А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– А и вам в море никогда не выйти, – упрямо огрызнулся Питер, взбешенный непоколебимой уверенностью Лессета и переживая за Терезу.
– Выйдем, – заверил Питера американец. – Сейчас, конечно, нам придется трудно. Но мы не застигнуты врасплох, потому что предусмотрели и такую возможность. В нашем бизнесе привыкаешь к тому, что обязательно приходит пора, когда случайность разрушает самые лучшие планы. Но на материке искать нас бесполезно – там нас и след простыл. Вот так-то. Я читаю ваши мысли, как раскрытую книгу. Вы сами собирались сдать меня за хорошие деньги. Но не повезло: Анита обнаружила тайник с драгоценностями.
– Она стащила все, – заявил Питер.
– Правда? Мы и это проверим, – заверил американец.
Питер в упор смотрел на Лессета, проклиная свой длинный язык.
Лессет что-то бросил Васко по португальски. Рыбак размахнулся и огрел англичанина по лицу огромной мозолистой ладонью. Питер отлетел назад, на кушетку, в голове его звенело. Потом он услышал полный искреннего сожаления голос Лессета:
– Лучше скажите, где тайник. Это ваш единственный шанс. А то у Мануэля руки чешутся, а его техника несколько отличается от приемов Васко.
Услышав свое имя, Мануэль оскалился, обнажив неровный ряд грязных, кривых, похожих на клыки зубов.
Питер пытался поскорее прийти в себя. От удар Васко болела челюсть. Лэндерсу страстно хотелось вскочить и броситься в бой, но он сидел тихо, соображая, что ввязаться в драку одному против троих – чистейшей воды безрассудство. Они сшибут его с ног и станут топтать до тех пор, пока он не сочтет за счастье рассказать про тайник и драгоценности. Времени им хватит, а щадить его Лессет явно не собирался.
После удара комната все ещё плыла в тумане.
Лессет попыхивал трубкой, потирая подбородка. Мануэль по-прежнему ухмылялся. Его мощные короткие руки с обломанными грязными ногтями застыли на коленях. Длинное смуглое лицо высокого и тощего Васко ожесточилось и закаменело. Голая лампочка освещала только центр комнаты, вокруг стояла тень, казалось, стены надвигаются на Лэндерса, чтобы раздавить его.
Лессет невозмутимо обошел вокруг стола и наклонился над одним из аквариумов, наблюдая за косяком морских коньков, игравших возле воздушного распылителя. По дну неторопливо полз краб, мешая креветкам заниматься их привычной уборкой территории. Свет лампы выхватывал из темноты лицо человека, располагавшего к себе, умеющего понять ближнего и откровенного с ним. Таким охотно доверяют; вот и руководство пищевой компании из Цинциннати всецело доверяло своему ученому. Теперь им предстояло рвать на себе волосы, узнав о нем правду.
В Питере закипал гнев. Появившись на острове, Лессет принялся развращать островитян, и вот результат: безоговорочно признав его власть, братья Пастори раболепно ждали указаний. Они уважали и восхищались его знаниями и поражались безжалостности, с которой Лессет шел к цели. Ни с чем подобным они раньше не сталкивались.
И эта безраздельная власть его над рыбаками вызывала у Питера возмущение. Пусть это станет его последним поступком, но он не может не попытаться уничтожить дьявола. Он огляделся, и готовя тело к броску в атаку, которая должна была надолго сбить с американца спесь.
– Будьте благоразумны, – перехватил его взгляд Лессет.
Питер поднялся и кивнул.
– Ладно, ваша взяла.
Рыбаки отступили. Мануэль неуклюже плюхнулся за стол. Лессет вышел на свет. Еще три шага, и он окажется между Питером и единственной дверью внутрь дома. Другая вела на крыльцо.
Питер резко вскинул руки, левой хватая со стола жемчужное ожерелье, а правой – стоявшую там же бутылку. Лессет с криком прыгнул на Питера, но тот вовремя отступил назад и с размаху заехал бутылкой по лампочке. Под звон стекла он пнул стол ногой и услышал, как заорал Мануэль и полетел на пол аквариум. И вновь во тьме раздался звон стекла, на этот раз сопровождаемый плеском воды. Кто-то упал, ругаясь и цепляясь за ногу Лэндерса. Он снова пнул ногой, чувствуя, что кого-то достал. Питер метнулся в сторону, слыша шлепки аквариумных рыб, прыгающих в луже на полу. Пересекая комнату, он поскользнулся и замешкался, когда под ногами захрустело битое стекло. Питер пробирался к двери на лестницу. Судя по возне и грохоту переворачиваемой мебели, его противники наощупь пытались перекрыть входную дверь. Он же нырнул во внутреннюю, прикрыл её за собой и взобрался по ступенькам невзрачной лестницы.
