А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Хватит жертв.
– Что ты задумал, Саня? Почему один в Анвантар поскачешь? Что ты там один сделаешь-то? Я с тобой. Надо конницу Ацельсиора взять. Зерона сдержим, а там и остальная армия подоспеет.
– Нет! – Александр запрыгнул на коня. – Сделаю я все как надо, если один буду и никого за мной не будет более. Там моя битва! Не ваша! Делай, как говорю! Все, время дорого!
– Саня, а если…
– Не должно быть слова «если», – крикнул Александр
– Саня! Стой!
– Не думай ни о чем, замполит! Делай! И запоминай все для сценария! Вернемся мы. Будь уверен!
Александр хлестнул коня по крупу. Тот сразу в галоп пошел и вместе с всадником за деревьями скрылся. Волк серой тенью метнулся следом.
Паша повернулся к воинам.
– Что стоим? Слышали все? Предали нас. Мы отомстить должны. Харра!
– Харра! – отозвались воины. – Раненых мауронгов перебьем!
– Нет! Раненых не трогать! Их тоже предали! Наши они теперь. В Анвантар мы идем. Сожжем этот город! – отчаянно завопил Паша, забыв приказ Александра.
– Сожжем! – яростно подхватили воины, поднимая клинки.
– Вперед! – Куроедов взмахнул мечом и галопом направил коня через лес, в сторону готовых к новому сражению войск.


* * *

Только Танаис на берег острова ступила, как ветер сильный подул. На море крутая черная волна пошла, сломала ледовую переправу. По небу тучи свинцовые поползли. Остров скалой над морем высится. Волны об острые камни разбиваются. А на вершине скалы башня стоит черная. Молния змеей в башню бьет, небо раскалывает. К башне каменные ступени ведут. Мхом поросли сырым. Орел – огненная птица в черном небе летает. Ветер его кругами носит. Тигр уши прижал, белые клыки обнажил. Танаис по ступеням вверх пошла, к башне. Ветер все сильнее. Молния чаще бьет. Вершина башни тучи разрывает.
– Стой! – громовой голос раздался.
Остановилась Танаис. Не ослышалась ли? Не гром ли это?
– Стой там! – вновь прозвучал голос, перекрывая раскаты грома.
– Я стою, – крикнула Танаис. – Кто ты? Чего прячешься-то?
– Я не прячусь. Сама себя не узнаешь?
– Что? Сама себя? – Танаис поняла, что голос изнутри идет.
– Твоя истинная сущность говорит, – вновь прозвучал голос. – Изначальная, истинная, Создателем заложенная. Ты шесть дверей прошла. Шесть цепей с меня скинула. Последняя цепь осталась.
– Шесть дверей? – переспросила Танаис. – Где они, двери-то?
– Сама не заметила, – прогремел голос. – Прошла и не оглянулась. Сила в тебе. Сейчас последняя дверь будет. Пройдешь ее и с Хозяином Пути встретишься. Три желания он исполнит. А теперь иди. Выбор будет у тебя. Три двери закрытых. Одну из них должна будешь выбрать. Только одна истинная. Ошибешься – в начале пути окажешься.
– А ты не можешь подсказать, сущность моя истинная? – спросила Танаис.
– Нет. Я – сила. А выбор за тобой, куда эту силу направить. Иди!
Танаис дальше по ступеням пошла. Вот и башня. Двери в каменной кладке. Но только две двери. Одна золотом блестит, другая драгоценными камнями сверкает. Где третья дверь-то?
Танаис башню обошла кругом. Нет третьей двери. Хотела было за ручку золотой двери взяться, но передумала, к другой двери подошла. Нет, не то что-то. Почему третьей двери нет? Где она? Осмотрелась Танаис. Гром раскатисто грохочет. Ветер не утихает. Дождь хлынул.
– Я – сила. А выбор за тобой, куда эту силу направить, – повторила Танаис услышанные слова. – Силу направить. Направить. Да, направить! Нет третьей двери. Значит, будет она!
Умела Танаис бить крепко. Научена была. Всю силу в удар вложила. Молнией рука метнулась к камню. Удар! Рука как в масло вошла. Камень – это иллюзия. Все в тебе. Задрожала башня. Камни осыпались, и черный проем открылся. Холодом повеяло. Танаис, не раздумывая, в проем шагнула. В темноте яркое пламя вспыхнуло. Стены башни осветило. Что за пламя такое? Силуэт в пламени виднеется. Кто это? Пламя глаза слепит.
Лицо в пламени видит Танаис. Знакомое лицо. Кто же это? Да это же она сама в огне! Или как огонь?
– Все двери ты прошла, – послышался голос. Спокойный, негромкий, но сила в нем была. – Последнюю цепь порвала. Иди же в огонь теперь. Вместе дальше пойдем. Иди.
Танаис послушно в огонь шагнула, но жара не почувствовала. Только что-то словно осветилось внутри. Стены башни заколыхались и медленно растворились, словно и не было их. На ровной площадке тигр стоит. Рядом орел огненный сидит. Внизу под скалой море плещется. По голубому небу белые облака плывут. Танаис движение на руке ощутила, звон услышала и вниз посмотрела. Змейка золотая, что браслетом запястье обвивала, вниз на камень соскользнула, подкатилась кольцом к тигру. Орел крыльями взмахнул и на спину зверя сел. Зарычал тигр так, что скала затряслась. По ногам Танаис словно ударило что-то. Рухнула она, как подкошенная, а когда вновь на ноги встала, то увидела крылатого зверя. Голова у зверя птичья, туловище звериное, вместо хвоста змея извивается.
– Говори, – услышала Танаис негромкий голос и оглянулась. На краю скалы мальчик сидит лет десяти. Волосы белые, одежды белые, а глаза черные. В черноте огонь сверкает.
– Кто ты? – спросилаТанаис.
– Я – Хозяин Пути. Ты путь прошла. Силу обрела. Три желания исполню. Конечно, в пределах разумного. Приказывай.
– Останови Александра и Зерона. Не должны они друг друга убивать, – не задумываясь, произнесла Танаис.
– Не могу, – с сожалением развел руками Хозяин Пути. – Только ты сможешь это сделать.
– Тогда верни меня в Мир Изменений.
– Не могу, – снова развел руками Хозяин Пути. – Твоя жизнь Мауронгу принадлежит. Только он может тебя отпустить.
– Да что ты можешь-то?
– К Мауронгу путь указать. Ты ведь этого хотела. Садись на грифона. Он тебя к нему доставит. Сила это твоя истинная. Хозяйка ты ей теперь. Много сделать сможешь. Что еще желаешь?
– Хозяин Дома Безвременья хочет себе замены.
– Будет ему замена. Что еще желаешь? Это будет последнее желание.
– А последнее я приберегу, – ответила Танаис. – На всякий случай.
– Умно поступаешь, – кивнул головой мальчик. – Как надумаешь, что попросить, так я всегда рядом буду. Я не привык быть в должниках. До встречи.
Танаис только глазами успела моргнуть. Мальчик исчез, словно не было его вовсе. Позади рычание раздалось. Танаис оглянулась. Грифон нетерпеливо когтями камни царапал. Никогда Танаис на грифонах верхом не каталась. Но, видно, придется. Подошла поближе. Грифон глаз скосил. Ждет терпеливо хозяйку. Танаис на грифона запрыгнула.
– Куда прикажешь, госпожа? – прорычал зверь.
– К Мауронгу, – приказала Танаис. Широкие крылья расправились. Взмах, еще один.
Ветер ударил в лицо. Остров быстро удалялся. Грифон держал путь за горизонт.


