А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

.. Тут Зигги Кларк со своим тромбоном начал змей заклинать, парень весь скривился и ушел.
- Спасибо, Барни, ты мне помог! Как насчет пива?
- Я разве когда-то отказывался?
В эти минуты за столик к Джулии подсела её подруга:
- Ну и каков этот легионер?
- Он интересен! - ответила Джулия. - С ним легко, спокойно и даже хорошо...
- Ты влюблена?
- Возможно! Вчера я попыталась набросать его портрет - не получилось, трудно подобрать костюм, смогла определить только одну деталь - длинный белый шарф, как у военных авиаторов шестнадцатого года...
- Ты влюблена! - подруга аж взвизгнула от восторга. - С ума сойти, легионер тебя завоевал!
- Почему бы и нет?
- Ты называла Легион сборищем отребья...
- А так оно и есть, и я не уверена, что Чарли - исключение...
К столику подошел Боксон:
- Как дела, девчонки? Если вы обсуждаете меня, то не буду мешать, пойду, посекретничаю с Барни... С каким коктейлем мне вернуться?
5
- Эти люди знали обо мне слишком много, - рассказывал Боксон Лавьеру, следовательно, произносить вслух словосочетание "крупная антифранцузская акция" не должны были ни в коем случае - я ведь офицер Иностранного Легиона и пока ещё - не завербованный агент. Полагаю, мистер Клаус пытается распространить некую дезинформацию, чтобы проверить мое участие в тайных структурах французской республики...
- Занятно! - Лавьер дунул сигаретным дымом в пролетающую муху. Где-нибудь в канцелярии сидит настоящий агент и он проверит время появления твоих данных. Так определяется значимость некоего Чарльза Боксона. Не льстишь ли ты сам себе?
- В отличие от Клауса, я знаю точно: моя величина во французской разведке равна нулю. Так как это уважаемое ведомство выполнило мои предварительные условия, я готов выслушать любое конкретное предложение.
- Готов выслушать - всего лишь? Ты дерзкий, - засмеялся Лавьер, - твои попытки сохранить иллюзию независимости забавны!
- Неужели ты всерьез думал, что меня можно завербовать посредством разрешения на оружие? Этой бумагой вы лишь доказали свои полномочия, не более того. С недавнего времени я работаю только с конкретными суммами и конкретными людьми. Итак, контур задания, сумма, адрес для контакта - и я обдумываю свой ответ. Я запросил не очень много?
- Не много, но достаточно! Какую валюту предпочитаешь?
- Сегодня - доллары, в Бразилии с обменом франков могут возникнуть недоразумения.
- При чем тут Бразилия?
- Я ещё не знаю подробностей задания, может быть, после его выполнения мне придется всю жизнь скрываться в благословенных джунглях Амазонки...
- Было бы глупо исключать такую вероятность, - согласился Лавьер. - Судьба разведчика непредсказуема. Теперь, как ты выразился, контур задания. Министерство иностранных дел Французской республики заинтересовано в наличии на юге Африки некоей вооруженной группы, способной выполнять конфиденциальные задания...
- А Легион? Уже не способен?
- Использование Легиона требует принятия решений на уровне президента. Для молниеносной операции по спасению, например, католических священников, попавших в руки мусульманской или языческой толпы, требуются совсем другие люди.
- То есть данная вооруженная группа будет подчинена неизвестному чиновнику из министерства?
- Да! Не криви рожу, коллега, самое главное ты ещё не услышал! Эта группа должна состоять из граждан других государств - Англии, Штатов, Германии, каких угодно - но только не Франции! Бельгия, кстати, не запрещена, но крайне не одобряется. Более того, рядовые солдаты не должны знать, приказы какой страны они выполняют. Все внешние контакты осуществляет исключительно командир, и только со строго ограниченным кругом лиц. Так сказать, маленькая карманная спецкоманда...
- Сколько человек должно быть в команде?
- Не больше полусотни, финансирование не беспредельно, к тому же - где ты найдешь столько настоящих коммандос?
- У вас нет других офицеров, кроме меня?
- В основном - французы и бельгийцы, а ты - англичанин, подданные её величества поверят больше тебе...
- Затея интересная, но бесперспективная - содержание роты наемников не останется незамеченным, через полгода исчезающие в неизвестности суммы привлекут внимание министерской бухгалтерии, и на пресс-конференции министр будет лепетать о чересчур ретивых секретарях и неправильно ими понятых государственных интересах республики!..
