А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Я позвонил тебе по телефону и попросил принимать для меня послания. Ты согласился. Посланий ты получил всего два — одно вчера, одно сегодня. Вчера — от Матта Розе...
— Джордж, я не могу...
— Слушай, Эд, ты хочешь, чтобы он изувечил и тебя?
— Что ему надо, Джордж, чемодан?
— Проклятье, нет! Он охотится за мной. Понимаешь? Слушай, тебе достаточно запомнить два послания. Ты их получал, я перезванивал позже, и ты передавал их мне. Больше тебе ничего не известно. Ни где меня искать, ничего больше, понял?
Пам появилась в дверях с салфеткой в руке. Она смотрела на него.
— Ты уверен, что не стоит звонить в полицию? — спросил он.
— Эд, ты заработаешь этим неизлечимый геморрой или кое-что похуже. А теперь слушай сюда.
— Неизлечимый гемо...
Тут он заметил Пам и умолк.
— Тебе не о чем беспокоиться, — продолжал Джордж. — Скорее всего, он у тебя и не появится. Главное, припрячь получше чемодан, но, если парень все же всплывет, расскажешь ему нашу историю. Два послания, и оба раза я тебе перезванивал. У него не будет оснований не верить тебе, так что он тут же уберется восвояси. Лады? Эд, ты здесь?
— Я здесь. — Эд облизал губы, не сводя глаз с жены, следящей за ним из дверей.
— Слушай внимательно и запоминай, — повторил Джордж и продолжил насчет своих посланий. Имена, время их получения, номер телефона, продиктованный в первый раз, время, когда Джордж якобы ему перезванивал. Он заставил Эда повторить все, что тот и сделал.
А Пам хмурилась, стоя в дверях.
Затем Джордж сказал:
— Я выйду на тебя через пару дней, а сейчас мне надо убираться. Ни о чем не беспокойся, Эд, — повторил он и дал отбой.
Эд не опускал трубку. Он знал, что Джорджа там больше нет, знал, что рано или поздно ему придется повесить трубку, но ему казалось: пока он стоит так, пока связь с той стороной не прервалась окончательно, ничего не может случиться, он в безопасности. Как только повесит трубку, тут же угодит в лапы реальности; незнакомцы начнут ломиться в дверь, задавать вопросы. Но только после того, как он даст отбой.
Он стоял у телефона и прижимал трубку к уху.
Глава 5
Полночь. Матт Розенштейн зашел в телефонную будку на тротуаре и прикрыл дверь, чтобы загорелся свет, набрал номер и приоткрыл дверь ровно настолько, чтобы свет погас. Затем облокотился о стенку и стал слушать гудки.
Матт Розенштейн, крепыш сорока двух лет с подвижными умными глазами и тупой, массивной челюстью, свою трудовую деятельность начинал на Седьмой авеню в Нью-Йорке, таская вешалки с одеждой на продажу. Первой его уголовщиной стало участие в разборке в конторе на Варрик-стрит. В чем там было дело, его не слишком заботило. Он и еще трое парней получили по тридцать баксов, чтобы устроить тем ребятам хорошую взбучку; они выполнили поручение, и такой способ добывания денег показался значительно проще, чем катать вешалки с одеждой по тротуарам. За двадцать четыре года, прошедших после того случая, Матт участвовал почти во всех видах преступлений, о которых можно прочесть в книжках, — пожалуй, только киднеппинг был исключением. Его всегда интересовали деньги. Он поджигал кафе, когда хозяева хотели получить страховку, воровал и убивал, брался за налеты, грабежи, мошенничества и вымогательства. Что бы ни подвернулось. Главное — деньги, и чем больше, тем лучше. И жесткий, толстокожий парень с умными глазами и тупой челюстью умел получать то, что хотел.
До встречи с Полем Броком четыре года назад личная жизнь Матта оставалась весьма серой. Его устраивали партнеры обоих полов, и добивался он их так же, как денег, — хапал все подряд. Но деньги радовали его куда больше, и ему никогда не приходило в голову, что секс может стать чем-то иным, кроме примитивного удовлетворения похоти с тупыми телками.
Поль Брок работал в модном магазине мужской одежды на Хадсон-стрит, который предполагалось спалить, предварительно ограбив; Матта привел другой участник налета. Увидев Брока, Матт отметил про себя, что тот гомик, и выбросил из головы. Дело есть дело. Но в ночь перед поджогом, когда они вдвоем сидели на складе и Брок объяснял, что следует и чего не следует забирать из магазина, Матт невольно начал поглаживать ему шею. Брок взглянул на него, и Матт заметил испуг в его глазах, но лишь покачал головой и продолжал свои ласки. Брок как будто обмяк, плечи его опустились, он закрыл глаза и начал клониться к Матту, словно смущаясь и тая от его прикосновений; так все и началось.
