А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Наверное, я наврала что-то удачное, потому что она сказала, что завтра к ней собирались зайти несколько ребят и что она пригласит меня. Я так на это надеюсь!

8 июля

Дневник! Я чуть не плачу от счастья! Это случилось! Джил позвонила ровно в 10:32. Я знаю, потому что сидела у телефона с часами в руке и посылала ей мысленные сигналы. Она устраивала автограф-пати; слава богу, я захватила свой ежегодный альбом. Он, конечно, не такой как у них, и там не будет ни одной фотографии с ними, но и у них в их альбомах не будет меня. Я надену свой белый брючный костюм, а сейчас пойду вымою голову и сделаю прическу. Мои волосы стали совсем длинными, а если их накрутить на банки из-под апельсинового сока, то они завиваются внизу большими красивыми локонами. Надеюсь, у нас хватит банок из-под сока! Должно хватить!

10 июля

Дорогой Дневник, даже не знаю радоваться мне или стыдиться. Прошлой ночью я испытала самые невероятные ощущения в своей жизни. Когда говоришь это словами, то звучит отвратительно, но это было потрясающе, замечательно и волшебно!
Ребята, собравшиеся у Джил, были такими дружелюбными и мягкими, что я сразу почувствовала себя как дома. Они приняли меня так, будто я всегда была в их компании, все были такими беззаботными, и никакой суеты. Мне понравилась сама атмосфера, это было замечательно! В общем, через некоторое время после того, как мы все собрались, Джил и еще один мальчик принесли поднос с банками колы, и все сразу улеглись – кто на полу на диванных подушках, кто на диване и в креслах.
Джил подмигнула мне и сказала: «Поиграем в „У кого пуговица?“. Ну, помнишь, такая детская игра». Билл Томпсон, он растянулся рядом со мной, засмеялся и сказал: «Плохо только, что кому-то придется сегодня побыть контролером».
Я взглянула на него и улыбнулась. Не хотела выглядеть полной дурой.
Все медленно потягивали колу из банок и, казалось, наблюдали друг за другом. Я стала смотреть на Джил, решив делать то же, что она.
Вдруг я почувствовала, что внутри у меня что-то происходит. Я вспомнила, сообразила, что с того момента, как мы начали пить колу, проиграли уже две или три песни, теперь все смотрели на меня. У меня вспотели ладони, а на шее выступили капельки пота. В комнате стало необычно тихо, Джил встала и задернула шторы. Я подумала: «Они решили меня отравить! Зачем?! Зачем им это нужно?!»
Все тело напряглось – каждая мышца, мне стало страшно, страх душил меня, я задыхалась. Когда я открыла глаза, оказалось, что просто это Билл обнял меня за плечи. Я услышала его голос, который звучал будто записанный на пленку в замедленной скорости, он сказал: «Тебе повезло, не бойся, я позабочусь о тебе, это будет отличное путешествие. Расслабься, ну давай, получай удовольствие, наслаждайся». Он ласково гладил меня по лицу и шее и говорил: «Честное слово, я не допущу, чтобы с тобой Случилось что-нибудь плохое».
Мне показалось, что его слова повторяются снова и снова, как замедленное эхо. Я засмеялась, дико, истерически. Мне показалось это самым забавным и абсурдным из всего, что я когда-либо слышала. Потом я заметила странные, движущиеся по потолку образы. Бил уложил меня, и моя голова покоилась у него на руках, когда я смотрела на эти образы, превращающиеся в цветные воронки из огромных пятен красного, синего и желтого цвета. Я хотела поделиться этой красотой с остальными, но слова были влажными, мокрыми, собирались в капли и имели привкус цвета. Я поднялась и стала ходить, внутри и снаружи я чувствовала легкий холодок. Хотела сказать об этом Биллу, но смогла только засмеяться.
Вскоре промежутки между словами стали такими, что между каждым моим словом успевали проноситься целые эшелоны мыслей. Я поняла, что вспомнила совершенный, истинный, первичный язык, которым пользовались Адам и Ева, но когда попыталась об этом сказать, слова никак не желали соотноситься с моими мыслями. Я их теряла, они ускользали от меня, такие замечательные и бесценные, а их необходимо было сохранить для потомков. Я чувствовала себя ужасно, и наконец я уже не могла говорить и грохнулась обратно на пол, закрыла глаза и буквально погрузилась в музыку. Я чувствовала ее запах, я могла потрогать ее и определить, какая она на ощупь. Никогда со мной не происходило ничего более прекрасного. Я была частью каждого инструмента, буквально частью. У каждой ноты был свой характер и форма, у каждой свой собственный, абсолютно отличающийся от других цвет – отличающийся настолько, что я осознавала место этой ноты во всей композиции прежде, чем прозвучит следующая нота. Мое сознание овладело мудростью веков, но не существовало подходящих слов, чтобы ее выразить.
Я взглянула на журнал на столе, и оказалось, что я вижу его в сотне измерений. Он был так прекрасен, что пришлось закрыть глаза, мне было не вынести этого зрелища. Меня тут же унесло в иную сферу, в другой мир, в другое состояние. Все неслось на меня и от меня, дыхание перехватывало, как при спуске на скоростном лифте. Не могу сказать, что было реальным, а что не реальным. Была ли я книгой, столом, музыкой, или я была частью их, но это и не имело значения; неважно, чем я была, – я чувствовала себя восхитительно! Впервые в жизни я была свободна! Я танцевала, что-то изображала, кривлялась перед целой группой людей и наслаждалась каждым мгновением.
Мои чувства так обострились, что я слышала чье-то дыхание в соседнем доме и чувствовала аромат трехслойного апельсинового, красного и зеленого желе, которое готовили за милю отсюда.
Через какое-то время – мне оно показалось вечностью, – я стала приходить в себя, и ребята начали расходиться. Я спросила у Джил, что произошло, и она сказала, что в десяти из четырнадцати бутылок с колой было ЛСД и (пуговица! пуговица!) никто не знал, кто сегодня улетит. Bay! Рада ли я, что оказалась в числе счастливчиков?
Когда мы добрались до дома бабушки, свет там уже не горел. Джил помогла мне добраться до моей комнаты и раздеться и уложила меня в постель. Я погрузилась в сон, похожий на приступ морской болезни, с ощущением счастья, только слегка мешала головная боль, которая могла быть следствием того, что я долго и сильно смеялась. Все это было забавно. Это было восхитительно! Но не думаю, что попробую еще раз. Я слышала слишком много страшных историй о наркотиках.
Теперь, вспоминая, я понимаю, что должна была догадаться о том, что происходит. Любой идиот бы догадался, но мне эта вечеринка казалась такой загадочной и замечательной, что, наверное, я не вслушивалась, а может, и не хотела вслушиваться; если б я догадалась, в чем тут дело, то испугалась бы до смерти. В общем, я рада, что они так со мной поступили, теперь я могу чувствовать себя свободной и ни в чем не виноватой, и вполне целомудренной, ведь не я приняла это решение. И вообще, все уже позади, и я больше не буду об этом думать.

