А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Воистину, нет ничего тайного, что не стало бы явным. Но мне так не понравился повышенный интерес Володи к той же дискете, что я была готова попросить совета у любого человека, мало-мальски заслуживающего доверия. И, махнув рукой на последствия, рассказала Андрею все. А в заключение достала из дальнего угла шкафа то, из-за чего весь сыр-бор разгорелся.
– На будущее учтите, – буднично прокомментировал мои действия Андрей, – храните подобное с подобным. В белье принято хранить деньги и драгоценности – и именно там их ищут жулики. В первую очередь за дискетой полезли бы не куда-нибудь, а в ваш тайник.
– Для того чтобы влезть в тайник, необходимо проникнуть в квартиру, – резонно откликнулась я.
– Вы считаете, что это невозможно? У вас даже стальной двери нет, которая, кстати, для профессионалов вовсе даже и не препятствие. Так, защита от случайных воришек.
Я пожала плечами:
– Все замки, как известно, от честных людей. А у меня брать нечего. Если кому-то эта дискета и нужна, то только моему приятелю, а ему поздно в домушники переквалифицироваться. Он – отличный переводчик технической литературы, прекрасно разбирается в компьютерах, даже программы может самостоятельно делать… А я на компьютере только печатать умею, редактировать и в игрушки всякие играть, если время остается. Тупая, наверное.
– Дискету, значит, вы спрятали. А что на ней – знаете?
– Если честно, то даже не догадываюсь. Но теперь-то, наверное, можно посмотреть, вреда не будет? Ведь Марину, похоже, из-за дискеты и убили. То есть мне так кажется.
– Мне почему-то тоже. Во всяком случае, вам все равно придется передать эту дискету куда следует. Можете это сделать через Павла.
– Но сначала посмотрим? Ну правда, Андрей, если бы вы не пришли, я бы все равно этим занялась, а не просто так отдала бы. А вдруг там что-то нехорошее про Марину?
– И что?
– А то, что тогда не отдам, честно предупреждаю. Ну давайте попробуем.
Андрей сдался и махнул рукой. Я ввела дискету в компьютер, нажала на нужные клавиши и… получила кукиш с маслом. Не желала дискета открываться – и все тут. А мои познания в области программ можно было уместить на кончике булавки. Я умоляюще посмотрела на Андрея:
– А вы разбираетесь в этих вещах?
– Попробую, с вашего разрешения.
Показалось мне или нет, но голос у Андрея как-то неуловимо изменился. Добрее стал, что ли. Или не таким официальным. А может, ему самому эта дискета нужна? Нет, я определенно с катушек съехала. Он об этой дискете только что узнал, а вчера днем и со мной-то знаком не был.
У него, правда, тоже не сразу получилось, но дело, как известно, мастера боится. Минут через пятнадцать на экране все-таки появилось хоть что-то. И это «что-то» оказалось требованием: «Введите код».
– Так, – подвел Андрей предварительные итоги, – примерно этого я и ждал. Двойная степень защиты, причем второй этап мне не по зубам. Тут нужно либо знать код, либо…
– Либо что?
– Подключать шифровальщиков. Точнее, специалистов по взлому компьютерных программ. Кажется, они называются хакерами. У вас нет знакомого хакера, Наташа?
Чем-то он определенно был страшно доволен. Непонятно, правда, чем: дискету прочитать невозможно, почему погибли Марина и Лариса – неизвестно, кто виноват в смерти Валерия – тайна, покрытая мраком. А он радуется. Мужчины все-таки произошли от других обезьян.
– Боюсь, что скоро мне понадобится психиатр. У вас нет знакомого психиатра, Андрей?
– Сколько угодно. Только вам он навряд ли понадобится. Наберитесь терпения, мне кажется, что все в конце концов образуется. А в поведении вашего приятеля, безусловно, есть кое-какие странности. Будьте с ним поосторожнее.
– То есть?
– То есть если кому-то психиатр и понадобится, то скорее всего – ему. Он очень любил свою жену, как вы считаете?
– Трудно сказать. Володя – человек замкнутый, к романтике не слишком склонный. В молодости еще какие-то человеческие чувства испытывал, тот еще был бабник. А потом – нет. Работа, видеофильмы, очень редко – гости. Марина – да, любила его всегда, только его и любила. Эх, если бы удалось подобрать код к этой дискете! А что, кстати, может быть кодом? Цифры, как на замке?
