А-П

П-Я

 1st-original 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Бурден Француаза

Хрустальное счастье


 

Здесь выложена электронная книга Хрустальное счастье автора по имени Бурден Француаза. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Бурден Француаза - Хрустальное счастье.

Размер архива с книгой Хрустальное счастье равняется 161.78 KB

Хрустальное счастье - Бурден Француаза => скачать бесплатную электронную книгу



OC Roland; SpellCheck Vallensya
«Хрустальное счастье»: Рипол Классик; Москва; 2005
ISBN 5-7905-2799-Х
Аннотация
«Ничто не заменит семью», – говорит Клара, дама весьма преклонного возраста, основательница клана Морванов. Но захотят ли молодые люди, ее наследники, последовать этому завету? Клара привыкла добиваться в жизни желаемого, ее не только любят, ей беспрекословно подчиняются все члены семьи.
А что будет потом? После ее смерти? Два ее сына раскололи семью: один оказался доносчиком, другой – убийцей. Что, если эта трещина в отношениях внуков превратится в пропасть? Тогда ее жизнь прошла напрасно?
Клара завещает свое любимое имение на юге Франции в неделимое владение всем пяти внукам. И каждое лето, что бы ни случилось в их жизни и в отношениях, они вместе с чадами и домочадцами съезжаются в Валлонг.
Семейная хроника Морванов охватывает события 60–80 годов XX века, эпилог отнесен автором к 2001 году.
Франсуаза Бурден
Хрустальное счастье
История Клары посвящается моей матери, которую я люблю и которой восхищаюсь, а также Жаку, «новичку» в нашем клане вот уже сорок лет.
I
Валлонг, 1967
Винсен некоторое время наблюдал за тем, как два ребенка плыли бок о бок, поднимая брызги воды. С самого начала каникул они постоянно бросали друг другу вызов, чем бы они ни занимались, – бегали, катались на велосипеде или плавали в реке – их соперничество уже начинало выводить всех из себя.
Тифани с берега кричала, поддерживая своего брата и кузена, одну руку она держала козырьком над глазами, чтобы лучше их видеть, другой сжимала старый хронометр, которым фиксировала их результаты. Немного поодаль, укрывшись под пляжным зонтом, спала Магали, сморенная привычной для нее смесью алкоголя и таблеток. Чтобы не дать разыграться эмоциям, Винсен отвел глаза. Хотя он и отказывался ей сочувствовать, она была ему небезразлична. Их брак погибал, бесполезно было себе лгать, а то, что он ее по-прежнему любил, все еще больше усложняло.
Он медленно пошел по пыльной дороге к холму. Если он хочет закончить свою рукопись до отъезда в Париж, ему надо работать. Для успешной карьеры судьи он не мог довольствоваться разрешением тяжб и оглашением приговоров. Он должен был и писать. Развивать право. Заставлять новые поколения студентов отвечать на экзаменах по его книжкам… Как смешно!
Он не стал ускорять шаг. Каждый день, упрекая себя в том, что недостаточно занимается спортом, он проводил практически все время, запершись в своем кабинете на первом этаже, занятый написанием этой чертовой книги, и пренебрегал всем остальным.
Достигнув вершины, он остановился на несколько минут, чтобы насладиться видом. Справа в долине он различил розовые крыши Валлонга, по другую сторону окрашенные в синий цвет контуры Альпин. Место, которое он обожал в детстве, юности и даже во время работы в Авиньоне – своего первого назначения. Однажды летом именно в Валлонге он встретил Магали, в которую тогда безнадежно влюбился. Здесь родились их трое детей. И тем не менее…
Он вынул руки из карманов, прежде чем спуститься по отлогому склону, который вел к поместью. «Не держи руки в карманах! – фраза, которую тысячу раз повторяла бабушка. – Во-первых, это их растягивает, во-вторых, это придает тебе неуверенный вид».