23 июля

Дорогой Дневник, два дня пыталась убедить себя, что употребление ЛСД превращает меня в «наркоманку», что ко мне применимы и прочие низкие, грязные и презрительные эпитеты, которые я слышала в адрес ребят, что употребляют ЛСД и другие наркотики, но мне так, так, так интересно, я так хочу попробовать марихуану, только разок, обещаю! Мне просто необходимо убедиться, что все эти разговоры о ней неправда. Все, что я слышала о ЛСД, явно написано несведущими, невежественными людьми вроде моих родителей, которые не знают, о чем говорят. Может, и с марихуаной то же самое. В общем, Джил звонила сегодня утром, она сказала, что на выходные собирается к друзьям, а в понедельник она первым делом позвонит мне.
Я сказала, что отлично, отлично, отлично провела у нее время, и мне показалось, что ей было приятно. Я уверена: если я намекну, что я хочу разок попробовать марихуану, она поймет, а потом я сразу уеду домой и забуду обо всех наркотиках на свете, но так приятно чувствовать себя сведущей и знать, что к чему в этом мире. Конечно, я не хочу, чтобы кто-нибудь про все узнал, придется тебя запереть в металлический ящичек для рыбацких принадлежностей с надежным замком. Нельзя же допустить, чтобы кто-нибудь тебя прочел, особенно теперь! Нет, лучше буду носить тебя с собой, даже в библиотеку, хочу поискать там что-нибудь о наркотиках. Слава богу, что существует каталог, спросить я не решилась бы. А если пойти сейчас, когда библиотека только открылась, мне, наверное, никто не будет мешать.

