А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Мне больно и горько оттого, что мы стали вашими убийцами. Мне больно и горько оттого, что такие мудрые существа, как сейры, были вынуждены ответить насилием на насилие, агрессией на агрессию, ударом на удар. Мне стало страшно оттого, что наши народы несли друг другу смерть и разрушение вместо того, чтобы стать добрыми соседями и жить в мире. Я смиренно прошу у вас прощения за то, что мы совершили, я раскаиваюсь в собственном заблуждении и заблуждениях своего народа и хочу предложить вам мир.
– Ты говоришь от имени своего народа или только от себя самого? – спросил Велор.
– Пока только от самого себя, но я клянусь рассказать остальным людям обо всем, что я узнал от Белого и клянусь в том, что мы постараемся исправить содеянное зло, – твердо ответил Илай.
– Как получилось, что ты оказался в племени Белого и почему твой народ ничего не знает об этом? – спросил Велор.
– Это моя вина, – сказал я, склонив голову. – Ты знаешь, Велор, что я не отказался от своего намерения мстить людям до тех пор, пока последний пришелец не покинет мои земли или до тех пор, пока смерть не остановит меня. Я воспользовался вашим разрешением собрать всех сейров-одиночек и мое племя пополнилось новыми охотниками. Вскоре мы заметили, что люди покинули Пустошь и отправились в лес, чтобы охотиться на стада мойли. Мы проследили за ними и уничтожили всех двуногих, кроме Илая. От него я узнал, что люди допустили ошибку. Как небольшая искра служит причиной огромного пожара, так и их действия привели к тому, что я решил отомстить за гибель своих сородичей. Костер войны поддерживался с обеих сторон. Люди убивали нас, мы убивали их. Казалось, что этому не будет конца, но этот человек, Илай, смог открыть мне глаза на истинный порядок вещей.
Велор молчал, спокойно глядя мне в глаза.
– Я понял, что моя месть ведет к хаосу, что если я не смирюсь с тем, чего уже нельзя исправить – война будет продолжаться. Люди будут мстить за своих убитых сородичей, погибнут другие сейры, за них будут мстить их сородичи. Этот круг можно разорвать только путем переговоров и взаимных уступок.
Я помолчал, собираясь с духом, и продолжил:
– Я прошу у тебя прощения, Велор, что подталкивал мой народ к войне. Я прошу прощения за все те обидные слова, что я говорил, ослепленный ненавистью.
– Я принимаю твои извинения, Белый, – наклонил голову Велор, – и пусть впредь не будет между нами вражды.
– Благодарю тебя, – ответил я.
– Что же касается мира, – Велор посмотрел на Илая, – я не вправе обещать сейчас что-либо от имени всех сейров. Нам нужно собрать совет вождей всех племен.
– Как скоро вожди смогут выслушать мои слова, мудрый Велор? – почтительно спросил Илайджа.
– Так скоро, как это будет возможно. Я немедленно отправлю гонцов от твоего имени, Белый. Ты не будешь возражать?
– Как я могу возражать против мудрого совета моего старшего собрата?
– К твоему зову я прибавлю и свою просьбу. Надеюсь, вожди внимут нашему общему приглашению оставить все свои дела и поскорее прибыть на совет.
– Ты слишком добр, Велор, – сказал я и мое сердце наполнилось теплом.
– Ничуть, – глаза Велора впервые потеплели за всё время нашего разговора. – Ты и твои охотники, Белый, – вождь посмотрел на меня, – и ты, человек – отныне гости моего племени. Располагайтесь на отдых – переход наверняка был утомительным.
– Благодарю, – поклонился Илайджа и я увидел, как его учтивость понравилась Велору.
– В завершение нашего разговора я хочу задать вам один вопрос, – сказал Велор после того, как знаком попросил нас задержаться, – как вы оба думаете: будут ли люди, оставшиеся в поселении, предпринимать какие-то действия, чтобы отомстить за гибель охотников?
– Я не знаю, что будут делать вожди моего народа, – ответил Илайджа, – сам я – простой охотник и не знаю всех их замыслов. Но не думаю, что люди отправят солдат в лес искать вас – страх перед внезапным нападением слишком велик.
– Белый? – вождь посмотрел на меня.
– Я приказал сейрам моего племени отойти как можно дальше от Черной Пустоши и не показываться на глаза людям.
– Хорошо. Будем ждать, когда прибудут вожди…

* * *

– «Титан» приближается к отметке номер один, – взволнованно сказал Джек Криди, внимательно сверившись с картой и получив ответный сигнал передатчика дирижабля.
