А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Неловкая, "застывшая" поза. Деревянный кивок. Выжидательное молчание. Психастеник - нет никаких сомнений.
- Смирнов Владимир Алексеевич, - представился Барзов. - Извините, что я вот так, без предупреждения. Конечно, нужно было позвонить, условиться о встрече, но мне трудно разговаривать с незнакомым человеком по телефону. Особенно если не могу в двух словах объяснить, кто я такой и какая у меня проблема. - Он смущенно улыбнулся. - Дурацкий комплекс, очень усложняет жизнь.
Взгляд серых глаз за толстыми линзами очков помягчел, поза чуть-чуть изменилась. Вера Кирилловна слегка расслабилась.
- Понимаю. Слушаю вас, Владимир Алексеевич.
Он выразительно повел глазами в сторону проходящих мимо детей, которые с любопытством поглядывали на учительницу в компании незнакомца.
- Не очень располагающая обстановка. У вас не найдется лишних пятнадцати минут? Тут неподалеку кафе, на вид приличное. Позвольте угостить вас кофе? - И, заметив, что она опять подобралась, торопливо добавил: - Там есть несколько уличных столиков.
Это решило дело.
- Да, знаю. Ну хорошо, - согласилась она, взглянув на часы, уговорили.
Барзов галантно предложил даме руку, на которую она, поколебавшись, оперлась.
- Вы, наверное, удивляетесь, откуда я свалился на вашу голову, заговорил он, когда они немного отошли от школы. - Это как раз тот самый момент, из-за которого я не решился позвонить. Дело в том, что я узнал о вас от Ларисы Данчевской. (Данчевская, согласно досье, была детской подругой Архиповой. Секс-террористка, собирательница мужских скальпов, меняющая бойфрендов, как нижнее белье. Неделю назад отбыла в круиз по Черному, Средиземному и Красному морям.) Но мы с ней расстались довольно давно, и я побоялся назваться ее знакомым. - Змей грустно усмехнулся. - Сомневаюсь, что она меня помнит.
Он незаметно покосился на спутницу. Любая женщина в ответ на такое признание проявила бы сочувствие или дала бы понять, что ей неловко за подругу. На лице Веры не отражалось ничего, кроме напряженного внимания. Что ж, вот оно, последнее доказательство. Психастеники не способны испытывать чувства, адекватные обстановке. Умом понимают, какой должна быть реакция, иногда даже пытаются ее изобразить, но вести себя естественно не могут. Оттого испытывают недовольство собой и чувство вины перед собеседником. А чувство вины - прекрасный инструмент для манипулятора.
Остаток пути до самого кафе Аркадий Николаевич пел Вере дифирамбы якобы со слов Данчевской. Вообще-то психастеники на лесть не падки, неумеренные восторги в свой адрес воспринимают как насмешку, но справедливая, заслуженная похвала поднимает их самооценку, улучшает внутреннее самочувствие и, следовательно, усиливает расположение к похвалившему.
За столиком Барзов наконец изложил свою легенду.
- Мой племянник, сын сестры, учится сейчас в одиннадцатом классе. Способный мальчик, увлекается химией, хочет поступить в МГУ. Проблема в том, что живут они в Екатеринбурге. Сами понимаете, учителям из провинции, даже самым лучшим, трудно подготовить ученика к поступлению в сильный столичный вуз. Хотя бы потому, что они не знают специфики экзаменов. Наверное, было бы разумнее, если бы парень переехал ко мне. Тем более что условия позволяют. Я живу один, в двухкомнатной квартире, финансово обеспечен. Могу оплатить его учебу в хорошем лицее, нанять репетиторов. Но Иван не хочет уезжать от друзей и своей девушки. Да и сестра считает, что нельзя срывать парня с насиженного места, когда учебный год уже начался. С другой стороны, рисковать его поступлением она не хочет. Поэтому мы решили, что я найду хорошего преподавателя, который готовит к поступлению на химфак, и попрошу его о консультации для мальчика. Ваня должен приехать в Москву на осенние каникулы. Вы не согласитесь его проверить, Вера Кирилловна? Если его знания достаточно глубоки и требуют только наведения некоторого лоска, мы не будем сейчас затевать эту бодягу с переездом. Сестра договорится с директором, чтобы Ивану позволили сдать школьные экзамены досрочно, он приедет в Москву где-нибудь в апреле и еще успеет позаниматься с репетитором. А если окажется, что ему требуется более основательная подготовка, оставим его тут. Как вы смотрите на такой план?