Клара, несмотря на свои восемьдесят пять лет, выглядела великолепно. Глава семьи, хранительница клана, воспитанная в строгости прошлого века, она обладала изысканными манерами и чувством юмора, умела обращаться с ценными бумагами на бирже. Когда-то она была красавицей, потом стала решительной женщиной, и все ее внуки и правнуки были очень привязаны к ней. До такой степени, что они смогли скрыть от нее жуткую драму, которая их отдалила друг от друга несколько лет назад. Чтобы уберечь Клару, они решили молчать, но их договор был настолько хрупким, что ненависть между кузенами могла возродиться в любой момент.
Винсен заметил, что вдоль аллеи платанов земля вокруг кустов роз была полита. Каждый раз, когда приезжала Клара, Ален за этим следил. Прямо под ее окном он посадил тимьян, розмарин, лаванду, потому что она обожала эти запахи.
– Мой дорогой, посмотри на нее! – раздался голос старой женщины, – Я не удержалась и сорвала…
Он столкнулся нос к носу с бабушкой, которая подошла незаметно. Она подняла свою палку с серебряным наконечником, которой обычно грациозными движениями расставляла знаки препинания в своих речах. Из нагрудного кармана ее льняной блузки торчал крупный бутон белой розы.
– Ты не отдыхаешь сегодня после обеда? – поинтересовался он.
– Не докучай формальными вопросами, ты отлично знаешь, что я никогда не сплю днем! В моем возрасте нет необходимости во сне…
Взяв под руку внука, она увлекла его в дом.
– Винсен, сокровище мое, ты плохо выглядишь, ты слишком много работаешь… Где остальные?
– Они на берегу реки.
– Ах, ну конечно же! А кто следит за малышами?
– Мадлен, Хелен…
– Тогда пойдем со мной выпьем холодного чая.
Он всегда был ее любимцем. Она ничего не могла с этим поделать и надеялась, что остальные этого не замечают. В большой кухне, жалюзи которой были закрыты из-за жары, она знаком пригласила Винсена сесть, а сама достала из холодильника кувшин. Лучи света играли на голубом фаянсе Обаня, выстроившемся на полках в посудном шкафу, над вазой с инжиром жужжала муха.
– Когда ты уезжаешь? – спросила она непринужденно.
– На следующей неделе. Отпуск юриста подходит к концу.
– А твоя книга, ты ее закончишь?
– Надеюсь.
Он слишком хорошо знал, что после этих безобидных вопросов она резко перейдет к основному, поэтому не был удивлен, когда она добавила:
– Ты принял решение насчет Магали?
– Нет, я не знаю что делать, – признался он вздохнув.
Ни один врач, с которым они консультировались, не был в силах как-либо ей помочь. По той простой причине, что она не была больна, а просто не могла найти себя. Потерянная, неспособная восстановить силы, без воли и ориентиров.
– Что касается твоих детей, ты не можешь оставить все как есть, – нанесла ему удар Клара. – Почему бы не взять их в Париж, скажем, на авеню Малахов.
– Ты хочешь, чтобы я отобрал у нее детей? Но это все, что у нее есть!
– Нет, Винсен… Прежде всего, у нее есть ты, то есть превосходный муж. Она живет здесь, что, как минимум, можно назвать красивым домом, она располагает деньгами для своих фантазий, она молода, она красива. Однако вместо нее всем занимается Хелен. К тому же это безумие, что молодая ирландка за столь короткий срок приобрела такое значение. Ты отдаешь себе отчет? Какой бы милой она ни была, она все-таки служанка.
– Бабушка! Хелен стала членом нашей семьи…
– Не кажись глупее, чем ты есть! – возразила Клара, барабаня пальцами по столу.
Жест был настолько знакомым, что Винсен, улыбнувшись, пробормотал:
– Я все это знаю, тем не менее, в их возрасте детям лучше быть вместе с матерью. Даже если это и не идеальная мать.
– Что такое ты говоришь!
Клара протянула руку к вазе с фруктами, взяла абрикос. Она аккуратно разломила его и съела, положив косточку в пепельницу, потом повернулась к Винсену. До сих пор ей хорошо удавалось не вмешиваться, но настало время делать выбор. Ему скоро должно исполниться тридцать пять лет, он красив, соблазнителен, ослепителен, и она не позволила бы ему все погубить, ничего не предприняв.
– Хуже всего, – не спеша продолжила она, – им тебя не хватает, что бы ты там ни думал. В частности, твоим сыновьям. Мальчикам нужен отец. К счастью, у них есть Ален, которого они обожают.