- Твои предложения?
- Организация маленькой боевой группы в составе не более двадцати человек - во-первых. Во-вторых: набрать группу следует из тех англичан, которых уже завербовал наш покойный друг Стокман, но придется посмотреть, как они проявят себя в боевых действиях в Анголе - тем самым исключается необходимость особой проверки их качеств. В-третьих: всегда иметь возможность быстро увеличить численность команды и, после выполнения конкретной операции, немедленно всех распустить. При выполнении третьего условия постоянный контингент можно сократить до десяти человек, что позволит финансировать их, например, как дополнительную охрану одного из посольств. Такой вариант проектом предусмотрен?
- Рассматриваются абсолютно все предлагаемые варианты, на стадии планирования допустима любая разумная инициатива...
- И кто определяет степень разумности? Тот анонимный государственный служащий в блестящих на заднице брюках? Коллега, ты знаешь, почему на Кубе победил Кастро? Потому что американским посольством в Гаване заправляли обыкновенные чинуши из госдепартамента, считающие себя чертовски умными и неслыханно дальновидными стратегами. Мне случалось разговаривать с парнями из антикастровского движения, они таят в душе злобу против Соединенных Штатов, совершенно искренне ненавидят американское правительство, прямо называя его виновником всех своих бед. Особо забавно здесь то, что они - правы!
- Спорное утверждение...
- Согласен, как говорится, понятие "абсолют" применимо только к шведской водке!.. Но самое главное, Роже, - я не верю людям из канцелярии! Из-за этих чертовых государственных интересов, которые чаще всего даже не сформулированы письменно и существуют лишь в воображении прорвавшихся к управлению ущербностей, меня и мою команду запросто направят на верную гибель, хотя бы просто для того, чтобы обозначить тенденцию маловразумительного государственного интереса! Надеюсь, мое изложение понятно?
- Тебе надо быть адвокатом, на домохозяек и фермеров из жюри присяжных ты будешь производить громоподобное впечатление...
- Когда-нибудь начну... И, наконец, самое главное, - Боксон щелкнул зажигалкой. - Я все-таки выражаю свое принципиальное согласие, а именно: отправляюсь в Анголу, присматриваюсь к людям, начинаю создавать команду и уже сегодня готов к обсуждению последующих предложений. Что аванс?
- Назови конкретную сумму, обсудим...
- Полагаю, двадцать тысяч долларов позволят мне пару раз поставить выпивку перспективным парням и поговорить с ними о взглядах на жизнь...
- Пиши расписку.
- Никогда, даже и не думай об этом!
- Без расписки - невозможно...
- Жаль, я разочарован! А ведь какое хорошее было начало!
Лавьер и Боксон молчали больше минуты, потом бельгиец сказал:
- Предложи свой вариант.
- Перевод денег на номерной счет в Женеву.
- Тогда тебе придется иметь все дела не со мной - я не имею достаточных полномочий. Предупреждаю - документального оформления не избежать...
- Коллега, мне проще отказаться, чем ставить подпись!.. Особенно - в такой сомнительной афере...
- Чарли, мы ведь можем обойтись и без тебя!..
- Без меня, брат по оружию, вам уже не обойтись!..
(...Боксон старался не лгать самому себе и был абсолютно прав, утверждая, что его величина во французской разведке равна нулю. Но столкновение интересов Парижа, Лондона, Вашингтона, Йоханнесбурга, Пекина и Москвы в глобальном противостоянии идеологий в сочетании с жесточайшими требованиями экономической целесообразности, заставляющие транснациональные корпорации (в том числе и нефтяные - французскую "Тоталь", американскую "Галф Ойл", голланско-британскую "Шелл - Бритиш Петролеум"; алмазные - южно-африканский картель "Де Бирс" и британский консорциум "Диаманг") идти на рискованные капиталовложения в охваченных войной регионах, и создали ту уникальную обстановку, при которой реальной стабилизирующей силой (на фоне зачастую нескрываемого, а иногда - и попросту открыто афишируемого бессилия официальных властей) становятся командиры отдельных тактических подразделений батальонного уровня. Во второй половине 1975 года в Анголе сложилась ситуация, при которой претендующие на власть политические группировки имели почти равные шансы на победу, и правильная ставка на победителя давала заинтересованным внешним структурам преимущество перед конкурентами - как идеологическими, так и экономическими. Уроки африканских сепаратистских мятежей были учтены, и ещё до окончательного ухода из Луанды португальской колониальной администрации в различных сопредельных государствах началась активная работа над созданием воинских формирований, подчиненных той или иной противоборствующей стороне. Именно этим и объясняется тот факт, что правительственные учреждения Великобритании позволили совершенно свободно вести на территории страны запрещенную законом вербовку и отправку в Африку сотен наемников, а министерство иностранных дел Франции обратило внимание на отставного лейтенанта Чарльза Спенсера Боксона.)
