А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Черкасов Дмитрий

Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров


 

Здесь выложена электронная книга Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров автора по имени Черкасов Дмитрий. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Черкасов Дмитрий - Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров.

Размер архива с книгой Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров равняется 177.01 KB

Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров - Черкасов Дмитрий => скачать бесплатную электронную книгу






Андрей Воробьев, Дмитрий Черкасов: «На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров»

Андрей Воробьев, Дмитрий Черкасов
На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров


Приключения веселых мусоров – 1



OCR Альдебаран and Lissa
«ЧеркасовД., Воробьев А. На Бейкер-стрит хорошая погода...»: Валери СПД; СПб.; 2002

ISBN 5-8142-0115-0 Аннотация Криминальный мир Лондона трепещет! Питерские менты, достойно отметив у себя в «убойном» отделе праздник очередной получки, высаживают десант на берега Темзы. Только почему-то они попадают не в современную Англию, а в Англию времен Шерлока Холмса. А в этовремя в Питере Дмитрий Черкасов ставит перед оставшимися в меньшинстве «убойщиками» из N-ского РУВД неразрешимую задачу: пить пли не пить... Дмитрий ЧЕРКАСОВ и Андрей ВОРОБЬЕВНА БЕЙКЕР-СТРИТ ОПЯТЬ ХОРОШАЯ ПОГОДА,ИЛИ ПРИКЛЮЧЕНИЯ ВЕСЕЛЫХ МУСОРОВ Глава 1НУ, НИ ФИГА СЕБЕ, ПЕЛЬМЕШКА… А как славно все начиналось!..«День мента» 20 ….ря 2… года (попросту говоря, выдача очередной зарплаты в «убойном» отделе районного отдела милиции) состоялся-таки вовремя. Конечно, в любом празднике главное – не просто начать, как говаривал один из наших президентов, а еще углубить, усугубить и далее по списку.Вот с этого-то «углубить» все и закрутилось.Когда сосредоточенный Дукалис в очередной раз засунул свою пухлую руку в сейф, то сумел извлечь наружу под укоризненными взглядами товарищей всего лишь одну жалкую поллитровку, да и то – с плескавшимися на самом донышке ста граммами живительной влаги.– Послушай, Толян. – Капитан Казанцев, которого все обычно называли просто и ласково – Казанова, не выдержал угрызений совести товарища и вмешался в процесс осмысления ужасного события. – У меня в кабинете среди вещдоков где-то пипетка завалялась. Ты погоди немного, сейчас принесу…– Из пипетки можешь своих свидетельниц отпаивать, – не оценил предложения хмурый Дукалис и с надеждой глянул на капитана. – Лучше бы организовал культпоход до ближайшего магазина…Но, услышав такое предложение, Казанова возмущенно засопел, заявив, что он уже давно не мальчик, чтобы за водкой бегать. Кроме того, инициатива, дескать, наказуема. И не только в армии, но и на флоте, в ФСБ и даже в службе охраны президента. А в МВД и подавно. Поэтому, если уж никто не хочет пострадать ради коллектива добровольно, то вопрос можно решить с помощью вытягивания спичек.Спички тут же нашлись, и Анатолию, тянувшему первым, досталась короткая. Сегодня ему явно не везло.– Нет, это нечестно, – активно запротестовал он, – кабинет мой, за водкой я уже бегал. Лучше, кто первый сюда постучит – тому и бежать.В этот критический момент в расхлябанном замке на двери кабинета подозрительно осторожно заскрежетал ключ, затем дверь распахнулась и на пороге показался слегка запыхавшийся Ларин.– Ну что, не ждали? Наливай!..– Ждали, Андрюша, ждали! Как не ждать! – радостно закивал головой мгновенно повеселевший Дукалис, выплескивая в стакан из бутылки остававшиеся в ней сто граммов и поднося их вошедшему, – пей на здоровье… Вот, хорошо… – Сорокаградусная жидкость скользнула по пищеводу ничего не подозревавшего гостя и легла поверх съеденного два часа назад гамбургера. Коварный искуситель проследил за движением ларинского кадыка, довольно потер руки и трагически застонал: – Это были последние капли, отобранные у несчастного, но дружного коллектива. Так что теперь тебе сам Бог велел бежать за угол…Еще через несколько минут сопротивление Ларина общими усилиями было сломлено.Из карманов пиджаков оперативников начали извлекаться мятые купюры, но тут Казанова проболтался, что вообще-то, по справедливости, идти в магазин следовало Дукалису. В результате короткой перепалки решили: Толику и Андрею страдать вместе.