Она увидела, как он нахмурил брови, раздраженно склонил голову немного набок, и поняла, что попала в точку. Винсен и Ален, которые раньше были неразлучными кузенами, не общались уже несколько лет. Если быть точнее, со смерти Шарля.
– Только вот Ален слишком занят своими оливками. Ты ведь знаешь, он делает все, что возможно, он всегда находил общий язык с детьми, но он всего лишь их дядя. Я часто разговаривала с ним этим летом. Если бы ты с ним больше общался, он многое поведал бы тебе…
Через стол Винсен дотянулся до руки Клары и слегка сжал ее.
– Что ты хочешь мне сказать, бабушка?
На мгновение она сосредоточилась на его светло-серых глазах. У него были глаза отца, и она почувствовала неожиданный всплеск нежности к нему.
– Ты похож на Шарля, – засвидетельствовала она задумчиво.
– Ответь мне, – настаивал он.
Сколько ловушек благодаря ей им удалось избежать, каждому из них! Сколько раз она дипломатично или не очень вмешивалась в их жизнь, но всегда только ради их блага!
– Ты завел семью, Винсен, ты несешь за нее ответственность. Вернись или оставь ее. Воспитывай своих детей. Если нет, Ален скоро заберет все. Либо он просто оказывает тебе услугу там, где вы несостоятельны, Магали и тебе…
– Нет!
– Да. И еще одно, сокровище мое. Я видела, как твой отец годами гонялся за воспоминаниями. Я не хочу, чтобы то же самое произошло с тобой. Такой человек, как ты, не создан для одиночества.
Он отпустил руку бабушки, отстранился и оперся на спинку стула. Что он мог ответить? Клара была слишком умна, у него не было ни единого шанса обмануть ее. В последнее время он посвятил себя исключительно карьере с тем, чтобы не думать о жене. Каждый вечер, когда он приходил в особняк на авеню Малахов, его мысли были заняты работой. Это было своего рода обезболивающее, он не задавал себе вопросов. Отец предсказал ему однажды, что, в конце концов, он получит назначение в Кассационный суд, что являлось высшей целью для любого судьи. Но действительно ли он гнался за почестями или это было лишь средством забыться?
На секунду он закрыл глаза, вздохнул, убрал руки в карманы и вскоре был призван к порядку Кларой.
– На самом деле, Винсен, что за ужасная привычка…
– Папа! Папа! – пронзительный голос Тифани заставил их обоих подскочить. Запыхавшаяся девочка ворвалась в кухню и в слезах бросилась к отцу.
– Пойдем скорее, пойдем! – заикалась она.
– Тифани! Что с тобой? Успокойся, успокойся… Они взяли ее за плечи, но она отчаянно вырывалась, повторяя:
– Тебе надо пойти туда. С Филиппом случилось что-то…
– Что? – Встав, он поднял дочь и обнял ее. – Подожди, малыш, я не понимаю… Что случилось?
– Филипп! – прокричала она.
Ее рыдания становились судорожными, и вдруг Винсена охватила паника. Он посадил девочку Кларе на колени.
– Присмотри за ней!
Он пробежал через холл, спустился с крыльца. Если поехать на машине, объезд по улице займет у него столько же времени, как если пойти пешком через холм, и он устремился к аллее. Тифани была очень смышленым ребенком для своих десяти лет, и он прекрасно понимал, что должна была произойти настоящая драма, чтобы привести ее в такое состояние. Он ускорил шаг, вызывая в памяти картину, которую оставил час назад. Мадлен сидела на своем складном стуле за вязанием, Виржиль и Сирил плавали, немного поодаль под пляжным зонтом спала Магали. Хелен играла с Полем и Лукасом… А где в этот момент находился Филипп? В мгновение ока он достиг хребта и спустился к реке.
Первое, что он увидел, была фигура Алена. Его кузен неподвижно сидел на коленях у берега и сжимал руками голову. Стоя выше над ним Мадлен и Магали казались застывшими статуями. Винсен лихорадочно искал глазами детей и увидел их немного дальше, прижавшихся к Хелен, с оторопевшими лицами.