14 июля

По дороге в библиотеку встретила Билла. Он пригласил меня вечером к себе. Интересно, что будет? Я исследую абсолютно новый мир, ты даже не представляешь, какие широкие перспективы открываются передо мной. Чувствую себя Алисой в Стране Чудес. Может, Льюис Дж. Кэрролл тоже сидел на наркотиках?

20 июля

Дорогой мой, близкий мой, милый мой друг, мой Дневник, у меня была самая фантастическая, познавательная и пугающая неделя в жизни. Это было как… Bay! Лучшее, что со мной происходило. Помнишь, я говорила тебе о свидании с Биллом? Ну так вот, в пятницу он познакомил меня с «торпедами», а в воскресенье со «спидом». И то и другое похоже на катание на падающей звезде по Млечному Пути, только в миллион, в триллион раз лучше. «Спид» поначалу немного пугал, потому что Биллу пришлось вколоть его мне прямо в руку. Я так ненавидела уколы, когда лежала в больнице, но тут совсем другое, теперь не могу дождаться, да, не могу дождаться следующего раза. Неудивительно, что он называется speed! Я почти не контролировала себя, на самом деле я бы и не смогла, если б хотела этого, но я и не хотела. Я танцевала так, как и мечтать не может такая зацикленная на себе мышь вроде меня. Я чувствовала себя великолепно, я была свободной, распутной, другой, улучшенной, совершенной представительницей другого, улучшенного, совершенного биологического вида. Это было дико! Это было прекрасно! Правда.

23 июля

Дорогой Дневник, прошлой ночью у дедушки был небольшой сердечный приступ. Слава богу, это случилось, когда я только собиралась уходить, и оказалось не очень серьезным. Бедная бабушка, это здорово выбило ее из колеи, но внешне она остается спокойной. Они не цеплялись ко мне ни разу со дня моего приезда, и им было так приятно, что я отлично провожу время и что у меня появилось много друзей, и они совсем перестали вмешиваться в мою жизнь. Славные, неиспорченные души! Если б они только знали, что происходит! Брови взлетели бы до макушек!
После приступа дедушке придется провести в постели несколько недель, и мне надо быть очень осторожной, чтобы не создавать лишних проблем, а то меня могут отправить домой. Может, если я стану больше помогать по дому, они даже решат, что я им очень нужна.
Надеюсь, с дедушкой все будет в порядке. Я его так люблю. Я понимаю, что когда-нибудь и он, и бабушка умрут, но, надеюсь, это случится еще очень, очень нескоро. Странно, но до сих пор я никогда не задумывалась о смерти. Наверное, я тоже когда-нибудь умру. Интересно, есть ли жизнь после смерти? Надеюсь, что есть! Но вообще-то не это волнует меня на самом деле. Я знаю, что душа возвращается обратно к Богу и все такое, но мысли о теле, погребенном и гниющем в темной холодной земле, которым кормятся черви, невыносимы. Лучше уж пусть меня кремируют. Да! Пусть. Когда вернусь домой, попрошу маму и папу и ребят, чтобы они меня кремировали после того, как я умру. Хочу быть в этом уверенной. Они сделают, как я попрошу, ведь они такие славные, милые, они такая чудесная и хорошая семья, я люблю их, мне так повезло, что я оказалась с ними. Надо не забыть им опять написать письмо, прямо сегодня. Все время забываю писать, но все, исправлюсь, я просто обязана исправиться! Напишу, что хочу домой, прямо сейчас! Хочу уехать от Билла и Джил и прочих! Не знаю, почему нельзя употреблять наркотики, они такие клевые, и прекрасные, и замечательные, но знаю, что нельзя, и не буду! Никогда. Здесь и сейчас торжественно клянусь, что с этого дня до самой смерти все, кто меня знает, смогут гордиться мной, и тогда я буду гордиться собой!

25 июля

Дедушка поправляется. Я готовлю и убираю в доме, так что бабушка может все время находиться рядом с ним. Они благодарны за это, а я благодарна им.

6:30

Позвонила Джил и позвала на вечеринку, но я сказала, что должна быть дома, пока дедушке не станет лучше. Хорошо, что был повод отказаться.

28 июля

После дедушкиного приступа мама с папой звонят теперь каждый день. Они спросили, не хочу ли я вернуться домой. Я правда хочу, но должна остаться хотя бы до конца следующей недели, чтобы помочь.