– Я с вами, за компанию, – попытался смягчить ситуацию низкорослый и нескладный Вася Рогов, которого только недавно перевели в отдел. – Тоже прогуляюсь…– И это правильно, товарищи, – одобрил Казанова, – порядочным ментам следует ходить по трое. А вам, гражданин Рогов, должно быть приятно находиться в компании умных людей… Говорят… – Капитан воздел к бывшему когда-то белым, а теперь серому потрескавшемуся потолку кабинета указательный палец. – Говорят, что Дукалис даже читать умеет…– Да иди ты, – беззлобно отмахнулся объект постоянных подколок Казановы, натягивая неопределенного цвета плащ, купленный на барахолке почти за половину месячного оклада. – Мы скоро, мужики…На том и расстались, даже не подозревая, что через полчаса злодейка-судьба отправит трех наших героев в далекое и полное опасностей путешествие. * * * Майор Соловец осторожно выглянул из двери своего кабинета, пошевелил ноздрями, словно вышедший на охоту древний человек, сверкнул маленькими, глубоко спрятанными под мощными надбровными дугами, но в то же время проницательными серо-стальными глазками, поскреб пятерней трехдневную щетину, должную означать невероятную загруженность делами на протяжении последних суматошных суток и отсутствие в пределах досягаемости начальника ОУРа бритвенного станка, и на цыпочках прокрался по коридору до лестничной площадки, где стоял экспроприированный с проспекта Стачек огромный, выкрашенный серебряной краской бетонный вазон, служивший в отделении пепельницей.Над вазоном, почти заполненным разномастными хабариками, нестандартной тарой из-под спиртосодержащей продукции, обрывками протоколов допросов и опросов, куда несчастные дознаватели вынуждены были вносить выдранные из потока сознания свидетелей и потерпевших бессвязные предложения, стрелянными гильзами различных калибров, маленькими полиэтиленовыми мешочками с вещественными доказательствами, подвергшимися быстрой порче, скомканными в тугие бумажные шарики неиспользованными санкциями прокурора на обыск или задержание и всяческим иным мусором, висел полностью израсходованный десять дней назад огнетушитель, не утративший, однако, своего грозного красного вида и могущий еще послужить учебным пособием на занятиях по противопожарной подготовке, которые очень любил проводить лично начальник РУВД.Возле «пепельницы» в гордом одиночестве стоял изрядно потасканный по засадам и иным служебным мероприятиям Казанова и задумчиво курил длинную коричневую сигарету «More». Незнакомый с капитаном человек мог принять погруженного в свои мысли Казанцева за «интеллигента» с высшим музыкальным или средним искусствоведческим образованием. Но пребывать в сем заблуждении ему пришлось бы недолго, ровно до той секунды, пока Казанова не извлек бы из кармана свою любимую титановую раздвижную дубинку.– Этого не видел? – свистящим шепотом осведомился низкорослый начальник «убойного» отдела, компенсирующий нехватку сантиметров трехдюймовыми каблуками своих остроносых «казаков», словно специально сделанных для того, чтобы отбивать чечетку на дискотеке во Дворце культуры имени неизвестного милиционера.– Кого? – так же тихо спросил вынырнувший из мира невеселых дум капитан, пытаясь сфокусировать взгляд на майоре и отделить его образ от переплетенных в розовый, дышащий страстью клубок обнаженных женских фигур, занимавших более половины ментального пространства оперативного сотрудника ОУРа.– Мартышкина…– Нет, – после минутного размышления сообщил капитан Казанцев, так и не избавившийся от своей самой прилипчивой эротической фантазии, в которой его любили все женщины мира в возрасте от семнадцати до сорока девяти с половиной лет.– Ну, вот и хорошо, – Соловец облегченно повысил голос, и его движения обрели уверенность, как и положено досточтимому офицеру милиции, имеющему пятнадцатилетний стаж работы в славных своей историей органах российского правопорядка.– Задолбал стажер? – участливо поинтересовался Казанова, поймавший, наконец, суть разговора. – Продыху не дает?– Не то слово, – майор вяло махнул испачканной сиреневыми чернилами рукой. – Хуже неопохмелившегося прокурора…Капитан поправил являвшийся непременной деталью его туалета длинный красный шарф крупной вязки, который обвивал шею Казановы и зимой и летом, понимающе покивал и неэтично громко икнул.Соловец интеллигентно сделал вид, что ничего не заметил.Чрезмерно ретивый и сильно близорукий младший лейтенант Сысой Бедросович Мартышкин был направлен в районное управление на трехмесячную стажировку сразу после окончания ускоренных милицейских курсов, на которых он учился пользоваться свистком, отрабатывал чеканный строевой шаг, столь необходимый в деле борьбы с организованной, не очень организованной и совершенно дезорганизованной преступностью, писал конспекты лекций на тему «Зачатки неправильного правосознания у российских подростков в пубертатном периоде, и как с ними бороться в свете применения к малолетним нарушителям специальных средств в виде слезоточивых газов различной степени воздействия и резиновых дубинок разной длины и веса», участвовал в задержании лектора, оказавшегося