...На сером мраморе было выбито: "Тимми Вуд, 30.VII. - 9.VIII.1966".
"Мак-Рэй ошибся, - подумал Боксон, - ребенок родился живой, но только прожил он десять дней. Всего - десять дней. Сегодня - день рождения... Наверное, она успела покормить его грудью..."
Маленький плюшевый медвежонок сидел у подножия мраморного креста, рядом Джулия положила небольшой букетик. Она не плакала, но все-таки укрыла глаза за темными стеклами очков.
- Это хорошо, что ты молчишь, - сказала она чуть позже, - мне трудно слушать соболезнования...
Боксон вздохнул, под его ногами хрустнул мелкий гравий.
- Я всегда приходила сюда одна... Не знаю, почему разрешила тебе идти со мной... Если знаешь какую-нибудь молитву, прочти...
Боксон мысленно проговорил латинский текст "Патер ностер" - "Отче наш", добавив в конце: "Зачем ты так жесток, Господи?.."
Они постояли около могилы ещё некоторое время, потом Джулия повернулась к Боксону.
- Не оборачивайся, Чарли! - тихо произнесла она, глядя ему за спину. - На нас смотрит какой-то тип, я вижу его уже третий раз... Он следит за тобой?
- Наверное! - Боксон не шелохнулся. - Он далеко от нас?
- Ярдов сорок, через дорожку, делает вид, что рассматривает памятник... Вчера у "Катанги" он стоял на другой стороне улицы, сегодня я видела его около дома, а сейчас - уже перебор...
- В замшевой коричневой куртке, серые брюки, короткая стрижка?
- Да! - Джулия ничуть не удивилась. - Ты его знаешь?
- Мне о нем говорили... - Боксон вынул из кармана свои темные очки, надел их. - Если можешь, улыбнись мне... Я тебя сейчас обниму, мы повернемся, и я попробую его рассмотреть... Где он, назови какой-нибудь ориентир...
- Высокий гранитный крест, с моей стороны - справа, ещё немного правее мраморный ангел, он - между ними... Чарли, он идет к нам!..
- Начнем?
Джулия улыбнулась, ласково обняла Боксона, он наклонил её назад, как для страстного театрального поцелуя, резко повернулся.
Наблюдатель в замшевой куртке смотрел на обнимающуюся парочку с любопытством любителя порнографии и потому не сразу догадался о хитрости маневра; Боксон же успел увидеть все, что нужно.
- Это же Пинки! - узнал его Боксон, отстранил Джулию, быстро пошел, почти побежал, навстречу этому парню, тот инстинктивно рванулся было от него, но тотчас остановился, развернулся и с улыбкой выставил перед собой нож. Хороший нож, с остро отточенным семидюймовым лезвием.
- Ты слишком смел, дружок... - сказал Боксон, он умел драться против ножа, сейчас шел вперед уверенно, но клинок вдруг начал мелькать перед ним, передвигаться с невероятной быстротой и только прыжок назад спас Боксона разрезанный рукав пиджака повис тряпкой.
- Ух ты!.. - проговорил Боксон и снова с трудом увернулся от удара, но теперь он был готов - сорвал с лица очки и бросил их в нападавшего, стараясь угодить в лицо, выигранные доли секунды позволили увеличить дистанцию. Внезапный соперник оказался талантливым мастером клинка, его движения, при всей кажущейся хаотичности, были точны и уверенны, похожий уровень мастерства показывают в гонконгских кинофильмах, но ведь киношное трюкачество так мало похоже на настоящий бой...
Схватка на кладбище дает преимущества как нападающей, так и обороняющейся стороне - могилы и памятники служат отличными прикрытиями, и Боксон использовал эту возможность, но, прежде всего, он крикнул Джулии:
- Убегай, мне с ним не справиться!
