А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Беллос не двигался. Он только стоял рядом с витриной и, казалось, совершенно не обращал внимания на то, что его жизнь находится в опасности.
Свейн испытывал странное чувство. С одной стороны, ему было интересно и любопытно, с другой — он понимал, что сейчас произойдет нечто ужасное, и не хотел смотреть. Вряд ли кто-нибудь на Земле захотел бы оказаться на его месте. Конда осторожно приближался к Беллосу. Внезапно великан поднял руку вверх. Паукообразное существо сразу же остановилось.
Свейн ничего не понимал.
— В чем дело? — спросил он Селексина.
И вдруг он заметил еще одну тень — и увидел... Это было не очень большое существо, похожее на собаку. Оно стояло на книжном шкафу позади Конды.
Позади Конды.
Не успел Свейн опомниться, как увидел точно такого зверя, стоявшего чуть поодаль. Зверь, словно кот, незаметно подкрадывался к Конде. Его движения были очень аккуратными. Селексин тоже заметил их.
— О, Боже, — прошептал он, — Это ходая.
Свейн повернулся к карлику и увидел, как тот трясется от страха. Селексин продолжал смотреть вниз, он побледнел. Свейн понял, что их ожидает нечто ужасное. Он заметил еще двух существ, которые стояли на других шкафах. Они перескакивали с одной полки на другую. Голова у зверя была круглая, а пасть непропорционально большая. Ходая щелкали своими острыми зубами и приближались и Конде. Их хвосты свистели в воздухе, когда они прыгали по полкам. Селексин прошептал: «Он не может этого сделать. Он не имеет права... О, господи, ходая».
Четыре маленьких существа-ходая окружили Конду со всех сторон. Насекомообразное существо не двигалось. Казалось, Конда не замечал их. Они были все ближе. Вдруг Беллос опустил свою руку и повернулся, Свейн увидел, как Конда зашевелился, и в ту же секунду сверху на него прыгнули четыре существа.
В атриуме раздались ужасные нечеловеческие крики. Конда яростно бился о витрины и книжные шкафы атриума, чтобы сбросить с себя жутких тварей, неожиданно набросившихся на него. Судяпо всему, он не ожидал, что у Беллоса есть такие помощника.
Свейн посмотрел на Хокинса, Лицо полицейского побледнело, он стоял неподвижно и с ужасом наблюдал за происходящим. Даже Селексин был ошеломлен, хотя он знал все про этих тварей. Свейн прижал к себе Холли и закрыл руками ее лицо.
— Не смотри, дорогая, — сказал он.
Конда продолжал истошно кричать.
Вдруг один из книжных шкафов упал на пол, и перед глазами Свейна предстала ужасная сцена. Четыре зверя, набросившись на обезумевшего Конду, разрывали его на куски. Два зверя схватили его за передние конечности, словно знали, что именно они таят в себе опасность, а два других ходая, стоя на спине Конды, атаковали его голову и лицо, которое было защищено стальным забралом. Им удалось сорвать его с лица, и в следующую секунду вопли насекомообразного существа сменились хрипом. Один из зверей добрался до его горла и вцепился мертвой хваткой.
Конда перестал вырываться, его ноги подкосились, и он рухнул на пол.
Но ходая не остановились. Свейн видел, как они, опьянев от запаха крови, продолжали вгрызаться зубами в неподвижное тело Конды. Один из ходая оторвал зубами большой кусок плоти от тела Конды, и из тела несчастного существа фонтаном брызнула кровь. Ходая торжествовали.
Внезапно Свейн услышал шум: он шел откуда-то слева.
Шаги. Быстрые, едва различимые шаги, где-то между шкафами. Один из зверей тоже услышал шум, который доносился из дальнего угла, рядом с выходом. Он спрыгнул с Конды и помчался туда. Через мгновение Свейн заметил еще одного человечка в белом, пытавшегося убежать. Он почти добрался до выхода. Ходая гнался за ним. Карлик успел прошмыгнуть на лестничную клетку первого этажа библиотеки, но он не закрыл за собой дверь, и один из ходая догнал его там. Раздались ужасные крики: все было кончено. Свейн понял, что человечек погиб.
Это был помощник Конды.
Свейн повернулся к Селексину и посмотрел на него.
— Селексин, — произнес он. — Селексин!
Карлик молчал. Он все смотрел, как звери впиваются зубами в тело Конды.
— Селексин, очнись, — сказал Свейн громче и толкнул своего помощника.
— Ч-что? — ответил ему карлик дрожащим голосом.