знатным педофилом, невесть как проникшим в штат преподавателей школы милиции и охотившимся за привлекательными курсистками и курсистами, вникал в премудрости обращения с плексигласовым щитом и противогазом, изучал устройство пистолета Макарова по большому и красочному методическому пособию, где были допущены три грубейшие ошибки – на рисунке забыли изобразить флажковый предохранитель, двуперую боевую пружину и вместо плоского магазина на восемь патронов нарисовали двухрядный на четырнадцать, – чуть не попал под разнарядку в Чечню, в последний момент вычеркнутый спохватившимся окулистом из списков командированных, мечтал работать в уголовном розыске и на деле проявлять свои недюжинные дедуктивные таланты, коими с детства гордился…В общем, сие чудо, которое мало чем отличалось от подавляющего большинства выпускников достославных милицейских учебных заведений, в один прекрасный погожий денек явилось к начальнику РУВД подполковнику Николаю Александровичу Петренко и положило перед ним грозное предписание из Главка, в котором русским по белому приказывалось немедленно обеспечить новоиспеченному младшему лейтенанту широкий фронт работ и прикрепить Мартышкина к какому-нибудь суперопытному сотруднику отдела уголовного розыска.Незримо страдающий от острой нехватки личного состава Мухомор поначалу обрадовался пополнению, но через недельку стух и стал избегать стажера.А всё потому, что Мартышкин оказался излишне резвым и, даже для сотрудника милиции, чересчур принципиальным.На второй день пребывания в районном управлении глазастый Сысой обнаружил на подоконнике в туалете выброшенные за ненадобностью десяток заявлений о квартирных кражах и угонах автомобилей, самостоятельно обошел нудных и забытых всеми потерпевших и хлопнул об стол Петренко пачкой снятых им объяснений. Мухомора чуть инфаркт не хватил. Объективно вредная инициатива чрезмерно активного Мартышкина грозила обернуться для вверенного подполковнику РУВД последним местом в квартальном соревновании среди райуправлений за самый высокий показатель раскрываемости.Петренко отобрал у Сысоя пачку объяснительных, в запале обозвал стажера «Переростовичем», чуть не подставившим дружный, спаянный многочисленными громкими раскрытиями и не менее известными в узких кругах возлияниями коллектив управления под проверку районной прокуратуры, на глазах у изумленного младшего лейтенанта поджег исписанные корявыми почерками листы и гордо швырнул их перед собой.В результате сгорели не только бумаги, но и стол подполковника.А грозивший перекинуться на все ветхое здание райуправления пожар потушили с помощью того самого огнетушителя, что несколько лет ждал своего часа над пепельницей-вазоном на лестничной площадке.Петренко взял трехдневный бюллетень, дабы поправить расшатанные нервы и успокоить истерзанную душу, а после триумфального возвращения на работу, ознаменованного мощным банкетом в близлежащем кафе, в процессе которого был арестован бармен, пытавшийся напоить дознавателя Твердолобова некачественным розовым портвейном «Агдам», представлявшим собой подкрашенное лиловой тушью белое крепленое вино, прикрепил Мартышкина лично к майору Соловцу.– Ларина не видел? – проникновенно спросил глава «убойщиков».– Он с Роговым и Дукалисом вышел на полчасика, – Казанова зевнул, поправил шарф и предвкушающе сглотнул.– Куда, если не секрет?– Прогуляться, купить сигареток, гамбургер зажевать… – предположил капитан, не желавший расстраивать майора известием о том, что коллеги в третий раз с начала рабочего дня отправились пополнять истощившиеся запасы спиртного.– А гамбургер, небось, такой прозрачный и вкусный, – съязвил многоопытный Соловец. – И булькает…– Да брось ты, Георгич, – Казанова хлопнул майора по плечу и задышал начальнику в ухо. – Мужики, когда согреются, работают лучше.– Только Мухомору пусть на глаза не попадаются, – озаботился Соловец, стараясь отстраниться от густого капитанско-чесночного духа. – Ему сверху бумага пришла о борьбе с пьянством на рабочих местах, так что сам понимаешь… И с завтрашнего дня чтоб в кабинетах – ни-ни! Только за пределами здания. А еще лучше – дома.– Заметано, – капитан погрустнел и посерьезнел. – Предупрежу… Хотя лично я против таких бумаг. Они, понимаешь, конституционные принципы равноправия граждан нарушают. Вот, например, бандит может на рабочем месте выпить, а мы, получается, нет… Непорядок. В чистом виде дискриминация…Соловец с уважением посмотрел на юридически подкованного коллегу, хотел было продолжить увлекательную беседу, но не успел.На первом этаже захрипела рация, взвизгнули несмазанные петли двери на улицу и истошно заблажил запертый с утра в обезьяннике серийный гоп-стопник Уличный грабитель (жарг.).

