А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Ну... дай подумать... я бы мог... у-у-уф! Х-хан, вели своему льву прекратить обнюхивать мою ногу, я от этого н-нервничаю!
Единственное, что Кай, по его словам, мог сделать заключалось в создании некоего подобия щита, отражающего все заклинания, кроме самых сильных. Для этого нужны были ветки и рыбья кожа. Для веток годились любые кусты, загвоздка заключалась только в рыбе.
— Призови ее сюда, — выдвинул идею Хобарт.
— Воды нет, — ответил Кай, разводя руками.
— О господи, так наколдуй дождь! — рявкнул инженер. Знание самой настоящей магии, как оказалось, вовсе не сделало из дикаря... гения. С помощью Феакса они вырыли небольшое углубление двух футов в диаметре, и с началом заклинания Кая «Марекула эроманга» оно постепенно начало заполняться водой. После воды лекарь наколдовал и рыбу. На этом мыслительные способности дикаря опять дали сбой; и Хобарту пришлось доказывать нервничающему лекарю, что для завершения процедуры достаточно использовать разделочный нож из все равно какой кости.
Щит вполне обычного вида и размера больше всего походил на самодельного воздушного змея, у которого бумагу заменили на рыбью кожу.
— Держи его перед собой как настоящий щит. Осторожно, он очень хрупкий, — объяснил Кай.
Хобарт спросил, какие еще заклинания известны Каю. Тот с серьезным видом пересчитал их на пальцах; многообещающе звучал только вызов роя шершней.
— Ладно, пошли, — вздохнул Хобарт.
— Что? Нет, только не я! Мне не выстоять против великого Законса. Я и в школу волшебства никогда не ходил. Просто бедный рыбоед...
— Я сказал, пошли! — разозлился Хобарт. — Если не хочешь навлечь на своих людей серьезные напасти!
Они плелись между низкими холмами, пока Феакс неожиданно не застыл с одной поднятой лапой, прижатыми к голове ушами и тихим рыком. Приглядевшись, Хобарт различил на самом дальнем холме на границе поля зрения небольшой выступ. Инженер поджег запал мушкета и рассказал свой план.
— Я попробую подкрасться поближе и выстрелить. Если не попаду, так хоть напугаю. Буду держать впереди себя щит и подбираться к Законсу с мечом в руке, вы оба держитесь сзади, тогда щит прикроет и вас.
— А вдруг он улетит? — предположил Феакс.
— Вполне вероятно. — Хобарт поскреб подбородок. — Что за крылья вырастают из его одежды?
— Думаю, как у стервятника, — ответил лев.
— Прекрасно! Кай, если он взлетит, обрушь на него дождь, посильнее! Намокшие перья заставят его приземлиться.
Когда между ними и убежищем Законса остался только один холм, спасатели медленно заползли на его вершину и принялись всматриваться через заросли. Хобарт услышал, как у Феакса прервалось дыхание — на вершине башни виднелись очертания человеческой фигуры в легком одеянии. Это Аргуменда!
— Где же Законс? — зашептал он.
— Я чувствую его присутствие, — пробурчал лев. — Ага, вон там, у подножия башни!
Башня представляла собой полуразрушенное строение, простой цилиндр с единственным отверстием — дверью. Вход частично блокировали головы и шеи двух громадных змей, лежащих одна поверх другой. Их единое тело окружало основание башни.
— Амфисбена, — пробубнил лев.
— Что это?
— Змея с двумя головами — по одной на каждом конце. Аксиус говорил, что Законс может превращаться в такую, но я сам никогда не видел.
— Все готовы? — тихо спросил Хобарт. Он выставил вперед щит и просунул мушкет сквозь кусты. Змеиная голова является вполне подходящей целью, только вот какая лучше? Разум Законса сосредоточен в одной из них или в обеих? И если верно первое, то как различить?
А черт с ним, решил Хобарт, сердце громко колотилось. Он резко выдохнул и выстрелил. Бу-у-ум! Приклад ударил в плечо, наученный горьким опытом, Хобарт быстро отвернулся, чтобы дым не попал в глаза. Он успел заметить фонтанчик пыли в двадцати футах от голов рептилий и чуть правее. Вот незадача, ему бы следовало помнить, что затвор этой рухляди вовсе не сравним с автоматикой винчестера.
— Дождь! — рявкнул он через плечо Каю. Кай нехотя начал. Змеиные головы приподнялись от выстрела. Одна из них медленно поворачивалась, как сканирующая камера слежения, другая — бесцельно вертелась во все стороны. Затем «медлительная» голова скрылась в дверном проеме, за ней потянулось все тело чудовища. Вторая голова ненадолго исчезла за башней, затем появилась с другой стороны, символизируя собой зад.