Над её верхним пролетом светилось лунным светом небольшое оконце. Вниз в город от барака тянулась узкая дорога. За спиной Питера с шумом распахнулась внутренняя дверь и раздался топот ног. Лэндерс ударил ногой в центр оконной рамы. Со звоном посыпались осколки, створки распахнулись, Питер выбрался на карниз, секунду помедлил и прыгнул вниз.
Пролетев десяток футов, приземлился он неудачно, полетел кувырком, но тут же вскочил и бросился бежать в сторону города.
Лессета с криком устремился вдогонку. Впереди маячила улица, уходящая к причалу. На площади было уже гораздо тише, чем в разгар веселья, но музыка ещё звучала. Луна скрылась за плотной завесой облаков, и Питер понял, что стоило преодолеть всего сотню-другую ярдов – и он в безопасности. Внизу Лессет никогда не осмелится его тронуть. А Питер тут же разнесет невероятную новость по всему городу. Питер мчался вперед, подгоняемый яростью и отчаянием, но его мозг с неожиданным хладнокровием зафиксировал, что на этой же улице на него сегодня напали. Вдруг из тени, преграждая путь, вынырнула рослая фигура. Лэндерс отчетливо разглядел лицо Ассиса и, не раздумывая, врезал с плеча, так что хрустнул кулак.
Ассис покачнулся, но оперся на стену, и прежде, чем Питер сумел его миновать, вновь встал у него на дороге. Во взметнувшейся руке Ассиса сверкнуло острое лезвие клинка.
Лэндерс нырком ушел от удара, отпрянув в сторону. Они сцепились, рука Ассиса сдавила его горло. Он задыхался, чувствуя на лице отдающее перегаром дыхание противника. Сцепившись, они рухнули на мостовую, нож зазвенел по камням. Питер понятия не имел, сколько они обменивались ударами, но вдруг высвободился из удушающих объятий Ассиса и замер над его распростертым на мостовой телом.
Но теперь путь вниз по улице был перекрыт. Ниже Питера из сада выскочили Мануэль и Васко. А со стороны дома приближался не столь прыткий Лессет. Питер повернулся и понесся обратно. Он успел увидеть, как Лессет бросился ему наперерез и услышал топот ботинок по твердому грунту, но успел опередить нападавшего, миновал его и устремился к вершине холма. За ним мчались четверо.
Поначалу Питер хотел просто от них оторваться и вернуться на площадь. Неплохой план, но вот местность вокруг…
Улица кончилась, Питер выскочил на пустырь, над которым тянулись от столба к столбу проволока и веревки; местные женщины обычно сушили там белье. Он держал курс к началу оврага, где за плетнем подкарауливал Аниту. У края оврага Питер оглянулся. Четверка преследователей уже пересекла пустырь, возглавляли погоню Ассис и Васко.
Минуя сады и огороды, запыхавшийся Лэндерс одолел провал оврага. Легкие его уже хрипели и свистели. Он никогда не считал себя выдающимся бегуном, но, слава Богу, и преследователи его были всего лишь рыбаками, не слишком уверенно чувствовавшими себя на земле. Питер находился в хорошей форме и полагал, что на пересеченной местности сумеет продержаться дольше их.
Вынырнув из оврага на травянистую поляну, Лэндерс увидел длинную стену рощи, в которой пряталась Анита. Он понесся к деревьям, надеясь скрыться за ними, прежде чем Лессет с сообщниками одолеет овраг, и потом уже решить, куда податься. Ему оставалось буквально два шага, когда он вздрогнул от крика за спиной. Ассис выбрался наверх чуть раньше, чем Питер успел исчезнуть.
Он влетел в кустарник, окружавший деревья, и тут земля резко ушла из-под ног. Лэндерс поскользнулся и кувырком покатился по крутому склону. Остановиться ему удалось только в густых зарослях мирта. Кое-как отдышавшись, Питер повернул вправо, держась еле приметной тропинки.
Не отклоняясь от неё ни на шаг, он вскоре вышел из лесочка, и к своему ужасу вдруг увидел троих мужчин, следом за Ассисом идущих вдоль кромки рощи. До них было не больше сотни ярдов. Растянувшись цепью, они лезли вверх по открытому склону, отрезая Лэндерсу путь в Порто Мария. То и дело оглядываясь, Питер побежал по склону, пересекая его наискосок в поисках выхода. Преследователи прибавили ходу, наступая Лэндерсу на пятки. Они шли все так же цепью, но гораздо спокойнее, словно знали, что Питер никуда от них не денется – выдохнется и повернет вниз.