– Нет, – пробормотал он, – нет…
Из-за волнения у него перехватило дыхание, как если бы его душили. Неосознанно он перестал бежать и размеренным шагом подошел к Алену. Филипп лежал на траве с открытыми глазами, черты лица странно искажены, кожа синяя.
– О, господи…. Нет, нет… – повторил он тихо. Чтобы не смотреть на мальчика, он повернул голову к Алену. Тот был весь мокрый, волосы и одежда прилипли к телу. Мертвенно-бледный под своим загаром, с выражением, которого Винсен никогда у него не видел. Когда он заговорил, его голос показался глухим, едва слышимым.
– Я… я все испробовал… Но было уже слишком поздно. Он уже утонул, когда Сирил пришел за мной. Я думал… знаешь, всегда говорят, что… словом, я все-таки попробовал…
С огромным усилием Винсен скользнул взглядом по телу ребенка перед тем, как взять полотенце и накрыть его целиком. На этот жест прореагировала Хелен: она взяла Лукаса и Поля за руку.
– Мы идем домой, – произнесла она. – Все идут со мной.
Никто не возразил, и они молча последовали за девушкой. Винсен поднял глаза на Магали. Она не двинулась. Он спросил себя, была ли она в здравом уме, но она сама обняла. Мадлен за плечи и заставила ее удалиться. Оттуда, где он стоял, Винсен не понял ни слова из того, что говорили женщины.
– Надо все-таки позвать доктора, – удалось ему произнести.
Ален, казалось, не собирался подниматься, и Винсен взял его за плечо, чтобы встряхнуть.
– Иди, позвони, я останусь здесь.
Золотой взгляд Алена встретился с взглядом Винсена. Уже давно они едва обменивались словами, старательно избегая друг друга.
– Где Готье? – пробормотал Ален.
– Он уехал в Авиньон на весь день, у нас нет никакой возможности связаться с ним.
Только в этот момент они поняли, что им надо будет сообщить Готье и Шанталь о смерти их сына. Даже сама мысль была невыносимой.
– Пойди, позвони и возвращайся, – настаивал Винсен. Мы подождем вместе, ладно?
Это была почти просьба, и Ален покачал головой. Он сделал едва уловимый жест, чтобы коснуться полотенца, но его рука упала. Когда он, наконец, встал, Винсен вздохнул с облегчением. Увидеть, как сломается Ален, было последним, что он хотел бы сегодня пережить.
Как только шум шагов затих, тишина упала на берег, немного волнуемая шорохом насекомых. Ничто в мире не позволяло преодолеть бег времени, вернуться на два часа назад, изменить судьбу. Если бы Винсен остался, если бы Ален пришел раньше, если бы Филипп смог закричать… Но кончено, слишком поздно, свершилось.
– О, Филипп…
Любимчик, которому еще не было и шести лет, и который мило картавил. Винсен заметил, что пейзаж вокруг затуманился. Он закрыл глаза и дал слезам течь по щекам. Готье был почти его ровесником. Он был человек обаятельный, искренний, немного загадочный. Как он перенесет драму? Он, его жена, их другой малыш? И как ребенок мог утонуть в этой безопасной реке, находясь под присмотром трех взрослых? Или, по крайней мере, двух, если исключить Магали. Ибо она, конечно же, ничего не видела и не слышала.
– Врач приедет с жандармами, – сказал Ален позади него.
Винсен открыл глаза, сглотнул слюну. Кузен держал в руке белую простыню. Она, безусловно, больше подходила, чем оранжевое полотенце. Они оба нагнулись, чтобы аккуратно поменять его, стараясь не смотреть на лицо мальчика. Потом Ален направился к пляжному зонту и сложил его, как если бы этот предмет слишком веселой расцветки был ему невыносим.
Винсен посмотрел на него с некоторым любопытством. Иногда он думал, что знает Алена как себя, и в то же время он казался ему чужим. Его узкие бедра, его широкие плечи, его волосы, очень черные, очень длинные, его нежность или жестокость были знакомыми чертами, но кем он был сегодня? Всю их молодость они были неразлучны, сообщники, такие же непохожие, но действующие заодно, всегда в согласии. Даже когда Винсен узнал о связи Алена с мужчиной, их взаимная привязанность была непоколебима. Понадобилась смерть Шарля, чтобы они стали смотреть друг на друга с презрением, а потом воспринимать друг друга, как чужаки. И, тем не менее, здесь, вынужденные находиться возле этого маленького погибшего мальчика, они вдруг оказались ближе друг другу, чем когда-либо.