, случайно отловленный шедшим на работу бдительным Дукалисом. Пойман был грабитель в момент завершения нападения на не совсем адекватно воспринимавшего окружающую его действительность вершителя правосудия из Фонтанкинского района, судью с двойной аристократической фамилией Шаф-Ранцев, возвращавшегося под утро из привокзального салона эротического массажа и весело позвякивавшего запонками об асфальт.Затем послышалась скороговорка Мартышкина, что-то невнятно втолковывающего начальнику дежурной части майору Чердынцеву.– Всё, я пошел! Дела, сам понимаешь! – побледневший Соловец быстро пожал вялую длань Казановы и побежал вверх по лестнице на четвертый этаж РУВД, где располагались кабинеты дознавателей и куда сверхактивный стажер по неизвестной причине забредал крайне редко. * * * Под ногами оперативников, неспешно бредущих по набережной одного из многочисленных питерских каналов, тихо шуршали присыпанные снегом листья. Хмурый Дукалис двигался, засунув руки в карманы плаща, из которых виднелись горлышки бутылок «Синопской».– Гляди, Толя, поаккуратнее, а то разобьешь. – Ларин поежился и поднял воротник куртки. – Я второй раз не побегу.– Не боись, у меня как в сейфе, – отозвался задумчивый Дукалис. – Ты сам-то закусь не посей, советчик… Иначе опять придется одну ириску на пятерых делить.Андрей хлопнул себя по левой стороне груди, продемонстрировав, что носит закуску у сердца, а для колбасы, особенно, когда ее мало, нет лучшего хранилища, чем наплечная кобура…– Почему одну ириску? – недоуменно захлопал глазами Вася.– А потому, – нравоучительно пояснил Анатолий, – что после того, как нас перевели на очередное двенадцатичасовое бдение, на «допинг» никаких денег не хватит. Тем более что за сверхурочные, как обычно, заплатить забудут…– А мне тут Казанцев рассказывал, – подхватил Рогов, – как он шел недавно после дежурства к подруге. Думает, приду, приму ванну, поем и спать, спать, спать… Дошел до лестницы, решает: ну ее на фиг, эту ванну. Главное – поесть и спать, спать, спать… Пока поднимается, говорит, приходит к окончательному выводу: ванну приму завтра, поесть тоже успею. Но сначала обязательно – поспать… Ну, звонит в квартиру…Васю хмуро перебил Ларин, продолжая ему в тон:– …открывает ему его пассия, и тут Казанову осеняет: «Боже, ее же еще и любить придется!». Тоже мне, «Ужасы нашего городка»…– Бум! Бум! – Два сухих револьверных выстрела, раздавшихся из парадной метрах в пятидесяти по курсу движения оперативников, спугнули стайку ворон, сидевших на узловатых ветвях тополя.Оперативники остановились.Через секунду из парадной выскочил какой-то нескладный человек в длинном темном пальто странного покроя и, срывая с лица темную маску, бросился наутек к ближайшей подворотне.– Мокруха, Толян! – Ларин сунул было руку в кобуру, но вместо верного «макара», оставленного в кабинетном сейфе, нащупал лишь промасленную бумагу от подозрительно дешевого сервелата, купленного у торговавшей возле метро бабульки. – Берем!…– Андрюха, проверьте парадную… Я этого сам возьму! – устремившись к подворотне и пытаясь достать на ходу пистолет, сипло крикнул Дукалис.Ларин, а за ним и Рогов рванули к парадной.Анатолий скрылся под аркой.Как назло, в полутьме подворотни он не заметил лужи, натекшей из прохудившейся трубы горячего водоснабжения, в которую и плюхнулся, взметая фонтаны брызг. Но ни пистолет, ни заветные бутылки не пострадали – опытный оперативник при падении успел удержать их в руках. Эта неожиданная заминка дала возможность незнакомцу юркнуть в подвал, расположенный в дальнем конце двора.Ларину повезло немногим больше: на лестничной площадке он обнаружил лежащего человека, который зажимал рукой рану на груди В уголках рта пострадавшего выступила розовая пена.– Кто стрелял? Назови имя! – Оперативник склонился над раненым.– I don`t understand… I need a doctor Не понимаю, мне нужен врач (англ.).

