А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

.. Но сейчас не о том нужно думать.
Охранники на воротах даже не стали спрашивать, кто он такой. С почтением расступились. Более того, подали ему небольшой электрокар белоснежного цвета, на котором он подъехал к самому дому.
Олимпия же подъехала к дому на белом в яблоках рысаке. Горделивый поворот головы, снисходительная улыбка на сведенных в узкую линию губах, грациозная осанка. В седле она держалась непринужденно-уверенно... Да, она вроде бы и раньше разбиралась в лошадях. Но больше теоретически. Зато сейчас она была подкована в этих вопросах и практически. И не только она... Рядом с ней на вороном жеребце важно восседал мужчина лет сорока пяти. Также в костюме для верховой езды. Вальяжный, уверенный в своей непревзойденности... Масть у жеребца под ним была вороная, но у него самого такой вид, как будто он был принцем, который подъехал к дому на белом коне.
Им помогли сойти на землю. Олимпия со снисходительным видом осмотрелась по сторонам и среди прочих заметила Вадима. Взгляд ее холодно блеснул, губы же изогнулись в змеиной улыбке. Под ручку со своим кавалером она скрылась в дверях дома, в котором они оба чувствовали себя полноправными хозяевами.
Завещание планировалось зачитать в большом зале, где и собрались все, кто был допущен к этой церемонии. Ждать пришлось только Олимпию и ее спутника. А им, как выяснил Вадим, был тот самый Красневич, на которого грешил ныне покойный Лукьянов. Господин и госпожа переодевались. И плевать им, что их ждут...
В конце концов они явили себя народу. Олимпия нехотя махнула рукой, приглашая душеприказчика начинать. Судя по выражению ее лица, она прекрасно знала суть завещания. Она держалась на людях с такой уверенностью, как будто завещание было составлено исключительно в ее пользу... Что ж, может, так оно и было. Но какое отношение к завещанию имел Красневич? Он тоже вел себя так, как будто и ему обломился солидный куш от наследства...
Господин Крикунов дождался, когда людской гомон стихнет, и зачитал завещание. Читал он медленно, с расстановкой. И достаточно долго... В первую очередь он сообщил, что причиталось близким и дальним родственникам. Алтынов никого не обошел вниманием, но в общей сложности раздал им не больше четверти своего состояния. Затем был упомянут Вадим. Из недвижимости он не получал ничего. За исключением квартиры, которая и без того принадлежала ему. И деньгами Алтынов его обделил. Но ему отходили сорок процентов акций концерна «Сталь-Вест» и других предприятий, которыми владел Иван Александрович при жизни. А это был не просто солидный, это поистине гигантский куш. Вадим тут же стал центром всеобщего внимания. Кто-то смотрел на него с угодливым восхищением, но большинство с завистью. Так смотрят на счастливчиков, которые из грязи выскочили в князи...
Последней была очередь Олимпии. И она отхватила царский куш. Те же сорок процентов акций плюс около четырехсот миллионов долларов с банковских счетов покойного мужа. Также госпоже Алтыновой отходило и загородное имение, в котором она и без того чувствовала себя полнокровной хозяйкой.
Господину Красневичу не досталось ничего. Но он ликовал так, как будто все наследство Алтынова перешло в его руки.
На этом, казалось бы, процедура оглашения завещания должна была закончиться. Но Крикунов поднял руку, требуя тишины. И когда она наступила, продолжил:
– Есть еще один нюанс, о котором я мог бы и не упоминать. Но поскольку госпожа Алтынова на момент оглашения завещания вышла замуж за господина Красневича...
В зале возникла такая тишина, что если бы Вадим закрыл глаза, он бы мог почувствовать себя в полном одиночестве. Но шокирующая тишина длилась недолго. Зал загалдел. Сообщение господина Крикунова стало для всех новостью, вернее, сенсацией.
– А при чем здесь это? – выкрикнула выбитая из седла Олимпия. – Да, есть морально-этические соображения, есть траур. Но жизнь есть жизнь... Да, я вышла замуж за господина Красневича, но это мое личное дело. Тем более что мы не афишировали это событие в нашей жизни...