– Скоро стемнеет, – заметил Дэвид.
– Я снижу скорость вдвое, чтобы не пропустить волков на термооптике.
– Хорошо, – сказал Адам, – будем продолжать поиск. Справишься, Фред?
– Без проблем, мистер Фолз.
Роджер крепко спал на мягком матрасе, закутавшись в теплый спальный мешок.
– Потерпи еще часок и я сменю тебя, когда проснется твой брат, – сказал Адам.
– Спасибо, мистер Фолз, – твердо ответил Фред, – но я справлюсь сам.
– Без возражений, – приказал Адам, – мне нужно, чтобы ты нормально соображал, когда придет время.
– Хорошо, – устало выдохнул Фред.
– Нам с тобой пора принять пилюльки, Дэвид, – улыбнулся Адам.
Они бросили в рот по таблетке и запили их водой.
– Дайте мне одну, – попросил Джек, умоляюще переводя взгляд с Дэвида на Адама.
– Твой отец убьет меня, Джек, – сказал Адам, – если узнает.
– Никого он не убьет, – устало усмехнулся младший Криди, – наоборот, он будет доволен, что я никому не был обузой и сделал дело. К тому же ему совсем необязательно знать об этом.
– Ладно, – решился Адам, – держи, – он протянул Джеку флакон с таблетками.
Пять минут в пункте контроля царила тишина, прерываемая только сопением Роджера.
– Уф-ф, – облегченно вздохнул Джек, поводя плечами, – сон как рукой сняло.
– Только не увлекайся, – сказал Дэвид.
– Ладно…

* * *

…Вожди действительно прибыли очень быстро. Земли племени Велора соседствовали с землями племен Каспа и Лоро, а племя Сайди, чьи земли вплотную приближались к негостеприимным отрогам Северных гор, уже покинуло свои летние логова с наступлением первых заморозков, и гонец обнаружил племя Сайди всего в двух дневных переходах.
Вожди, как и предсказывал Велор, оставили все свои дела и поспешили на совет. Их готовность откликнуться порадовала меня. Вожди мысленно предстали перед моим внутренним взором, как живые – Касп, как бы он не показывал, что ему безразлична судьба моего племени на предыдущем совете, теперь проявил себя с самой лучшей стороны. Сайди, самый молодой вождь из всех – мы были одногодками – еще раньше говорил о том, что готов оказать мне любую посильную помощь. Даже тихо ненавидящий меня Лоро не отказал мне в моей просьбе.
Я испытывал радость и ничуть не скрывал этого. Я устал от войны и пролитой крови. Я страстно желал мира, как умирающий от жажды мечтает о глотке живительной влаги.
И вот на обычном месте, в небольшом отдалении от мест, где сейры племени Велора обычно устраиваются на ночлег, мы собрались все вместе. Илайджа сидел на почетном месте для важных гостей, мы полукругом сидели напротив. По просьбе Илая, позади него горел небольшой костер – молодой охотник не мог видеть в темноте так, как видим мы.
– Прошу тебя, Илай, – сказал Велор, – расскажи нашим прибывшим гостям о том, что ты поведал мне и Белому. Не бойся повторяться – важные слова заслуживают быть услышанными не один раз.
Илай склонил голову в знак понимания и честно и открыто посмотрел нам в глаза.
– Мудрые вожди сейров, – начал он неторопливо, так как, я знаю, любил Велор, – вы думаете, что вы видите перед собой чужака, злобного и жестокого пришельца, пришедшего в ваш мир, чтобы уничтожить его. Сразу хочу сказать, что это – правда.
Велор немного удивленно посмотрел на человека и Илайджа продолжил:
– Это было правдой еще несколько дней тому назад. Я расскажу вам, как умею, о том, как мы попали в ваш мир.
Могущественные существа, живущие вечно и обладающие неслыханной силой и неведомым знанием, обратились к людям нашего мира с просьбой переселиться в далекий и дикий мир, чтобы поселиться в нём. Существа рассказали людям, что этот мир всячески противится попыткам завоевать его, что в непроходимых лесах этого мира живут племена злобных и жестоких зверей, убивающих всех и каждого, кто осмелится посягнуть на их земли. Так сказали нам, я не прибавляю и не убавляю ничего. Нам сказали, что эти звери называют себя сейрами.
– Нас обманули, – Илай с болью в глазах посмотрел на нас.
Сейры внимательно и без всякого следа ненависти смотрели на него, их глаза казались огоньками, светящимися в темном небе.
