А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


Погодин Радий Петрович
Турнир в королевстве Фиофегас
Радий Петрович ПОГОДИН
ТУРНИР В КОРОЛЕВСТВЕ ФИОФЕГАС
Сказка в стиле "Люсиль"*
ОГЛАВЛЕНИЕ:
ЧЕМ БЫ ДИТЯ НИ ТЕШИЛОСЬ
СБОРЫ В КОРОЛЕВСТВЕ ТРИБУКСИР
ВЗГЛЯД С БУГРА И ПРИЕЗД В ФИОФИГАС
СОБЫТИЯ НОЧНОГО ФИО
ПАРАД И ПЕРВАЯ ПРОГУЛКА
ТОРЖЕСТВЕННЫЙ ПИРОГ
ПРАЗДНИЧНОЕ ПЛАТЬЕ И ВТОРАЯ ПРОГУЛКА ПО ГОРОДУ
СТРАСТИ НАКАЛЯЮТСЯ
ОРДЕН ПЕЧАЛИ
ПРЕКРАСНЫЙ ТАНЕЦ И АПЛОДИСМЕНТЫ
________________________________________________________________
""Могу поклясться, что во всех
волшебных щах наличествует недосол"".
П и ф о л о г и й и з Ф и о
ЧЕМ БЫ ДИТЯ НИ ТЕШИЛОСЬ
Уважаемый среднешкольник, я открываю занавес...
_______________
* Стиль "люсиль" близок стилям "трень-брень" и "ну и ну"...
** В сказке соблюдена пунктуация автора.
В королевстве Фиофигас принц Филофей перестал есть.
Принесли повара Филофею еду королевскую в красивой фарфоровой посуде. Сказали: "Принц, кушать подано". Принц понюхал и отвернулся.
Обиделись повара. Еще бы - они со всей душой, со всем уменьем и тщательностью, а Филофей нос воротит, словно они ему не консоме люсиль подают, а штукатурку с опилками.
Побежали повара к королю жаловаться, а короля нет - отлучился во Францию по делам мармеладного производства. Всякое королевство от своей работы живет: в одном производят сандалии, в другом горшки, в королевстве Фиофигас - мармелад.
Побежали повара к королеве.
Королева, ничего не скажешь плохого, - упитанная, вежливая. Играла она в своих покоях Шуберта на рояле. А как доиграла, повара ей свою обиду и выложили, мол, и мороженое не ест, и компот вишневый не пьет, и гоголем-моголем брезгает...
- Или пусть объяснится, или пусть извинится, - говорят повара. - Мы за качество отвечаем.
Королева подняла розовые пальцы к вискам, голубые глаза закатила - у нее такая привычка была:
- Заболел... Расхворался... Умрет!
Вбежала королева в трапезную:
- Ах, дитя! Что за мода не есть? Ты меня убиваешь.
Филофей посмотрел на нее с грустью:
- Мама королева, это вы себя убиваете. Вот книги и трактаты, в коих сказано, что королевская пища вредна. Просвещенные умы сейчас питаются иначе. Исключительно по часам и минутам. Раздельно белками и углеводами.
- А вкусненькое?
- Вкусненькое, мама, надо забыть. От него вред - пережог организма. Прикажите, пожалуйста, подать мне продукты питания по этим схемам и диаграммам.
- А для души, сын?
- Для души - надежда.
Главная фрейлина - наперсница и советница - прошептала королеве на ухо:
- Радуйтесь, что не курит. Сейчас принцы с пятого класса к табаку тянутся. Сударыня, чем бы дитя ни тешилось, лишь бы не табаком.
И велено было подать Филофею, принцу, все по схемам и диаграммам: репу, капусту, редиску, крапиву, лист смородиновый, калган, портулак, сельдерей, томаты, каперсы, баклажаны, лимонник дальневосточный, кольраби, оливки, одуванчики и тому подобное.
Средние школьники принцев не уважают, - это доказано. Смешно им ПРИНЦЫ! - гоняй, казалось бы, по футбольному полю, пока мяч и голова не станут квадратными, так нет, моду взяли - чуть что, женятся на принцессах. Слабаки! Дезертиры! Бананы!..
Средние школьницы к принцам относятся с пониманием. Они вообще умны. Настолько умны, что догадываются, каким путем счастливые принцы превращаются в несчастливых королей, страдающих одышкой и ревматизмом. Но молчат. Это умно. А повзрослев, забывают - это тоже умно...
Однако же - ""Помни!""*
_______________
* Изречения, высказывания и восклицания, взятые в двойные
кавычки, принадлежат старинному мудрецу Пифологию из Фио. Автор
зачерпнул их щедрой горстью из книги Пифология "Заимствования".
