А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

– Ваша заявка выполнена, патрон.– Очень хорошо, спасибо.Чтобы отделаться от рабочего, Жюв дал ему сорок су и отправил обратно:– Спасибо, вы можете идти.И когда последний ушел, нужно было действовать.– Вы готовы, Жюв?– Вполне, Фандор.Прежде всего они проверили, заряжены ли револьверы, лежащие в карманах пиджаков.Тогда Фандор толкнул ногой приоткрытую дверь, а Жюв, вбежав первым, закричал:– Именем закона!Но замолчал, застыв от удивления.Валентина подробно описала Фандору вестибюль маленького особняка, как женщина, привыкшая к подобной обстановке. Это был роскошный вестибюль, стены которого обтянуты плотными коврами и освещены бледно-голубым светом электрических ламп…Когда дверь открылась, Жюв и Фандор увидели вестибюль, но не таким, каким его описала Валентина. Это оказался холл нежилого, давным-давно покинутого дома. Здесь не было ни мебели, ни драпировки. Все было покрыто пылью, затянуто паутиной.– Будьте осторожны, – посоветовал Жюв, который держал револьвер в руке.Помня описания Валентины, Фандор пересек вестибюль и подошел к двери, ведущей в салон.Резким движением он открыл дверь.– Странно! – воскликнул он, остановившись на пороге…Куда же девалась старинная мебель, которую Валентина видела в салоне, ценные шкатулки, статуэтки, роскошь интерьера?Так же как и в вестибюле, в салоне не было ни мебели, ни ковров, а царило полное запустение. Казалось, здесь никто не жил уже очень давно.Жюв бросил взгляд на Фандора.– Мой друг, она посмеялась над тобой, это баронесса, – констатировал он.По всей очевидности, такое объяснение сразу пришло ему на ум.Но почему же тогда Валентина, почему баронесса де Леско выдумала такую странную басню и рассказала ее Фандору? Почему она обманула его именно таким образом?– Странно, очень странно, – повторял Фандор.И чтобы лучше разобраться в реальности происходящих вещей, журналист в обществе Жюва осмотрел особняк сверху донизу.– Мы, наверное, ошиблись, – сказал репортер. – Мы собирались найти другой вестибюль, другой салон.Но они ничуть не ошиблись. Проведенный ими тщательный осмотр покинутого особняка только убедил их в том, что дом действительно давным-давно необитаем.Немного усталые друзья вышли к подъезду.– Это уж слишком! – прошептал Жюв.– Да, слишком, – согласился Фандор.Журналист внезапно нахмурил брови и выругался:– Черт возьми, что бы это могло значить? Не может быть, чтобы Валентина де Леско посмеялась надо мной таким образом. Я не вижу, с какой целью она бы так поступила. Но все же, если она нашла дом обитаемым вчера, то именно вчера ее шантажировали и украли у нее два бриллианта, создав соответствующую обстановку. Недопустимо, чтобы все это разобрали в течение дня. Ну что ж, посмотрим…Оставался еще один простой способ распутать клубок.Напротив особняка находился маленький домишко, где какая-то женщина вытряхивала одежду.Фандор подошел к ней и спросил:– Мадам, вы не могли бы мне сказать, вчера во второй половине дня отсюда никто не выезжал?Оторвавшись от своих дел, женщина в свою очередь задала вопрос:– Отсюда, мсье? Нет, никто не выезжал.– Но, мадам, – настаивал Фандор, – в этом доме жили, не правда ли?И он указал на загадочный особняк. Его собеседница отрицательно покачала головой.– Жил ли кто-нибудь в этом особняке, мсье? Нет, мсье! Вот уже более десяти лет я проживаю на этой улице и всегда знала, что в этом доме никто не жил. Неизвестно даже, кому он принадлежит.– Вы уверены в этом, мадам?– Совершенно уверена.Не было смысла больше настаивать. Фандор это понял.Затем, чтобы убедить добрую женщину, почему этот дом привлек их внимание, он добавил:– Мы архитекторы и считаем… Кот бурмасек!.. Кот бурмасек…Фандор закончил фразу, пробормотав нечто совершенно непонятное, сопровождая при этом свою речь самой обаятельной улыбкой и любезным поклоном. Это ничего не означало, но оставляло о нем хорошее впечатление! Это была еще одна из его добрых шуток.Затем Фандор подошел к Жюву и спросил его:– Вы все слышали?– Да… Баронесса обманула тебя!– Нет! – возразил Фандор. – Это невозможно.– Тогда как же ты объяснишь все случившееся?Жюв бросил взгляд на Фандора. Он видел, как тот пожал плечами, скривил губы, сделал недовольную гримасу.