… – прошептал тот. - Блин, фирмачей нам здесь еще не хватало. – Ларин закрутил головой, рассчитывав увидеть поблизости оружие, из которого несчастный самоубийца, оступившись на лестнице, только что столь удачно дважды выстрелил себе в грудь, но не увидел. Потом, напрягав память, попытался применить те скудные по знания в иностранном языке, которые приобрел до милицейской службы на редких уроках английского в мединституте и в общении ее студентами из братских африканских стран. – I`m from criminal investigation department. Please, tell me name of the killer! You must do it! Я из уголовного розыска. Пожалуйста, назовите имя убийцы! Вы обязаны это сделать! (англ., стиль в пределах программы обычного советского образования.)

- Mo-ri-ar-ty… – с трудом выдавил из себя раненый.– Это кличка того, кто стрелял? Имя! Назови имя! The name! Tell me the name, white masa! Имя! Назовите мне имя, белый хозяин! (англ.).

– продолжал выпытывать Андрей, в то время как Вася Рогов безуспешно бегал вверх-вниз по лестнице, проверяя, не было ли у убийцы сообщников, которые могли скрыться на чердаке.Но на дверях чердака красовался огромный, проржавевший от старости замок.А сквозь выступающие на губах у раненого розоватые пузыри пробивалось единственное: «Мориарти».– Вася! Давай к терпиле! И звони по квартирам, вызывай «Скорую» и опергруппу! – заполошно приказал Ларин. – Я к Толяну… – И, не дожидаясь ответа, опрометью побежал вниз по лестнице.Под аркой оперативник наткнулся на мокрого и злого Дукалиса.– Этот козел в подвал прошмыгнул, – попытался оправдаться тот. – А водку я спас.– Какая, к черту, водка? У нас мокруха. И, чувствую, глухарек намечается. – Андрей был настроен решительно. – Давай, пока клиент не ушел, за ним. Может, успеем перехватить… Кстати, кличка Мориарти тебе ничего не говорит?..Дукалис в ответ лишь недоуменно заморгал и пожал плечами. Оперативники с предосторожностями двинулись к двери подвала, за которой скрылся незнакомец. * * * Майор Чердынцев оторвал от своего местами изящно потертого кителя сведенные судорогой пальцы бомжеватого субъекта, приведенного с улицы перевозбужденным Сысоем, с не свойственной стражу порядка ненавистью посмотрел на стажера и грохнул кулаком по деревянной некрашеной стойке перед небольшим окошечком с кроваво-алой надписью «Дежурный».– Молчать!!!Задержанный тут же умолк.Как и Мартышкин.Трое немного полноватых сержантов из спецназа МВД, коих в народе называют «креплеными беретами» Дмитрий Черкасов. Выражение принадлежит автору.

