А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Бренди подавать?Джулиан невольно хмыкнул. Как это похоже на Лондон – учтивость прежде всего, даже когда один готов убить другого.– Безусловно, подай бренди. И пригласи его на ужин, почему бы нет?Тинли оставил это саркастическое замечание без ответа и зашаркал прочь.Джулиан стоял у камина, когда Редборн вихрем ворвался в комнату. Он давно не видел графа и сейчас с удивлением заметил, насколько Клодия похожа на отца. Редборн был довольно высокого роста. Седеющие волосы безупречно уложены в греческом стиле, который предпочитали мужчины, следящие за модой. Его красивое лицо выражало усталость – круги под глазами, складка между бровей. Серо-голубые глаза – глаза Клодии – смерили Джулиана с ног до головы.Губы Редборна сложились в злобную усмешку.– Что ж, Кеттеринг, вы не производите впечатления мерзавца, но вы мерзавец. И даже больше, вы – негодяй. Я имею полное право требовать от вас сатисфакции за то, что вы сделали!Ну что же, значит, долой всякую учтивость.– Так потребуйте, Редборн, – спокойно ответил Джулиан. – У меня нет желания вести бесполезный разговор.Презрительно хохотнув, Редборн решительно прошел в комнату.– Вы ужасно самоуверенны, милорд! Вы опозорили меня! Поверьте, прострели я это ваше никчемное сердце, никто бы в Лондоне не осудил меня.– Не я опозорил вас, Редборн, – спокойно возразил Джулиан. – Вас опозорила дочь.Кровь отлила от лица графа.– Не провоцируйте меня, Кеттеринг.– Не нужно угрожать мне, – тихо ответил Джулиан. – Если вы чего-то хотите от меня, попросите.Редборн так крепко сжал губы, что они стали почти незаметны.– Я пришел просить вас быть джентльменом. Вы знали мою дочь еще ребенком, – произнес он с отвращением, – и я питаю надежду, что вы найдете в себе достаточно мужества, чтобы поступить правильно. Я прошу вас – умоляю вас! – не допустите, чтобы она была уничтожена.Джулиан устремил взгляд на Редборна, сунул руки в карманы и прислонился к каминной полке.– Я предложил вашей дочери брак, но она отказалась. Она, похоже, презирает меня.Это явно оказалось новостью для Редборна.– Она довольно оригинально демонстрирует свою неприязнь, – пробормотал он, рассеянно проводя рукой по безупречно уложенным волосам. – Она уничтожена, Кеттеринг. Вы уничтожили ее. Слухи о ней просто ужасные. Я знаю, вы поймете последствия, если я скажу, что они даже дошли до короля. – Он искоса взглянул на Джулиана.Джулиан потер рукой шею и предплечье.– Я призываю вас действовать как пэр, как джентльмен. Как человек, который гордится тем, что воспитал четырех сестер. Вы поступили бы так же, если бы речь шла о юной Софии.– Ее зовут Софи. – Боль в плече перешла в грудь, и Джулиан отошел от полки. – Я понимаю ваше положение, Редборн, но и вы поймите меня. Она отвергла мое предложение, и я не склонен принуждать ее.– Вы сделали бы это, если бы речь шла о Софи, – мгновенно возразил Редборн. – Если бы эта... ужасная вещь случилась с вашей сестрой, вы искали бы любое возможное средство, чтобы избежать скандала. Я знаю, вы поступили бы именно так.Да, он сделал бы все, чтобы защитить любую из своих сестер, для него это было так же естественно, как дышать. Джулиан пожал плечами:– Даже если я соглашусь, Клодия откажется. Редборн презрительно фыркнул:– Не думаю. Собственная глупость сделала ее пленницей в моем доме. Она почти не выходит, друзья отвернулись от нее, ее никуда не приглашают – у нее нет выбора, разве что остаться старой девой.Джулиан попытался представить Клодию в чопорном доме Редборна, одну... лишенную присущего ей задора и энергии.– Знаете, вам ведь не обязательно жить с ней.При этих словах Джулиан вскинул голову и с удивлением посмотрел на Редборна:– Что вы сказали?Редборн слегка пожал плечами.– Ваш брак будет далеко не первым, когда счастливые супруги предпочитают жить каждый своей жизнью.Джулиан растерянно заморгал. До раута у Харрисона Грина у него и мысли не возникало о женитьбе. И уж конечно, он не собирался жениться фиктивно. Но он скомпрометировал Клодию и вообще не мог представить себя женатым, тем более на женщине, презирающей его. Тем не менее он остро чувствовал бремя ответственности за случившееся. Возможно, Редборн прав. Возможно, они смогут вполне мирно сосуществовать в одном доме – и дом на Сент-Джеймс-сквер, и Кеттеринг-Холл достаточно велики, чтобы не встречаться там друг с другом неделями.