Дождевая туча клубилась и потихоньку выпускала свое содержимое. Когда, несколькими секундами позже, Законс в своей обычной черной накидке и конической шляпе появился на верхушке башни, над ней разразился миниатюрный ливень. Две маленьких фигурки никак не могли сблизиться, темная гонялась за светлой.
Хобарт сунул горячий ствол мушкета в руки Кая.
— Используй в качестве дубинки! — велел он. — Пошли!
Они выскочили из кустов и помчались вниз по склону холма, на котором до этого сидели. Хобарт обнажил меч и старался держать «рыбного змея» прямо перед собой.
— Смотри! — прорычал Феакс с мукой в голосе.
Законс поймал принцессу. Колдун взлетел с башни на блестящих черных крыльях, держа по-прежнему сопротивляющуюся девушку над головой. Слово «взлетел» не совсем точно отражало ход событий, поскольку, несмотря на отчаянные взмахи, пара опускалась все ниже и ниже, с трудом преодолела промежуток между холмом с башней и соседним холмом и приземлилась на его каменистой вершине. Хобарт моментально свернул в их направлении. Законс одной рукой удерживал под мышкой Аргуменду, не оставляющую в покое его бороду, а второй пытался нащупать в недрах одежды волшебную палочку.
— Феакс! Вернись! — закричал инженер.
Но лев выпрыгнул из-за щита и помчался прямиком к колдуну оглушительно рыча. Хобарт успел только заметить движение лица Законса и услышать обрывок заклинания. Феакс в середине прыжка скукожился до размеров котенка, ударился о землю и остался лежать.
Хобарт продолжал бежать. Он слышал шаги Кая позади себя, они постепенно удалялись, низкорослый дикарь либо не мог, либо не хотел двигаться быстрее. Законс теперь сконцентрировался на Хобарте.
Завейтесь ветры сильны
Камыль, песенья, фырр!
Сотрите злоунынника
В грязевой кефир!
СРЧВЗАШЕТАКРАСТАУИИ!
Ничего не произошло, только левую руку инженера, державшую щит, кольнуло, как при ударе слабым разрядом тока. Законс начал снова:
Во имя хозязумаза
Явитесь счас передо...
На середине прервался, увидев, что Хобарт доберется до него раньше окончания заклинания. Выпустив принцессу, он немедленно с блеском превратился из почтенного старца обратно в амфисбену. Хобарт услышал вопль ужаса Кая где-то сзади, когда чудовище ринулось по направлению к ним с неудержимостью потока горячей лавы. «Передняя» голова несомненно была ведущей, ее взгляд горел злобой разумного существа и даже немножко напоминал Законса. Вторая голова, бессильно болтающаяся сзади, была просто головой большой змеи.
Хобарт инстинктивно закрылся щитом во время удара мечом по разъяренной морде. Меч, звякнув, отскочил, и челюсти змеи вонзились в щит. Хобарт вовремя успел отдернуть руку. Голова вмиг сгрызла щит и проглотила остатки, затем снова рванулась к Хобарту. Инженер отпрыгнул, взмахнул мечом, промахнулся и быстро огляделся вокруг. На расстоянии тридцати футов от схватки трясся от страха Кай. «Сделай что-нибудь!» — крикнул Хобарт, уклоняясь от очередного броска. Он осознал, что не годится на роль Рикки-Тикки-Тави, когда меч в очередной раз опустился на голову амфисбены, не причинив ей никакого вреда. Надо попробовать в глаз...
— Осторожно! — завопил Кай. — Он превратится обратно в колдуна, а у тебя нет щита!
«Я готов молиться каким угодно богам, лишь бы он вернул себе человеческий облик», — подумал Хобарт. И хотя Законс определенно не мог в своем нынешнем облике декламировать заклятья и размахивать палочкой, инженер был уверен, что как только тот решит стать человеком, он, Хобарт, порубит его на кусочки, не успеет колдун и рта раскрыть.
Между тем в бой вступил игрушечного размера Феакс. Зверь храбро прыгнул на середину спины чудовища и принялся драть ее крошечными коготками и зубками. Набравшись храбрости, поближе подошел Кай и треснул змею по спине прикладом мушкета, но только один раз, поскольку к нему немедленно направилась вторая голова амфисбены с распахнутой пастью. Лекарь тут же постарался самоустраниться из поля зрения рептилии.
— Я скажу заклинание! — сообщил он.