– По правде сказать, – сознался Фандор, – какое же объяснение мог бы я дать? Никакого. Это загадка.И помрачнев, став еще более озабоченным, Фандор продолжал:– Скажите мне, Жюв, вот что… Представьте себе, что это дело еще далеко не закончено. Я мог бы рассчитывать на вас?– Разумеется!– А вы обязаны официально заявить о нем в Службу безопасности?– Когда ты этого захочешь…– Тогда завтра!– Решено!Друзья покинули Монмартр. Глава 9ЖАП… ЖАП… – О чем он вас спрашивал сейчас, мсье Жюль, этот слабоумный?– По правде сказать, ни о чем особенном, мсье Жозеф. Это кретин, который через каждые десять минут приходит справиться о письмах «до востребования».– Так в чем же дело?– Дело в том, что не было корреспонденции с самого последнего его визита. И я, естественно, не проверил груду писем… Вот об этом он и пошел жаловаться приемщику.– А что он сказал приемщику?– Ничего. Он спровадил этого добродушного малого. Подумать только! Он изучал его приходный журнал!Подтрунивая над публикой, повесив на проволочную сетку своего окошка дощечку с ироничной надписью: «Закрыто», двое служащих почты приготовились к уходу домой, а на их место должна была прийти вторая послеполуденная смена.Начиная с самого утра, у них не было ни минуты отдыха, ни минуты покоя. Почтовое отделение, к которому они принадлежали, относилось к торговой палате и было действительно всегда перегружено, всегда заполнено публикой. Но именно в это утро ситуация сложилась еще хуже, чем обычно.Отдел «до востребования», как всегда по субботам, посещало несметное количество молодых дам, приходивших получить послания от своих возлюбленных, назначавших свидания на воскресенье… Телеграф тоже работал безостановочно в результате громкого судебного процесса, требующего наиболее сложного телеграфного обмена между прокуратурой Парижа и прокуратурой провинции. Обстановка накалилась, и нервы служащих были напряжены до предела. Поэтому в утренний прием приемщику приходилось успокаивать приходивших к нему недовольных клиентов, выдвигавших самые несуразные требования.Теперь эта тяжелая работа заканчивалась. Происходила пересменка служащих, и, как отметил с пафосом господин Жозеф: «Нельзя сказать, что этой смене так уж досталось!»Но как раз в тот момент, когда электрические часы пробили полдень, а приемщик выходил из своего почтового отделения, случилось непредвиденное: служащий, занятый приемом пневматической почты, воскликнул:– Но они все посходили с ума, черт подери, там, на Центральном! Они морочат нам голову!Остальные даже притихли, а приемщик бросился вперед:– Что еще там произошло? Вы не могли бы выбирать более вежливые выражения?Недовольный служащий подошел к нему.– Посмотрите, господин приемщик, – объявил он, – вот что Центральное почтовое отделение послало нам в последней партии.Служащий протянул приемщику узкий маленький пакетик из кожи, один из тех, которые, сгруппированные вместе, образуют пневматические партии. Их посылают во все почтовые отделения и перевозят транзитом в течение нескольких минут. Письма, посланные по пневматичке, – так обычно называют их в народе.Но служащий был разгневан и возмущен тем, что внутри одного из этих пакетиков он обнаружил маленькую хрупкую коробочку.– Черт подери! – преувеличивая свое возмущение, воскликнул служащий, свирепо смотревший на приемщика. – Существует немудреное распоряжение по этому вопросу: в пневматических партиях не должно быть твердых тел. И если Центральное отделение посылает коробочки, то от него можно всего ожидать. Да они совсем там стыд потеряли! Шеф, если произойдет закупорка труб, то у нас будут неприятности!– Замолчите же! – грубо прервал его приемщик. Он взял из рук рабочего коробочку, полученную по пневматической почте, и стал с любопытством рассматривать.– Вы правы. Я никак не могу понять, каким образом по Центральному им позволили передавать такой предмет. Какому отделению эта коробочка должна быть передана?– На ней отсутствует штемпель, шеф.– Еще лучше! Но если есть рекламация…– Может быть, нужно сообщить куда-нибудь?– Естественно, я позвоню.