А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


— Что вам известно о тюрьмах? — спросил он.
— Строгости в них мало, — ответил бывалый вояка.
— В моей тюрьме должно быть все строго. Организуете такую для меня. Чтобы нельзя было захватить. Никогда. — И Квантрил отвез Бауэра в горный монастырь.
Бауэр сдержал слово. Всего за месяц он превратил старые развалины в неприступную крепость.
Майлс Квантрил откинулся в кресле. Сегодня первая из девиц будет доставлена первому из ничего не подозревающих клиентов Квантрила. Он улыбнулся возникшей в воображении картине. Интересно, что станет делать этот несчастный ублюдок, обнаружив лежащий у него в постели бесценный дар?
На столе тихо зазвонил телефон, Квантрил медленно пересек комнату и снял трубку. Он даже не потрудился произнести слова приветствия. Такие понятия, как «добрый день», «спасибо», «до свидания» не входили в его словарь. Как, впрочем, и Дика Бауэра.
— Подарок достиг адресата, — произнес Бауэр.
Квантрил аккуратно положил трубку обратно на рычаг. Ощущая восторг победы, он сел, положив ногу на ногу, стараясь не помять острую, как бритва, стрелку на брюках. Наконец-то началась большая игра, и теперь только дело времени, чтобы он достиг заветной цели.
Глава четвертая
Никто не знает, откуда взялись индейцы племени кантон. Просто однажды они вышли из клубящегося тумана, окутавшего остроконечные вершины гор. И первым же делом их вождь одолжил одеяло у испуганного пастушка-хопи, ставшего свидетелем их появления. Вождь объяснил, что не ожидал таких холодов в горах и что с первыми же лучами солнца одеяло отдаст.
Вождю так и не случилось вернуть одеяло, и оно стало первым предметом в длинном списке накопившихся за несколько веков вещей, которые индейцы кантон позаимствовали без отдачи, но с обещанием вернуть на следующий же день.
В ту первую ночь индейцы кантон расположились на территории разбитого кем-то лагеря и приготовили свою первую еду в посуде, подаренной добродушными навахо, из продуктов, полученных из того же источника. В последующие дни всем соседним племенам стало ясно, что индейцы кантон явились налегке — у них не было даже культуры или наследия, которое они могли бы назвать своим. Их вождь бормотал что-то нечленораздельное о «потерянном багаже» и большом количестве товаров, драгоценных металлов и камней, которые должны вот-вот прибыть, чуть ли не завтра, но они так никогда и не материализовались.
А индейцы племени кантон так и продолжали брать в займы, главным образом потому, что остальные племена не могли отказать. Индейцы кантон были такими обаятельными, улыбчивыми, всегда были готовы радостно засмеяться, прочитать стишок или спеть недавно позаимствованную у кого-то песенку. Недели складывались в годы, а индейцы кантон продолжали заимствовать материальную и духовную культуру соседей. Корзины они взяли у чако, плетение и гончарные изделия — у навахо, а великие анасази подарили им весь свой пантеон. Сами индейцы племени кантон только и делали, что грелись на солнышке. Похоже, простая жизнь шла им на пользу, и по прошествии нескольких веков племя продолжало расти и процветать.
Но однажды утром индейцы кантон исчезли так же таинственно, как и пришли. Только что были тут — и вдруг исчезли, растворившись в клубящемся горном тумане. Впрочем, несколько человек все же осталось. Их было не более полудюжины, оставшихся хранить великие традиции племени кантон. И среди этих шестерых находилась женщина, которой суждено было стать пра-пра-прабабкой Сэма Уолфши.
Сэм сидел на бордюрном камне у въезда на принадлежащую Гарри автозаправку и кидал камешки на потрескавшийся от зноя газон, время от времени поглядывая через плечо на лишенный сидений остов своего джипа.
Это был симпатичный парень лет двадцати пяти — двадцати восьми с продолговатым лицом. Кожа цвета меди плотно обтягивала острые скулы и выступающий подбородок. В добрых черных глазах играл озорной огонек. На плечи ниспадали несколько черных прядей, выбившихся из-под соломенной шляпы с растрепанными полями. На заправке не будет клиентов еще по меньшей мере недели три, и Сэм откровенно скучал. В его жилах так и бурлила кровь индейских предков, но он не мог следовать своим инстинктам.
Где они, былые времена, размышлял Сэм. Где горные пони и праздничные костры, потрескивавшие от дувшего из пустыни ветерка? Сэм вошел в здание конторы, намереваясь немедленно взять расчет и отправиться исследовать неведомую и дикую природу. За прилавком сидел дядя Гарри и читал газету.
— Ну, что ты задумал на этот раз, олух царя небесного? — ласково поинтересовался дядя.
