А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Особенно учитывая, что он очень скоро станет моим родственником.
Эти слова подстегнули сэра Джона. Он перебросил шпагу из руки в руку, быстро, зло сдергивая с себя фрак. Шарлотта ощущала ярость отца, видя, как сжимаются его кулаки. От негодования лицо его побагровело.
— Ты ублюдок! — выкрикнул он, делая мощный выпад в сторону Текстеда.
Маркиз легко отбил яростную, но неуклюжую атаку, скрестив шпагу с клинком Эмберли.
Шарлотта почувствовала, что в любой момент может потерять сознание. С трудом проглотив комок в горле, она прислонилась головой к раме окошка. В неярком свете фонарей она бессознательно следила за страшным танцем мужчин; шпага ударялась о шпагу. Дом позади сражавшихся казался темной громадой и служил фоном для подвижных теней, достигавших пустых окон второго этажа.
Текстед обладал преимуществом отточенной техники. Он все время наступал и парировал удары, чтобы снова наступать, и посмеивался при этом. Он снова и снова колол сэра Джона — чиркнул по щеке, по рукам, по ногам. Раны кровоточили. Короткие брюки Эмберли были пропороты в нескольких местах, и кровь пятнами, как на шутовском наряде, проступила на тонкой оленьей коже.
Сэр Джон начал уставать, движения его становились все более тяжелыми. Несколько раз он оступался на изрытой гравиевой дорожке, вскрикивая от боли в подвернутых лодыжках. Но каждый раз быстро поднимался и снова бросался на Текстеда.
Сердце Шарлотты сжал страх за отца. Защищая свою жизнь, он вел неравный бой. Она с болью видела, как он постепенно сдает позиции перед мастерством маркиза, как тают его силы. Он задыхался, по лицу его стекал пот.
Текстед перестал улыбаться, затих его смех.
— Подумают, что тебя убил Стоунлей, — повторил он, небрежно отмахиваясь от уже неопасных выпадов сэра Джона. — Станет известно, что он бежал из страны, чтобы спастись от виселицы. Великолепно.
С последними словами шпага Текстеда глубоко вонзилась в правый бок Эмберли. Шарлотта услышала, как отец вскрикнул и захрипел, прежде чем тяжело упасть на землю. Текстед медленно вытащил шпагу, на лице его играла улыбка огромного удовлетворения.
— Чудовище! — прошептала Шарлотта, отчаянным усилием сдерживая подступающую тошноту. — Ты мне за это ответишь.
Текстед быстро подошел к Шарлотте, притянул к себе, схватив за ворот плаща, и грубо поцеловал в губы. Она отбивалась, пока не упала на сиденье.
Засмеявшись, он приказал подать свою лошадь. Несколько подручных подвели к нему белого мерина. Маркиз быстро вскочил в седло и, бросив быстрый взгляд на лежавшего на дорожке сэра Джона, подъехал к Шарлотте.
Глядя на нее, Текстед приказал:
— Отвези ее в мой дом в Гемпшире и передай экономке. Она знает, что надо делать. — Шарлотте он сказал: — Вам понравится быть моей женой.
И, взрыв гравий на дорожке, Текстед и его бандиты ускакали прочь.
Кучер хлестнул лошадей, отчего усталые животные привстали на дыбы в упряжи. Выругавшись, он успокоил их. Но, как только карета тронулась, Шарлотта быстро подскочила к двери и выпрыгнула. Она упала тяжело на колени, но не ушиблась. Девушка бросилась к отцу и прильнула к нему. Он еще дышал и постанывал.
— Папа, ты тяжело ранен?
Позади себя она услышала брань кучера.
— Вы слышали, чего приказал хозяин, мисс. Идемте.
Шарлотта почувствовала на своем плече тяжелую руку и попыталась сбросить ее, но кучер был слишком силен и волоком потащил девушку к карете.
— Если надо будет, я вас свяжу.
— Я не поеду с тобой! — закричала Шарлотта. — Лучше умереть. Что ты за человек, что обращаешься с дамой, как с тварью?
Он хохотнул, крепко держа Шарлотту за плащ и с легкостью покрывая расстояние до кареты.
— Негодяй, которому хорошо платят.
Когда он открыл дверцу кареты, держа сопротивлявшуюся Шарлотту, из-за экипажа появился еще один человек. Он переступил через девушку и приставил к виску кучера пистолет.
— Отпусти ее, очень осторожно, или я с удовольствием разнесу тебе голову.
— Гарри! — вскрикнула Шарлотта. — Слава Богу, ты пришел. Но как ты здесь оказался? Откуда ты узнал?
— Стоунлей заподозрил какую-то хитрость. Я все время следовал за вами. Что случилось с сэром Джоном? Мне было плохо видно. Я старался оставаться незамеченным, пока не понадоблюсь.