Фехтовальщик в замшевой куртке перебросил нож в левую руку, правой вытащил из кармана раскрывшуюся в движении бритву, но потраченные мгновения снова удачно использовал Боксон - расстояние между противниками ещё больше увеличилось, и превосходство в оружии сошло на нет - метать нож было слишком рискованно, клинок - не пуля, велик шанс промахнуться, и тогда враг вооружится твоим ножом.
- Какая красивая вещь, братишка!.. - сказал укрывающийся за высоким памятником Боксон. - За что ты убил беднягу Стокмана?..
- Заткнись, падаль! - крикнул убийца, и высокие ноты, проскользнувшие в голосе, выдали его растерянность - поединок, начавшийся для него столь неуспешно, затянулся; этот Боксон в разрезанном пиджаке не позволил себя убить в первые секунды, навязал свою игру выдержки и нервов. Пинки не мог быстро приблизится к жертве, нужно было перешагивать через могилы, обходить памятники; Боксон же ловко увертывался и убегал.
- Да ты совсем дурак, Пинки! - говорил он, уходя от сверкающей стали, нож царапнул по надгробию ("Сэр Дональд С. Донсон, контр-адмирал, 1869-1954"). Сейчас здесь будет полиция, беги!..
Иногда нерешительность лидера в решающий момент губила великие империи, и сейчас нерешительность погубила одинокого убийцу Пинки. Сначала он прекратил преследование, потом начал отступать, споткнулся о могильную плиту ("Робин Дж. Грейтер, 1883-1962"), чуть не упал, затем побежал, размахивая ножом и бритвой, а за ним устремился Боксон:
- Ты кретин, Пинки, сдавайся!..
Пинки резко остановился, пошел навстречу Боксону, но тот снова начал убегать и прятаться за каменными памятниками. Теперь он не был совсем безоружен - снял на ходу пиджак, держал его в левой руке на манер алого плаща тореадора; если бы вдруг Пинки подошел слишком близко, пиджак можно было набросить на лезвие или махнуть перед глазами.
Они метались по тесно заселенному кладбищу, преимущества не имел ни тот, ни другой, но если с каждой секундой Боксон утверждался в своей победе, то Пинки, напротив, - терял последние шансы на неё.
Джулия уже успела скрыться, других посетителей на кладбище не было, через три минуты беготни противники остановились - между ними стояли два надгробия, расстояние достаточно безопасное, чтобы передохнуть.
- Слышь, Пинки, зачем ты завалил Стокмана? - спросил, переводя дыхание, Боксон.
- Падаль, я тебя достану!.. - невпопад ответил Пинки.
- Нет-нет-нет, Пинки! - быстро проговорил Боксон. - Сегодня твой последний день, а моя теплая женщина подарит мне божественную ночь!.. Ай, Пинки, какой же ты дурак!
- Заткнись! - заорал Пинки, в два прыжка преодолел препятствия, но противник как-то странно откинулся вниз, Пинки почувствовал сильный удар по ногам и не удержавшись, повалился на спину. Но все-таки в армии Пинки был десантником, он умел падать; он и сейчас смог бы вскочить на ноги, но чересчур крепко ударился затылком о гранитный памятник ("Фелиция Джефферсон, 1939 1958"); сознания не потерял, однако поднимался с земли медленнее, чем мог бы, и снова Боксон мастерски зацепил его ногами, и Пинки снова упал, на этот раз лицом вперед, постарался достать Боксона ножом, но тот увернулся и встал первым.
- Пинки, придурок, тебе со мной не справиться! - издевательски говорил Чарли с безопасного расстояния. - Я тебя никуда не отпущу, сдавайся!
Пинки сидел на могильной плите ("Энн-Элизабет Смит, 1874-1962"), ушибленный затылок болел, в голове звенело, но хуже всего было ощущение непредвиденной неуязвимости врага - именно врага, потому что просто жертвы перед ним уже не было.
Чарли наклонился, поднял с дорожки горсть мелких камешков и швырнул их в Пинки, опять же стараясь попасть в лицо; в это мгновение Пинки не сдержался, и метнул нож - упражнение непростое, требующее должной сноровки; Боксон уловил новое движение и уклонился; промелькнувшая сталь звякнула о надгробный камень где-то далеко за спиной. Боксон громко рассмеялся:
- Ха, дурачок Пинки начал разоружаться! Теперь брось бритву, коллега, ложись лицом вниз и руки за голову!
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21