– Мы готовились к тому, что эти звери нападут на нас. Мы боялись этого, наше оружие было постоянно наготове, наши воины – солдаты – были готовы в любой момент отразить нападение.
Представьте себе слабых существ, впервые попавших в незнакомое место, обманутых, боящихся существ с оружием в руках. Представьте, что эти существа видят тех самых зверей, выходящих из чащи леса. Представьте себе их страх, их ужас. Представьте себя на месте этих слабых существ – людей. Представьте себе, что на вас надвигаются внушающие ужас своим звериным обликом враги, о силе, хитрости и злобе вы так хорошо осведомлены.
Эти, как вам кажется, звери смотрят на вас и начинают с вами говорить. Но говорят они на незнакомом, непонятном и от этого еще более ужасном языке. Вам кажется, что их речь не является речью разумных существ, что это дикие звери рычат, чтобы внушить страх в свои жертвы перед неминуемым нападением.
– И вот люди начинают убивать, – голос Илая прерывается, оборванный ощущением боли.
– Далее люди переходят к обороне, – продолжает человек уже более спокойным голосом, – люди опутывают Пустошь защитным коконом. Теперь им уже не страшно нападение диких зверей, с которыми они так легко расправились в первый же день. Люди чувствуют себя в безопасности, но однажды ночью происходит непоправимое – звери прорывают защитный кокон и убивают всех на своем пути. Звери отступают лишь перед численным превосходством людей и мощью их оружия. Люди в ярости – их защиту можно прорвать, звери оказались теми, за кого их приняли с самого начала.
Некоторые люди утверждали, что звери не хотели напасть, что люди напрасно стали убивать. Но после того, как звери проникли внутрь поселения и убили множество людей, тем людям, кто пытался объяснить поступки сейров их стремлением отомстить за гибель своих сородичей, нет веры. Теперь каждый человек ненавидит сейров черной ненавистью, теперь люди хотят мстить.
Происходит несколько стычек в лесу. Снова гибнут люди и сейры.
Людям нужна земля, чтобы устроить свою жизнь, им нужны деревья, чтобы построить из них жилища, им нужна пища, которых нет на Пустоши. Вожди людей решают оградить большой участок леса вокруг Пустоши, чтобы обезопасить свой народ от страшных хищников. На устройство защитной изгороди уходит вся весна и лето. А между тем запасы пищи приходится экономить – впереди зима, посеять семена съедобных растений можно только весной, а урожай будет только следующей осенью, поэтому вожди принимают решение отправить в лес группы охотников, чтобы пополнить запасы мяса.
– Одним из этих охотников был я, – Илайджа обводит нас взглядом, – я был человеком, ненавидящим вас. Это – правда. Никто из охотников не знал, что племя Белого готовится напасть на них. Все охотники гибнут, Белый оставляет мне жизнь, чтобы побольше узнать о нас, людях.
Теперь представьте себе степень моего удивления, когда я узнал, что вы никогда не собирались напасть на нас! Представьте себе, что я, в одно мгновение, вместо охотника и защитника своего народа, превратился в захватчика и убийцу! Мой мир вывернулся наизнанку в одно мгновение! Представьте это себе – и вы поймете всю глубину моего раскаяния.
– И теперь я прошу вас простить меня и мой народ! – языки пламени позади Илайджи ярко освещали его скорбную фигуру. – Я прошу прощения у вас, как уже просил прощения у Белого, у Велора и теперь еще раз прошу прощения у вас всех.
– Люди не причинили вреда моему племени, но я принимаю твои извинения, – сказал Велор.
– И я принимаю твои слова, человек, – сказал Касп.
– И я, – сказал Лоро.
– А я с радостью присоединяюсь к своим старшим братьям, – сказал Сайди, в глазах которого горел теплый огонек радости.
– Я не слышал слов Белого, – посмотрел на меня Лоро. – Все мы знаем, сколько зла люди причинили его племени. Сможет ли он простит людям их поступки?
– Да, – ответил я. – Смогу.
– Ты простишь им даже гибель своих детей? – Лоро не издевался надо мной, он просто не мог поверить в то, что я способен прощать.
– Я могу простить и гораздо больше, Лоро, – ответил я, глядя в его глаза. – Я готов простить любую ошибку, если она осознана. Я готов простить, когда вижу, что всё случившееся с моими сородичами, было трагической ошибкой, чуть было не подтолкнувшей наши народы к взаимному истреблению, и я прощаю, прощаю всё.
– Ты забудешь их смерть, Белый? – спросил Сайди и я был благодарен ему за сочувствие к моей боли, прозвучавшее в его голосе.
– Забыть не смогу, но могу простить, – ответил я. – В последнее время я понял, что лишь возможность простить любое, даже самое страшное, зло отличает разумное существо от дикого зверя.
– Я хочу поблагодарить вас за ваши слова, – сказал Илайджа, – и я благодарен тому обстоятельству, что мы не причинили вам гораздо большего зла, чем успели причинить.
– Итак, – сказал Велор, – теперь, когда мы выслушали нашего гостя и он выслушал наши слова, я хочу спросить: чего теперь нам ждать от людей?
– Я вернусь к своему народу и расскажу всем обо всём, что мне посчастливилось увидеть и узнать, – ответил Илайджа. – Я расскажу всё и, насколько я знаю своих соплеменников, мы оставим месть, мы прекратим готовиться к войне против вас. Я буду умолять своих вождей прекратить войну. Как я уже говорил Белому, я не буду знать покоя до тех пор, пока каждый человек не поймет, что наши народы не являются врагами. Когда мой народ примет правильное решение, я надеюсь, что оно будет правильным, я вернусь к вам и мы заключим мир.
– Возможно ли, что вожди твоего народа не захотят прислушаться к твоим словам? – спросил Касп.
– Нет, – твердо сказал Илайджа, – я знаю, что многие люди, наделенные властью, не хотели, чтобы всё зашло так далеко. Я уверен в том, что они обрадуются возможности прекратить эту бессмысленную войну раз и навсегда.
– Что ж, – сказал Велор, – пусть будет так.
– Ты можешь сказать нам, Илай, – спросил Сайди, – что нужно твоему народу?
– Мы хотим жить, как живете вы – на своей земле, в окружении добрых соседей. Мы, как и вы, хотим растить детей, жить нормальной жизнью, заботиться о своих близких и родных, трудиться, чтобы не испытывать голода и жажды. Просто жить.
– Согласны ли вы остаться в тех пределах, что вы уже отняли у племени Белого? – в глазах Лоро я заметил не желающее уходить недоверие.
– Я не могу сказать об этом, не поговорив со своим народом, – ответил Илай, – но думаю, что мы сможем прийти к разумному соглашению. Я знаю, что мы отобрали у вас землю и лес, но я хотел бы, чтобы это было сказано другими словами. К тому же, как я понимаю, это земли, принадлежащие Белому.
– Моему племени, – мягко поправил я его.
– Что ты скажешь на это, Белый? – холодно спросил меня Лоро.
– В моем племени не так много сейров, чтобы нам было тесно на наших землях. Я готов поступиться тем, что принадлежало нам, чтобы мир между сейрами и людьми никогда не был нарушен.
– Я могу сказать, Велор? – спросил Сайди.
– Конечно, это общий совет, каждый может говорить свободно.
– Я хотел бы поблагодарить Белого за то, что благодаря ему мы получили возможность говорить с людьми о мире. Также я хочу сказать, что очень рад тому, что наш брат смог оставить свою месть и сохранил тот ясный разум, которым я никогда не устану восхищаться.
– Я не привык выслушивать столь лестные слова, – сказал я, – но я благодарю тебя за них, брат.
– Насколько я вижу, – Велор по-доброму лукаво посмотрел на меня, – я поторопился объявить тебя, Белый, изгоем на своих землях. Теперь ты и любой сейр из твоего племени – желанные гости у нас в любое время года. Видите, братья, – Велор гордо посмотрел вокруг, – Белый совершил поступок, достойный вождя – он смог преодолеть в себе зверя и стать тем сейром, которого мы всегда знали – мудрым, гордым, всегда ставящим интересы нашего народа превыше всего, сейром, от которого всегда можно ждать помощи.
– Ты совершил невозможное, Белый – изменился, оставшись таким же, как был раньше, – сказал Касп.
Лоро промолчал, наверное, его застарелая ненависть ко мне останется с ним навечно.
Я тоже промолчал, лишь, благодаря, посмотрел каждому в глаза, даже Лоро.
– Ну, а теперь, я думаю, мы должны поблагодарить нашего гостя Илая, за искренность, прямоту и стремление к миру. Когда ты будешь готов отправиться в обратный путь? – посмотрел на охотника Велор.
– Я готов отправиться прямо сейчас, – твердо сказал Илай, – чем скорее я вернусь, тем будет лучше для всех.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33