— Расскажи мне об этих ходая, — произнес Свейн. — Быстрее, не молчи, скажи мне, кто они такие, Селексин! Почему их так называют?
— Ходая — хищники, они охотятся на животных. Беллос — охотник. Так же как и вы, он использует этих тварей для своей охоты. Все очень просто.
— Эй, — перебил его Свейн, — это я и сам уже понял. Поподробнее — я хочу знать о них все.
— Зачем? Все это уже не имеет значения, — ответил ему Селексин.
— Почему, в чем дело? — спросил его Свейн.
— Мистер Свейн, я хотел бы похвалить вас. Предыдущие участники Состязания не продержались так долго. Ваши действия произвели на меня впечатление. Я даже начал думать о том, что мы можем победить и выжить, но теперь... — Селексин замолчал. — Теперь я вынужден сообщить вам, что у нас нет никаких шансов против Беллоса и его «псов». Нам пришел конец.
— Почему? В чем дело?
— Вы не сможете победить. Состязание окончено. Беллос нарушил правила. Если там узнают об этом — хотя это вряд ли случится: Беллос очень умен и хитер — то его дисквалифицируют, то есть уничтожат. Никто не может одолеть Беллоса, если он охотится вместе с ходая. Этим хищникам нет равных. Они совершенное орудие убийства, безжалостные и беспощадные. Теперь Беллоса не остановить.
Селексин опустил голову и продолжал:
— Помните, я рассказывал вам о Каранадоне? — произнес он, указывая на браслет Свейна.
— Да, — ответил тот. Он совершенно забыл об этом, но решил не признаваться Селексину.
— Лишь одному охотнику за все время проведения Состязаний удалось одолеть Каранадона. Знаете, кто это был? — сказал Свейн.
— Нет. И кто же? — спросил Свейн.
— Беллос со своими тварями, — ответил ему карлик.
— Замечательно, просто отлично, — сказал Свейн с иронией.
Все притихли.
— Но как получилось, что он попал сюда вместе с этими ходая? — спросил его Свейн.
— Если его переместили в лабиринт так же, как и всех остальных участников, почему там у вас не убедились, что он один? Вы же говорили...
— Эй, — прошептал Хокинс и коснулся плеча Свейна. — Он собирается что-то сделать. Беллос нагнулся над телом Конды: он был чем-то занят, но Свейну и остальным не было видно, когда великан поднялся, то в его руках оказалась стальная маска, защищавшая лицо Конды.
Трофей.
Он закрепил маску на поясе и прикрикнул на трех собакообразных тварей, которые все еще разрывали уже мертвое тело Конды. Они тут же спрыгнули с несчастного; в это же время в атриум вернулся четвертый ходая. Его морда была вся в крови, а на зубах висели куски окровавленного тряпья: все, что осталось от помощника Конды.
Беллос подошел к полукруглому столу, который находился в центре помещения. Над столом висела табличка с надписью; «информация».
Свейн услышал за собой учащенное дыхание Хокинса. Беллос наклонился и взял в свои руки что-то белое. Он развернулся и двинулся к Конде. Это был помощник Беллоса, такой маленький, что умещался на ладонях великана. Беллос прокричал что-то, и ходая побежали к информационному столу и спрятались под ним. Он посадил своего неподвижного помощника на плечо и, став рядом с мертвым Кондой, громко сказал: «Начать инициализацию». Как только он это произнес, над головой карлика появился пучок яркого света, который осветил весь атриум. Свейн и остальные отошли от края, чтобы их не заметили. Пучок света горел несколько секунд, а потом внезапно исчез. В атриуме стало темно. Селексин обратился к Свейну:
— Это, господин Свейн, было подтверждение. Беллос подтвердил, что он уничтожил одного из участников.
Свейн обратился к группе, которая стояла вокруг него.
— Я думаю, что пришло время выбираться отсюда.
— Вы правы, — ответил Хокинс и отошел от перил.
Свейну с огромным трудом удалось подхватить Бальтазара.
— Холли, дорогая, — прошептал он. — Иди к лифту, быстрее.
— Хорошо, папа, — ответила девочка.
— Мы вернемся в лифт. Сядем все в него и остановим между этажами, — повернувшись к Хокинсу, сказал Свейн. — Это самое безопасное место в библиотеке. Потом придумаем что-нибудь, з пока нам надо спрятаться.
— Да, отличный план, — поддержал Свейна полицейский.
Свейн начал оттаскивать Бальтазара от перил. Холли и Селексин принялись ему помогать. Они двигались в направлении лифта, в котором не горел свет, как вдруг... случилось ужасное.