за их неуемную тягу к спиртосодержащим жидкостям, за цвет головных уборов, похожий на бодяжный портвейн, и за непонятную непосвященным гордость за цвет, форму и содержание этих самых беретов, с уважением посмотрели на голосистого майора.Сержантам было скучно.Утром их вызвали в РУВД, чтобы помочь арестовать крайне опасного преступника, нападавшего на перманентно нетрезвых в конце напряженнейшего рабочего дня участковых и обливавшего несчастных пасечников Участковый инспектор милиции (жарг.).

зеленкой. В результате этих трагических происшествий половина инспекторов бродила по участкам с розовыми, шелушащимися, отдраенными пемзой лицами и выбритыми наголо головами. Ибо зеленка с волос не выводится никакими средствами. Внешний вид участковых был столь необычен, что их начали избегать даже штатные стукачи.Намеченная операция по непонятным причинам всё откладывалась и откладывалась, и спецназовцам ничего не оставалось, как грустно сидеть на скамеечке рядом с решеткой «обезьянника», лузгать семечки, незаметно сплевывая ошметки себе под ноги, подремывать и наблюдать за броуновским движением патрульных, оперативников, подозреваемых, дознавателей, потерпевших, свидетелей и просто посетителей.– Молчать!!! – строго повторил Чердынцев и скрылся за дверью дежурного помещения.Через несколько секунд в окошечке, именуемом не иначе как «кормушка», показалось его круглое раскрасневшееся лицо.– А вот теперь, младший лейтенант Мартышкин, – майор со сладострастным удовольствием сделал упор на прилагательное «младший», – доложите, как положено…– Мартышкин?! – загоготал задержанный. – А что ж ты мне Горилловым представился?!– Да я… – начал было стажер, но осекся и опустил взгляд.– Бабуинов, твою мать, вот ты кто! – рассвирепел Чердынцев, на секунду ощутив укол совести за произнесенную вслух грубость в адрес младшего по званию. * * * Подвал, как в стародавние времена, оказался запущенным и безхозным, будто до местных дворников так и не довели указание о запирании дверей от блохастых кошек, не менее блохастых бомжей и бородатых горцев-террористов, испытывающих прямо-таки патологическую страсть к городскому жилому фонду. То взрывчатку под дом подложат, то на пассажирском самолете стену прошибить норовят…Тусклый свет чудом сохранившейся лампочки выхватывал из подвального полумрака обернутые дерюжкой и рубероидом трубы, загаженный всякой неподконтрольной живностью шлак на полу, несколько полусгнивших досок которые по всей видимости должны были изображать мостки, и выведенную на стене надпись серебряной водоэмульсионной краской «Писатель Андрей Лебедев – импотент. Ха-ха ха!»Кто был такой этот «писатель Лебедев» и почему о его импотенции сообщалось не где-нибудь, а в подвале, было неясно.– Слушай, Андрюха, может, подождем группу? – шепотом осведомился Дукалис. – После этого ведь хрен отстираешься, да и вшей тут наверняка, навалом…– Нельзя, Толян. – Ларин осторожно поднял с пола метровый обрезок водопроводной трубы, чудом избежавший пункта приема металлолома. – Если не пойдем, потом завалят наездами типа «на каком основании было принято решение оставить амбразуру без грудного прикрытия». А так, глядишь, по лишней справке в ДОП ДОП – дело оперативной проверки.