* * *

Зерон приказал затушить чадящие факелы. Без того душно. Светло и без них. Подземелье мерцало белесым призрачным светом, исходившим от сырой плесени, опутавшей стены. Войско быстро продвигалось вперед по самой настоящей подземной дороге. Стук лошадиных копыт по каменным плитам гулко разносился под высокими сводами.
Изредка в темноте в черных проходах, ведущих в стороны от основного пути, мелькали тени, раздавалось приглушенное рычание.
Зерон бросал при этом на Хранителя косые взгляды.
– Это ракшасы. Они нас не тронут. Побоятся. Нас много, – шептал Марквентор. Он восседал на сером жеребце, любезно предоставленном ему вожаком мауронгов.
– Долго еще мы по этой яме выгребной будем тащиться? – нетерпеливо спросил Зерон. – Я уже весь провонял тухлятиной.
– Еще примерно столько же, – ответил Хранитель и хрипло закашлялся.
– Похоже, что ты мою армию задушить решил, – пробурчал Зерон. – Гляди, старик, если что не так, я тебе сразу клинок в брюхо вставлю.
Сверху закапала какая-то мутная жижа.
– Мерзость, – Зерон брезгливо стряхнул капли с волос.
– Скоро, уже скоро, – бормотал Марквентор.
Ход расширился. Некое подобие множества колонн подпирало свод. Вроде как зал подземный. С потолка длинные корни деревьев свисают. Плесень на них светится. Границы зала терялись в темноте. Там, в глубине, зашевелилось что-то, темнота ожила и поползла навстречу.
– Стоять! – Зерон поднял руку.
Сотни, тысячи ракшасов медленно продвигались навстречу, наполняя подземелье глухим нарастающим рычанием.
– Говоришь, что нападать не будут? – подозрительно спросил Зерон Марквентора.
– Не должны вроде, – неуверенно ответил тот, опасливо поглядывая на копошащихся подземных тварей. Ракшасы бестолково толпились, рычали, завывали. Нельзя сказать, что они были чрезвычайно рады незваным гостям.
– Они слова понимают? – спросил Зерон Хранителя.
– Да вроде как, – ответил тот.
– Вроде, вроде, – передразнил Зерон. – Вроде не нападут, вроде понимают. Мне это не нравится, старик. Посмотри на них. Ты что, в ловушку нас заманил?
– Да зачем мне это? – забеспокоился Хранитель. – Я дочь спасти хочу. Дочь свою родную.
– Эй, вы там! – крикнул Зерон. – В сторону отойдите! Воняет от вас.
В ответ только рычание хриплое.
– Ах вы, твари вонючие! – Зерон выхватил меч. – Войско, к бою!
В колоннах опустили копья.
– Вперед!
Своды подземелья задрожали.