– В принципе что угодно. Могут быть цифры, может быть одно слово. Но какое именно? Хотя…
Андрей замолчал. Видно было, что ему пришла в голову новая идея, но сформулировать ее он пока не был в состоянии. Я терпеливо ждала, зная по собственному опыту, что мысль все-таки нематериальна и вполне способна раствориться в космосе, если ее, мысль, ненароком спугнешь.
– Вы были очень близкими подругами? – услышала я наконец очередной вопрос Андрея.
– Очень. У Марины от меня появилась тайна только в самые последние месяцы. Эта вот самая дискета. Но Марина утверждала, что заботится о моей собственной безопасности и что лучший способ не проговориться – это ничего не знать.
– Правильно. Но дискету она дала вам. И наверняка код выбрала такой, чтобы вы в случае чего смогли его подобрать. Какое-то общее для вас словечко, выражение, любимое блюдо, наконец. Название места, где вы вместе отдыхали. Имя любимого человека.
Я пожала плечами и набрала на компьютере мужское имя. Какое – нетрудно догадаться. Монитор откликнулся, как я и предполагала: «Код назван не правильно. Введите нужный код». Вполне резонно: Володю любила Марина, а не я. Похоже, мне придется потратить ближайшую пару месяцев на то, чтобы найти этот самый код. Если, конечно, к тому времени это не перестанет быть актуальным. И еще если я не буду заниматься своей непосредственной работой.
Самое грустное заключалось в том, что почти сотня переведенных и несколько сотен прочитанных западных детективов никакой пользы мне принести не могли. Там детально описываются стрельба из пистолетов с глушителями и без оных, из скорострельного автоматического оружия, из пневматического ружья. Ну и зачем мне это? Беготня по крышам небоскребов и вагонов подземного и наземного транспорта, равно как и немыслимые виражи легковых автомобилей мне тоже ни к чему. Всевозможные приемы рукопашного боя – я вас умоляю! Ну а обязательные в каждом приличном детективе любовные сцены между сыщиком и подругой преступника, самой преступницей или между двумя невинными жертвами – это вообще можно сразу вынести за скобки. Подобный опыт мне не пригодился бы даже в отношениях с Масиком, а с кем-то еще не предвидится даже намека на роман. Одним словом – безнадега полная. Я имею в виду, естественно, расследование, а не свою личную жизнь.
– О чем вы так глубоко задумались, Наташа? – вернул меня к действительности голос Андрея.
Я телеграфно сообщила о чем. И выступила с конкретным историческим предложением: скопировать дискету, копию отдать Андрею и пусть он ищет этого самого рокера или хакера. А я со своей стороны буду потихонечку искать код. Одна голова хорошо, а две лучше. Мой план вызвал взрыв несказанного веселья.
– Ну как же мы будем снимать копию, если не можем добраться до содержания? Как вы себе это представляете?
Никак не представляю. Валерий в таких случаях говорил: «Техника в руках варвара превращается в бесформенную глыбу металла». Неандерталец с компьютером – вот кто я на самом деле. То есть, конечно, неандерталка. А просто отдать дискету Андрею я не решалась. Черт его знает, может, ему только этого и надо. А на меня потом ненавязчиво упадет кирпич. Или очередная радиоактивная капсула окажется уже в моей любимой тахте. Чтобы, значит, наверняка.
Правда, Андрей и не предлагал свои услуги в этом плане. Зато предложил хранить дискету вместе с остальными, а не среди дамской конфекции в шкафу, а также подумать над тем, чтобы сменить замок. Он готов этот самый замок поставить своими собственными руками, потому что уровень моих слесарных навыков примерно себе представляет.
В моем порядком утомленном мозгу возникла очередная безумная идея: мой новый знакомый деликатно подвел меня к идее сменить замок с тем, чтобы без проблем обзавестись ключом от моей квартиры и… И что? Утащить эту самую дискету в мое отсутствие? Она ему, судя по всему, все-таки не нужна, во всяком случае, в таком виде. Ограбить квартиру? Не смешно, кто пойдет мою нищету красть? Войти беззвучно и внезапно, чтобы… Я мысленно обозвала себя озабоченной идиоткой, причем выражения применила значительно более крепкие, и сказала Андрею, что подумаю.
