А-П

П-Я

 

Но из-за этого Моссад стало очень тяжело влиять на политику путем манипулирования информацией.
В декабре 1976 года Рабин ушел в отставку со всем кабинетом, после того как уволил из правительства трех министров от Национал-религиозной партии, потому что они воздержались при голосовании в Кнессете по вопросу доверия правительству. Потом Рабин остался премьер-министром временного правительства – до общенациональных выборов в Кнессет в мае 1977 года, которые выиграл Менахем Бегин – к большой радости Моссад. Но на самом деле причиной проигрыша Рабина в большой степени был «скандал», запущенный на публику незадолго до выборов известным израильским журналистом Даном Маргалитом.
Израильским гражданам запрещено иметь банковские счета заграницей. У жены Рабина был счет в Вашингтоне, на котором не набиралось и десяти тысяч долларов. Она пользовалась им, во время поездки супружеской пары в Америку, хотя, как жена премьер-министра, имела полное право оплачивать все свои расходы за счет правительства. Итак, Моссад знал об этом счете, и Рабин знал, что Моссад знает, но не придавал этому значения. А следовало бы.
Когда настал нужный момент, Маргалит получил «наводку», что, мол, у Рабина есть счет заграницей. Прилетев в Вашингтон, Маргалит, по словам Эфраима, получил от него все документы, подтверждавшие существование счета. Последовавшая публикация и скандал очень помогли Бегину одержать победу над Рабином. Рабин был честным человеком, но Моссад он не нравился. И они его убрали. Эфраим хвастался тем, что именно он был человеком, сделавшим это. И я ни разу не слышал, чтобы ему кто-то возразил.
Во время первого курса кадеты однажды посетили фирму «Израильская авиастроительная компания» (Israeli Aircraft Industries, IAI). В саудовском подотделе я узнал, что израильтяне через какую-то третью страну (я не знаю, какую) продавали Саудовской Аравии подвесные топливные баки к самолетам. Саудовская Аравия ими оснащала свои истребители-бомбардировщики, чтобы они могли нести достаточно топлива для дальних полетов. У Израиля был также договор о поставке этих подвесных топливных баков и в Соединенные Штаты.
Но саудовцы решили, что цены на баки завышены и при этой сделке им приходится переплачивать. Тогда они обратились к американцам с желанием купить такие баки в США. Тут Израиль взвился на дыбы и закричал: «Нет!» Все еврейское лобби подняло ужасный шум, якобы благодаря подвесным бакам саудовские самолеты смогут атаковать Израиль. Но мы знали, насколько это нечестно, потому что под гражданской оболочкой мы их уже продавали и по значительно более высокой цене, чем запросили бы американцы. Много всего было так продано в Саудовскую Аравию. Это большой рынок.
Исследовательский отдел размещается в подвале и на втором этаже штаб-квартиры. Там расположились начальник отдела и его заместитель, библиотека, компьютерный зал, секретариат и пункт связи с другими исследовательскими отделами. Большая часть персонала работает в 15 подотделах: Соединенные Штаты, Южная Америка, общий подотдел (сюда входят Западная Европа и Канада), атомный подотдел (в шутку именуемый «Капут»), Египет, Сирия, Иран, Ирак, Иордания, Саудовская Аравия и Объединенные Арабские Эмираты, Ливия. Марокко/ Алжир/ Тунис (страны Магриба), Африка, Советский Союз и Китай.
Исследовательский отдел ежедневно составляет короткие отчеты, которые все в бюро могут каждое утро прочесть на своих компьютерах. Кроме того, составляется подробный четырехстраничный еженедельный отчет на светло-зеленой бумаге, основное внимание уделяющий положению в арабском мире, и ежемесячный отчет. В нем 15–20 страниц, он достаточно подробный и снабжен таблицами и графиками.
Я составил карту нового запланированного нефтепровода, со всеми деталями и написал информационную записку, где подсчитал риск для танкера с нефтью, идущего из Персидского залива. По моим подсчетам, шансы его безопасного прохождения равнялись 30%. Согласно нашей стратегии, если Моссад видел, что шансы танкера на успех поднимались до 48%, то информировал одну сторону о местонахождении танкеров другой стороны и наоборот. В Лондоне сидел наш человек, который звонил в иранское или в иракское посольство, выдавая себя за арабского патриота, и подбрасывал им информацию. Они хотели встретиться с ним и заплатить гонорар за сведения. Но он всегда отказывался, утверждая, что поступает так из патриотических побуждений, а не из-за денег. Мы разрешали спокойно пройти определенному количеству иракских и иранских судов, но если их число превышало некие рамки, мы старались информировать враждующие стороны, чтобы они обстреливали танкеры друг друга. Так поддерживался ход этой войны. Ведь пока они боролись друг с другом, они не могли напасть на нас.
После нескольких месяцев в «Research» меня перевели в отдел, который показался мне самым интересным: «Кайсарут» или «Liaison»(связь). Я был прикомандирован к подотделу «Дардасим» или «Смерфс», который занимался Дальним Востоком и Африкой. Я работал под началом Ами Йаара.
Это своего рода мини-министерство иностранных дел, занимавшееся контактами со странами, которые не имеют официальных дипотношений с Израилем, чем-то походило на вокзал. Бывшие генералы и самые разнообразные бывшие разведчики постоянно заходили и выходили, сцепляли карточки посетителей и использовали контакты Моссад для получения заказов своим частным предприятиям – в основном по продаже оружия. Так как эти «советники» не могли, как израильтяне въезжать в некоторые страны, отдел связи облегчал им работу, обеспечивая фальшивыми паспортами и прочими документами.
Это было против правил, но никто никогда не возражал. Каждый думал о том, что и он когда-то станет «бывшим» и захочет, возможно, заняться подобным бизнесом.
Ами сказал мне, что если у меня потребуют что-то необычное, то я должен не спрашивать «почему?», а просто сразу сообщать ему. Однажды пришел некий человек и попросил меня подписать договор, санкцию на заключение которого должен был дать сам премьер-министр. В договоре речь шла о продаже 20 -30 американских самолетов-штурмовиков А-4 «Скайхок» Индонезии. Это противоречило соглашению о торговле оружием между Израилем и США. Оно запрещало перепродавать американское оружие такого рода без предварительного согласия американцев.
– Хорошо, – сказал я, – если вы не против, приходите завтра утром или оставьте мне свой телефон. Я позвоню вам, как только вопрос будет решен.
– Нет, я подожду, – ответил он.
Во время моего посещения «ИАИ» я видел около тридцати этих «Скайхоков», выстроившихся в ряд на взлетной полосе, упакованных в яркий желтый пластик. Они ждали отправки морем. Когда мы спросили об этом, нам ответили, что самолеты повезут за море, но не сказали куда именно. Можно быть почти уверенным, что американцы не одобрили бы перепродажу этих штурмовиков Индонезии. Это могло бы изменить политический баланс в регионе. Но это было не мое дело. Но когда он сказал, что подождет санкции премьер-министра Шимона Переса, я выдвинул ящик моего стола, заглянул внутрь и спросил: «Шимон, Шимон?» Затем обратился к нему и сказал: «Мне очень жаль, но господина Переса сейчас здесь нет».
Тут этот тип совсем взбесился и потребовал позвать Ами. Я даже не спросил, кто он. Когда я сообщил Ами, тот сильно заволновался: «Где он? Где он?»
– За дверью в приемной.
– Пусть заходит с договором, – сказал Ами.
Через 20 минут этот человек, выйдя из кабинета Йаара, прошел мимо меня. Он высоко поднял договор, чтобы я мог его увидеть и самодовольно ухмыльнулся мне: «Видите, г-н Перес все-таки был здесь».
Перес в это время был в Иерусалиме и, конечно, никогда не узнал о «своей» подписи под такими документами. Используемая в подобных случаях бумага называлась у нас «ass-cover» («для прикрытия задницы») и применялась лишь как внутренний документ. Она нужна, чтобы доказать перевозчику или кому-нибудь еще из задействованных лиц, что ты платежеспособен и располагаешь достаточными финансами, раз это все дело одобрил своей подписью сам премьер-министр.
Официально сотрудники Моссад работают, конечно, для главы правительства. Премьер узнает кое-что о переводах денег, но ничего не знает о действительно сомнительных сделках. И часто это нужно для его же пользы. Иногда лучше ничего не знать. Если бы его проинформировали, ему пришлось бы принимать решение. А в этом случае, если бы американцы что-то пронюхали, он мог бы заявить, что ничего не знал. Американцы называют подобные ответы «правдоподобными опровержениями».
Здание «Азия-Билдинг», принадлежавшее богатому израильскому промышленнику Саулу Айзенбергу, расположено рядом со штаб-квартирой. Благодаря своим связям на Дальнем Востоке Айзенберг стал соединяющим звеном между Моссад и Китаем. Он и его люди проворачивали огромные оружейные сделки во многих регионах мира. При продаже речь часто шла об излишнем вооружении, например о трофейном русском оружии, захваченном в войне у Сирии и Египта. Когда у Израиля исчерпались для продажи запасы автоматов Калашникова АК-47, он начал сам их производить, «скрестив» «Калашникова» с американской винтовкой М-16. Гибрид назвали «Галил», и он успешно продавался по всему миру.
Ситуация в отделе напомнила мне супермаркет для обслуживания этих частных советников. Собственно, все должно было быть наоборот – им следовало быть нашими «инструментами». Но «инструменты» взяли контроль в свои руки. У них было больше опыта, чем у любого из нас, так что в реальности это они нас использовали.
В середине июля 1984 года я получил задание сопровождать группу индийских ученых-атомщиков. Эти люди боялись появления бомбы в исламских руках, то есть – пакистанской бомбы. Они приехали в Израиль с тайной миссией для встречи с израильскими атомными экспертами и обмена информацией. Но оказалось, что Израиль с удовольствием получал информацию от индусов, но не был склонен оказать им такую же услугу.
Через день после их отлета, я как раз вернулся к обычной офисной работе, меня вызвал Ами, чтобы дать два поручения. Первое состояло в подготовке всего необходимого для группы израильтян, которая отправлялась в Южную Африку для обучения подразделений южноафриканской тайной полиции. Затем я должен был пойти в посольство одной африканской страны и забрать оттуда человека, который возвращался к себе на родину. Его сначала нужно было подвезти в его квартиру на Херцлия-Питуах, а затем отвезти в аэропорт и провести через контроль.
– Мы встретимся в аэропорту, – сказал Ами. – Там мы встречаем группу из Шри-Ланки для обучения.
Ами уже ждал прибытия делегации Шри-Ланки самолетом из Лондона, когда я подошел к нему. – Когда эти парни прилетят, – сказал он, – не подавай виду. Вообще ничего не делай.
– Что ты имеешь в виду? – спросил я.
– Ну, эти ребята выглядят как обезьяны. Они из очень слабо развитой местности. Не так давно слезли с дерева. Так что не жди от них многого.
Ами и я провели девять шри-ланкийцев «черным ходом» через запасной выход аэропорта к маленькому автобусу с кондиционером. Они были первыми из группы, которая в конечном результате достигла почти 50 человек. Затем они разделились на три меньшие группы:
– антитеррористическая группа, которую тренировали на военной базе Кфар-Саркин близ Петах-Тиква. Их учили штурмовать захваченные террористами автобусы и самолеты, освобождать взятых в заложники людей в зданиях, спускаться по канату с вертолета и прочим антитеррористическим хитростям. И конечно они захотели купить «Узи» и другое израильское оружие, включая бронежилеты, специальные гранаты и т. п.
– группа закупок, которая собиралась в больших масштабах закупать израильское вооружение. Например, они купили пять или семь патрульных катеров типа «Двора», которые использовали у своих северных берегов против тамильских повстанцев.
– группа высокопоставленных офицеров, желавших купить радиолокационные установки и прочее оснащение для военно-морских сил, чтобы справиться с тамилами, которые все еще проникали на остров из Индии и ставили мины в водах Шри-Ланки.
Два дня мне пришлось сопровождать Пенни, невестку президента Джайавардена (см. главу 3 «Новички») по обычному туристскому маршруту (через два дня ею занялся кто-то другой из бюро). Пенни была приятной женщиной, внешне выглядевшей как индийская версия Корасон Акино. Она была буддисткой, потому что ее муж был буддист, но в какой-то степени она была и христианкой. Потому она очень хотела осмотреть все христианские святыни. На второй день я свозил ее в Веред-Хаглил, «Розу Галилеи», ресторан на конном заводе у подножия горы. Оттуда открывается прекрасный вид, и еда тоже очень хороша. У нас там был постоянный счет.
Затем меня прикрепили к группе высокопоставленных офицеров, проявлявших интерес к радарам. Мне нужно было отвезти их на фирму «Альта» в Ашдоде, выпускавшую такое оборудование. Но когда представитель фирмы «Альта» прочитал требуемую спецификацию, он сказал. «Для тебя ведь это просто служебный долг. Они все равно не будут покупать наши локаторы».
– Почему? – спросил я.
– Спецификации составлены не этими обезьянами, – пояснил представитель фирмы. – Они принадлежат британскому производителю радаров – фирме «Дека». То есть, эти ребята уже знают, что и где хотят купить. Дай им банан и отправь домой. Ты без толку теряешь время.
– Хорошо, но может у тебя есть какая-то брошюра или что-то в этом роде, чтобы удовлетворить их?
Мы общались на иврите, пока сидели рядом, ели печенье, пили чай и кофе. Представитель «Альты» сказал, что он не против дать им что-то почитать, чтобы у них не возникло впечатление, что их просто «отфутболили». «Но если мы уж так сделаем, то почему бы нам немного не пошутить?»
С этими словами он привел нас в другую комнату, где висели большие диапозитивы. На них была изображена гигантская вакуумная система – своеобразный огромный «пылесос» для очистки гавани от нефтяных загрязнений. У представителя была целая куча красочных схем и рисунков. Все подписано на иврите. Он объяснил гостям по-английски, что это «радиолокационная установка высочайшего технического стандарта». Мне с трудом удалось сдержать смех. Он действительно врал вдохновенно, доказывая, что эта система может засечь плывущего в воде человека и сразу определить его размер обуви, имя, адрес и группу крови. Когда доклад был закончен, люди из Шри-Ланки поблагодарили его и сказали, что такое достижение технического прогресса было для них большим сюрпризом, но эта установка, к сожалению, не поместится на их корабли. Потом уже они начали рассказывать о своих кораблях. Но эти корабли были нам знакомы. Ведь мы их и построили!
Высадив гостей в отеле, я рассказал Ами, что гости из Шри-Ланки не будут покупать наши радары. – Это было нам ясно, – ответил он.
Затем Ами поручил мне съездить в Кфар-Сиркин, где тренировался спецназ из Шри-Ланки, чтобы обеспечить их всем, что они захотят, и привезти их сегодня к вечеру в Тель-Авив. Но он посоветовал мне обязательно обо всем договориться с Йоси, которого на этой неделе тоже перевели в этот отдел.
Йоси тоже курировал группу, проходящую обучение в Израиле. Но его группа ни в коем случае не должна была встретиться с моей. Это были тамилы, заклятые враги моей группы сингалов.
После того, как остров Цейлон в 1948 году получил независимость от Великобритании и стал Республикой Шри-Ланка тамилы, по вероисповеданию индуисты, подвергаются дискриминации со стороны большинства населения страны – сингалов, что и вызывает их протесты. Из 16 миллионов жителей Шри-Ланки 74% сингалы и лишь 20% тамилы, проживающие в основном на севере острова. Приблизительно в 1983 году группа тамильских воинственных сепаратистов, известная как «Тигры», начала вооруженную борьбу против правительства за создание на севере острова независимого тамильского государства под названием Элам (отсюда полное название сепаратистского движения – «Тигры освобождения Тамил-Элама»). Борьба эта все еще продолжается, унося жизни тысяч людей с обеих сторон.
Тамилы пользуются большой симпатией и поддержкой в южном индийском штате Тамил-Наду: там проживает около 40 миллионов тамилов. Многие тамилы избежали резни на родине, сбежав из Шри-Ланки в Индию. Правительство Шри-Ланки обвинило индийцев в том, что они обучают тамилов и снабжают их оружием. Им стоило бы лучше высказать свои претензии Моссад.
Тамилов тренировали на базе морских «коммандос»: они учили тактику атаки, минирование портов и аэродромов, связь и диверсии против катеров типа «Двора». В каждой группе было примерно по 28 человек. Мы решили, что на ночь Йоси повезет своих тамилов в Хайфу, а я своих сингалов – в Тель-Авив, чтобы исключить случайную встречу.
Настоящая проблема возникла через две недели, когда по программе и тамилы и сингалы должны были проходить обучение на базе Кфар-Сиркин, конечно, ничего не зная друг о друге.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42