Складной стул Мадлен присоединился к пляжному зонту, круги и мячи составили кучу ненужных предметов, перед которыми оставался без движения Ален. Винсен хотел к нему подойти, но не мог сдвинуться с места. Удалиться на один шаг от ребенка, который лежал под простыней, означало бросить его. Он брезгливо взглянул на воду, которая блестела на солнце, и подумал, что они все будут бояться этой реки, в которой столько играли.
Несмотря на все горе и драмы, которые до сих пор пережила Клара, гибель правнука привела ее в полное отчаяние. Она не вставала с постели целые сутки и была не в состоянии ни с кем разговаривать.
Удобно усаженная в подушки, она так много плакала, что глаза ее опухли и стали выдавать возраст. Возраст старой дамы, которая много повидала на своем веку. Вспоминая прошлое, она пришла к выводу, что была счастлива до 1914 года, но после начала первой мировой войны ее существование сопровождалось последовательными жестокими ударами судьбы. С передышками, разумеется, со временем, чтобы восстановить силы после одной трагедии и лицом к лицу встретиться со следующей. Ее муж умер в 1917-м, призванный на фронт в качестве хирурга, несмотря на возраст, она осталась одна воспитывать двух детей, Эдуарда и Шарля. Последний всегда был ее любимцем и любимцем всех женщин к тому же. Эдуард избрал профессию хирурга – семейная традиция, – потом женился на этой идиотке Мадлен. Шарль решил стать адвокатом и очень рано взял в жены великолепную Юдифь. Мадлен родила троих детей, Юдифь тоже. Потом пришла вторая война. Лейтенант авиации Шарль почти сразу попал в плен. Эдуард, освобожденный от воинской повинности, поместил всю семью в убежище – в стены Валлонга.
Насколько надежным оказалось это убежище? Клара протерла свои опухшие и болезненные веки батистовым носовым платком. Действительно, отъезд из Парижа был трагической ошибкой. Валлонг находился в свободной зоне, и всем казалось, что будет хорошо там укрыться. Юдифь была еврейкой, но какое это имело значение в огромном поместье Прованса, откуда она никогда не выходила, даже чтобы пойти в Эгальер. В глазах всей деревни они были семьей Морван, французами, с шестью маленькими детьми. У Эдуарда Мари, Ален и Готье; у Шарля Винсен, Даниэль и Бетсабе. Двоюродные братья и сестры, для которых война была затянувшимися каникулами. Клара в роли главы семейства следила за всем. Почти за всем. Она научилась разбираться с черным рынком, самостоятельно выращивать овощи, обходиться без персонала. Время от времени она улавливала похотливые взгляды Эдуарда на Юдифь, но что делать? Как он мог не замечать яркую красоту своей невестки?
Рыдания захлестнули Клару, и ей пришлось побороться, чтобы вернуть дыхание. Все пошло оттуда. От зависти Эдуарда к Шарлю. Потому что у Шарля получалось все, за что он брался, потому что он был красив – такой же, как Винсен сегодня, – и потому, что Клара предпочитала его вопреки своей воле.
От Шарля долгое время не было новостей. Заключенный, который считался опасным после трех попыток бегства, он гнил в карцере немецкой крепости. А Эдуард не мог отвести взгляда от Юдифь. Он ей что-то сказал? Или что-нибудь сделал? В любом случае что-то произошло, так как Юдифь стала его избегать. Когда она узнала об аресте своих родителей, то решила под этим предлогом уехать. Ничто не могло удержать ее в Валлонге, Клара это хорошо поняла. Она уехала однажды утром вместе с малышкой Бетсабе.
Кларе было достаточно закрыть опухшие от слез глаза, чтобы увидеть лицо Юдифи. Такая красивая женщина! По прибытии в Париж она была взята под стражу гестапо, а потом депортирована в лагерь Равенсбрюк вместе со своей дочуркой. Они оттуда никогда не вернулись. Шарль же вернулся после войны.