Он посмотрел на Редборна:– А вы сможете получить специальное разрешение на брак?На лице Редборна промелькнуло облегчение.– Конечно, – быстро произнес он. – Значит, вы согласны?Проглотив остатки неуверенности, комом вставшие в горле, Джулиан кивнул.Редборн повернулся и зашагал к двери.– Вы поступаете благородно, Кеттеринг. Никто не упрекнет вас в этом решении.Возможно... Но интуиция подсказывала Джулиану, что есть человек, который может его упрекнуть. И он не преминет сделать это. Глава 11 Итак, судя по всему, ее все-таки заставят выйти замуж за этого развратника.Клодия сквозь ресницы смотрела на своего будущего мужа. Он непринужденно беседовал с Луи Рено, так, словно подобные семейные собрания были обычным делом.На самом деле семья собралась только по настоянию отца, после того, как он добился ее согласия выйти замуж за Кеттеринга. Он был просто великолепен в своем умении добиваться цели – сначала мягким укором, потом угрозами, потом клятвами могилой ее матери превратить жизнь Клодии в сущий ад, если та отвергнет предложение Кеттеринга. Он использовал все аргументы из своего арсенала, но она продолжала упорствовать, уверенная, что сможет переждать шторм, не желая потерять все и стать зависимой от повесы. Отец так и не понял, какая из угроз наконец поколебала ее решимость. Клодия не испугалась ни затворничества в собственном доме, ни перспективы остаться в старых девах. Она уступила, лишь когда он заявил, что лишит ее всех денег, фактически сделает нищей, а это означало, что у нее не будет средств поддерживать дом на Аппер-Морленд-стрит.Только перед лицом этой угрозы Клодия наконец согласилась, и едва ее уста произнесли «да», как отец заставил ее сесть за письменный стол и написать записку Кеттерингу. Под его неусыпным оком, а он буквально навис над ее плечом, Клодия, чьи глаза застилали слезы, написала сдержанную записку, в которой принимала его якобы сделанное предложение.Кеттеринг приехал на следующий день повидаться с ней, но, еще не готовая к встрече, Клодия заставила Бренду извиниться за нее. Он передал через Бренду свои сожаления, и после этого Клодия его не видела.До нынешнего вечера, когда отец заставил ее поехать на так называемый семейный ужин.Джулиан был сдержанно учтив, когда здоровался с ней, его губы едва коснулись ее руки. Но его черные глаза пронзили ее таким взглядом, что краска залила ее лицо. Потом Юджиния бросилась к ней, рыдая от радости, сожаления и снова радости, и его глаза приобрели бесстрастное выражение.После этого они не разговаривали. Ни когда мужчины пили виски перед ужином, ни когда они направлялись ужинать. Юджиния и Энн постарались, чтобы она смогла вынести этот ужин, очень осторожно упоминая о свадьбе, крайне деликатно обходя вопрос о скандале. После ужина, когда мужчины остались в столовой, чтобы выпить портвейна, дамы перешли в золотой салон, и Юджиния стала обсуждать с ней детали свадебного приема, тоже осторожно и деликатно, чтобы не травмировать Клодию. Да, Юджиния всегда тонко чувствовала подобные моменты. И когда мужчины присоединились к дамам, Клодия снова сумела избежать разговора с Джулианом, внимательно слушая жалобы Энн на распухшие лодыжки и странную тягу к бобам.Но она чувствовала на себе его взгляд. Он украдкой следил за каждым ее движением. О Господи, как она все это вынесет? Как дойдет до алтаря, где он будет ждать ее? И как сможет лечь с ним в постель?Дрожь пробежала по ее телу, ей стало холодно. В тысячный раз она вспоминала свадьбу Юджинии и то, как она плыла по проходу под руку с Джулианом навстречу сияющему Луи. Клодия вспоминала, каким гордым и красивым был Джулиан в тот день, как отчаянно она его любила, как стояла рядом с Юджинией и ей грезилось, будто викарий говорит с ней и Джулианом...