сунем. Давай потихоньку-полегоньку вперед…Спугнув по дороге пару облезлых кошек, оперативники миновали несколько пустых помещений, но ни затаившегося убийцы, ни запасного выхода из подвала не обнаружили.– Ты хоть представляешь, где мы? – поинтересовался Дукалис у напарника. – Кажется, мы уже дома два пропахали.– Тс-с-с! – Ларин предостерегающе приложил палец к губам и показал на узкую вертикальную полоску света в дальнем углу помещения.Дукалис кивнул; он тоже заметил свет, льющийся из-за неприметной, обшитой неструганными досками двери, и мелькнувшую в световой полосе тень и направил в ту сторону пистолет.Затаив дыхание, оперативники двинулись вперед; когда до двери оставалось совсем немного, темноту подвала пронзила яркая вспышка света. Неизвестно откуда ворвалась струя холодного воздуха, запахло озоном, и в тишине прозвучал обрывок странной фразы, сопровождаемой каким-то кашляющим смехом: «Fuck you!» Fuck you! (англ.) – наши переводчики, озвучивающие американские фильмы, обычно переводят: Задница!? Не будем спорить и вдаваться в тонкости языка…

.Полуослепший Дукалис одним прыжком преодолел расстояние до двери, рванул ручку на себя, выставив пистолет вперед:– Стоять! Я контуженый афганец! У меня справка есть!Ответом ему были лишь дыхание Ларина и его голос:– Ша, Толян, поздно пить «Боржоми», когда почки отвалились. Тут пусто….И действительно, в каморке, на пороге которой оказались оперативники, больше напоминавшей размерами платяной шкаф выпуска пятидесятых годов, не наблюдалось ни одной живой души.– Андрюха, помнишь анекдот? – недоуменно озираясь, поинтересовался Анатолий. – Слон обвалялся в муке, смотрит на себя в зеркало и удивляется: «Ох, и ни фига себе, пельмешка!» Вот и я про то же.Ларин, вслед за Дукалисом посмотрев по сторонам, удивленно присвистнул: в недрах загаженного подвала каморка выглядела нереально чистой. Пол и стены были облицованы светлым кафелем, у стены располагался щиток с непонятными приборами, смутно напомнившими внутренности командно-штабной машины, которую Андрей когда-то видел на военной кафедре в институте. На встроенном в стену небольшом столике, чуть пониже мерцающего экрана монитора, красовалась компьютерная клавиатура.Входная дверь, неприметная снаружи, изнутри была покрыта блестящим белым металлом и, похоже, закрывалась надежно, так как была снабжена сложным замком типа «краб», ригели которого одновременно входят в четыре паза со всех сторон.– Ни фига себе, пельмешка! – еще раз задумчиво повторил Дукалис. – Куда же он, гад, делся? Андрюха, здесь должен быть еще выход… Ага, нашел!.. – Он потянулся к большой красной кнопке с надписью «Exit» Выход (англ.).