– Но факт есть факт... – неумолимо смотрел на Олимпию душеприказчик. – И возможность этого факта оговорена в завещании... Если на момент оглашения завещания супруга гражданина Алтынова будет состоять в законном браке с другим гражданином, то ее наследственная доля переходит в полноправное пользование гражданину Зуеву...
И снова Вадим стал центром внимания. Восхищение с одной стороны и зависть с другой усилились на порядок. Фактически концерн «Сталь-Вест» переходил в его собственность. Как минимум, он становился обладателем контрольного пакета акций. А по сути, этот процент был гораздо выше...
– Но вы мне об этом не говорили! – истерично взвизгнула Олимпия.
– Я не обязан был говорить вам все, – насмешливо посмотрел на нее Крикунов. – Тем более что я и без того сказал вам слишком много...
– Но это обман!
Это был не обман. Это было разбитое корыто, у которого оказалась Олимпия из-за своей жадности.
– Почему ты мне об этом не сказал? – Ее гнев переметнулся на Вадима.
– Я ничего не знал, – обескураженно развел он руками.
– Вам совершенно необязательно оправдываться...
Вадиму вдруг показалось, что он сошел с ума, когда увидел подходящего к нему Лукьянова. Ведь он же умер... Но зам Алтынова по безопасности казался сейчас самым живым из всех, кто присутствовал в зале.
Он был не один. При нем находились крепкие парни, которые тут же взяли Вадима в плотное кольцо оцепления. Это была охрана, которой его окружил восставший из мертвых Лукьянов. Теперь к нему никто не мог пробиться. А судя по злобному взгляду господина Красневича, Вадима могли смешать с землей прямо сейчас.
– Нам пора! – Лукьянов показал на выход.
Вадим полностью доверился ему и последовал за ним в указанном направлении.
– Вадим, не уходи! – истерично крикнула Олимпия. – Ты же знаешь, как я тебя люблю!..
Это был крик души. Корыстной и беспринципной души... Вадим не стал обращать на него внимания.
У самого входа в особняк стояла колонна из трех черных джипов. Вадима усадили в головной, но к моменту, когда колонна приблизилась к воротам, эта машина находилась второй по счету. Прикрытие спереди и сзади...
– Иван Александрович думал, что Олимпия выйдет замуж за вас, – сказал ему сидевший рядом Лукьянов. – С одной стороны, он этого не хотел, потому что любил ее. А с другой – он был не против, чтобы Олимпиада досталась вам. И она чтобы досталась, и ее часть наследства... Но вышло иначе. Олимпиада вышла замуж за Красневича. Грубый деловой расчет, который вышел ей боком...
– Это ее проблемы, – Вадиму ничуть не было жаль эту расчетливую дуру.
– Совершенно верно, – кивнул Лукьянов.
– Как же так, я думал, что вас нет в живых...
– Мы всего лишь имитировали мою смерть. Так нам легче было работать... Сейчас все под нашим полным контролем. Ничто не мешает вам вступить в управление концерном «Сталь-Вест»...
– А Красневич?
– Его вы можете убрать одним лишь росчерком пера... Не сейчас, чуть позже. Но это обязательно случится. Все козыри в наших руках. При всем старании Красневич нас не переиграет. А стараться он будет... Знаете, что бывает с мухой, когда она попадает в паутину. Чем больше она дергается, тем сильнее запутывается. То же будет и с Красневичем. Поверьте, все под нашим контролем. Так что в ближайшем будущем вы займете место своего отца...
– Но... Но я недостоин этого... И вообще я не хочу...
– Это эмоции... Тем более что с принятием решения вас никто не торопит... Успокоитесь, подумаете на досуге, и, я уверен, вы примете правильное для нас всех решение...
– Может быть... Но сейчас мне нужно к Анжеле...
– Именно к ней мы вас и везем... – понимающе улыбнулся Лукьянов. – Я уверен, что все у вас будет хорошо...
Вадим тоже был в этом уверен. Потому что он ехал к Анжеле. Потому что он хотел быть с ней. И они всегда будут вместе...
Анжела волновала его больше, чем свалившееся на голову богатство. Но так было сейчас... Лукьянов прав. Он успокоится, он подумает на досуге и примет решение, которого ждал от него покойный отец...



1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35