Хватит! Клодия на мгновение закрыла глаза, чтобы прийти в себя. Она уже не та глупая девочка! Прошло семь лет, и вместе с ними исчезли ее невинные представления о жизни. За эти семь лет она узнала, каковы мужчины, чего они на самом деле хотят от женщин и как легко могут вычеркнуть женщину из своей жизни, если их это устраивает. Она поняла, что женщины – это сосуд, удовлетворяющий желания мужчин, личная собственность, которой они распоряжаются в браке. И, глядя сейчас на него, Клодия была убеждена, что ее будущий муж – воплощение всего самого отвратительного, что только можно найти в мужчине. Потому что он был из тех мужчин, которые могут добиться от женщины слепого обожания, ни разу не дрогнув сердцем.Хуже того, Клодия знала, что легко поддается его очарованию, как и многие женщины. Свидетельством тому был раут у Харрисона Грина, когда она забыла о пристойности и добродетели. Ее ошибка привела к страшным последствиям, и она будет сожалеть о своем проступке до конца дней. Но что сделано, то сделано. Обратного пути нет. Она лишь надеялась, что ей удастся вымолить у него хотя бы несколько уступок и условий, чтобы им обоим этот брак без любви причинял меньше боли.Но избегать Джулиана до бесконечности невозможно, как бы ей этого ни хотелось. Джулиан взглянул на нее краешком глаза, кивнул что-то в ответ на слова Луи и попытался подавить нетерпение, усилившееся с ее приездом. Господи, ее улыбка, эта потрясающая яркая, ослепляющая вспышка исчезла, и теперь лицо ее выражало такое безысходное горе, что он невольно вздрогнул. Он кожей чувствовал ее растерянность, и это чувство передалось ему. Было ясно, что она не желает этого брака, но другого выхода нет. Ничего нельзя изменить, отмена свадьбы неизбежно вызвала бы огромный скандал. Так что им придется смириться и постараться существовать в предложенных им условиях. В конце концов, это еще не конец света... по крайней мере пока.Она должна выслушать его аргументы и согласиться с ними.Джулиан извинился перед Луи и направился к Клодии с самым непринужденным видом. Его сестры, естественно, были вне себя от радости, что он наконец женится – да еще на их самой близкой подруге! Да, они знали, что предшествовало этому браку, но не позволяли маленькому, неприятному скандалу омрачить их счастье. Честно говоря, весь день у него было ощущение, что они изо всех сил стараются не разразиться свадебной песней. Для них, как он знал, это огромная жертва.Это, однако, не помешало им широко улыбнуться, когда при его приближении Клодия встала. Застигнутый врасплох, Джулиан неловко сжал руки за спиной.– Можно вас на два слова, мадам? – тихо спросил он.– Да, разумеется, – ответила она и спокойно покинула комнату. Бросив взгляд на присутствующих, Джулиан последовал за ней, жестом велев лакею следовать за ними. Клодия собиралась идти в восточное крыло, но Джулиан положил руку ей на талию, почувствовав, как напряглась ее спина, когда она остановилась и полуобернулась к нему. Он тут же опустил руку.– Я предлагаю пройти в библиотеку, или ты хочешь пойти в комнату для завтраков?– Нет. Прошу прощения, – пробормотала она и направилась в противоположную сторону, юбки золотистого и темно-зеленого цвета взметнулись за ней. Джулиан невольно подумал о том дне во дворце Клер, когда она скользила по траве, босиком, и солнце играло золотистыми бликами в ее волосах. Ему казалось, что с тех пор прошла целая вечность.Стараясь не касаться его, Клодия почти побежала в дальний угол библиотеки, где укрылась за глобусом. Они молчали, пока лакей зажигал свечи. Джулиан смотрел на свою будущую жену и думал, что сейчас с этими ее крепко сжатыми руками и высоко вздернутым подбородком она очень напоминала ту непокорную маленькую девочку, которая так часто стояла в его кабинете в Кеттеринг-Холле.И он невольно улыбнулся:– Расслабься, Клодия.Она не расслабилась, а лишь неловко переступила с ноги на ногу. Джулиан взглянул на лакея, стоявшего у двери, и кивком отослал его.– Я... я не хочу делать этого, – сказала Клодия, когда дверь за лакеем закрылась.Тревожные нотки в ее голосе мгновенно отрезвили его.– Почему бы тебе не присесть?– Неужели нет никакого иного способа? Ведь непременно должен быть какой-то выход! – взволнованно воскликнула она.Видит Бог, если бы он мог все исправить, он бы сделал это для нее.– К сожалению, единственное, что я могу сделать, – это жениться на тебе.Лицо Клодии порозовело, и она, обхватив руками себя за талию, опустила голову.– Должен быть другой выход!