И тут до него дошло, какую ошибку он совершил. Тропа уходила вверх. Поначалу он этого не заметил, но очутившись на открытом склоне, сообразил, что ему предстоит карабкаться на гору, оставив всякую надежду обойти преследователей с фланга. Оставалось не останавливаясь шагать вперед и только вперед!
А тропа становилась все круче. Сплошь усыпанная камнями, она, скорее всего, шла по руслу пересохшего ручья, что брал начало с вершины Пэя.
Питер обругал себя последними словами, что в лесу принял вправо, а не влево. Возьми он влево – мчал бы сейчас, как на крыльях, под гору к церкви и площади. Теперь же ему оставалось только в поте лица карабкаться все выше, рассчитывая оторваться от преследователей, достигнув зубчатой вершины и запутав их в хаосе валунов и скал. Он помнил, как в первый раз заглянул в кратер Пэя с отвесными, мрачными стенами. Давно ли это было? День-два, а кажется – сто лет назад.
Лэндерс продолжал восхождение, сохраняя несгибаемый боевой дух. Раз ему удалось удрать, значит, суждено вернуться на площадь. И тогда с Лессетом будет покончено.
Ночное небо время от времени затягивали тучи. Выждав, когда луна скрылась надолго, Лэндерс попытался сойти с тропы и пройти вдоль гребня вершины. Продравшись влево, он с трудом прокладывал путь, перепрыгивая трещины и карабкаясь по разломам, в клочья раздирая одежду и обдирая колени и ладони об острые и шершавые глыбы. Но опять выглянула луна, и Питер обнаружил, что удалился от тропы всего на сотню ярдов. Глянув назад, он тут же понял, что Ассис его опередил и уже карабкался козьей тропкой к вершине горы.
Проклиная Ассиса, Питер заметил, как идущий следом за рыбаком Васко вскинул к плечу ружье, полыхнуло пламя, – и через мгновение дробинки хлестнули по ногам, прежде чем он услышал грохот выстрела. Пришлось снова вернуться на тропу и двигаться по ней.
Он бежал, тяжело наклонившись вперед, сознавая, что играет на руку преследователям. Они решили загнать Лэндерса на Пэй, подальше от Порто Мария. Выстрел был предупредительным, объясняющим Лэндерсу, что с ним станет, если он вдруг попытается обойти контрабандистов с фланга. Да кто в Порто Мария обратил бы на него внимание? Там, внизу, все ещё продолжали взлетать ракеты фейерверка.
Питер бежал, – в груди уже хрипело, – и пытался оценить ситуацию. Лессет будет его преследовать, потому что не может махнуть рукой на Питера и драгоценности, спуститься к лодке и покинуть остров. Ведь Питер устремится следом, по пути поднимая островитян. И Лессету нужно управиться с Питером до рассвета, ибо тогда вернется Квисто и сразу обнаружит исчезновение Лэндерса и Терезы. Но Питеру совершенно не улыбалось всю ночь носиться между скал и обрывов Пэя. Чем раньше он попадет в Порто Мария, тем лучше.
Тем временем Лессет был куда больше озабочен своим состоянием, чем погоней. В его возрасте подобные приключения изматывали до предела. Он, как типичное дитя прогресса, крайне болезненно воспринимал любую перегрузку, однако умудрялся не отставать от других.
Еще на выходе из оврага благодаря Ассису они сумели верно определить направление движения беглеца в лесу. А поняв однажды, в какую сторону удирает жертва, преследователи контролировали каждый его шаг. Жертва обречена двигаться вперед, охотникам же только остается отрезать несчастному путь к отступлению то с одного, то с другого фланга. Питер этого не сознавал, но действовал именно так. Выстрел сразу вернул Питера на тропу, по которой Лессет собирался гнать свою жертву. Над их головами темнел изломанный гребень, отчетливо выделяясь на фоне ночного неба. Питеру предстояло выйти в точку, где в незапамятные времена рухнул один из зубцов гребня, образовав узкий проход к кратеру, кончавшийся отвесным обрывом. Скоро в этот пролом, стиснутый скалистыми отрогами, Питера загонят, как в мышеловку. Потом охотники погонят его дальше – к краю черной бездны. И у него останется выбор: принять бой или прыгать в пропасть. Лессета устроит любой вариант. Ему совершенно все равно, как тот предпочтет умереть.