Что касается Матта, то он не отказался от женщин и при любой возможности брал их по-прежнему, не видя в этом ничего особенного. Брок был настоящим гомиком, хорошим партнером, их отношения строились на сексе, но Матт поддерживал их в основном потому, что жить с парнем гораздо выгодней и удобней, чем с любой девкой.
Например, с такой, как телка Ула. Сегодня в Вашингтоне он неплохо позабавился с ней. Сейчас она, наверное, уже в порядке. Поначалу ярилась, как тигр в клетке, но к тому времени, как он уговорил ее рассказать о Джорджи-Поржи, прыти у нее заметно поубавилось. Она лежала тихо, как миленькая, когда он ее брал, и он получил удовольствие, но не так, чтоб очень. Кто угодно в здравом уме предпочел бы для подобных забав Поля Брока. И для этого вовсе не обязательно быть гомиком.
А Поль еще и помогал ему кучу раз. Вот и сейчас он стоял на стреме перед домом. Они уже давно торчат там, с восьми часов, но ничего не дождались. А без двадцати двенадцать в доме погасло последнее окно, и тогда Матт распорядился:
— Стой здесь. Если он появится, стреляй по ногам, и я тут же вернусь.
А сам поехал сюда, к телефонной будке за три квартала, и теперь слушал гудки. На четырнадцатом раздался щелчок, затем наступила тишина, и спустя несколько секунд испуганный тонкий мужской голос произнес:
— Алло?
— Мне нужен Джордж.
Человек на другом конце судорожно перевел дыхание, опять замолк, а затем проговорил скороговоркой:
— Тут нет никакого Джорджа. Вы ошиблись номером.
— Нет, мой сладкий, не ошибся. Я хочу поговорить с Джорджем Улом.
— Здесь такой не живет. — Голос в трубке дрожал сильней, чем прежде.
Неужели Джорджа кто-то спугнул? И он перебрался в другое место?
— И как тогда мне его найти? — спросил Матт.
— Откуда мне знать. Я не знаю никакого Джорджа Ула. — Дрожащий голос выдавал ложь в каждом слове.
Матт благодушно покачал головой.
— Со мной все в порядке, беби, — сообщил он трубке, — я свой. Я Матт Розен-штейн. Я беседовал с Джорджем только вчера. И хочу поговорить с ним еще раз, вот и все.
— Матт Розенштейн? — Теперь голос зазвучал уже не так панически.
Матт нахмурился. Может, он ошибся, назвав себя? Но ведь Джордж бегает отПаркера, а не от Матта Розенштейна. Или нет? И он подтвердил:
— Верно. Мы с Джорджем старые приятели.
Все еще сомневаясь, голос произнес:
— Он упоминал ваше имя. Он действительно его называл.
— Ну так что ж.
— Но сейчас его здесь нет. Я не имею понятия, где он, честное слово. — И затем, уже более уверенно, добавил: — Но если вы хотите передать ему...
— Когда он уехал?
— Его здесь не было никогда, — торопливо возразил голос.
Матт понял, что ему опять лгут, поскольку голос только что произнес «сейчас».
— Хотите, чтобы я ему что-нибудь передал?
— Конечно, — ответил Матт. — Скажешь ему, что я звонил, хорошо?
— А он знает, куда вам перезвонить? По старому номеру?
На секунду Матт засомневался. Если этому малому известен телефон из последнего послания, он и впрямь может оказаться лишь очередным звеном в цепочке. Возможно, послания поначалу поступали к той девке в Вашингтоне, а после — к парню в Филадельфии и уж потом — к Джорджу, который ошивается где-то еще. Черт знает где. И позванивает сюда время от времени, чтобы проверить, не появилось ли чего. У Джорджа хватило бы мозгов на такое.
Но уж слишком трясся этот малый; в его словах многовато противоречий, и Матт чувствовал, что копать надо здесь. Джордж прятался у него в доме. Возможно, его что-то спугнуло, не исключено, что поблизости всплыл Паркер, или та девка в Вашингтоне сумела развязаться и добралась до телефона — в чем, впрочем, он сильно сомневался, — так что Джордж свалил из своей берлоги, но он там определенно был. В этом Матт уже не сомневался.
Джордж захочет выйти на связь. Ему необходима информация из внешнего мира; ему не терпится узнать, что происходит вокруг. И он попытается использовать Эда Согерти, что вполне разумно.
И Матт ответил:
— Нет, тот номер больше не годится. Просто скажешь, что я объявлялся. Лады?
— Хорошо, — отозвался голос.
— До свидания, — мягко произнес Матт и повесил трубку.