– Его нет, – коротко ответил Джулиан, не желая развивать эту болезненную тему. Больше он ничего не мог сказать. Ему было жаль, что она настолько против брака... против него, но что тут поделаешь?Джулиан услышал какой-то странный звук и резко обернулся, Клодия, прижав кулак к губам, пыталась сдержать слезы. Джулиан мгновенно оказался рядом с ней, попытался обнять ее, но она отшатнулась.– Не плачь, Клодия, – сказал он. – Все будет хорошо.– Я чувствую себя такой беспомощной.– Я знаю.– У меня нет даже права голоса. Я – ничто! Чиверс отказался принять меня. Обо мне говорят ужасные вещи, отец едва разговаривает со мной!Он поморщился, искренне сожалея о том, какому унижению она подвергалась. Внезапно она подняла голову и сердито смахнула слезы.– Но назад пути нет, ведь так?– Нет.– Ну что ж, я... я не буду плакать. Я только хотела спросить...– О чем?– Мне бы хотелось знать, как все будет после того, как мы... после субботы.– Что будет?– Ну... я имею в виду нас. – Обведя судорожным жестом комнату, она спросила: – Ты будешь меня ограничивать?– Ограничивать? – тупо повторил он, не понимая, о чем она говорит.Клодия со вздохом возвела глаза к потолку и вытерла слезы.– Ты не облегчаешь мне задачу, Джулиан.– Я прошу прощения, но какие ограничения ты ожидала?– Ты будешь ограничивать мою свободу? – спросила она раздраженно. – Указывать, куда я могу ездить, а куда нет? С кем могу встречаться, а с кем не могу?Подумать только! Она полагала, что он способен заточить жену дома, словно в тюрьме.– Какая чушь, Клодия! С какой стати мне ограничивать тебя? Ты вольна поступать, как тебе вздумается.– То есть мне будет позволено остаться в Лондоне? – скептически поинтересовалась она.– Я вообще-то полагал, что ты будешь со мной, где бы я ни был. Я что, слишком многого требую?Она заморгала, и в ее серых глазах мелькнула растерянность.– Значит... значит, ты не отошлешь меня в Кеттеринг? Господи, откуда у нее эти нелепые мысли?– Клодия, – нетерпеливо сказал он, – я собираюсь жить с тобой, как живут обычно муж и жена, там, где нам это будет удобно, в Лондоне или в Кеттеринге. И я, конечно, не собираюсь запирать тебя или отсылать прочь.Клодия опустила глаза, водя носком туфли по ковру. На туфельке был крошечный бантик, такой хрупкий, что что-то внутри Джулиана резко отозвалось на это зрелище. Как это ни нелепо, но украшение напомнило ему о Валери и другом времени, когда он чувствовал необходимость все исправить и не сумел. Он не сумел ничего поправить и для Филиппа. Клодия презирала его за это, и внезапно Джулиан почувствовал, что не хочет отвечать за чье-либо благополучие.Боже милосердный, он не хотел ничего чувствовать к этой обольстительной девушке, которая смогла соблазнить его всего лишь одной улыбкой, а через мгновение оттолкнуть. И у нее было по меньшей мере полдюжины разных улыбок, улыбок, которые могли пленить, коснуться его сердца, околдовать его...Когда она смотрит на него, она думает о Филиппе?– Ну, тогда остался еще один момент, – тихо сказала она.– Да? – коротко поинтересовался он.– Ты... выделишь мне содержание? Он фыркнул:– Нет, я намерен оставить тебя еще и без пенни. – Этот саркастический ответ, похоже, снова привел ее в смятение, и Джулиан нетерпеливо продолжил: – Разумеется, я выделю тебе содержание, Клодия. Я обеспечу тебя всем, чего твоя душа пожелает, ни в чем не буду отказывать. Господи, неужели ты совсем не помнишь то время, когда проводила лето в Кеттеринге? Можешь сама назвать сумму содержания...– Тридцать фунтов.– В год? – спросил он.– В месяц... – робко ответила она. Расточительно, но что ему за дело? Он, безусловно, мог себе это позволить. Если это заполнит ее время...– Идет. И давай договоримся мирно сосуществовать, хорошо? Ты будешь заниматься своими делами, а я – своими. Совершенно незачем страдать из-за нашей глупой ошибки, – сказал он, резко остановившись перед ней. – Я лично не собираюсь терзаться.Клодия подняла на него растерянный взгляд, пытаясь понять причину внезапной перемены его настроения. Она была так беззащитна, что у Джулиана дрогнуло сердце, хотя сейчас он менее всего хотел этого.– Ты ведь сможешь сделать это, Клодия?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33