. - Подожди!.. – Ларин не успел закончить фразу, как его напарник уже вдавил палец в кнопку.Снова – ослепительная вспышка света, легкий запах озона, затем – грохот, темнота, ощущение стремительного полета, будто во сне срываешься с заоблачных высот и летишь в небытие, легкая тошнота, сведенные в судороге руки…– Андрюха, ты жив?.. * * * – Бабуинов! – повторил заглушивший голос совести Чердынцев, открывая здоровенный гроссбух, куда вносились данные о происшествиях. – Ну, так что у тебя?!– Слышь, начальник, – бомжеватый субъект засунул голову в окошечко и дружелюбно подмигнул майору. – Ты, это… дурика своего убери…– Немедленно прекратить! – Тщедушный Мартышкин обеими руками схватился за воротник грязной куртки, болтавшейся на плечах субъекта, для верности уперся ногой в стену и потянул задержанного на себя.Раздался треск рвущейся материи, и Сысой грохнулся крупом об пол, сжимая в кулаках кусок ткани.На пышущих здоровьем, круглых и румяных лицах «крепленых беретов», являвших собой элиту войск МВД, возникло некоторое подобие интереса.Субъект цыкнул зубом, поморщился, передернул плечами, но вылезать из окошечка не спешил.– Сопротивление сотруднику милиции! – заголосил Мартышкин, сидя в луже грязной воды, натекшей с обуви входящих аккурат рядом ковриком, о который, по идее, им следовало вытирать ноги, но никто почему-то этого не делал.Чердынцев горестно вздохнул, упер ладонь в лоб бухарику и вытолкал голову алкаша из проема окошечка.Стажер отбросил в сторону свой трофей, резво вскочил и повис на спине у задержанного.С минуту младший лейтенант и пьяница из соседнего дома, вся вина которого заключалась в том, что он решил отлить на угол здания РУВД, молча толкались и пыхтели.Наконец Мартышкин метким тычком под ребра заставил противника развернуться боком, треснул ему носком ботинка по щиколотке, схватил за грудки и дернул на себя. Пьяница мазнул грязной ладонью по лицу Сысоя, смачно плюнул стажеру на брючину и немедленно получил в ответ удар кулаком в грудь, отбросивший его на стойку перед окошечком дежурного.Затылок алконавта вошел в соприкосновение со стеклом, и на стол Чердынцеву посыпались осколки.«Крепленые береты» привстали, не желая упускать ни единой подробности из разворачивающейся у них на глазах душераздирающей сцены.– Скотина! – заорал ошалевший майор, увернувшись от падающего аки лезвие гильотины особенно крупного осколка и напрочь забыв о правилах хорошего тона, в теории свойственных всем без исключения офицерам российской милиции. – Ты что наделал, шпрот недодавленный?!Мартышкин подхватил сползавшего на пол оглушенного бухарика и поставил его вертикально.– Отвечать, когда тебя господин майор спрашивает! – в манере служаки-ротмистра воскликнул стажер.Пьяница замычал нечто невразумительное.– Я не его спрашиваю! – возопил Чердынцев. – А тебя, чудовище!– А что я?! – удивился Мартышкин.Входная дверь распахнулась, и в проеме показался подполковник Николай Александрович Петренко, прибывший в родное управление с совещания у начальника ГУВД, где его опять ставили всем в пример как главу подразделения, укомплектованного самыми толковыми сотрудниками в пределах городской черты, и на карачки за невысокий процент раскрываемости заказных убийств, которых на участке Петренко сроду не совершалось.Петренко вытер подошвы забрызганных грязью ботинок о черный синтетический коврик и окинул печальным взором помещение.Чердынцев, Мартышкин, дежурный сержант в форме восхитительного серого цвета, с автоматом на плече и чуть тронутыми бледно-голубой тушью длинными девичьими ресницами, чье лицо можно было бы смело поместить в музыкальную энциклопедию в качестве иллюстрации к статье «Юность Петра Ильича Чайковского», и три «спецназовца» застыли на месте.Только задержанный продолжал шевелиться, пытаясь оттолкнуть от себя вцепившегося аки клещ стажера.– Что здесь происходит? – тихо поинтересовался подполковник.– Он! – задыхающийся багровый Чердынцев ткнул пальцем в Сысоя. – Он!– Что «он»? – Мухомор в свою очередь тоже начал наливаться краской.– Это всё из-за него…– Вот это? – Петренко вскинул подбородок и показал на разбитое стекло.– Да! – Майор зачем-то отдал честь, приложив дрожащую руку к непокрытой голове.– К утру чтоб было, как раньше, – приказал Мухомор и шаркающей усталой походкой двинулся к лестнице.

Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров - Черкасов Дмитрий => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров автора Черкасов Дмитрий дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Черкасов Дмитрий - Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров.
Если после завершения чтения книги Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров вы захотите почитать и другие книги Черкасов Дмитрий, тогда зайдите на страницу писателя Черкасов Дмитрий - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Черкасов Дмитрий, написавшего книгу Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Приключения веселых мусоров - 1. На Бейкер-стрит хорошая погода, или Приключения веселых мусоров; Черкасов Дмитрий, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн