаешь, этот дом всегда будет твоим, Делия. Ты можешь приезжать сюда, когда захочешь, и жить здесь, сколько тебе угодно.
Выражение лица Делии стало жестким.
– Меня возмущает твое упрямство, Рейчел! Неужели тебе не хочется освободиться от утомительной обязанности содержать ранчо таких размеров? Только подумай – ты могла бы поехать, куда пожелаешь! Ты всегда говорила, что хочешь путешествовать. Продав ранчо, ты сможешь побывать в Сан-Франциско или поехать в Остин и пожить у нас. Ты такая красавица и произвела бы там настоящий фурор! У тебя появилась бы куча ухажеров…
– Пойми, Делия, я не хочу уезжать отсюда. Если бы я продала «Сломанную шпору» Уиту, это было бы то же самое, что продать своих предков, продать папу. А я этого никогда не сделаю.
Делия схватила сестру за плечи и горячо воскликнула:
– Перестань думать о мертвых, Рейчел!
– Никогда!
Увидев гнев в зеленых глазах сестры, Делия отпустила ее. Огненный темперамент Рейчел был под стать ее рыжим волосам. Делия понимала: провоцировать сестру неразумно, если она надеется когда-нибудь убедить ее продать ранчо.
– Как ты можешь даже предлагать такое? – продолжала Рейчел. – Я не успокоюсь, пока убийца папы не отправится на тот свет! – Спрыгнув с кровати, она подошла к окну и бросила через плечо: – Кстати, он вернулся.
– Кто? – озадаченно спросила Делия.
– Ноубл Винсенте.
3
Делия вскочила, чувствуя, как колотится ее сердце.
– Ноубл здесь? Ты уверена?
– Да. Я видела его.
– Я знала, что он вернется! – Губы Делии скривились в самодовольной усмешке. – У меня не было сомнений в том, что Ноубл не сможет долго находиться за пределами Техаса.
Рейчел внимательно посмотрела на сестру. Глаза Делии блестели, лицо раскраснелось от возбуждения. Когда-то Делия внушила себе, что влюблена в Ноубла, и это явилось началом всех бед, приведших к смерти их отца.
– Ты знаешь, сегодня я могла его убить. Я держала его на прицеле – и позволила ему уехать.
Делия схватила сестру за плечо и повернула ее к себе так резко, что Рейчел поморщилась от боли.

Плащ и мантилья - О'Бэньон Констанс => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Плащ и мантилья автора О'Бэньон Констанс дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Плащ и мантилья у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Плащ и мантилья своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: О'Бэньон Констанс - Плащ и мантилья.
Если после завершения чтения книги Плащ и мантилья вы захотите почитать и другие книги О'Бэньон Констанс, тогда зайдите на страницу писателя О'Бэньон Констанс - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Плащ и мантилья, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора О'Бэньон Констанс, написавшего книгу Плащ и мантилья, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Плащ и мантилья; О'Бэньон Констанс, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн