А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Вам эта честь, – сказал компьютерный эксперт, отступая назад.
Пока вокруг собиралась толпа, оживленно тараторя на испанском, английском и французском, в передовую часть группы незаметно выдвинулся высокий мужчина в темном костюме и с роскошными усами, откуда он стал внимательно наблюдать за доктором де Роса.
Голыми руками Себастьян принялся аккуратно убирать грязь. Затем он взялся за археологический щуп и осторожно втолкнул его острый конец в почву, медленно пронзая верхний слой, пока длинный металлический шип почти целиком не ушел под землю. С первой попытки доктор де Роса ничего такого не ощутил, а потому вынул щуп и попробовал снова.
Только с четвертой попытки Себастьян попал в точку. Почти сразу же после того, как кончик щупа исчез в почве, он наткнулся на что-то твердое. Артефакт находился в считанных сантиметрах от поверхности. Доктор де Роса немедленно вынул щуп и отложил его в сторону.
– Он что-то нашел, – прошептали в толпе.
Себастьян взял кисточку и принялся аккуратно смахивать грязь. Наконец он смог различить грубые очертания объекта. Артефакт был небольшой, размером с монету. И круглый, как монета.
– Что это? – спросил Марко.
Доктор де Роса не ответил. Вместо этого он стал зарывать руку в почву рядом с объектом, пока его пальцы не сомкнулись вокруг этой штуковины. Вынимая объект из земли, Себастьян затаил дыхание.
– Что там, профессор? – еле слышно прошептал Томас.
Наконец почва отпала, и объект обнажился. Себастьян испустил вздох.
– Глаза всех бутылку пепси-колы подкладывали? – холодно осведомился он.
– Дайте мне еще один месяц, – взмолился Себастьян, по-прежнему сжимая в кулаке проклятую крышку.
Хмурясь, министр Рамирес покачал головой.
– Нет, Себастьян, никак нельзя. Министерство культуры еще шесть месяцев тому назад было заинтересовано в ваших результатах. Мы ставим сюда другую команду.
Пока солнце садилось, мексиканский вечер становился прохладнее. Температура уже опустилась с сорока двух градусов до умеренных тридцати восьми. Себастьян де Роса был у себя в палатке, пакуя вещи, когда туда зашел Томас.
– Что у нас еще плохого?
– Мы потеряли полпартии, – хмурясь, ответил Томас.
– Бобби ушел?
– Угу. И Джо. И Кэролайн. И Ник. И Джерри со всей бригадой.
Себастьян тяжело воспринял это известие. Он осел на койке, плечи его поникли.
– Томас, погребальный зал здесь. Я точно знаю. – Он крепко сжал кулаки. – Мы обязательно его найдем, а вместе с ним и связь с египетской культурой.
– Я тоже это знаю, – отозвался молодой человек, смахивая с лица светлые волосы. – Но без археологической партии и нового разрешения на раскопки нам делать нечего.
Себастьян какое-то время смотрел на Томаса, затем встал. С новой решимостью он побросал в свой чемодан еще несколько вещей.
– Постарайся удержать остаток партии вместе еще двое суток. Я поеду в Мехико… поговорю с чиновниками. Я добьюсь возобновления наших раскопок.
– Возможно, я помогу вам этого добиться, профессор.
Низкий голос с идеальным британским акцентом принадлежал незнакомцу. Дружно повернувшись к входу в палатку, Себастьян и Томас увидели там высокого негра. Де Роса прикинул, что этот мужчина как пить дать за два метра ростом, и даже безупречная, английского покроя, пиджачная пара кое-как скрывала его широченную грудь и необыкновенно мускулистые руки. Несмотря на свои габариты, двигался он весьма грациозно.
– Мы с вами знакомы? – спросил Себастьян.
– Меня зовут Максвелл Стаффорд, – ответил мужчина.
Затем он подошел к Себастьяну и вручил почтовый конверт цвета слоновой кости с рельефной монограммой «Вейланд индастриз».
Себастьян разорвал конверт и уставился на листок бумаги внутри – личный чек от Чарльза Вейланда, выписанный доктору Себастьяну де Роса. Сумма на этом чеке имела больше нулей, чем приблизительное датирование по радиоуглеродному анализу. Себастьян вопросительно взглянул на незнакомца.
– В обмен на небольшое количество вашего времени, – пояснил Максвелл Стаффорд.
ГЛАВА 5

Рядом с Южным полярным кругом, в трехстах двадцати пяти милях от мыса Доброй Надежды
Массивный вертолет британского производства «Морской царь» с бортовым номером «Вейланд-14» летел сквозь собирающийся грозовой фронт. Снаружи роились свинцовые тучи, а порывы ветра становились все сильнее, делая полет неровным, но никто из пассажиров не замечал содроганий и внезапных нырков «Морского царя».
Алекса Вудс крепко спала, развалившись на сиденье в главном салоне вертолета. На ней по-прежнему было то же самое снаряжение для холодной погоды, которое она надела, когда ее сняли с Гималаев. На груди лежал раскрытый номер «Сайентифик американ». На обложке журнала красовалась недавняя фотография основателя и главы «Вейланд индастриз», а заголовок гласил: «Чарльз Бишоп Вейланд – пионер современной роботехники».
У окна рядом с Лекси стоял высокий тощий мужчина с нескладными конечностями и выпирающим кадыком. На носу у него сидели очки с толстенными стеклами, а в руках был цифровой фотоаппарат. Этот фотоаппарат мужчина затем положил на сиденье, пытаясь снять самого себя. Однако с первой попытки ему лишь удалось себя ослепить. Во время второй попытки вертолет дал крен, и мужчина обрушился на Лекси.
– Прошу прощения, – сказал он, когда Лекси проснулась. Она молча кивнула и собралась было снова закрыть глаза, но тут мужчина попросил: – Впрочем, раз уж вы проснулись, вас не затруднит?
Он поднял фотоаппарат и попытался одарить Лекси чарующей улыбкой. Но стал от этого только еще больше похож на дегенерата.
Лекси взяла камеру и сделала снимок.
– Я документирую путешествие для моих мальчиков, – объяснил мужчина. – Пусть они знают, что их отец не всегда бывает скучным. – Он сунул руку в карман парки и достал оттуда толстый бумажник с фотографиями. Затем показал одну фотографию Лекси. – Вот Джейкоб, а вот Скотти, – гордо указал мужчина.
– Очень симпатичные, – вежливо похвалила Лекси. – А это ваша жена?
– Моя бывшая жена, – сказал он. Затем мужчина подал ей руку. – Грэм Миллер, специалист по прикладной химии.
Они обменялись рукопожатием.
– Алекса Вудс, специалист по охране окружающей среды и проводник.
– Вы работаете у Вейланда?
Лекси помотала головой.
– Я работаю в небольшом экологическом фонде и в то же время вожу научные экспедиции по льду. Одно оплачивает другое. Хотя, признаться, не очень хорошо оплачивает.
– По льду?
– В арктические и субарктические экспедиции, в Гималаи, в Антарктику…
Как раз в этот самый момент второй пилот высунул голову в салон.
– Лекси, ты и твой приятель, пристегнитесь, пожалуйста. Мы уже недалеко от корабля, но сейчас должны войти в нешуточную турбулентность.
Лекси пристегнулась. Миллер сел напротив нее и сделал то же самое.
– Ваш друг? – спросил он.
– Друг моего отца. Он здесь большинство пилотов обучил. А мы с сестрой в летние каникулы всегда с ним болтались.
– Ваша сестра работает вместе с вами?
Лекси чуть не расхохоталась от такого предположения.
– Нет-нет. Она холод терпеть не может, даже во Флориду переехала. Если увидите ее на лыжах, значит, ее тянет катер.
Второй пилот, не вставая с сиденья, повернул голову и крикнул из кабины:
– Только что ТБВ прошли!
– Проклятье! – выругался Миллер, сжимая фотоаппарат. – Я хотел сделать фотографию.
– Чего?
– Этого ТБВ. Вообще-то, им следовало предупредить, прежде чем мы его прошли.
«Где они такого откопали?» – качая головой, подумала Лекси.
– ТБВ – это точка благополучного возвращения, – задушевно объяснила она химику. – Объявление означало, что мы уже использовали больше половины горючего и теперь не сможем вернуться назад.
Миллер заметно побледнел.
– Мы могли бы сделать вынужденную посадку, – желая облегчить его состояние, добавила Лекси. – Правда, вода здесь такая холодная, что мы в ней через три минуты загнемся.
Миллер еще пуще побледнел, пока вертолет продолжал содрогаться и грохотать.
– Антарктика, – негромко проронил химик, глазея в окно.
278 000-тонный ледокол «Пайпер Мару», в двухстах семидесяти милях от мыса Доброй Надежды
Широко расставив ноги, капитан Лейтон стоял на покачивающемся капитанском мостике и с прищуром вглядывался в забрызганные дождем окна. Серые пенные волны разбивались о нос испытывающего килевую качку корабля, а жгучий ветер тем временем терзал надстройки. В это время года так близко к Антарктике ночи бывали длинными, а дни короткими. Постоянно сумеречное небо казалось навеки затянуто клубящимися лиловыми облаками. Шторм, что трепал корабль, явно не собирался утихомириваться, и мощные порывы ветра гнали соленые потоки по палубе.
Проведя в море почти сорок лет, Лейтон много раз плавал у мыса Доброй Надежды, и ему не требовалось сверяться с барометром, чтобы понять – погодные условия в обозримом будущем могут только ухудшиться. Бартоломеу Диаш, первый европеец, которому довелось здесь пройти, окрестил это место Кабо Торментозо – в переводе с португальского «мыс Штормов». В подобные дни Лейтон недоумевал, почему первоначальное название мыса не прижилось.
– «Вейланд-14» вызывает «Пайпер Мару». Мы на подлете, – сквозь треск корабельного радио объявил голос.
Капитан Лейтон включил бесконтактный коммуникатор и произнес в микрофон:
– Говорит «Пайпер Мару». «Вейланду-14» посадку разрешаю, но будьте осторожны. У нас серьезный крен от ветра. Будет довольно круто.
Он прервал связь с вертолетом и повернулся к старпому:
– Гордон, мне нужно, чтобы ты послал туда аварийную команду. Просто на всякий случай. Поставь людей на палубу, но так, чтобы их не было видно. Незачем нам этих летунов стращать.
Все на капитанском мостике прыснули. Считанные мгновения спустя они уже из относительного комфорта командного отсека наблюдали за тем, как массивный вертолет садится на терзаемый штормом ледокол. Матросы поспешили наружу под дождь, чтобы принайтовить машину крюками и тросами. После того как двигатели были заглушены, боковая дверца скользнула в сторону, и оттуда высадились пассажиры, пересекая палубу под проливным дождем.
Со своей командной позиции капитан Лейтон сквозь забрызганные дождем окна их пересчитал.
– Двое вновь прибывших. Надеюсь, места у нас достаточно.
Тут у капитанского плеча неслышно возник Максвелл Стаффорд.
– Эти должны быть завершающими.
Внизу, на качающейся палубе, последней высадившейся пассажиркой стала Лекси Вудс. Усталая, с зудящим и занемевшим телом, она помедлила у двери вертолета, прежде чем, наконец, ступить на скользкую металлическую палубу. После того как ее сорвали с горного насеста, Лекси пересела с вертолета на частный реактивный самолет, затем снова на вертолет, пересекая целые континенты и безбрежные океаны, и все это время ей не удавалось ни сменить одежду, ни принять ванну, ни хорошенько поспать. Теперь, когда она вроде бы добралась до своего конечного места назначения, терпение Лекси почти иссякло. Она совершенно определенно рассчитывала скорее раньше, чем позже выяснить, что там для нее приготовил промышленный миллиардер Чарльз Вейланд.
«Хотя горячая пища тоже бы не помешала», – подумала Лекси. Единственным, что переварил ее желудок, если не считать бутербродиков с икрой и копченых миндальных орешков в личном реактивном самолете Вейланда, был пакетик с вяленым мясом яка на Тумбу.
Выбравшись из вертолета, Лекси быстро догнала своего попутчика. Миллер, увлеченный фотографией химик, явно испытывал проблемы с ходьбой по качающейся палубе.
– Осторожно! – воскликнула Лекси и ловко поймала долговязого очкарика, прежде чем он рухнул.
Силясь вернуть себе упавший чемодан, Миллер случайно его пнул. Чемодан, точно хоккейная шайба, понесся по скользкой палубе, и Лекси едва успела не дать ему оттуда свалиться за борт.
– Спасительница! Благодарю вас! – с непринужденной признательностью выдохнул Миллер.
Он разглядывал Лекси сквозь влажные очки, стекла которых казались толще иллюминаторов батисферы. Вручая молодому человеку его чемодан, она заметила, что его кроссовки уже насквозь промокли.
– Вам нужно подыскать себе обувь получше.
Миллер пожал плечами.
– Я прямо с рабочего места сюда прибыл.
«Я тоже», – подумала Лекси.
Сражаясь с ветром и дождем, они пробирались по кораблю – Лекси бодро шагала, а Миллер в основном спотыкался. Впереди матрос махал им красным лучом фонарика, указывая на металлическую лестницу, ведущую вниз, в трюм корабля.