Двери лифта начали медленно закрываться.
Свейн взглянул на Хокинса, но тот уже все понял и побежал к дверям в надежде остановить их, прежде чем они закроются. Но было понятно, что он не успеет: они слишком поздно заметили, что двери закрываются. Хокинс все это время думал, что он не только открутил лампочку в кабине, но и выключил лифт, но он ошибался.
— Проклятье! — прокричал он.
Свейн подошел к дверям — и тут он заметил, что над ними мигают лампочки: лифт пошел вниз. Сначала загорелась цифра "l", а потом «-1». Лифт остановился на первом подземном уровне. — Лифт работает, — прошептал Свейн — Но как...
— Господи! — взмолился Хокинс — Эти твари поняли, как он работает. Они научились пользоваться лифтом!
— Эти твари, как вы сказали, обладают интеллектом. Они умны, — спокойно произнес Селексин.
— Но это же животные, как они могли догадаться? — произнес Хокинс.
— Животные? Не-е-т. Инопланетяне, да, — прошептал Селексин. — Кроме того, я не думаю, что требуется много ума, чтобы понять, как действует ваш лифт. Тот факт, что эти твари, как вы изволили выразиться, поняли, как работает лифт, лишь подтверждает мое мнение, что они достаточно умные. Селексин разговаривал с Хокинсом подчеркнуто вежливо и спокойно. Хокинс собирался ответить карлику, но Свейн перебил его.
— Ладно. Сейчас это уже не имеет значения. Мы попытаемся найти другое место, чтобы спрятаться — сказал он.
— Зачем, папочка? Это же глупо, — послышался голос Холли, стоявшей рядом с кнопкой. — Я сейчас вызову для нас лифт, и мы поедем.
Свейн с ужасом посмотрел на свою дочь и заорал:
— Холли, нет, не делай этого! — Он бросился к ней, чтобы остановить, но было слишком поздно: Холли нажала на кнопку.
Свейн закрыл глаза и опустил голову. Загоревшаяся лампочка немного осветила невинное лицо Холли. Девочка вызвала лифт. Свейн не мог в это поверить. Теперь, кто бы ни был на подземной стоянке, кто бы ни вызвал лифт, ему не надо было гадать, где находятся беглецы. Более того, ему не надо было ничего делать: лифт автоматически остановится на первом этаже, где находились Свейн и остальные.
— Что я сделала не так, папа? — спросила Холли. — Разве я поступила неправильно?
— Нет, дорогая, ты все сделала правильно, не волнуйся, — ответил ей Свейн. Он передал Бальтазара Хокинсу и стараясь не поднимать шума, подошел к балкону, чтобы посмотреть вниз.
Беллос все еще стоял у справочного столика, рядом с ним на столе расположился его помощник: кажется, они так и не поняли, что на верхнем этаже кто-то еще.
«Слава Богу, хоть Беллос не заметил нас», — подумал Свейн и,опустив голову, вернулся к лифту. Но все равно им надо было что-то делать. Кто бы ни был в кабине лифта, он скоро будет на первом этаже, и меньше всего Свейн хотел бы с ним встретиться. Он встал рядом с дверями. Холли смотрела прямо на него. Селексин и помощник Бальтазара оба стояли с раскрытыми ртами.
Хокинс, поддерживая раненого Бальтазара, также стоял рядом с карликами. Вдруг Бальтазар пошевелился и привлек к себе внимание Свейна. Он догадался, что бородатый громила хочет что-то сделать. Левой рукой тот держался за Хокинса, но тут его правая рука потянулась за ножом, и в следующую секунду в руке Бальтазара сверкнуло острое лезвие. Он готов был метнуть нож...
Свейн не знал, что делать. Он ничего не понимал. Бальтазар собирался бросить в него один из своих ножей, а все стояли неподвижно и ничего не предпринимали. Нож просвистел в воздухе. Свейн закрыл от страха глаза и ждал, когда оружие вонзится в его грудь и все будет кончено. Нож пролетел рядом с ним...
Он услышал глухой стук позади себя и... жуткий вопль...
Свейн повернулся, чтобы понять что происходит. Он ужаснулся, когда увидел, как нож, брошенный Бальтазаром, вонзился в переднюю лапу одного из ходая. Эта тварь пыталась зацепиться за балкон и подняться на первый этаж, но Бальтазар пригвоздил ее к балкону. Сила броска была такова, что нож прошел сквозь переднюю лапу существа, похожего на собаку, и даже пробил железную стойку балкона и застрял там. Свейн понял, что он был на волосок от гибели. Ходая был за его спиной, он не видел зверя, но Бальтазар спас ему жизнь.