Клара пошевелилась в кровати, ударив кулаками по простыням. Возвращение Шарля! Безумное счастье, смешанное с колющим ужасом… Она стиснула его в своих объятиях, не в силах прийти к нему на помощь. Исчезновение его жены и дочери в этом лагере смерти сведет его с ума, она это знала. Юдифь, он любил ее, как любят всего один раз в жизни, фатально, он собирался найти объяснения, виновных.
Уже двадцать два года она отказывалась об этом думать. Шарль стал всего лишь своей тенью, обессиленный условиями заключения, годами разлуки, но все силы, которые в нем остались, пошли на восстановление справедливости.
Как объяснились два брата? Каким образом Шарль добился признания Эдуарда? Даже не зная, о чем они говорили в эту жуткую ночь 1945 года, она отчасти догадывалась, о чем шла речь. Когда услышав выстрел, она бросилась на первый этаж и обнаружила Эдуарда, рухнувшего на бювар, она поняла. Слава Богу, Шарль не держал револьвер, он стоял у стола, и ей показалось, что это было самоубийство. Самоубийство Эдуарда. Версия, за которую она тотчас же зацепилась, а потом навязала всем, в том числе и самому Шарлю. Ему надо было воспитывать двух сыновей, не считая троих детей Эдуарда. Пятеро ребят, которыми Клара не хотела заниматься одна. Для нее Шарль не убивал своего брата, не платил по счетам просто потому, что она не представляла себе, что он может вернуться в тюрьму. Он был ей нужен, и она заставила его замолчать. Той ночью, у трупа своего старшего сына, Клара могла сойти с ума. Вместо этого она взяла ситуацию в свои руки, хотя почти не сомневалась, что младший был убийцей. Три раза Шарль пытался заговорить перед прибытием жандармов, и она ему в этом помешала. «Самоубийство, – повторила она громко и четко. – И пятеро детей, которых надо воспитывать».
Она протянула дрожащую руку к ночному столику, чтобы взять стакан с водой, которую выпила одним глотком. Да, она противостояла, врала, глотала боль, предала одного, чтобы не предать другого. И она свято верила, что таким образом спасет всю остальную семью! Но Шарль не сказал еще своего последнего слова, увы. Они вернулись в Париж, снова завладели особняком на авеню Малахов, снова зажили с грехом пополам. Шарль скрывал свою ненависть к вдове Эдуарда, этой несчастной Мадлен, которая не смогла удержать своего мужа, и также к детям Эдуарда. Мари, старшая, тем не менее, скоро снискала его расположение, так как была единственной девушкой, и он был обязан ее защищать. Готье, младший, был столь ничтожным в то время, что Шарль не проявлял к нему никакого интереса. Алену, напротив, он годами противостоял. Бедный Ален! Его независимость, его юношеское стремление жить в Валлонге и выращивать оливки, нежелание учиться – все раздражало Шарля. Дядя и племянник были друг другу отвратительны, и Кларе пришлось быть судьей еще один раз.
– С меня хватит, хватит, Господи! – молила она.
Но отныне не верила в этого Бога, который позволил ей похоронить обоих сыновей. Так как Шарль умер шестнадцать лет спустя, глупым образом сбитый автобусом на бульваре Сен-Жермен. Когда он был в расцвете славы. В расцвете карьеры адвоката. Мэтр Шарль Морван-Мейер, так как он добился добавления фамилии Юдифи к своей, чтобы его сыновья никогда не забыли мученичества их матери и сестры. А может быть, чтобы дети Эдуарда и его не носили абсолютно одинаковых фамилий.
С тех пор это были две различные ветви: Морваны и Морван-Мейеры. Готье, следуя за своим отцом и дедом, выбрал хирургию. Винсен, что очевидно, предпочел право. Они все выросли, и ничего не знали о той страшной истории, пока Шарль на смертном одре во время агонии, которая продлилась два дня, не собрал своих сыновей и племянников. И в момент ясного ума и памяти не заговорил с ними. О, Клара прекрасно знала, что он это сделает в один прекрасный день, даже если это будет его последний день, и, увы, у нее не было никакой возможности помешать ему. Что он им сказал, что именно он знал? Какая правда стала жестоким ударом для пяти молодых людей? Имел ли он смелость признаться, что был убийцей Эдуарда? Ради памяти о Юдифи он хотел поведать своим сыновьям, что их мать умерла не потому, что была еврейкой, но только потому, что была слишком красива и что да, конечно, он за нее отомстил. Ужасная история, не все главы которой были известны Кларе. Был ли Эдуард причастен к аресту Юдифи? Ибо он не просто завидовал Шарлю, он его ужасно боялся.
Ради Клары ее пять внуков соблюдали пакт о молчании. Никто из них и словом не обмолвился об откровениях умирающего Шарля. Но они отдалились друг от друга. Всем им удалось добиться чего-то в жизни, даже Алену с его невероятным выращиванием оливок, потом они создали семьи, родили наследников. И вот горе снова постучалось, несправедливое и слепое, унеся Филиппа в могилу. Почему он, невинный ребенок пяти лет? Почему в Валлонге, на который несчастье не переставало обрушиваться?
Тихий стук в дверь заставил Клару отвлечься от мрачных воспоминаний.
– А, это ты, – вздохнула она, увидев Алена.
Он приблизился к кровати своей мягкой, бесшумной походкой, положил охапку лаванды к ногам бабушки.
– Как они там? – спросила она у него.
– Готье держится, а Шанталь обессилена. Что касается мамы…
Никогда Алену не удавалось уважать свою мать, и даже делать вид. До своего последнего вздоха он будет питать к ней неприязнь из-за того, что она позволила Шарлю ими командовать. Мадлен и правда была избавлена от своего родительского долга, выбрав роль несчастной вдовы после самоубийства мужа, и она находила нормальным, что ее деверь взял на себя роль отсутствующего отца.
– Да. Я представляю, – вздохнула Клара. – У Мадлен хорошо получается только охать и есть.
Она действительно потолстела и говорила плаксивым голосом, постоянно критикуя как Мари, так и Алена, потому что в любимчиках у нее ходил только Готье. Мадлен должна была на самом деле страдать из-за потери своего внука, но никто не собирался ее успокаивать, это было очевидно.
– Я хочу, чтобы ты встала, – сообщил Ален, наклонившись над ней.
Прежде чем Клара успела возразить, он подхватил ее. Одной рукой взял за талию, другой под коленями, без труда поднял и поставил на коврик.
– Обопрись на меня, если хочешь, сделаем несколько шагов.
– Но что с тобой происходит? – возразила она, возмущенно.
Резким жестом она одернула свою длинную ночную рубашку.
– Я не инвалид!
– Но ты им станешь, если останешься лежать в кровати. И к тому же ты не больна.
– Нет, но мне так грустно, Ален…
– Всем грустно в этом доме. Если сломаешься ты, то они все рухнут один за другим.
– Но не ты?
– Ничего не могу сказать.
Он отвел бабушку к окну, где они оказались лицом к лицу.
– Это я пытался вернуть его к жизни, – сказал Ален бесцветным голосом. Возможно, что… Словом, я сделал все, что мог. Я знаю, как поступают. Я не мог поверить, что… Извини меня.
Он нежно взял ее руки, принудив пройтись до другого окна.
– Не извиняйся, – сказала Клара. – Мы можем об этом поговорить. И не бери на себя ответственность.
– Я хотел научить его плавать, но пять лет это еще мало! Он завидовал остальным, и он должен был попробовать тайком.
– Ален…
– Мне нужно это кому-то сказать! Это я их научил. Каждого из них. Сирила и Виржиля, Лею и Тифани, Лукаса и Поля… Я люблю их всех…
– Я знаю.
– Я не могу спать, я вижу только его лицо, я…
– Ален!
Сухой тон Клары удивил его настолько, что он наконец замолчал. Она внимательно его разглядывала.
– Тебе не с кем поговорить, дорогой? Ты один в том, что касается этого?
Она обняла его за шею, и он так сильно и резко к ней прижался, что она пошатнулась.
– Клара, – вздохнул он, – я не могу вынести, что он так умер!