— Понижешь, дядя Гарри...
— Может, хочешь уйти? Так вот твое жалованье. — Старик порылся в кассе, извлек оттуда несколько банкнот и помахал ими перед носом у племянника. — В мире есть прекрасные места. Молодой человек мог бы легко найти там работу, если бы захотел.
Сэм сглотнул.
— Вообще-то я хотел узнать, нельзя ли мне взять взаймы баночку «кока-колы».
Улыбка надежды на лице дяди увяла, и он убрал банкноты обратно в ящик.
— Никчемный ты человек, — пробормотал он. — Самый дрянной индеец из всех, кого я знал: соображаешь туго, к тому же трус до мозга костей. Можешь заблудиться в трех соснах. Господи, да от слепого и то было бы больше проку, чем от тебя!
— Дядя, а как насчет «кока-колы»"?..
Гарри швырнул племяннику теплую банку.
— Убирайся отсюда, — прорычал он.
Сэм Уолфши отправился обратно к своему бордюрному камню и уселся там. Еще одна попытка обрести свободу не удалась. Ладно, решил он, человек должен быть верен своей семье. Особенно если семья поддерживает его материально. Он сделал большой глоток теплой газировки и закрыл глаза. Все не так плохо, подумал он. Неплохой денек для работы над загаром.
* * *
С того самого момента, как они покинули мотель в Санта-Фе, Чиун не переставал жаловаться.
— Ты невежа. Я воспринимаю это как оскорбление.
Римо сжал руль «шевроле» так, что побелели костяшки пальцев.
— Папочка, я уже сотый раз повторяю, что мы не можем до бесконечности сидеть в мотеле. Смитти не за этим нас сюда послал.
— Дурак! Император отправил нас сюда именно за этим. Если бы мы подождали еще несколько минут, нас навестила бы Мона Мадригал! А ты все испортил.
— Если честно, Мона Мадригал даже не подозревает о нашем существовании, а тем более о том, что мы здесь.
— Ха! А у меня на родине принято, что, когда приезжает Мастер Синанджу, вся деревня выходит приветствовать его.
— Но ведь Санта-Фе — это не Корея!
— Император будет очень недоволен. Он послал нас в эту бесплодную пустыню, чтобы преподнести мне в подарок Мону Мадригал. И теперь, так внезапно уехав, мы оскорбили его лучшие чувства.
— Смитти даже не знает, кто такая Мона Мадригал! — заорал Римо. — А по всей пустыне валяются трупы!
— Жалкая уловка, — вымолвил Чиун с подчеркнутым спокойствием, задвигав бровями. — Ты ведешь себя, словно слепой! О, зачем только я согласился взять белого ученика?! Ты же абсолютно ничего не понимаешь!
— Я понимаю, что мы должны отправиться в горы Сангре-де-Кристо, и этого достаточно, — упрямо гнул свое Римо. Вдруг машина лязгнула и чихнула. — Вот и все, если, конечно, эта развалюха нас туда довезет.
Тут раздался скрежет и треск: отвалилась выхлопная труба.
— Вот, видишь? — злорадно усмехнулся Чиун.
— Ну и что? Потеряли какую-то дурацкую выхлопную трубу.
Но едва он это произнес, как с колес слетели колпаки. В зеркало заднего вида Римо наблюдал, как они, лениво очертив несколько кругов, легли на дорогу где-то далеко позади.
— Вот-вот, — с торжествующим видом проговорил Чиун. — Этот автомобиль всего лишь подделка.
— Я бы назвал его несколько иначе, — процедил Римо сквозь зубы.
— У императора Смита и в мыслях не было, что мы поедем на нем. Автомобиль — это часть инсценировки. Нам следовало остаться в мотеле. Ясно как Божий день, что император хотел приготовить мне сюрприз.
— А для меня это вовсе не сюрприз. Нанял где-то рыдван за двадцать баксов, жалкий...
В этот самый момент руль отделился от своей основы и остался у Римо в руках. Вне себя от злости, Римо швырнул его на заднее сиденье и принялся манипулировать машиной, сунув пальцы в рулевой механизм. Было впечатление, что он настраивает радио.
Безжалостный Чиун хохотнул.
— Вот, видишь. Раньше надо было меня слушать. Мы должны немедленно вернуться в мотель. Может, Мона Мадригал уже там?
— Ни за что. Нам нельзя возвращаться, просто нужно найти другую машину.
Мотор чихнул. Римо нажал на газ. Машина судорожно рванулась вперед.
— Просто невероятно! — воскликнул Римо. — Счетчик топлива тоже не работает! Кажется, у нас кончился бензин.
Чиун сложил руки на груди.
— Может быть, ты еще раз скажешь мне, о талантливейший, сколь важна наша миссия?
— Попридержи свой сарказм. Не видишь, у нас неприятности. Интересно, а что там впереди? — Он прищурился. Вдалеке виднелось приземистое строение с двумя прямоугольничками на переднем плане. — Будь я проклят, — с облегчением воскликнул Римо, — если это не бензоколонка! Можно считать, нам повезло.
— Какое счастье, — пробурчал Чиун.
Римо подрулил к бензоколонке; им навстречу поднялся темноволосый паренек.
— Эй, у вас отличная машина, — сообщил он, просовывая руку внутрь и щупая обшивку сидений.
Римо раздраженно стукнул его по руке.
— Какая тебе разница! Просто залей полный бак.
— Хорошо, — приветливо отозвался молодой человек. — Я просто посмотрел, вот и все. А закурить у вас не найдется?
— Нет, — ответил Римо. — А где здесь поблизости магазин подержанных автомобилей?
— В ближайшей округе такого нет. А вы знаете, что у вас отсутствует рулевое колесо?
— Да у тебя прямо орлиный глаз.
— Я мог бы его приладить. Будет лучше нового, а вся работа займет каких-нибудь несколько секунд.
Римо взглянул на молодого человека: тот казался вполне искренним.
— А ты что, механик?
— Я индеец, — гордо ответил молодой человек. — Сэм Уолфши. А у вас нет случайно жевательной резинки?
— Нет, — раздраженно бросил Римо.
— И пары круглых резинок тоже не найдется?
— Это еще зачем?
— Полезная вещь, — пожал плечами Уолфши. — Никогда не знаешь заранее, где они могут понадобиться.
— У меня есть только деньги.
— А-а, — разочарованно протянул индеец.
— Я бы хотел купить карту местности.
— Это внутри, — объяснил Сэм. — Гарри поможет выбрать.
— Я пойду с тобой, — вмешался Чиун. — Пары бензина раздражают мой нос. — Он вылез из машины. — Из-за этих ядовитых испарений вряд ли я теперь доживу до рассвета. Умру, так и не повидав Мону Мадригал. И щедрый подарок императора пропадет даром. Конечно, возвращение в мотель могло бы сохранить мне жизнь, но не обращай на меня внимания, о Римо. В конце концов, чего стоит жизнь старика!
— Очень благородно с твоей стороны, Чиун, — откликнулся Римо, входя в контору.
За прилавком сидел тощий старик с руками, словно две засохшие французские булки, и читал газету. Одет он был в яркую цветастую рубашку; очки с толстыми стеклами съехали на самый кончик носа.
— Холодильная установка сломалась, — заявил он, подняв глаза на Римо — И починят только завтра.
Встряхнув газету, он снова погрузился в чтение.
— Я пришел не за льдом. Мне нужна карта.
— Карт нет. Их все взял взаймы Сэм.
— А зачем они ему?
— Бог его знает. Он же кантон.
Римо потряс головой.
— Кажется, я чего-то не понимаю.
— Ничего страшного. Хотите чего-нибудь еще?
— Мне нужна машина.
— Ничем не могу вам помочь. — Гарри перевернул газетную страницу. — Ближайший гараж по прокату машин находится в Санта-Фе.
— Вот, видишь, — прошипел Чиун. — Это судьба.
— А далеко отсюда горы Сангре-де-Кристо?
Гарри, прищурившись, посмотрел на потолок, где горели лампы дневного света.
— Трудно сказать: никогда там не был. А вот Сэм может знать. Он ведь кантон.
— Вы уже это говорили. Но что, черт побери, значит «кантон»?
— Это индейское племя, сынок. Они родом из окрестностей гор Сангре-де-Кристо. — Неожиданно старик широко ухмыльнулся и так хлопнул газетой об стол, что с носа слетели очки. — Знаете, что вам нужно?
— Да, — не задумываясь ответил Римо. — Нам нужна карта.
— Берите выше. Вам нужен проводник! Настоящий индейский следопыт! И у меня на примете есть один такой.
— Сэм? — без всякого энтузиазма спросил Римо.
— А кто же еще? — Гарри стукнул себя по колену и хохотнул.
— Нет уж, спасибо. Полагаю, он все же нужнее здесь.
— Ну, нет, черт меня побери! Я хочу сказать, — тут же спохватился он, — что сейчас мертвый сезон, так что могу одолжить вам его на пару деньков. Ну, решайте, мистер. Каково будет ваше слово? — В его глазах стояла мольба.
Римо подозрительно взглянул на него.
— Надо подумать.
Старик шумно вздохнул.
— Черт, — сказал он. — Так и знал, что ничего не выйдет. Понимаете, он мой племянник. Моя родная сестра вышла замуж за кантона, а когда она умерла, Сэм повис на моей шее. Это случилось двадцать шесть лет назад, и с тех пор никак не могу от него избавиться.
— А чем он плох?
— Он кантон до мозга костей, вот чем! — вдруг взвизгнул Гарри. — Они всю жизнь живут взаймы. Это у них в крови, и они ничего не могут с этим поделать. Но меня это сводит с ума. У тебя есть рубашка? А пылесос? Черт знает что? Были когда-нибудь в музее племени кантон? В нем нет ничего, кроме долговых расписок со словами «Я вам должен», причем некоторые из них датированы шестнадцатым веком.
— Вы хотите сказать, что Сэм — вор?
— Что вы. Боже упаси! — замахал руками Гарри. — Деньги его совершенно не волнуют. У него нет никакой собственности, и он не стремится ничем владеть. Но он сумеет выпросить взаймы даже зубы — прямо у вас изо рта.
— Что ж, у нас, похоже, нечего занимать, — задумчиво произнес Римо. — И, думаю, мы вполне можем взять проводника...
— Вот что я вам скажу, — прервал его размышления Гарри. — Забирайте Сэма, а бензин за мой счет.
— Ну, я даже не знаю...
— Мы согласны, — вмешался Чиун.
— Хи-хо! — издал Гарри победный клич и выскочил из-за прилавка. — Скажу Сэму, чтоб собирался.
Старик выбежал наружу, а Римо повернулся к Чиуну.
— Зачем ты это сказал? Ведь мы его совсем не знаем!
Чиун сложил руки на груди, убрав ладони в рукава кимоно.
— Все очень просто. Теперь у нас будет бесплатный бензин, и мы сможем вернуться в Санта-Фе. А этого Сэма предъявим императору и скажем, что именно он заставил нас покинуть мотель. Таким образом, император не обидится на наше отсутствие во время визита Моны Мадригал.
Римо покрутил пальцем у виска.
— Ну и шутки у тебя. Сроду не слыхал ничего более дикого.
— В общении с императором главное — найти к нему подход, — объяснил Чиун.
Вдруг с улицы донесся вопль, напоминающий крик раненого ястреба, и они выбежали наружу.
Кричал Сэм Уолфши. Он лежал на земле, раскинув ноги и бешено молотя руками; язык вывалился у него изо рта — это Гарри сдавил ему горло своими костлявыми лапами.
— Что здесь происходит? — спросил Римо, отдирая старика от молодого индейца. — А я думал, что он вам дорог.
— Проклятый, никчемный кантон! — вопил Гарри. — Я из кожи вон лезу, чтобы ты мог попытать счастья, а ты! Посмотри, что ты сделал с их машиной!
— Машиной? — переспросил Римо, оглядываясь на «шевроле», стоявший рядом с джипом.
— Ведь я же приделал рулевое колесо! — запротестовал Сэм.
Римо с изумлением заглянул внутрь. Руль действительно был на месте. Но сиденья, приборная доска, радио, прикуриватель, ветровое стекло, «дворники», дверные ручки, зеркало заднего вида и все четыре колеса перекочевали на джип.
— Быстро работает, — восхищенно заметил Чиун.
— Надеюсь, полиция покажет не менее хороший темп, — сказал Римо, поворачиваясь к Уолфши.
Индеец смущенно заморгал.
— Я просто взял взаймы несколько вспомогательных приспособлений.
Гарри схватился за голову и убежал.
— Вспомогательные приспособления! — бушевал Римо. — Это ты шины называешь вспомогательными приспособлениями?!
— Тише, не кричи, — остановил его Чиун. — У этого парня неплохие задатки.
— Как и у многих других ребят, сидящих в главной тюрьме штата.
— Римо, пораскинь хорошенько мозгами. Просто мы возьмем его машину.
Римо перевел взгляд со старца на джип.
— Папочка а это неплохая идея.
— Эй, послушайте, — озадаченно произнес Сэм. — Мы так не договаривались.
— Сейчас я тебе все объясню, — начал Римо тоном усталого учителя. — Или мы берем твою машину, или ты проводишь следующую пару лет в федеральной тюрьме. Ну, что ты на это скажешь?
С минуту Уолфши тупо смотрел на Римо, а потом широко улыбнулся.
— Похоже, ребята, вы только что наняли настоящего индейского проводника. — И он протянул им руку.
Не обращая внимания на руку, Римо указал на джип.
— Сядешь за руль, — коротко бросил он.
Уолфши залез в машину.
— Мы сможем доехать только до подножия гор, а дальше придется идти пешком, — радостно сообщил он.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14