Он покачал в раздумье головой, глядя на телефон, вышел из будки, сел в машину и вернулся к Полю, который сидел за изгородью через улицу от дома Согерти. Матт заглушил двигатель, вылез из машины и спросил у подошедшего Поля:
— Видел что-нибудь?
— Только свет загорелся. До сих пор горит.
Матт посмотрел на дом, часть окон была освещена.
— Похоже, я заставил его понервничать, — усмехнулся Матт. — Пошли.
— Он там?
Матт уже переходил через улицу.
— Не сейчас. Думаю, не сейчас. Но он там был. И Согерти знает, куда он делся. Пошли.
Они направились не к парадному крыльцу, а к углу дома. Матт подсадил Поля к себе на плечи, и он, придерживаясь за стену одной рукой, дотянулся кусачками до телефонного провода. Затем спустился на землю, и они прошли еще с полдюжины шагов до двери гаража. Матт попробовал ее приподнять, и она поддалась. Войдя внутрь, бандит включил свет и опустил дверь на место. Они и не пытались действовать тихо.
Наполовину застекленная дверь из гаража на кухню оказалась заперта. Матт достал пистолет из-под куртки и высадил стекло рукояткой. Затем просунул в отверстие руку, открыл замок, и они вошли в темную кухню, в которую проникал свет из гостиной. Прикрыв за собой дверь, взломщики увидели человека с безумными глазами, в халате поверх пижамы и тапочках на босу ногу, поспешно шаркающего им навстречу. Заметив их, он остановился и произнес:
— Что вы делаете? Что вы здесь делаете? — Этот голос Матт только что слышал по телефону.
Матт увидел выключатель и зажег свет. Эд Согерти зажмурился от яркой лампы, а Матт сказал Полю:
—Пойди, проверь весь дом.
— Минуточку, — вставил Согерти, — минуточку. — Он двинулся было с намерением загородить Полю дорогу, но Матт повертел пистолет в руке, и Согерти застыл на месте. Поль выскользнул из кухни.
Они ждали, не говоря ни слова. Через пару минут раздался недовольный женский голос и плач ребенка, не желающего просыпаться.
— Вы просто не смеете... — начал Согерти и тут же замолк. Потому что понял, что Матт смеет. И запросто.
— Порядок, Матт! — крикнул Поль из гостиной.
Матт ткнул пистолетом в сторону Согерти:
— Пошли к ним.
Они вошли в гостиную. Поль задернул шторами большое окно. Напуганная и рассерженная женщина сидела на софе, рядом с ней примостились трое плачущих ребятишек.
— Ну что? — спросил Матт.
— Кто-то, похоже, жил в комнате для гостей, но теперь его нет. Даже вещей не осталось.
— Стало быть, он не вернется, — решил Матт. — Или вернется?
— Нет, — вмешалась женщина. — Не вернется. Он не нужен нам, и вы здесь тоже не нужны.
— Пам, Пам, — забормотал Согерти и замахал руками, пытаясь ее остановить.
— Меня тошнит от тебя, — взвизгнула она и отвернулась. Теперь она смотрела на Матта.
Матт повернулся к Согерти.
— Я парень, с которым ты недавно болтал по телефону.
— Розенштейн?
— Верно. Матт Розенштейн. А теперь, все, что мне надо, — небольшая беседа с Джорджи. Въезжаешь? Извиняюсь, что пришлось так неожиданно поднять вас всех с постелей, но виной тому срочные обстоятельства. Тебе достаточно сказать только, куда направился Джордж, и мы тут же вас покинем.
Согерти покачал головой.
— Я не знаю, где он. Правда, не знаю.
— Чертовски обидно, — сообщил Матт, потому что мы не собираемся трогаться с места, покуда не выясним, где Джордж. Так что если ты и впрямь ни о чём не ведаешь, тебе, похоже, сильно не повезло.
— Он обещал звонить, — пролепетал Согерти. Голос его звучал отчаянно, и он продолжал моргать. — Он предупредил, что перезвонит, но не обмолвился ни словом, где он сейчас и куда собирается поехать. Клянусь. Но он позвонит.
— Еще одна неприятность. Мы только что обрезали у тебя телефон. Так что придется нам все же торчать тут, покуда ты не вспомнишь, где Джордж. Такой вот рас клад, понимаешь!
— Но я не знаю!
— Ну что ж, возможно, он когда-нибудь сюда вернется, — сказал Матт и понял по лицу Согерти, что он на верном пути. На секунду глаза Эда заметались, рот страдальчески перекосился, и этой секунды Матту было вполне достаточно.
Он кивнул и подтвердил свои слова:
— Да, неплохая мысль. Ул сюда вернется. Как ты думаешь, Эд, когда он вернется?
— Он не вернется сюда. Он хотел только позвонить. Если никто не возьмет трубку, он испугается и не приедет.