Шарлотта быстро поднялась и побежала к отцу, на ходу объясняя, что произошло.
— Но я не знаю, куда они повезли Стоунлея.
— Я слышал разговор людей Текстеда. Они направились с ним в Льюис. Завтра с утренним приливом оттуда в Новый Южный Уэльс отходит корабль с осужденными на каторгу. Если мы хотим спасти твоего отца и увидеть Стоунлея, надо торопиться. Ты можешь дать что-нибудь из твоей одежды, чтобы связать этого негодяя? Он должен быть с нами как доказательство наших слов. Я уверен, констебль в Брайтоне поможет нам.
Шарлотта вытащила из капюшона шнурок и передала его Гарри. Потом оторвала оборки от своего муслинового платья и положила голову отца себе на колени. Разглядев побелевшее лицо сэра Джона, влажное от испарины, и ощутив могильный холод его кожи, девушка заплакала.
— Ты должна увидеть принца, — с трудом проговорил сэр Джон. — Только он может задержать отплытие корабля. Если Стоунлея увезут, он пропал. Текстед проследит за этим. Теперь я это знаю.
— Молчи. Береги силы, — шепнула Шарлотта. — Мы поедем к принцу.
Она попыталась закрыть рану отца, подложив муслин под окровавленный жилет.
Усадив связанного кучера на свою лошадь, Гарри крепко привязал его к ней и прикрепил поводья к задку кареты. Сэр Джон и Шарлотта разместились в ней, Гарри сел верхом на переднюю лошадь упряжки, и не прошло и минуты, как они помчались назад в Брайтон.
40
— Он будет жить? — спросил принц.
Его круглое покрасневшее лицо выражало озабоченность. Было поздно, почти час ночи. Его Королевское Высочество принимал нескольких избранных гостей, развлекая их по своей привычке до двух или трех часов пополуночи.
Шарлотта прикрыла плащом запятнанное кровью платье, свидетельство серьезных ранений отца, и ответила, сдерживая слезы:
— Хирург ничего не обещает, он только сказал, что приложит все усилия.
— Все в руках Божьих, — тихо сказал принц, похлопывая ее по плечу. Затем обратился к Гарри: — Что же нам делать со Стоунлеем? Льюис, вы говорите?
Гарри кивнул:
— Да, я слышал разговор подручных Текстеда, пока шел бой между ним и сэром Джоном.
— Он очень умен, этот Текстед. Нам следует мчаться в Льюис, чтобы успеть до прилива. Я поеду с вами.
— О нет, Ваше Королевское Высочество, — сказала Шарлотта, выступая вперед и делая реверанс. — У меня и в мыслях не было подвергать вас опасности, когда я попросила вас о помощи. Я думала, с этим справятся ваши драгуны.
Теплая улыбка озарила лицо принца. Лучась гордостью, он ответил:
— Я отлично владею шпагой. Я был при Ватерлоо, вы знаете.
Сердце у Шарлотты замерло, а потом оно часто забилось. Она слышала, что принц и в самом деле верит, что служил в армии Веллингтона. Но, насколько ей было известно, за все время войны нога Его Высочества не ступала на земли за пределами Англии. Неужели он так же безумен, как и его отец, Георг III? Страдая умственным расстройством, тот кричал, уставившись в пол: «Я смотрю в ад!» Взлохмаченные седые волосы, неопрятная борода, слепота — таков был облик отца принца.
— Что вы так на меня смотрите? — спросил принц и, подмигнув, добавил: — Даже если мы с вами знаем правду, что с того? Сердцем я всегда был с ними. Однако вы правы в одном: мои ребята сослужат нам хорошую службу. Но я все равно намерен ехать с вами. В конце концов, кому, если не принцу, отправиться за настоящим приключением?
Шарлотта удивилась быстроте, с какой принц отдавал приказы. Не прошло и нескольких минут, как его карета уже была готова и шестерка ретивых коней нетерпеливо переступала копытами.
Поездка в Льюис на великолепных лошадях Его Королевского Высочества прошла быстро и без всяких происшествий. Разбуженный капитан был крайне удивлен, узнав, что у него на борту неизвестный ему заключенный. Не составило никакого труда разыскать Стоунлея, все еще пребывавшего без сознания. А еще через несколько минут его голова уже покоилась на коленях Шарлотты.
— Наверное, надо отвезти его в Эшест-холл, — сказала она, взглянув на принца.
Сев напротив Шарлотты, он отдал приказание кучеру, готовому закрыть дверцу:
— В Эшест-холл. — Довольный, что лорд жив, хоть и без сознания, принц улыбнулся: — Неплохо я распоряжался, как вы считаете, мисс Эмберли? Мне следовало бы сделать военную карьеру, как моему брату герцогу Йоркскому. Хотя тот оказался замешан в ужасном скандале с миссис Кларк, что погубило его будущее. Да, пожалуй, военная служба подошла бы мне больше, чем ожидание и надежда однажды стать королем. Но хватит жалоб, расскажите мне о планах Текстеда. Думаю, мы поступим не слишком мудро, привлекая его к суду — тогда не избежать скандала, — но что вы думаете о высылке его за пределы Англии?
Шарлотта не сводила глаз с безжизненного лица Стоунлея и гладила его холодные щеки. Она почти не слышала принца. Забыв, что разговаривает с Его Королевским Высочеством, ответила:
— Мне все равно, даже если вы сошлете его в ад. Лишь бы он никогда больше и пальцем не коснулся никого из нас.
— Какая прекрасная мысль! — со смехом отозвался принц. — Но боюсь, у меня недостанет на это власти. В ад, говорите?
Шарлотта подняла взгляд и увидела веселых бесенят в глазах принца.
— О, простите меня, Ваше Королевское Высочество. Мне и в голову не приходило дерзить вам. Я лишь высказала боль своего сердца, оно обливается кровью.
— Понимаю, — посочувствовал принц. — И не волнуйтесь за Стоунлея, моя дорогая. Он крепкий человек. День-другой в постели — и он встанет совершенно здоровым. Не повредят банки и пиявки. Я лично дам указания врачу.
Яркий, слепящий свет резал глаза. Спрятаться от него, загасить его. Кошмары теснились в мозгу лорда. Все перемешалось: ночи и дни, шпаги и корабли, чудовища и драконы. В них мелькали Шарлотта, ее отец, Гарри. Какие-то хищные животные подползали к его ногам, а он, прикованный цепями, не мог двинуться. Кожа горела от укусов.
Наконец он очнулся, или ему показалось, что очнулся, а возможно, его снова посетил Морфей. Но он ощутил на лице прикосновение прохладной, влажной травы, отовсюду лился свет. Травинки прикасались к его щекам, губам. Какая мягкая трава. Прохладная и влажная. Влага просочилась между губ, и он удивился, почувствовав соль.
Внезапно ему стало трудно дышать, на грудь навалилось что-то тяжелое, и это что-то издавало странные вздохи. Он протянул руку, пытаясь потрогать этот предмет, и запутался пальцами в женских волосах.
Вздрогнув, Стоунлей с трудом открыл глаза — так болела голова. Он понял, что женщина на его груди плачет.
— Ты простишь меня, моя любовь? — Он узнал голос Шарлотты. Почему она в таком отчаянии? — Пожалуйста, не покидай меня. Это я во всем виновата. Я могу винить только себя. Только не оставляй меня! Не оставляй меня, Эдвард, умоляю тебя!
Стоунлей еще плохо понимал, где он и что с ним случилось.
— А куда я еду, дорогая, и почему ты плачешь?
— Эдвард! — вскрикнула Шарлотта и принялась гладить его по лицу. — О, мой любимый! Ты вернулся!
Она целовала его щеки, подбородок, губы, и тогда он понял, откуда взялся привкус соли. Она плакала и целовала его, и ее слезы смочили его губы.
— А что случилось? — спросил лорд, с обожанием глядя на Шарлотту.
Он увидел, как дрогнули ее губы.
— Все и ничего! Ты жив, и это главное. Эдвард, ты находился без сознания несколько дней. И все потому, что я… я тебя похитила.
Стоунлей закрыл глаза. Словно тысячи океанских волн накатывались, сталкиваясь в его голове, делая невозможным любое умственное усилие.
— Меня кто-то ранил? — спросил он.
— Да, очень сильно. Я думала, ты умер. Это произошло на ферме: я должна была доставить тебя туда обманом и встретиться там с отцом.
Стоунлей улыбнулся.
— Нечто в этом роде я предвидел. Очень романтично, только без сэра Джона было бы лучше. Как-то не принято бежать вместе с отцом невесты!
— Да не бежать, родной! — с любовью прошептала Шарлотта. — Тебя похитили.
— Теперь я припоминаю… да, твое странное и очень спешное послание. Я невольно насторожился. — Он открыл глаза и притянул к себе Шарлотту. — Гарри тебя нашел?
— Да, он спас меня.
— Тогда я доволен. Надеюсь, все улажено. Когда мы назначим день свадьбы, Шарлотта? Если не возражаешь, поскорее… как только я буду получше соображать. Мы получим специальное разрешение, и тогда нас никто не разлучит. Что скажешь?