2 августа

Скучно – сил нет, но, в конце концов, я оказываю бабушке моральную поддержку; после всего, что она сделала для меня за всю мою жизнь, это – меньшее, чем я могу ее отблагодарить. Билл снова звонил, приглашал на свидание, и бабушка настаивает на том, что мне будто бы следует выйти развеяться; наверное, встречусь с ним, но если ему захочется трипануть, то только побуду его контролером.

3 августа

Вчера у Билла собралось шесть человек. Его родители уехали в город и должны были вернуться только около часа или двух. В общем, они собрались устроить кислотный трип, и после долгого заточения я решила тоже попробовать – один, последний раз. Конечно, когда я вернусь домой, я не буду употреблять ничего такого. Это было круто, лучше, чем в прошлые разы, не знаю, как это возможно, но тем не менее это так. Я несколько часов созерцала уникальность и великолепие своей правой руки. Я видела все мышцы, клетки и поры. Каждый кровеносный сосуд был прекрасен сам по себе, я до сих пор трепещу от всего этого великолепия.

6 августа

Что ж, вчера это наконец случилось. Я больше не девственница! В какой-то мере я очень об этом сожалею, потому что мне всегда хотелось, чтобы моим первым и единственным мужчиной был Роджер, но мы ведь больше не встречаемся, вообще-то, я его так ни разу и не видела, как приехала сюда. В любом случае он, наверное, превратился в тупого, никчемного, идиотского придурка.
Интересно, а секс не под кислотой такой же чудесный, восхитительный и неописуемый? Я всегда думала, что это длится не больше минуты или типа как у собачек, но это оказалось совсем не так. Вообще-то, вчера меня долго не забирало, я просто сидела в углу и чувствовала себя брошенной и одинокой, а потом вдруг все изменилось и захотелось дико танцевать и заниматься любовью. Никогда не думала, что смогу испытывать такие чувства по отношению к Биллу. Он всегда был для меня просто милым парнем, который заботился обо мне, когда я нуждалась в поддержке, но тут я вдруг поняла, что мне ничто не мешает соблазнить его, а он особо и не сопротивлялся. До сих пор все это кажется не вполне реальным.
Я всегда думала, что секс в первый раз – это нечто особенное, может, даже болезненное, но он оказался просто частью яркого, безбашенного, офигенного непрерывного трипа. Я по-прежнему не могу их разделить.
А вдруг все ребята уже занимались сексом? Нет, слишком уж это неприлично и по-животному.
Интересно, как бы к этому отнеслись Роджер, и мои родители, и Тим и Алекс, и дедушка с бабушкой, если б они узнали? Наверное, это бы их убило! Хотя не больше, чем меня саму.
Может, я даже правда люблю Билла, хотя сейчас и не могу толком вспомнить, как он выглядит. Ох, у меня такая ужасная путаница в голове, что тошнит. А еще – вдруг я беременна? Как бы я хотела, чтобы у меня был кто-то, с кем я могла бы поговорить, кто-то, кто знает, о чем говорит.
Мне раньше и в голову не приходило, что я могу забеременеть. Может ли это произойти в первый раз? Женится ли тогда на мне Билл или решит, что я маленькая дура, которая занимается этим со всеми? Наверное, сделаю аборт. Если придется уйти из школы, как пришлось уйти в прошлом году N, я точно не выдержу. Тогда, после ее ухода, еще много недель подряд все ребята ни о чем другом и говорить не могли. О Боже! Сделай так, чтоб я не была беременна!
Сейчас же позвоню маме. Попрошу бабушку купить мне билет на самолет и завтра же уеду домой. Ненавижу этот гнилой городишко, и Билла Томпсона, и всю эту тусовку. Зачем я только с ними связалась? Но мне было так приятно, так хорошо, когда они приняли меня, а теперь я такая несчастная, мне так стыдно, будто я собираюсь сделать что-то не слишком хорошее.

7 августа

Мама с папой сказали, что с возвращением домой мне придется подождать до конца следующей недели. Я не стала особо настаивать, потому что бабушке и правда нужна моя помощь. Но я не стану подходить к телефону и шагу не ступлю за порог.

Позже

Звонила Джил, но я попросила бабушку сказать, что я плохо себя чувствую. Хотя даже для бабушки было очевидно, что со мной все в порядке. Я живу теперь в таких сомнениях и мрачных предчувствиях и страхах, о которых раньше и помыслить не могла.

9 августа

Мир перестал вращаться вокруг своей оси. Моя жизнь кончена. После ужина, когда мы с бабушкой сидели в саду, угадай, кто из всех людей на свете постучался в заднюю дверь?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15