— Не-а. Телефон просто неисправен. Он будет здесь. И мы его подождем. Если, конечно, тебе не пришло в голову, где он может быть. Какие-нибудь новые соображения?
— Нет. Честное слово, мне ничего не известно.
— Эд, если ты хочешь защитить этого человека... — начала Пам.
— Ради Бога, Пам, неужели ты думаешь...
Матт обернулся к ней со своей характерной усмешкой.
— Может, вам известно что-нибудь полезное для нас?
— Я не говорила с ним, — резко ответила она. — Когда он звонил, с ним разговаривал мой муж.
— Он звонил? — Матт повернулся к Эду. — Когда это было?
— Сегодня днем.
— И что он сказал?
— Что не вернется, но позвонит, чтобы держать меня в курсе.
— Он не сказал, откуда звонит?
— Из Вашингтона. Там избили какую-то его подружку, что-то вроде того...
— Из Вашингтона?
— Но он не останется там. Он предупредил, что уезжает сразу после нашего разговора.
— До чего же востер! — процедил сквозь зубы Матт. — Все время про это забываешь. Так, значит, сукин сын сегодня побывал в Вашингтоне? — Он взглянул на Поля. — Думаешь, вернется?
— Трудно сказать, Матт. Неисправный телефон его отпугнет.
— Ты сумеешь починить, соединить провода?
— Наверно. Мне показалось, что в гараже есть инструменты. Матт подумал и кивнул.
— О'кей. Починим телефончик и будем ждать. Джордж позвонит, и ты, Эд, скажешь ему, что здесь все о'кей и что он может спокойненько возвращаться. И постараешься говорить поубедительней.
— О да. — На сей раз голос Согерти прозвучал уже горько. — Я ничем ему не обязан, не беспокойтесь.
— Я не беспокоюсь, — ухмыльнулся Матт.
— Ты хочешь, чтобы я сейчас его починил? — спросил Поль.
— Пока нет. Чуть позже. Присмотри сейчас за всеми, а маленькая леди покажет мне свой дом. — Он недвусмысленно глянул на нее и увидел испуг в ее глазах. Но она не будет материться, как сегодняшняя сучка из Вашингтона; уговорить ее будет гораздо проще. И у нее останется достаточно сил, когда они приступят к делу.
— Зачем, Матт?! — воскликнул Поль. Как и всегда в таких случаях, его голое был полон страдания.
Матт ухмыльнулся, пожимая плечами.
— Всего лишь детские шалости, — ответил он. — Это ничего не значит, беби. Он повернулся и шагнул к жене Эда.
— Вперед, Пам, я сгораю от нетерпения осмотреть твой дом. — И Матт протянул к ней руку.
— Не трогай меня! — воскликнула она и отпрянула. Он нагнулся вперед, чтобы ухватить ее за запястье, и она хлопнула его по руке. Матт с размаху ударил ее в лицо, раздался детский крик.
Согерти взвизгнул и бросился к Матту. Всех всегда приходится уговаривать! Матт ухватил Согерти одной рукой и другой принялся его избивать.
Глава 6
Звонок в дверь прервал мученический сон Джойс Лэнжер, в котором шесть старух, пахнущих копченой грудинкой, пытались утопить ее возле лодки в холодной темной реке, покрытой туманом. Она просыпалась медленно и неохотно, все еще отбиваясь от костлявых рук; мозг ее пытался перенести звонок внутрь сна, превратить в колокольный звон с верхушки каменной церкви, торчащей посреди тумана. Но постепенно туман рассеялся, и она оказалась в своей кровати в комнате дома по Западной Восемьдесят седьмой улице города Нью-Йорка, одна, несчастная, в темноте, разрываемой дверным звонком.
Циферблат ее электронных часов на тумбочке светился; двадцать минут первого. Кто бы мог звонить в дверь в такой час?
Она подумала о Томе Линче, странном жестком человеке, который водил ее обедать вчера вечером. Может, он вернулся? Внезапно она представила себе очень яркий, почти осязаемый сексуальный образ, но он тут же отступил; маловероятно, чтобы Том Линч пришел к ней в такой час, еще менее вероятно, чтобы он пришел к ней заняться сексом. Она отлично понимала, каким мужчинам нравится, с кем из них может добиться взаимного удовлетворения, и Том Линч к ним не относился.
Тогда кто же это? В дверь зазвонили снова; она зажгла свет и выбралась из кровати, натягивая по пути пижамные штаны. Но прежде чем открыть, направилась к шкафу за халатом; в ее голове пронеслись образы многих людей, мелькавших в ее жизни последние годы, и, когда ей на память пришел Джордж Ул, она замерла на месте, не успев надеть халат.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14