Прощаясь, он еще раз повторил, чтобы я поменьше болтала, думала, прежде чем что-то кому-то говорить, и вообще не занималась самодеятельностью, потому что персональная охрана мне ни по чину, ни по заслугам пока не полагается.
– Разве что ваш суженый-ряженый возьмется вас круглосуточно опекать.
Издевается. Он же видел трогательную сцену нашего с Масиком прощания. Представить себе, что после этого меня будут опекать? Как любит говорить сам Андрей, «это вряд ли».
И почему, черт побери, так популярна фраза «ищите женщину»? С утра я подозревала одну женщину, в результате под подозрение попали двое мужчин. Третий показал себя во всей красе. А четвертый – сплошной вопросительный знак. Ну и куда крестьянину податься?
Глава 8
НА ЧТО СПОСОБЕН ОБЫКНОВЕННЫЙ МОЗГ
Очередной раз он мысленно поблагодарил какие-то силы, что явно ему покровительствовали все эти годы, за то, что почти полностью переключился на переводы по медицинской тематике и, соответственно, на изобретения в этой области. В его архиве существовало не только описание замечательного препарата, делающего любого человека очень разговорчивым, но и координаты благодарного фирмача, который этот препарат купил, что называется, на корню и нажил на этом неплохое состояние. Через сутки препарат окажется в его руках и избавит от докучной необходимости обыскивать чью-то там квартиру. Сама все скажет.
А для подстраховки нужно все-таки выяснить, откуда взялись ее мысли о радиоактивной капсуле. Хотя нет, не мысли – откуда взялась эта самая капсула. Сначала ему показалось, что все это – плод буйного женского воображения, но потом он сопоставил всю имевшуюся в его распоряжении информацию с тем, что видел собственными глазами, и понял: фантазия тут ни при чем. Имеет место объективная реальность, действительно данная в ощущении. Именно так должен выглядеть и чувствовать себя человек, получивший не слишком значительную дозу радиации. И именно так должен был умереть человек, получивший соответствующую дозу. Мелочи совпадали, а он, как и незабвенный Мюллер, верил мелочам…
Повод для телефонного звонка даже искать не нужно – вчерашний фантасмагорический вечер давал их добрый десяток. Да и звонок-то так, для проформы, нужно только выяснить одно имя. Точнее, фамилию. И – действовать или закрыть это дело. А потом с чистой совестью отдыхать.
Молодой, красивый, умный мужчина – он не мог проиграть в этой игре просто по определению.
В тот же вечер я позвонила Гале. Помимо того, что она была моей действительно близкой подругой, Галка еще обладала бесценным качеством: железной логикой и умением расставлять все по местам в считанные минуты. Я имею в виду, конечно, не мебель или домашнюю утварь, а события, их подоплеку и возможные последствия. Материала у меня набралось вполне достаточно, да и выговориться хотелось. Рассказать Галке – это не значит нарушить обещание никому ничего не говорить. Из нее информацию даже под пыткой не выудить. Это значит вырыть ямку в песке, прошептать туда то, что не держится на языке, зарыть и забыть. Не зря же говорят, что противоположности сходятся. А еще говорят, что Скорпион – идеальный партнер для Тельца во всех отношениях, нечто вроде кармической связи.
Можно верить в астрологию, можно относиться к ней скептически, можно вообще ее игнорировать, но, по-моему, что-то в ней все-таки есть. Валерий тоже был Скорпионом… И эту связь я бы не задумываясь назвала кармической, потому что мы с ним понимали друг друга с полуслова, если не с полувзгляда. С Галкой же у моего мужа отношения складывались теплые, хоть и непростые: объединяла их, разумеется, я. Подруга приняла моего мужа, увидев собственными глазами, как он относится ко мне. Муж принял подругу по тем же причинам. Но в те редкие минуты, когда они оставались друг с другом с глазу на глаз, подозреваю, им было о чем поговорить, поскольку Галкина эрудиция и начитанность в нашей компании считались эталонными. Впрочем, теперь это уже не имеет ни малейшего значения… к сожалению.
Мое сообщение о трагедии с Володиными женами Галка восприняла сдержанно, как, впрочем, всегда воспринимала все, так или иначе связанное с ее бывшей пассией. Только посочувствовала мне, что я лишилась близкой подруги. Увы, несмотря на неоднократные попытки, мне так и не удалось свести Галину с Мариной и создать идеальное в моем представлении трио.