Хобарт слушал заклинание и одновременно размахивал мечом, зажатым в слабеющих потных ладонях. Воздух вокруг него наполнился злым жужжанием и сотнями желто-черных полосатых насекомых: шершни!
За мгновение они покрыли змею целиком. Но долго на ней не задержались, обнаружив, что протыкать жесткую шкуру бесполезно. Они поднялись, объединились в грозную тучу и... Хобарт пронзительно вскрикнул, когда не меньше дюжины жгучих жал пронзили его кожу. Он отбежал назад, подальше от чудовища, пытаясь стряхнуть или прихлопнуть новых мучителей. Проблемы того парня, Зигфрида, просто пустяк по сравнению со всем этим. Сзади послышался крик настоящей агонии: все шершни как один направились к наиболее привлекательной мишени на маратайской земле — ничем не защищенной коже Кая. Дикарь бросил мушкет и помчался с такой скоростью, с какой, по мнению Хобарта, человек бежать не может. Он снова переключил все внимание на амфисбену.
Хобарт расставил ноги пошире и ждал. Только бы добраться до глаза... Монстр тоже замер на несколько секунд, собираясь с вялым змеиным дыханием. Доминирующая голова приподнялась и грозно раскачивалась. Хобарт содрогнулся при виде ядовитых зубов, хищно сверкавших в полуоткрытой пасти. Боковым зрением он углядел движение второй половины туловища, и вот уже вторая голова готова к атаке. Как две боксерские перчатки... Главная голова метнулась вперед, остановилась, когда Хобарт взмахнул мечом — кланк! Перёд глазами Хобарта мелькнули нежные руки Аргуменды, и приклад мушкета опустился прямиком между глаз Законса.
— Обернись! — вскрикнула принцесса.
Хобарт посмотрел в противоположную сторону, как раз когда вторая голова начала движение. Он упал на бок, перекатился и вскочил на ноги, пока змея пронзала пространство, где он только что стоял. По инерции задняя голова пролетела вперед и разинутой пастью врезалась в неподвижную переднюю!
Прилегающая к главной голове часть туловища протестующе забилась, но вот уже вся передняя голова исчезла целиком в пасти задней. Начавшись, процесс никак не мог остановиться. Нижняя челюсть задней головы двигалась рывками: сначала вперед перемещалась правая часть, потом левая. Потрясенный Хобарт наблюдал, как постепенно огромная петля змеи сокращалась и утолщалась сначала до размеров шины, затем пышки. Казалось, змея уже не может дальше заглатывать себя, но тут пышка схлопнулась в комковатую массу размером с теннисный мячик, стремительно съежилась — и исчезла.
Тонкая влажная ткань липла к телу Аргуменды, к ее груди прижимался маленький Феакс. Хобарт непонимающе взглянул на принцессу.
— Куда он делся? — в конце концов выдал инженер.
— Заглотил себя, — ответила девушка.
— Как?
— Когда я ударила мыслящую голову, она на мгновение отключилась и перестала контролировать другую. А та, вторая, обыкновенная голова змеи не смогла противиться собственным инстинктам — раз что-то попало в пасть, надо глотать.
— Я все это видел, но куда оно ушло!
— По-твоему, какой длины была амфисбена? — спокойно спросила Аргуменда.
— Около пятидесяти футов.
— И как быстро глотала голова?
Хобарт задумался.
— Примерно пять футов в минуту.
— Хорошо, теперь подумай, что должно было случиться по прошествии десяти минут?
Он взял ее за руку и галантно помог пройти остаток склона холма.
— Юная леди, — сообщил он под конец, — можешь возблагодарить ваш Разум за то, что Андросфинкс не задал подобного вопроса!
14
Они долго искали и звали Кая, но его нигде не было видно.
— Видимо, вспомнил, что можно исчезнуть, — периодически почесываясь, заключил Хобарт. — Эти дьявольские укусы... Шершни добрались до тебя?
— Нет, меня они не тронули. Могу ли я помочь тебе, дорогой принц? — спросила Аргуменда.
— Спасибо, я потерплю до возвращения в лагерь.
— Лагерь? Ты говоришь об одном из городов маратаев?
— Ох-хо-хо, — Хобарту пришлось кратко описать принцессе минувшие события. — Сейчас мы направляемся туда, но я обещаю отправить тебя к отцу как можно быстрее, — закончил он.
Принцесса грустно вздохнула.
— Ты спас мне жизнь во второй раз, Роллин. Нет ничего, в чем бы я отказала тебе. А... ты не передумал?
— Нет. Извини, — пробормотал Хобарт, неожиданно сильно заинтересовавшись состоянием мушкета.
Однако продолжать обсуждение их отношений она не стала. Аргуменда, Мисс Любезность, ни разу не дала ему повода рассердиться. От этого ему было еще труднее общаться с ней.
Она отпустила Феакса, и микролев грустно рысил между ними, неверно оценивая расстояния и врезаясь во встречные предметы. Естественно, он протестовал... пронзительным писком.
— Я ужасно расстроен! Меня унизили! Принц, ты можешь вернуть мой обычный размер?
— Нет, старина, не мой случай.
— Тебе не следовало убивать Законса! Он мог восстановить меня!
— Я не убивал, честное слово. Это было самоубийство. Кстати, — теперь Хобарт обращался уже к Аргуменде. — Помни, пожалуйста, в данном конкретном случае я не совершил ничего такого великого, что ты и другие люди твоего дурацкого мира так любите мне приписывать. Обыкновенное везение плюс недостойные и эгоистичные устремления спасти собственную шею.
— Крестная, должно быть, одарила тебя помимо героизма еще и честностью, — улыбнулась Аргуменда.
— Да не герой я! — в отчаянии вскричал Хобарт. — Я обычный практикующий инженер, к тому же не слишком успешный! И еще эгоцентричный и не прислушиваюсь к мнению других; друзья считают меня унылым педантом...
— Герой-ученый! — восторженно воскликнула принцесса. — Я и не предполагала, что такая комбинация возможна! Если бы ты только позволил служить тебе, смиренно...
— Пожалуйста, не возвращайся к этой теме!
— Хорошо, мой принц, — влага блеснула в глазах принцессы, но она постаралась скрыть ее грустной улыбкой. — Провести несколько часов рядом с тобой и так счастье для меня.
Хобарт заскрежетал зубами и сжал кулаки, разрываясь между желаниями заорать: «Замолчи!», убежать от этой влюбленной идиотки, или молить ее о прощении. В конце концов он просто ускорил шаг: мушкет на плече и негодование в каждой черточке лица. Такой темп ничуть не затруднил Аргуменду и ее длинные стройные ножки, и они добрались до эскорта гораздо быстрее, чем Хобарт и Кай искали логово колдуна.
С вершины одного из холмов раздалось: «Привет!», и кто-то направился к ним навстречу. Это был Хорват.
— Я не ожидал увидеть вас так скоро да и вообще когда-нибудь увидеть, если уж на то пошло! О, с вами леди? — Варвар снял шапку и поклонился Аргуменде. — Я потрясен ее красотой!
Хорват немного потряс головой, чтобы показать, что он действительно «потрясен».
— Она будет великолепной ханшей! — прошептал он на ухо Хобарту.
— Без сомнения, — сухо ответил Хобарт. — Но мы торопимся, собирай ребят.
Хорват двинулся обратно, но неожиданно заметил Феакса, пытающегося спрятаться за кустом. Маратай в недоумении остановился, а затем принялся хохотать.
— Ха-ха-ха-ха-ха, великий зверь дал усадку! Вы что, вымыли его в слишком горячей воде, или как?
Пошатываясь от смеха и держась за живот, Хорват все-таки отбыл выполнять приказ инженера.
— Вот вырасту обратно, доберусь до этого мерзавца, — мяукнул Феакс.
Первой на лошадь села Аргуменда, затем Хобарт взобрался на свою кобылку и окликнул льва: «Сможешь путешествовать верхом, не поцарапав меня или лошадь? Хорошо, прыгай!»
— Это правда, что ты не собираешься жениться на принцессе? — глядя маленькими желтыми глазами на Хобарта, спросил Феакс, как только очутился в седле.
— Да, — и Хобарт автоматически привычными от частого употребления словами изложил все свои мысли касательно привычек чужого мира и своего к ним отношения.
— Когда вырасту обратно, не позволю тебе так подло поступить с моей принцессой! — с негодованием прошипел лев.
— Я знаю, — сказал Хобарт, посмеиваясь. — Но, послушай, старина, ты ведь не станешь принуждать Аргуменду к вступлению в брак без любви, не так ли?
— Почему без любви. Она любит тебя.
— Хорошо, назовем его несчастливым.
— Раз она любит тебя, значит, будет счастлива только с тобой. Ты обязан сделать все для ее счастья, как я делал для своей львицы... в прошлом, — скорбно закончил он, придирчиво оглядывая свои незначительные размеры.
— Черт, как насчет неадекватного брака?
— Неаквадетный... не-адек... ох, чайный куст! Это слишком умно для меня. Куда же ты отправишься после того, как покинешь мою принцессу?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18