Сделав знак служащему следовать за ним, приемщик вошел в свое отдельное помещение. Обладая привилегией, он добился быстрого соединения с Центральным отделением, через которое проходит вся пневматическая почта. Он резко обратился с жалобой:– Алло! Вы меня слышите?.. С вами говорит приемщик торговой палаты. Алло!.. С последней пневматической партией вы отправили коробочку, но без штемпеля. Почему вы изволите так шутить?Разумеется, приемщик Центрального отделения, к которому обращался приемщик торговой палаты, был не в курсе дела. Ему потребовалось несколько минут, чтобы проверить, уточнить данные, а затем вновь вернуться к разговору:– Алло! Вы сказали, что мы вам отослали по пневматической почте коробочку?– Да!– Какой партией?– Партия даже номера не имеет! Но она последняя.Прошло еще несколько секунд, затем служащий Центрального отделения снова подошел к телефону.– Господин приемщик, – заявил он. – Мы ничего не поняли из вашего объяснения. Мы не посылали в ваше отделение почту с 11 часов…– Я говорю вам о партии, прибывшей только что, – прокричал приемщик.– Но мы вам не посылали никакой партии.Утверждение было настолько необычным, что приемщик возмутился.– Можно подумать, что я сошел с ума, – прорычал он в трубку. Проклятие! Представьте себе, что если у меня в руках пневматическая партия, то кто же мне ее послал, как не вы? Она же не могла сама по себе попасть в трубы, не правда ли?Какой же ответ можно дать на подобный вопрос? Приемщик Центрального отделения только и мог сказать:– Мы постараемся провести расследование, мсье.Затем он бросил телефонную трубку.– Вот так история! – прокричал приемщик торговой палаты. – Скажите, пожалуйста, «они проведут расследование»! Это единственное, что они могут сказать там на Центральном! Какое прекрасное обслуживание! Как оно отлично гарантируется! Но чем они там занимаются, эти слабоумные, заместители начальников?Он вспылил и никак не мог прийти в себя. Служащий, у которого на уме было только одно – как бы поскорее уйти, поскольку время его работы уже истекло, остерегался гнева своего шефа.– Так мы вернем пакет? – спросил он осторожно.– Принесите мне эту коробочку, – был ответ.Она тотчас оказалась в его руках.– Нельзя задерживать этот пакет, – заметил приемщик, – он адресован господину Авару, шефу Службы безопасности. Мы не имеем права задерживать его. Вот так штука! Хотел бы я знать, какой кретин решился послать его по пневматической почте. В результате могла бы остановиться вся линия в течение четырех – пяти ближайших дней и, наконец, если бы линию заблокировали…Он не стал более сгущать краски, этот добрейший человек, и закончил свои высказывания, передав коробочку служащему.– Отнеси это немедленно, но потребуй расписку! Коробочку надо куда-нибудь запрятать, всякое может случиться. К тому же, это необычная посылка. И я спрашиваю себя, не перестанет ли существовать пневматическая почта, если почтовое отделение будет работать постоянно и регулярно! Что вы на меня так уставились?Служащий не задавал более вопросов, он только очень торопился, так как подошло его время ухода с работы.– Эй, парень! – позвал он молодого телеграфиста, который выделывал выкрутасы на мотоцикле, раскатывая по улицам Парижа.– Отвези это срочно в сыскную полицию и передай в собственные руки, получив расписку.Отдав приказание и наконец освободившись, служащий подбросил вверх шляпу, затем поспешно стал собираться.– До свидания, друзья. Я сматываюсь, – сказал он своим товарищам. – Начальник ворчит в своем кабинете. Не знаешь, какую работу он еще сможет взвалить на тебя.Служащий ушел. Молодой телеграфист положил в свою сумку ту коробочку, само присутствие которой совсем недавно так взбудоражило все почтовое отделение торговой палаты, и, гордый от возложенной на него задачи, поехал в полицию. По пути он забавлялся тем, что подражал крикам различных животных, начиная от быка и лошади, затем переходя к соловью, вороне, сверчку и заканчивая кошкой… Впрочем, у него это получалось совсем неплохо.Спустя несколько минут он оказался на набережной Орфевр, в мрачных кулуарах Службы безопасности, где осторожный привратник остановил его при входе:– Ты хотел бы получить расписку за это? Ну, разумеется, только сам мсье Авар мог бы тебе ее дать, потому что пакет адресован именно ему. Подожди немного. Он занят с инспектором. Я тебе принесу расписку через две минуты.