- Звучит достаточно разумно. Хорошо, третьего ноября начинаются каникулы. Самое удобное время. Позвоните мне недели через две, я назову дни, когда буду свободна.
Барзов рассыпался в благодарностях и ловко перевел разговор в другое русло. Выразил удивление тем, что химик такой высокой квалификации работает в школе, посетовал на бездушие и отвязность нынешнего молодого поколения, повздыхал о вечно горькой судьбе российской интеллигенции. Потом заговорил о жизни вообще, о страшном и нестабильном мире, человеческом одиночестве перед лицом неизбежной смерти, о бессмысленности существования, которой можно противопоставить только добрые дела, способные пережить того, кто их творил. Рассуждая о добром и вечном, Аркадий Николаевич не забывал о жестах, мимике, позе, интонациях. Все это должно было гармонично вписываться в образ тонкого, понимающего, но в то же время сильного и надежного человека. Человека, способного внимательно выслушать, подставить плечо, дать хороший совет, успокоить, рассеять тревогу.
- Извините, Владимир Алексеевич, мне пора, - неожиданно прервала его Вера Кирилловна, так ни разу и не откликнувшись на невербальное приглашение раскрыть душу.
Барзов искусно скрыл раздражение за смущенной улыбкой, извинился за болтливость, предложил в искупление своей вины подвезти Веру Кирилловну на машине, которую оставил у школы. Но Архипова отказалась и пошла к метро пешком.
* * *
Поначалу холодность объекта и отсутствие реакции на все попытки Аркадия Николаевича расположить ее к себе Барзова не обеспокоили. Психастеники люди сдержанные, открывать душу никогда не спешат. Да и чувства у них заторможенные, приходят с опозданием в несколько часов. Беспокоиться Аркадий Николаевич начал на следующий день, когда, позвонив Архиповой под надуманным предлогом (якобы спросить об учебных пособиях), он попытался между прочим договориться о встрече и получил довольно бесцеремонный отказ.
Барзов не поверил своим ушам. Этого не могло быть, потому что... просто не могло быть. Мягкие, конфузливые психастеники просто не в состоянии обидеть кого-то сознательно. Бывает, они отталкивают людей своей холодностью и замкнутостью, но сами ужасно от этого страдают. За прошедшую ночь Архипова должна была десять раз прокрутить в мозгу их разговор, проанализировать каждое слово, оценить замечательные душевные качества Барзова и пригвоздить себя к позорному столбу за черствость и нечуткость. Теперь ей полагалось изнывать от желания загладить свою вину. Она же ясно дала понять, что ничего похожего не испытывает. Это могло означать только одно: Аркадий Николаевич ошибся. Архипова не психастеник.
Он накинулся на досье и начал нервно перебирать бумажки. Глаз привычно выхватывал из текста слова, предложения и абзацы, подтверждающие его первоначальный диагноз. "Нет, так дело не пойдет, - сообразил Аркадий Николаевич. - Чтобы обнаружить ошибку, эту чертову папку нужно изучить от корки до корки, вглядываясь в каждую букву".
Первый звоночек прозвенел, когда Барзов наткнулся на эпитет "отстраненная". Просматривая материал первый раз, он почему-то поставил это определение в один ряд с такими характеристиками, как "замкнутая", "сдержанная", "скованная", "замороженная". А ведь это слово относится совсем к другому ряду. Отстраненность, оторванность от реальности, "нездешность"...
В состоянии легкой паники Барзов схватил фотоснимки. Черт побери, как же он мог так проколоться?.. Очевидно, то, что он принял за тревожность во взгляде, было лишь естественным для многих чувством неловкости перед камерой. На любительских снимках, сделанных неожиданно, когда Вера не подозревала о присутствии фотографа, ее взгляд был не напряженным, а отрешенным, как бы устремленным "вовнутрь" себя.
Аркадий Николаевич бросился к книжным полкам и открыл энциклопедический словарь. Кнут Гамсун... Лауреат Нобелевской премии по литературе. Мастер психологической прозы. Последователь Достоевского... Айрис Мёрдок... Закончила Оксфорд, там же преподавала. Философ, автор ряда работ об экзистенциализме Жана-Поля Сартра. Романы... тонкая психологическая проза... игра с философскими доктринами... Основная тема - экзистенциальная свобода выбора.
- Какой же я болван! - простонал Барзов.
Ну почему он не залез сюда вчера? Почему решил, что "Плоды земли" типичное произведение Гамсуна? Почему не прочел статью о Мёрдок, раз уж не читал ее романов?
Интерес к психологии и философии, отказ от научной карьеры и переход в школу определенно указывают на шизоидный тип характера.
В принципе, ошибиться не так уж сложно. Во многих внешних проявлениях психастеники и шизоиды очень похожи. Для шизоидов тоже характерно лептосомное телосложение; как и психастеники, они нередко неуклюжи в движениях, коммуникативно неловки, порой нелюдимы, замкнуты в себе, неумелы в проявлениях сопереживания. Часто и тех и других ошибочно считают людьми душевно черствыми. Впрочем, некоторые шизоиды, в отличие от психастеников, действительно бессердечны.
Но при внешнем сходстве люди этих двух типов по сути своей принципиально различны, более того - антагонистичны. Психастеники - реалисты и стихийные материалисты, вопрос о первичности бытия или сознания интуитивно решают в пользу бытия. Шизоиды - махровые идеалисты, мир для них бесконечное царство Духа, а сами они - наделенные самосознанием частицы этого Духа. Психастеники живут и мыслят в тесной связи с реальностью. Смысл жизни шизоидов - в поиске высшей гармонии, найти которую можно, лишь оторвашись от реальности. Психастеники подвержены страхам, в первую очередь - страху смерти. Для шизоида смерть - возвращение к Источнику, слияние с океаном Духа, каплей которого они себя ощущают, то есть явление естественное, едва ли не желанное.
В общем, принять шизоида за психастеника - позор для психолога. Тем более для такого искушенного и проницательного, как Змей. Можно, конечно, оправдываться краткостью контакта и тем обстоятельством, что информацию об Архиповой собирали дилетанты, действующие по собственному разумению и не знающие, на что нужно обратить внимание в первую очередь. Но к чему обманывать себя? Данные, необходимые для определения типа личности, в досье имелись, просто он не пожелал их заметить. Ну не любил Аркадий Николаевич работать с шизоидами. Прекрасно зная теоретически, что собой представляет их внутренний мир, он не понимал и не принимал его. Сверхзначимые для шизоидов идеи казались ему эксцентричной чепухой, а сами шизоиды - никчемными фантазерами, склонными к психопатии. Их логика, подчиненная некой высшей Идее, недоступна здравомыслящему человеку.
Кроме того, шизоиды плохо поддаются обработке. Чтобы хоть как-то воздействовать на них, нужно иметь точное представление либо об их философской концепции, либо о том идеальном образе возлюбленного, который они носят в душе едва не с рождения. А учитывая их замкнутость, получить такое представление весьма и весьма непросто. Эта работа отнимает уйму времени и требует недюжинного терпения. Оттого-то, имея возможность выбирать инструмент для решения той или иной задачи, Барзов отдавал предпочтение женщинам других типов.
Но в данном случае выбора ему не оставили. Времени, впрочем, тоже. Придется работать с тем, что есть.
Внимательно перечитав сведения, касающиеся единственной любовной связи Архиповой, Аркадий Николавич понял, что идея добиться влияния на Веру Кирилловну, покорив ее сердце, для него неосуществима. Ее бывший избранник был эксцентричным молодым человеком со своебразным чувством юмора и непредсказуемым поведением. Если именно такая личность отвечает ее представлениям об идеальном возлюбленном, нет ничего странного в том, что других романов у нее не было. Настоящие чудаки, да еще определенного сорта попадаются не так уж часто. Выдавать себя за такого чудака, почти не имея информации - дело безнадежное. Придется ставить на духовное родство. Знать бы еще, чем живет "духовная родственница". "Ничего, - мысленно подбодрил себя Змей, - сыграем, что называется, на слух. Не впервой".
* * *
Он навестил знакомых, сын которых недавно поступил в "Менделавку", и выпросил его тетради по химии за десятый класс. А на следующий день позвонил Архиповой.
- Извините за назойливость, Вера Кирилловна, но у меня к вам еще одна нижайшая просьба. Я вчера разговаривал по телефону с сестрой, и она вдруг забеспокоилась, хватит ли Ване времени на подготовку, если окажется, что школьные требования слишком низки для поступления в университет. Настолько забеспокоилась, что отправила сюда его тетради. Со знакомым, который вылетел в Москву по делам. Вы не откажетесь на них взглянуть? Я подвезу их куда прикажете в любое удобное для вас время.
- Ну хорошо, - согласилась Вера, помедлив с ответом. - Тетради у вас?
- Нет, но я уже еду за ними в Домодедово. Самолет приземлится через сорок минут.
- Тогда давайте встретимся в пять на "Маяковской" в тупиковом конце зала.
При встрече Архипова держалась подчеркнуто сухо, всем своим видом показывая, что не расположена к светской болтовне. Но отступать Барзову было некуда, и он решительно повел свою партию:
- Вера Кирилловна, боюсь, моя вчерашняя попытка назначить вам неделовое свидание произвела на вас неприятное впечатление. Я искренне прошу прощения и обещаю, что впредь не...
- Владимир Алексеевич, давайте оставим эту тему. Я...
- Нет-нет, пожалуйста, позвольте мне объясниться. Мне не хотелось бы, чтобы у вас обо мне сложилось неверное представление. Честное слово, я не ловелас, не искатель приключений. Желание сойтись с вами накоротке возникло у меня еще тогда, когда я любил Ларису. Она часто вспоминала вас, и однажды я вдруг понял, что именно такого человека, как вы, мне всегда недоставало для полнокровного общения. Нет, вы не подумайте, у меня нет недостатка в друзьях и приятелях! Мы довольно часто видимся, болтаем, валяем дурака, обсуждаем дела, жалуемся на жизнь или, наоборот, хвастаемся успехами. Но есть такие вещи, которыми я не могу поделиться ни с кем. Меня просто не поймут - сочтут психом или решат, что я красуюсь. Как можно объяснить людям, все чувства и мысли которых застряли в реалиях этой жизни, что их мир бледное, искаженное отражение настоящей Реальности? Что все, представляющееся им важным и значимым, на самом деле не имеет никакой ценности? Как растолковать, что болезни и смерть, которых все боятся, как черт ладана, - это освобождение от тяжелого и ненужного груза, затрудняющего путь Домой?
Во взгляде Веры, прежде выражавшем лишь досаду и желание поскорее отделаться от докучливого субъекта, появилась заинтересованность. Воодушевленный этой благоприятной переменой, он заговорил проникновенно, с чувством, от души стараясь, чтобы слова его звучали искренне. Он говорил о мистическом ощущении своей принадлежности к другому миру, о тоске, которая временами накатывает на него от сознания своей чужеродности и одиночества, о том, как нужен ему иногда собеседник, которому он мог бы открыться без опаски прослыть безумцем, о своей надежде обрести такого собеседника в лице Веры Кирилловны, о самой Вере, какой он ее себе представляет...
- Вы ошибаетесь, Владимир Алексеевич, - перебила его Архипова. - Я вполне земная женщина без всяких космических примесей. И мечты у меня земные, и в иноплатнетян я не верю. Вы уж простите, что не оправдала ваших ожиданий.
Барзов увидел в ее глазах насмешливые искорки и почувствовал, как его захлестывает волна гнева. Даже не гнева - ярости. Ярость затопила его мозг, скрутила мышцы, ослепила, оглушила, сдавила глотку. На одну бесконечную секунду ему показалось, что он не удержит ее в себе, взорвется, накинется на мерзкую бабу с кулаками и вышибет из нее дух. Слава богу, обошлось. Огромным усилием воли ему удалось взять себя в руки.
- Я посмотрю тетради и позвоню вам. Скорее всего, завтра, на сегодня у меня запланированы другие дела, - невозмутимо продолжала Архипова, не заметив его состояния. - Всего доброго, Владимир Алексеевич. Вот и мой поезд.
Барзов почувствовал настоятельное желание отдышаться и поспешил к эскалатору.
* * *
"Я ошибся. Ошибся, - твердил он про себя как заведенный, бредя по Садовому кольцу. - Это невероятно, но я ошибся уже второй раз. Где? Почему? Не могу понять. Ясно одно: Архипова не шизоид, иначе ее не рассмешил бы тот бред, что я нес. Кто же она, эта чертова кукла? Не циклоид, не ананкаст, не эпилептоид. Астеник? Не похожа. Истероид? Ювенил? Просто смешно. Органик?
1 2 3