Шарлотта слегка отодвинулась и расправила ворот ночной рубашки лорда. Взглянув ему в глаза, она сказала:
— У тебя, должно быть, мозговая горячка, дорогой. Ты не можешь жениться на мне, узнав, что я подготовила твое похищение. Я очень порочна, Эдвард. Я… по-моему, очень даже хорошо, что так все получилось, теперь ты точно знаешь, что я из себя представляю.
— Так и есть, — спокойно ответил Стоунлей. — Женщина, которая пойдет до конца ради тех, кого любит. А теперь хватит болтать чепуху. Ты станешь моей женой, и чем скорее, тем лучше.
— О Эдвард, — выдохнула Шарлотта, прижимаясь губами к его губам.
И снова минуты превратились в вечность. Так бывает со всеми влюбленными.
— А где Текстед? — спохватился Стоунлей.
— Его Королевское Высочество навсегда выслал его из Англии. Думаю, он уже уехал. Сначала в Кале, потом в Италию.
— Значит, принц знает о моем похищении? Шарлотта поведала всю историю, начиная с появления громилы, который ударил его по голове. Рассказала о поединке на шпагах между ее отцом и маркизом, поведала о том, как принц настоял на своем личном участии в его освобождении.
Стоунлей нежно коснулся пальцами щеки и подбородка Шарлотты.
— Как твой отец? Он жив? Девушка улыбнулась.
— Вполне. Оказалось, он очень похож на тебя — слишком упрям, чтобы так легко умереть.
— Я рад. Не придется пережидать срок траура, чтобы пожениться.
Шарлотта взяла ладони Стоунлея в свои. Встала у кровати на колени, чтобы быть вровень и смотреть лорду прямо в глаза.
— Эдвард, ты уверен? Когда я думаю, что мы чуть не сотворили с тобой… а еще папино прошлое, когда он уговаривал Элизабет бежать с ним… По-моему, ты допускаешь ошибку, желая связать себя с нашей семьей. Боже мой, ведь я виновата в том, что тебя едва не убили!
— Я пострадал из-за собственной глупости, Шарлотта. Я понимал, что ты действовала, желая отомстить мне за те испытания, которым я тебя подверг. Кроме того, я знал, что Текстед хочет причинить мне вред.
— Откуда?
— Скажем, его ненависть ко мне не такая уж большая тайна.
Лицо Шарлотты болезненно исказилось.
— Я везла тебя в пасть коварной ловушки. Ты не представляешь, какой ужас мне пришлось пережить, увидев того страшного человека с дубинкой! Я никогда себе этого не прощу!
— Не переживай, Шарлотта, — притянул ее к себе Стоунлей. — Если я оказался настолько нерасторопен, что позволил огреть себя по голове, то получил бы по заслугам, умерев. И не смей больше обвинять себя. Хватит. Веди я себя с самого начала нашей встречи по-джентльменски по отношению к тебе, ничего бы не случилось. Поэтому во всем виноват я. Было бы лучше, если бы все эти дни мы посвятили нашему будущему. И спорили только об одном — где провести медовый месяц.
— Значит, ты меня прощаешь? — громко всхлипнув, спросила Шарлотта.
— А разве нет?
— Тысячу раз да!
Он крепче прижал ее к себе. Голова его все еще гудела. Лорд осторожно дотронулся до затылка, коснулся шеи.
— Почему у меня здесь болит?
— Вши, — ответила Шарлотта. — Мы их вывели, но остались укусы. Ты расчесал их, пока был без сознания, мы не могли удержать тебя. По всей видимости, ты принес их с корабля. Я сама оказалась искусанной ими, пока держала твою голову на коленях во время возвращения из Льюиса. — Она дотронулась до его лица, и слезы снова выступили у нее на глазах. — Эдвард, ты не представляешь, как я рада видеть тебя живым и выздоравливающим!
— Похоже, я тебе немного нравлюсь?
— Пожалуй да, немного.
Раздался осторожный стук в дверь, Шарлотта торопливо объяснила, что дом полон гостей.
— Возможно, этого не следовало делать, но Его Королевское Высочество предложил дать от твоего имени прием для всего графства — чтобы смягчить возможный скандал. Хотела бы я знать, что предложил бы он в случае твоей смерти?
Стоунлей рассмеялся, но тут же поморщился от боли в голове.
— И кого же я принимаю?
— Во-первых, моего отца, хотя он еще неважно себя чувствует. Он потерял много крови. Здесь Эмили с полковником, чтобы придать пристойность моему присутствию в твоем доме. Селина и Мод… и, конечно, Гарри.
Лорд слабо улыбнулся.
— Разумеется. Он все еще без ума от нее?
— А она от него, — тихо ответила Шарлотта, проводя пальцем по его подбородку, щекам и бровям.
— Похоже, мой прием имеет все основания стать праздником по случаю помолвки.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26