Мсье Авар, шеф Службы безопасности был действительно занят с инспектором по имени Жюв.Ранним утром Жюв пришел сюда на набережную Орфевр для «необычного доклада», заранее записавшись в список желающих посоветоваться с шефом.Накануне Жюв очень поздно расстался с Фандором. Журналист подробно и тщательно познакомил его с данными, фигурирующими в рассказе баронессы Валентины де Леско.Фандор объяснил ему позицию молодой женщины, в какой степени искренней она ему показалась, и мало-помалу ему пришлось разделить с Жювом убеждение, что на улице Жирардон происходят какие-то непонятные чудеса, в которых очень трудно разобраться.Именно эту мысль и старался внушить Жюв мсье Авару в течение целого часа.Жюв не был красноречив, но его высказывания отличались четкостью и определенностью. Его речь всегда была предельно точна, ему всегда удавалось подобрать интересные аргументы, отличительные детали.– Шеф, – говорил Жюв, – эта баронесса Валентина де Леско, сведения о которой я собрал сегодня утром, весьма уважаемая женщина. Она красива, богата, занимает независимое положение в обществе. То же можно сказать и о ее муже. Прислуга ничего не знает о любовниках, просто легкий флирт! Это та дама, которая обратилась к Фандору, как я уже вам говорил, по поводу украденных у нее бриллиантов. Но насколько с точки зрения Валентины де Леско все кажется понятным, настолько с точки зрения авантюры, жертвой которой она стала, все неясно, запутано. Я напомню вам детали, шеф. История с музыкой, экстравагантное объяснение в любви, безумие! Невидимый собеседник! Внезапные жалобные вздохи и музыкальные репризы! И наконец – желание избавиться от посетительницы! Обнаружение на улице пропажи кулона и наблюдение, установленное за дамой при ее возвращении домой!Сюда следует отнести еще результаты посещения особняка Фандором и мной, во время которого мы обнаружили, я уже говорил вам об этом, что особняк на улице Жирардон не только пуст и необитаем, но заброшен уже много месяцев, лет, согласно мнению ближайших соседей.Как же нам выпутаться из этого положения?Жюв замолчал, устремив вопрошающий взгляд на мсье Авара.Шеф Службы безопасности, стараясь что-нибудь понять, к несчастью, находился в том же затруднительном положении, что и Жюв.Несомненно, что Валентина де Леско, согласно ее социальному положению, была не способна на ложь. Значит, то, что с ней произошло, произошло на самом деле. Однако было весьма очевидным, согласно даже сведениям Жюва, что особняк на улице Жирардон необитаем уже давным-давно, и вследствие этого Валентина не могла там увидеть то, что, как ей казалось, она видела.У мсье Авара вдруг появилась идея.– По правде сказать, Жюв, – объявил он, – у меня вдруг возникла странная мысль. Представьте себе, о чем я подумал?– О чем же? – спросил Жюв.– Несомненно, это действие опиума. Опиум вызывает навязчивые идеи, мечты, галлюцинации. Не так ли?Мсье Авар, будучи шефом Сюртэ, имел один большой заскок. В течение некоторого времени он руководил многочисленными операциями, направленными против курильщиков опиума, что было весьма распространенным в Париже явлением, и теперь его мысли постоянно витали вокруг дел, историй курильщиков, торгашей-спекулянтов…Как говорили полицейские, он «зациклился» на этом, стараясь все объяснить именно с этой точки зрения.– Вот невидаль, – ответил Жюв. – Это чертовски неопределенно, то, к чему вы клоните, шеф! Вы полагаете, что мадам де Леско просто жертва опиума. Тогда, выходит, что она покуривает опиум… а мы об этом ничего и не разузнали. Вот напасть какая!..Жюв замолчал на несколько минут, подумал, затем добавил:– Но имеются такие факты, которые просто трудно объяснить только действием наркотика… Я допускаю еще историю с необитаемым домом, звучание музыки, голубоватое освещение, словом, весь набор данных, связанных с курением опиума. Но как же связать пропажу, воровство бриллиантов с действием наркотика?Именно в тот момент, когда Жюв стремился увести своего шефа от выдвигаемой им ошибочной версии, вошел привратник.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34