Со своей позиции на капитанском мостике Максвелл Стаффорд с довольным видом наблюдал за тем, как великолепная Лекси идет бок о бок с неловким Миллером.
– Алекса Вудс… необычное имя, – заметил он капитану Лейтону.
Ответил ему, впрочем, не капитан.
– Лекси назвали в честь ее отца Александра Вудса, полковника Военно-воздушных сил Соединенных Штатов.
Капитан Лейтон обернулся на этот бас и увидел, как на капитанский мостик с важным видом заходит мускулистый мужчина. А Максвелл продолжал смотреть в окно.
Вновь прибывший ухмыльнулся. Меж его белых зубов торчала незакуренная кубинская сигара. Куинн излучал чисто животную энергию и обычно говорил в вульгарной от переизбытка тестостерона манере, хотя его звероподобность несколько сглаживалась смекалкой и природным умом. На его жилистую фигуру и дубленую кожу наложила отпечаток жизнь, прожитая в борьбе со стихией. Колючая щетина покрывала квадратный подбородок, а его непослушные рыжеватые волосы торчали из-под пропитанных потом полей мятой ковбойской шляпы.
Куинн коснулся этих самых полей, небрежно отдавая честь капитану, а затем побрел дальше, чтобы присоединиться к Максвеллу Стаффорду у окна.
Двое мужчин стояли бок о бок, наблюдая за тем, как прелестная атлетичная мулатка шагает по палубе, поддерживая идеальное равновесие и не обращая никакого внимания на бушующий вокруг нее шторм.
– Ее папаша был крутым ублюдком со скверной репутацией во льдах, – сказал Куинн. – Наверняка он хотел сына. – Тут он сделал паузу, играя желваками. – Что ж, он его получил.
– Славные игрушки, – изумленно выдохнула Лекси, продвигаясь по пещерообразному главному трюму «Пайпер Мару».
Гусеничные вездеходы, тяжелое грузоподъемное и землеройное оборудование, сборные убежища, электрогенераторы, гидравлическая аппаратура, снаряжение для суровых климатических условий, кислородные баллоны, пилы и ручные приспособления для земляных работ загромождали просторный трюм. Благодаря отцу Лекси в свои двадцать восемь лет уже успела побывать в большем числе антарктических экспедиций, чем основная масса ученых за всю жизнь, но даже она еще никогда не видела столько дорогостоящего оборудования в одном месте.
Транспортные средства – включая целых десять хагглундов – преобладали, горы упаковочных контейнеров были прикреплены к четырем стенам. Большинство контейнеров было помечено вездесущим «В» «Вейланд индастриз» – тем самым «В», которое Лекси видела на всех трижды проклятых транспортных средствах, комбинезонах и форменных костюмах служащих аэропорта во время своего путешествия к этому ледоколу.
В одном из углов гигантского трюма Лекси заметила импровизированную зону инструктажа. Десятки складных стульев были расставлены в неровный кружок возле сложенного из упаковочных контейнеров подобия помоста. Лекси прикинула, что по трюму шлялось от тридцати до сорока других пассажиров. Все они с восторгом пожирали глазами игрушки экспедиции. Она разделила их на две группы: «ученых», куда входила она сама, и «подсобников», которым предстояло оперировать тяжелым оборудованием. Последнюю группу составлял народ совершенно иной породы, вполне обычной в Антарктике, с которой Лекси, к несчастью, была слишком хорошо знакома.
К центру трюма была приостовлена пара колоссальных транспортных средств, каждое размером приблизительно с восемнадцатиколесный вездеход. Лекси узнала их благодаря опыту своей работы в качестве специалиста-эколога в Научно-исследовательском центре естественного и ускоренного биовосстановления в Национальной лаборатории Окриджа. Это были самообслуживающиеся мобильные буровые станки, оборудованные лабораториями спектрозонального отбора проб, хотя прототипы в НЛОР были далеко не так высокоразвиты, как эти модели. Лекси подошла к машинам, желая получше их разглядеть. Секунду спустя у нее под боком появился Миллер минус чемодан и плюс сухая одежда.
– А тут чертовски модное оборудование, – заметила Лекси, указывая на буровые станки.
Миллер кивнул.
– Интересно, что оно делает?
Прежде чем у Лекси появилась возможность ответить, это сделал кое-кто другой.
– Что ж, – сказал Себастьян де Роса, подступая к ним. – Вот это вот, – он обратил их внимание на целый набор трубок, идущих по боковой части машины, – довольно сложный теплообменник.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24