Она держала его крепко, голова его лежала у нее на плече. В определенные моменты они все называли ее по имени. У Алена приступы нежности были очень редки, она посчитала, что ему плохо. Но кто заботился о нем? Он приехал один в это поместье, когда ему было всего семнадцать лет, и он боролся с необработанными землями, не требуя ни от кого помощи. В его характере, подозрительном, чрезмерно сильном, она узнавала себя саму.
К моменту, когда он отстранился от нее, стесняясь уйти, она отпустила его и пошла одна.
– Ты прав, мне надо двигаться. Оставаться без движения в моем возрасте равнозначно смерти.
Дойдя до конца комнаты, она круто развернулась.
– Скажи мне, дорогой… Как получилось, что ты не женат? Что у тебя нет детей, у тебя, который так их любит. Тебе тридцать пять лет, тебе не кажется, что пришло время?
Она вернулась к нему маленькими шажками, потом с любопытством смерила взглядом с ног до головы. Она увидела, как он опустил глаза, задрожал.
– Есть что-то, чего я не знаю? – спросила она сдержанно.
– Я пришел не за тем, чтобы…
– О, не держи руки в карманах, как Винсен! Кстати, когда вы покончите с вашей загадочной ссорой? Как два таких человека, как вы, могли к этому прийти? Это еще один секрет, который от меня скрывают? Ты очень несправедлив, знаешь… Я всегда тебе доверяла, даже когда ты был всего лишь бунтующим подростком!
– Но я тоже тебе доверяю!
– Нет, отнюдь. Ты, как все, оберегая меня, вы впутываетесь в кучу невероятной лжи. Вот смотри, например, ты не ответил мне. Объясни мне, что ты делаешь в жизни. И почему такой соблазнительный молодой человек, как ты, в качестве пары имеет только деревья!
Вдруг воцарилось молчание.
– Тебе, скорее всего, не понравится мой ответ, бабушка, – сказал он, наконец.
– Правда? Ну и я тебя слушаю, не… Ох!
На этот раз Клара поняла, но, тем не менее, не могла пока в это поверить.
– Ты…
– Я не являюсь поклонником красивых девочек, – отрезал он. – Хотя это со мной бывает, но это не совсем то, что я предпочитаю. Я тебя не сильно шокирую?
– Нет, – сказала она, качая головой.
Ей не надо было задавать ему этот вопрос. Она упрекнула себя в любопытстве, и в то же время спросила себя, кто еще был в курсе из членов семьи. Естественно, никто не пришел к ней рассказать об этом, потому что они все следовали этой дурацкой привычке ее беречь!
– Подойди сюда, – попросила она тихо.
Он подошел к ней и остановился напротив. Послушный, но раздраженный.
– Ты всегда отличался от других. Я люблю тебя таким, какой ты есть, Ален. И мне нравится то, во что ты превратил Валлонг.
Кончиками пальцев она отодвинула пряди черных волос со лба внука.
– Видишь ли, я долгое время думала, что этот дом был убежищем, приютом… Что вы все будете здесь счастливы со мной, возле меня… Но на самом деле, когда я думаю о войне, о смерти твоего отца, обо всем том, что произошло здесь… И сейчас наш бедный Филипп, который утонул… Я проклята? Или вы прокляты?
– Клара!
– Что?
– Ты говоришь глупости. Валлонг это рай. Я тебе клянусь.
– Для тебя да. Но я потеряла мужа, невестку и внучку, двоих сыновей, а сейчас правнука! Это не приводит меня к мысли о рае.
Она жалостно вздохнула, но взяла себя в руки.

Хрустальное счастье - Бурден Француаза => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Хрустальное счастье автора Бурден Француаза дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Хрустальное счастье у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Хрустальное счастье своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Бурден Француаза - Хрустальное счастье.
Если после завершения чтения книги Хрустальное счастье вы захотите почитать и другие книги Бурден Француаза, тогда зайдите на страницу писателя Бурден Француаза - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Хрустальное счастье, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Бурден Француаза, написавшего книгу Хрустальное счастье, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Хрустальное счастье; Бурден Француаза, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 decanter.ru/wine/red/semi-sweet/merlot