Глава 25
Гроза надвигается

Солнце поднялось в зенит. Его жаркие лучи билг прямо в лицо. Александр подгонял коня. Тот храпел, ронял пену. Справа широкими скачками несся волк. Старый зверь тоже выдохся. Открытая пасть жадно хватала жаркий полуденный воздух.
«Напоить бы коня, – подумал Александр. – А то загоню животное. Придется пешком идти. Да и самому не помешало бы рот промочить».
Он натянул поводья. Конь с готовностью перешел на шаг. Волк припал животом к земле и, тяжело дыша, вывалил из пасти розовый язык.
– Хоть бы озерко какое или ручеек, – Александр посмотрел по сторонам. Вдали на пригорке чернели остатки сожженной деревни. Конь сам туда направился. Пепелище давно остыло, но запах гари висел в воздухе. Порывы жаркого ветра гнали по выжженной земле серую золу.
Он стоял на берегу чистого ручья, чуть в стороне от пожарища. Небольшой бревенчатый домик под двускатной крышей, над которой раскинуло свои ветви старое дерево. Огонь прихватил его крону, и часть листьев пожухла.
Конь спустился к ручью и наклонил голову. Волк уже жадно лакал воду.
Александр спрыгнул с коня и, упав ничком на берег, окунул лицо в прохладные струи. Напившись, поднялся и огляделся по сторонам. От ручья к дому вела каменистая дорожка.
«Зайти, что ли? – подумал Александр. – Нет, время дорого».
Он подошел к лошади и уже было поставил ногу в стремя. Что-то заставило его оглянуться. Дом словно приглашал войти. Александр отпустил повод коня. Сам не понимая зачем, сделал шаг в сторону высокого крыльца, затем еще один. Шагнул на ступени. Открыл дверь.
Солнечные зайчики скакали по деревянному золотистому потолку. Через узкие оконца в бревенчатой стене пробивались яркие солнечные лучи, освещая золотистым светом маленькое, уютное помещение. Воспоминания нахлынули разом, подхватывая, словно поток, и унося в прошлое.
Александр вспомнил свой дом в деревне, где прошло его раннее, до переезда в город, детство. Дом стоял на берегу широкой таежной реки. Бревенчатая изба-пятистенок, срубленная из отборного листвяка, струганного внутри, хранила прохладу в жаркие летние дни, а длинными зимними ночами большая русская печь мягко наполняла теплом каждый уголок этого дома. Старый дом по ночам оживал едва слышными шорохами по темным углам, скрипом двери, раскрываемой легким сквозняком, настораживающим слух потрескиванием в стенах, колыханием занавесок на закрытых окнах. Лунными ночами тени от ветвей берез, растущих за окном, сказочными чудищами таинственно шевелились на стенах комнат. Иногда дом замирал мертвой тишиной, давящей на слух ожиданием новых звуков. За печкой жил домовой, дополняя легкими шорохами потрескивание сухих дров в топке. Александр верил, что домовой там жил. Так было интереснее, хотя мать говорила ему, что домовых не бывает. Но для маленького Саши каждая часть этого дома была наполнена тайной. Это был его мир, в котором он рос. Маленький мир, наполненный тайнами, а там, за дверью, открывался еще один мир – безграничный и великий – с широкой рекой, синими горами на горизонте и высоким небом.
Александр подошел к столу у окна, где стоял глиняный кувшин. Точно такой же кувшин с парным молоком мать ставила на стол, и он вечерами, уставший и голодный, набегавшись с такими же, как он, мальчишками по деревенским улицам, накупавшись в теплой реке, прибегал домой, припадал к кувшину и пил это молоко, заедая мягким хлебом. А потом ему снились светлые детские сны. Домовой шуршал за печкой, мать занималась домашними делами. Ближе к ночи приходил с лесозаготовок отец. Но Александр уже не слышал этого. Сны уносили его в светлую даль. Утром он просыпался. На столе его ждал все тот же кувшин, а на тарелке рядом пирожки с брусникой или же черемухой.
Александр склонился над кувшином.
– Отведай, – услышал он негромкий голос и оглянулся.
На деревянной лавке у стены сидел крепенький бородатый мужичок. Его хитрый пристальный взгляд изучал Александра. Откуда он здесь? Комната ведь пустая была.
– Отведай, – настойчиво повторил мужичок.
– Ты кто? – опешил Александр. – Откуда ты?
– Кто, кто, – усмехнулся мужичок, прищурив глаз. – Домовой я. За печкой живу. Да ты же знаешь. Сам же меня туда поселил.
– Ну да! – не поверил Александр.
– Времени мало. Отведай.
– Что это?
– Не задавай вопросов. Выпей.
– Отрава?
– Глупый. Здесь сила твоего дома. На битву идешь. Не сдержишь ты его без силы. Даже Клинок Ахарунга не спасет. Впрочем, как знаешь, – мужичок рукой махнул.
– Сила дома, говоришь? – Александр поднял кувшин и осторожно пригубил. Напиток был кисловатый на вкус, рот защипал. Только один глоток сделал, а по рукам сила разлилась.
– Много не пей, конь тебя не выдержит, – усмехнулся мужичок. – Еще пара глотков, не больше.
Александр еще два глотка сделал. Сила в ноги пошла. Усталость исчезла.
– Ну, вот и славно, – удовлетворенно произнес мужичок.
– За что такой подарок? – спросил Александр.
– За то, что ты меня за печкой поселил, – усмехнулся мужичок. – Прощай. Иди. Не теряй время.
Александр кувшин на стол поставил, оглянулся.
Мужичок исчез. Только солнечные зайчики по потолку скачут. Дверь за спиной скрипнула входная. Снаружи гарью потянуло. Конь заржал призывно. Волк зарычал. Александр на крыльцо вышел! Конь копытом землю бьет. Словно не скакал полдня. Александр на коня с разбегу не запрыгнул, а взлетел. Дернул удила.
– Вперед, – крикнул.
Конь на дыбы поднялся и с места в галоп пошел. Волк следом припустился. Встречный ветер ударил в лицо.