Ходая не мог пошевелиться: нож прочно засел в его лапе. Любое движение причиняло ему боль: он издавал жуткие вопли. Только сейчас Свейн мог разглядеть его с близкого расстояния. Четыре мощные лапы, длинные когти на них, длинный хвост и странная голова. Он была огромная и круглой формы. Челюсти у зверя были очень большими, и когда ходая раскрывал свою пасть, Свейн видел бесчисленное количество зубов внутри нее. Казалось, голова зверя предназначена единственно для того, чтобы на ней удерживать мощные челюсти.
Свейн на мгновение посмотрел вниз, и его взгляд пересекся со взглядом Беллоса. Тот все еще стоял у информационного столика и пристально глядел наверх. Беллос улыбнулся. "Все это время он знал, что мы находимся на первом этаже, — подумал Свейн, — он знал".
Свейн отвел взгляд и повернулся к Селексину и остальным.
Ходая все это время висел на балконе, и, казалось, единственное, что его удерживает, это нож. В Этот момент он опять услышал свист, и второй нож, чуть побольше, брошенный Бальтазаром, отрезал существу лапу чуть повыше пальцев. Издав вопль, ходая полетел вниз. Свейн убедился, что он висел на своей лапе, но меткий бросок Бальтазара сделал свое дело. Лапа так и осталась висеть на балконе.
— Сюда, сюда, быстрее! — услышал Свейн крики Хокинса.
Он повернулся к ним и увидел, как вся группа бежит в сторону комнаты, где сотрудники библиотеки делали фотографии и ксерокопии для посетителей. Свейн побежал в их сторону, то и дело оглядываясь: ему казалось, что три оставшиеся ходая бросятся вслед за ними.
Свейн последним вошел в фотолабораторию и закрыл за собой дверь. Хокинс, тащивший на себе Бальтазара, спешил к другой двери, которая была к конце комнаты. Две соседние комнаты были разделены бетонной стеной. Подойдя к двери, Свейн увидел табличку с надписью:
Нью-йоркская государственная библиотека.
Интернет-классы. Закрыто на ремонт.
Приносим свои извинения за временные неудобства.
Пройдя через фотолабораторию, Свейн скрылся в соседней комнате и закрыл за собой дверь.
— Я не думаю, что это была хорошая идея, — сказал он.
Внезапно Свейн услышал грохот: он повернулся и через маленькое окошко в двери увидел, как ходая ломились в дверь фотолаборатории. Он повернулся лицом к остальным.
— Мне очень жаль, — сказал Хокинс, опуская раненого Бальтазара на землю. Громила, только что спасший их от смерти, выглядел неважно. Кажется, он умирал.
Судя по всему, руководство лишь недавно приняло решение провести Интернет и оборудовать классы в библиотеке. Комната, в которой находились беглецы, была больше фотолаборатории. Но в ней было пусто. С непокрашенного потолка свисали провода. В стену были вделаны розетки. Никаких компьютеров, никаких модемов.
Даже выключатель у двери был совсем старый. Освещение из-за грязных лампочек казалось тусклым. В комнате было два окна, но никаких других дверей. Это было угловое помещение. Лишь один выход через дверь, в которую скоро будут ломиться инопланетные хищники, жаждущие растерзать их. Компания оказалась в западне. «Отлично, просто замечательно», — подумал Свейн.
Шум снаружи усиливался. Ходая продолжали ломиться в дверь. Свейн через маленькое окошко в двери видел, как звери пытаются высадить дверь в фотолабораторию. Было ясно, что деревянная дверь долго не протянет.
Хокинс и Холли стояли у окна и смотрели на улицу. Больше всего в этот момент они хотели бы выбраться отсюда. Свейн, стоя у дверей, закричал:
— Не подходите к окну слишком близко, не прикасайтесь к нему! Он подошел и ним и указал на крошечные искорки, которые вспыхивали по периметру оконной рамы. Он помнил об электрическом поле, о котором ему рассказывал Селексин.
— Прошу прощения, — произнес в этот момент карлик, — но у нас сейчас есть более серьезные проблемы, чем окно. Ходая продолжали биться о дверь фотолаборатории.
— Да, вы правы, — сказал Свейн и повернулся к Селексину. Потом он стал осматривать комнату в надежде найти что-нибудь, чем можно было бы подпереть дверь или использовать для защиты от этих тварей. Но в помещении ничего не было. Ни палок, ни столов, ничего. Абсолютно голая комната. В этот момент все услышали треск дерева: внешняя дверь поддалась.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32