Неподдельное волнение Галка выразила лишь тогда, когда я поведала о странностях визита: нервные причитания, водка средь бела дня, неопознанная Лариса и жуткий интерес к Марининой дискете.
– Ты поосторожнее, пожалуйста. Мне все это не нравится. Володя не из тех людей, которые занимаются такими делами, как похороны, если есть возможность на кого-то их свалить. Тебе не пришло в голову, что основные хлопоты придутся на долю Марининых родителей? Ему эта дырка в голове совершенно ни к чему.
– Тогда зачем он ко мне приехал? Не хотел оставаться один после опознания в морге?
– Один шанс из ста. В любом случае он бы позвонил: тебя ведь вполне могло не оказаться дома, а он не любит накладок.
– Я почти всегда дома.
– Ты выходишь в магазин, на рынок, платишь за квартиру, ездишь в редакцию, наконец. Нет, он должен был позвонить, но почему-то этого не сделал. Похоже, ему эта дискета действительно нужна позарез. Ты нашла кого-нибудь, кто помог бы тебе с программой?
Я отрапортовала, что с программой все в порядке, но дискета оказалась защищенной кодом. И как его подобрать, я понятия не имею. Тут уж мне никто не поможет, даже новообретенный знакомый. Но Галку сообщение о том, что в дело оказался замешанным кто-то посторонний, некоторым образом даже рассердило.
– Наташка, ты неисправимая идеалистка. Сначала правильно ставишь вопрос: зачем ему это нужно, а потом чуть ли не исповедуешься, в общем-то, первому встречному. Мало тебя жизнь учила?
– Судя по всему, мало, – покаянно вздохнула я. – Но, понимаешь, если бы не он, я так бы и осталась с радиоактивной капсулой в доме. И никогда бы не узнала, что Валерия убили…
– Хорошо, но в остальные-то дела зачем его было посвящать? Могла мне позвонить, посоветоваться. Правда, у меня нет друга в компетентных органах.
– Вот именно, – обрадовалась я найденному оправданию. – У тебя нет, у меня нет, Масик – вообще песня. Слава богу, сегодня все, кажется, завершилось. Удалился, оскорбленный в лучших чувствах. Как говорится, лучше ужасный конец, чем бесконечный ужас. А Володя – так тот вообще ноль внимания, как будто каждой его подруге по десять раз на дню радиоактивные капсулы подсовывают. Даже не удивился.
– Зато я теперь все больше и больше удивляюсь. Уж кто-кто, а он-то в радиации отлично разбирается. Сейчас вспомнила: уже тому назад порядочно, еще до перестройки, я его видела. И знаешь где? Всего-навсего в Ливии. Мы с Тарасовым там целый год торчали, помогали строить братскому социалистическому государству ядерную станцию.
Тарасов – это Галкин муж. За глаза она его зовет исключительно по фамилии. Хотя там абсолютно взаимная любовь, полное понимание и вообще – гармония необыкновенная, тем более что оба – архитекторы. Но – вот так, никаких имен, сугубо официально. В каждой избушке свои погремушки. Меня, например, Валерий в глаза никогда не называл по имени, а только малышом. Оно и понятно: двенадцать лет разницы в возрасте да плюс к тому он был выше меня на целую голову, если не на полторы.
– Впервые слышу про ядерную станцию, – изумилась я. – Ты говорила, что проектировала гостиничный комплекс в Алжире.
– Ну да, официально: время-то какое было! Это сейчас у нас все «секретно – копия на базар». Потом забыла и вот только сейчас вспомнила. Был там Володя с какой-то делегацией, военной, разумеется. Я еще удивилась, какое он отношение к армии имеет. Но беседовать с ним у меня желания, сама понимаешь, не было. Так что, пока делегация объект смотрела, я из своей комнаты носа не высовывала, сказала, солнечный удар. Тарасов с ними ходил и потом переводчика хвалил: мол, очень толковый оказался, всю терминологию знает. А переводчиком кто был? То-то и оно.
– Надо будет об этом Андрею рассказать. А вдруг…
– Что – вдруг? Вдруг это Володя капсулу в диван сунул, а не твои бывшие родственники? Ты, Наташа, все-таки соображай, где Кура, а где – твой дом. Зачем Володе делать тебя вдовой? Они с Валерием и виделись-то, по твоим рассказам, два-три раза, не больше. Так что не придумывай криминала там, где его нет, и – умоляю!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18