* * *

Ракшасы выпрыгивали из темноты, сыпались со сводов пещеры, напарываясь на копья, срывали когтями доспехи, вгрызаясь зубами в плоть. Твари хорошо видели в темноте. Это была их стихия. Мауронги разили наугад, с потерями, медленно, но упорно продвигаясь вперед, оставляя под ногами сотни подземных чудищ.
Строй сохранять не удавалось. Да и какой тут строй? Твари сотнями прыгали со сводов подземелья, сбивая с ног воинов. Бросали камни. Царила полная неразбериха
«Заманил в ловушку, гад!» – назойливо крутилась одна и та же мысль в голове Зерона. Он потерял Марквентора из виду. Конь Хранителя без седока бестолково топтался в яростной сваре. «Заманил и сбежал, сволочь!» – Зерон пырнул в оскаленную пасть ракшаса острием меча. Тот взвыл, лязгнул окровавленными зубами. Зерон добавил рубящим ударом по шее чудовища.
– Где же он? Сам лично перережу его лживую глотку!
Зерон увидел Хранителя. Тот яростно отбивался посохом от троих ракшасов. Неплохо! Один из них взвыл, завертелся волчком. Другие отступили. Нет, не предал вроде. Сам от смерти спасается.
Натиск ракшасов поутих, а вскоре и вовсе прекратился. Твари попрятались в темноту, оставив на полу подземелья сотни неподвижных тел среди потрепанных рядов мауронгов.
– Убрать с дороги падаль! – приказал Зерон. – Раненых и мертвых воинов забрать.
Хранитель, прихрамывая, подошел к Зерону.
– Я не понимаю, – оправдываясь, выдохнул он.
– Зато я понимаю, – скривился Зерон в усмешке. – Это только начало. Кто-то очень не желает, чтобы мы прошли. Но мы пройдем.
– Да, уже скоро, – кивнул головой Марквентор, забираясь на коня. – До горячей реки дойдем, а там уже выход близко.
– Что за горячая река?
– Кровь земли.
– А ты откуда знаешь? Ходил здесь? От кого узнал об этой пещере?
– Мне мой отец рассказал. Он ходил здесь, когда в гостях у подземного царя бывал. Подземного царя, царя подземного, – повторил Марквентор. – Кажется, я понимаю.
– Да тут и понимать нечего. Не желает нас земля пропускать. Ничего, пройдем! Эй, вы там! – крикнул Зерон в сторону колонны воинов. – Щиты сомкнуть! Строй не нарушать! Всех убивать по дороге! С нами Мауронг! Вперед!
– Мауронг! – завопили воины и, выставив копья, двинулись вперед.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41