Если Лэндерс прыгнет, Ассис спустится вниз за жемчужным колье по другой, пологой стене, после чего они вернутся в город, чтобы навсегда покинуть остров. Что им помешает встретить рассвет в океане за много миль от Альваро? Погода вполне подходящая… Через день они достигнут материка, в Сантосе Лессет разыщет Лопеса Миранду, а потом… Да, все было продумано.
Шедший впереди Ассис на миг обернулся и ликующе завопил, указывая вперед. В лунном свете им стала прекрасно видна фигура Питера, карабкавшегося по каменистому склону между натеков вулканической лавы прямо к пролому в гребне Пэя. Ассис получал истинное наслаждение – он любил охоту и имел отличнейший нюх.
Увидев над собой пролом в гребне, Питер направился именно туда. Мозг его работал спокойно и четко, как отлаженный механизм. Светит луна, кратер затянут мглой. Тучи сгущаются; если луна скроется за ними, все в порядке. Скоро он доберется до чаши кратера и спрячется в ней. Нужно только, чтоб они прошли мимо – хоть на несколько ярдов. Тогда он помчится назад, рискуя нарваться на пулю. Выйти к кратеру через брешь в скалах несложно. Теперь Питера согревала надежда на то, что он сумеет обмануть Лессета.
Чем выше поднимался Питер, тем сильнее и холоднее становился ветер. Прямо над ним из-за выступа Пэя неожиданно выскочила стайка черных коз и с бешеной скоростью рассыпалась по склону, звонко цокая копытами. Ноги Лэндерса занемели, в груди хрипело, как старые меха. Но Лэндерс успокаивал себя тем, что враги чувствуют себя не лучше.
Наконец он добрался до пролома, где вздымались похожие на башни неприступные зубцы короны Пэя, и побежал вперед, к кратеру, пробиваясь через траву до колен и приземистый терновник. Противоположная сторона чаши, отливавшая тусклым серебром, была исполосована черными тенями. Питер спугнул тощую козу, обгладывавшую кусты, та пустилась прочь, испуганно блея, и пропала, прыгнув в темноту со скалы. Питер упрямо лез наверх, скользя на камнях и цепляясь за ветки кустов – слишком легко было сорваться.
Он чувствовал, как дрожат колени. Грудь бешено вздымалась. Пришлось остановиться, чтобы перевести дыхание. Питера тошнило, безумно билось сердце и кружилась голова. Еще усилие, ещё мгновение – и он у цели.
Сквозь плотные тучи пробилась луна. Горное озерцо несколькими футами ниже сверкало полированным янтарем. Кусты и скалы отбрасывали черные тени, на осыпи легли причудливые пятна, словно змеиная кожа. Ночной холод внезапно ожег разгоряченного, вспотевшего Питера. Бездна кратера, это призрачно-неземное, ледяное, мертвое пространство походило скорее на далекую планету, на которой никогда не было жизни.
Питер обернулся на крик, раздавшийся за его спиной. У входа в пролом появились четыре мужские фигуры, медленно приближавшихся к Питеру. Они брели цепью, отрезая Лэндерсу путь назад.

12

Лессет не терял Питера из виду, думая при этом: «Занятно все же заниматься охотой на человека, загонять его в безвыходное положение. Как он поведет себя? Прыгнет в пропасть или примет бой?»
Он наделся, что примет. Тогда жемчужное колье к нему вернется без хлопот.
Ему было жаль Питера, но раз тот перешел ему дорогу, то сам решил свою судьбу. Обычно он такого не любил, такие вещи порождали хвост проблем. За всю его криминальную карьеру обстоятельства вынудили пойти на убийство дважды, и каждый раз это доставляло массу неудобств, требовало дополнительных хлопот, чтобы спрятать концы в воду.
И Лессет, и Лопес Миранда ненавидели насилие и гордились тем, что очень редко прибегали к крайним мерам. Но сейчас выбора не оставалось.
Американец видел, как Питер торопливо зашагал по краю обрыва, собираясь обойти скалы.
«Не поможет, – подумал Лессет. – Ни наверх не взобраться, ни спуститься».
Лэндерс скрылся в темноте под скалой. Американец вскинул руку, давая знак сообщникам. Те тоже повернули влево, к тому месту, где Лэндерса поглотила тень.
Питера там уже не было, но они его слышали. Камешек из-под ног скатился в пропасть, отскакивая от скал. На краю провала оставался небольшой карниз, шириной в пять – шесть дюймов.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18