Назвав книгу так красиво, Пифологий стремится особо выделить тот
факт, что мудрость принадлежит всем, как природа, но, и обращаться с
нею надо бережно, иначе в самой ее сути что-то сдвинется и мудрость
станет глупостью.
По возвращении из Франции король Филогерц сунулся на кухню, чтобы съесть бутерброд. Повара у окон сидят угрюмые, без колпаков, глаза в одну точку. Когда у поваров глаза в одну точку, они либо спят, либо решили все бросить и податься в матросы. Поварята с пунцовыми ушами нарезают вместо лососины и ветчины на разделочных досках брюкву и морковку ломтиками и говорят, что принц Филофей - теперь не поймешь - то ли шибко умен, то ли вовсе глуп, а жаль - он хоть и хилый принц, но безвредный.
Дрогнуло у короля сердце, заныло - "Заболел!" - сын как-никак. Побежал король к принцу в апартамент. А принц в трапезной на столе сидит дубовом, старинном, еще дедушкой купленном, и, поглядывая на часы, жует морковь.
Растерялся король.
- Как сидишь? - спрашивает.
- В позе "Лотоса", - отвечает принц и садится в другую позу "Ужаленный лев". И жует по схеме уже не морковь, а молодой сельдерей с крапивой и улыбается - в этой позе улыбаться должно.
- И не стыдно тебе? - сказал король. - Ты техникум закончил королевского мармеладного производства. Над тобой смеются... А мне обидно. Ты понимаешь - обидно мне. Склады и пакгаузы мармеладом затоварены, а ты? Глаза бы мои на тебя не глядели.
- Не это главное, - отвечает принц. - Главное, папа, диета и неторопливое движение рук, напоминающее почесывание. Если всю жизнь почесываться, жевать орехи и корнеплоды, можно дожить до ста тридцати лет и умереть здоровым. ""Где жевание, там выживание""
- Действительно не поймешь: то ли шибко умен, то ли вовсе глуп, сказал король. - Но ведь нехорошо это... Из-за чего, спрашивается, упал спрос на сладкое? Из-за таких, как ты. Может, выдрать тебя? - Тут королю стало стыдно - принца, королевского сына, драть! А какой другой выход?
И воскликнул король:
- Советник! Какой другой выход?
Советник выдвинулся из-за портьеры:
- Женить. - Советник у короля всегда под рукой. Одна голова хорошо, но три - лучше - потому три, что каждый советник считает себя умнее короля вдвое.
Тут вошла королева, красиво причесанная, красиво одетая. Спросила, выказывая интерес:
- Женить? Для чего?
Король не сдержался. Рявкнул:
- Для сохранения вида! - Но взял себя в руки. - Сударыня, - сказал он учтиво, - вы всегда считали, что принцев приносят аисты.
- Вы грубый, - ответила ему королева и посмотрела на сына.
Принц Филофей стоял на дубовом дедушкином столе в позе "Тоскующая обезьяна". Жевал портулак. В этой позе портулак жевать должно.
Был Филофей веснущат, курнос и запущен.
- Ну может не аисты. Не уверена. Может, фламинго... - Королева вздохнула изысканно, поправила на виске локон и вышла.
- Нет ли у вас, случайно, на примете знакомой принцессы? - спросил король у советника.
Советник кашлянул:
- Сударь король, помилуйте... Какая принцесса добровольно...
- Понятно. Так что же делать?
- Турнир принцесс! О, сколько благородных королевских фамилий были спасены благодаря турниру. А как красиво. Волшебный мальчик. Золотая труба. Возрождение традиции.
Королю показалось, что он одинокий король на пустой шахматной доске, - так грустно стало: "Сын! Вырос!"
- Турнир, - сказал король, жалея себя. - Но хорошо ли это? Молва пойдет, мол, принц совсем не гож. Не в состоянии авторитетно познакомиться с принцессой. Скажем, на танцах.
- А если у него нет времени? Он мыслит!
- Это прилично?
- Да это ого-го! К тому же... - Советник перешел на шепот. - Ваш мармелад! Все склады, все пакгаузы завалены. Доход упал. А на турнир вместе с принцессами приедут бонны, гувернантки, няньки. Они ваш мармелад съедят в один присест. Поторопитесь с расфасовкой, упаковкой, рекламой. Предлагаю: "Ориенталь лакричный", "Фио-люкс". Жизнь, сударь король, умение считать...
- Браво, - сказал король. - Я награжу вас орденом.
Советник поклонился.
- Благодарю. Я бы хотел процент...
- А вы не промах. - Король принял величественную позу, очень похожую на позу "Поющая кобра". - Организацию турнира, сударь, я поручаю вам.
Но тут же выяснилось, что советник не все может. Волшебный мальчик-трубач ему не подчиняется. А без "Мелодии принцесс" турнир, как цирк без лошадей.
- Нужно просить волшебницу Измору, - сказал советник. - С вашего позволения, я ее видел в парке.
- Тогда не будем мешкать. Время - деньги!
""Сколько людей ошибаются, полагая, что время только деньги. Время обмен веществ и мнений, и смех, и слезы, и любовь. Но! Время - это правило игры"".
Принц Филофей стоял в позе "Краб, изготовившийся к охоте на трепанга". В этой позе должно есть овес.
Когда король и советник убежали в парк, мальчишка-поваренок поставил тарелочку с овсом на подоконник, вытащил из кармана котлету и кусок хлеба.
- Принц, ешьте, пока никто не видит.
- Что ты! Я же воспитываю силу воли, - сказал принц.
- Но вас оженят.
- Сила воли главнее. И ты не спорь...
Поваренок сел на дубовый старинный стол. Съел котлету, пальцы о штаны вытер.
- Действительно. Кто мы без силы воли? Всех нас оженят.
Уважаемый среднешкольник, пока король Филогерц и его советник бегают по дорожкам парка, заглядывают за кусты малины, олеандра и рододендрона в поисках волшебницы Изморы, обратимся к истории.
В старину в этой сказочной приморской местности принцы, занятые исследованиями чудес, войной с великанами, охотой на зубоцефалов, расчисткой вулканических нагромождений, не имели ни минутки свободного времени. Им его не хватало даже на бритье. Они бы вымерли. Но волшебница Измора, применив чары, вызвала из других пределов волшебного мальчика-трубача. Потрубит мальчик в Золотую трубу и всем ясно: и в городах, и в селеньях, и в одиноких хижинах на склонах гор, что, скажем, принц Фома не может влюбиться - зачерствело у него сердце от рискованных подвигов, тоскует в кромешном одиночестве принц Фома, может быть, умирает.
Тогда принцессы, подоив коз, надевают все самое лучшее, берут с собой новые башмаки и пускаются в путь, в королевство Фомы. Там они состязаются три дня: кто больше напечет оладий, кто быстрее вымоет пол и начистит ведро картошки, кто задорнее спляшет, не жалея новых башмаков, кто душевнее песню споет. Ну а поштопать, поставить заплатку, перепеленать младенца - это в старину и за труд не считали. Кстати, в старину все принцессы были крепкие, румяные, не подверженные простудным заболеваниям.
С течением времени, с облегчением жизни волшебного мальчика-трубача стали вызывать все реже и реже. Последние семнадцать лет и вовсе не вызывали. Подменили волшебную музыку телеграфы и телефоны. "Лучше проще, чем лучше", - глаголят некоторые. Но Пифологий из Фио остерегает:
- ""Притормози!""
- Измора! - кричали король и советник. Голоса их сильно ослабели. Где ты?
- Да здесь я, - сказала Измора негромко.
Измора сидела у заброшенного фонтана.
- Здравствуй, Измора, - сказал король, отдышавшись. - Слышала новость? Принц совсем плох - крапиву кушает. Измора, хочешь, я перед тобой на колени стану?
- Это зачем?
- Вызови волшебного мальчика-трубача. Измора, голубушка, ты видишь, я уже на коленях. Женить его надо - избалуется.
- Встань, - сказала Измора. - Подай объявление в газету.
- Это мы подадим. Но пусть будет мальчик. Турнир, Измора, турнир. Все пакгаузы, все склады забиты... - Король промакнул глаза платочком. Пожалей, а. Ты же наша волшебница, местная. Мы же тебя любим. Разве может сравниться газета или там телевизор с волшебной музыкой? Ты посмотри на него. Измора, если ты не поможешь, он умрет. Это будет твоя вина.
В одном из окон дворца стоял принц Филофей в позе "Чертополох". Жевал редьку.
Измора протянула руку к чаше фонтана - в ней, как бы сотворясь из прозрачных теней, возникла фигура мальчика с Золотой трубой.
Король поспешно стал перед мальчиком на колени.
- Здравствуй, мальчик. Спаси, а. Не сочти за труд. Мы виноваты. Мы! Я ездил во Францию... А королева считала, что спички и интегралы нельзя брать без спроса...
Принц в окне сменил позу "Чертополох" на позу "Роза".
- Труби, - сказала Измора.
Волшебный мальчик поднес к губам Золотую трубу.
В королевстве Иперхай, где делали пилюли, король отчитывал дочку за перерасход сахарной пудры.
- Доза! - восклицал он. - Главнее дозы только норма.
- Ах, оставьте, - отвечала принцесса. - Главнее всегда любовь... Тут она услыхала Золотую трубу и посмотрела на себя в зеркало.
Принцесса в другом королевстве зевала, в третьем - косила траву, в четвертом - гладила братьям рубашки, в пятом - ела взбитые сливки. Но все они, и в королевстве двадцатом, и в двадцать пятом, услыхав Золотую трубу, посмотрели на себя в зеркало.
СБОРЫ В КОРОЛЕВСТВЕ ТРИБУКСИР
В королевстве Трибуксир жители работали по железу.
Ковал кузнец. Сгибали трубы жестянщики. Гвоздильщики рубили гвозди. К тому же мужское население, подражая королю Крузербасу, в свободное от работы время любило состязаться на шпагах, саблях, пистолетах.
Возникали и другие шумы. Например, младший сын булочника, человека по природе тихого, но пытливого, проглотил жука и теперь ревел во всю глотку. Не потому, что жук его кусал, но от обиды - жук не желал жить у мальчишки в животе и пробивался на свободу.
Старший сын булочника, тоже пытливый, радиолюбитель, поставил в клумбу с душистым горошком трехкиловаттный ритмизатор. Включит его на всю мощность - горошек нырнет в землю и замрет. Выключит - горошек высунется из земли и как бы оглядится, и все вздрагивает, вздрагивает, как заика.
Шум в Трибуксире нарастал, когда требовалось сказать необходимое или услышать важное.
Две женщины бранили трубочиста. В клубе шла спевка. В церкви репетировали колокольный звон. Скулил и лаял пес Сижисмон Ничей. Его личные блохи Лоис и Артеуза жгли его, как кипяток, как кислота, - они мечтали попасть во дворец.
Ормандиора, или попросту - принцесса Ори, сдавала экзамен по физике мелких частиц.
Когда раздались звуки Золотой трубы, старый опытный профессор Мирро захлопал в ладошки - принцессе комплимент. За ним и другие опытные профессора пустились аплодировать. Принцесса заалела от смущения. Слух ее, и внутренний, и внешний, как бы закупорился ватой...
""Волшебную музыку могут заглушить только аплодисменты"".
Услыхала Золотую трубу молоденькая и очень хорошенькая служанка Флорина. Она стояла в тронном зале у зеркала. Уж она изгибалась и так и этак - и услыхала. Помигала растерянно и бросилась к телефону.
- У вас что слышно? - кричала она.
Шум работы по железу достиг тут наивысшей силы.
Положив трубку, Флорина сдвинула трон в сторону - под троном оказался люк в подполье.
- Тетушка Елиза! - позвала Флорина. - Тетушка Елиза!
Королевская экономка, тетушка Елиза, вылезла из подполья и сообщила растерянно:
- Двенадцать банок компота лопнуло. Вот такую головку сыра съели мыши.
- Да плюньте вы на этот сыр. Вы слышите трубу?
Тетушка Елиза прислушалась и улыбнулась.
- Какая прелесть...
- Чему вы улыбаетесь? Она же выиграет. А он дурак ушастый.
- Кто? - тетушка Елиза продолжала улыбаться.
- Принц Филофей. Я позвонила в королевство Иперхай. Там у меня подружка служит в горничных. Там все ревут.
- А им-то что реветь? - сказала тетушка Елиза, гневно подперев бока. - Принцесса Лимфатуза Иперхайская известная лентяйка, кряква, неумеха... Зови принцессу Ори.
Ее любимица принцесса Ори фехтовала во дворце замка со своим отцом королем Крузербасом.
- Хотя ты физику сдала на пять, - выкрикивал король, - рано задрала нос. А покажи ты мне флеш атаку с обманом, батманом и круговым обводом.
Принцесса бросилась в атаку. Мальчишки завопили: "В пузо!"
На галереях замка служанки выколачивали одеяла, шубы, ковры, половики. Поэтому, когда Флорина крикнула: "Принцесса, а, принцесса!" никто и ухом не повел. Но тут Флорина споткнулась о королевский сюртук, брошенный на ступеньки. Из оттопыренных карманов торчали револьверы. Флорина схватила тот, что побольше, и выстрелила в воздух.
Наступившую тишину заполнил звук Золотой трубы.
- Что это значит? - спросил король.
И кто-то прошептал:
- "Мелодия принцесс"...
А в тронном зале было уже все навалено: и платья, и туфли, и туалетные принадлежности, и чемоданы.
Грустно стояли замечательные люди - мастера, воспитавшие принцессу: и повар Сом, и конюх Лом, и учитель танцев маэстро Валенсир. И каждый из них думал: "Ах, как рано она научилась штопать, стирать и гладить. Ах, как быстро она поняла, что всякую работу, пусть даже самую скромную, нужно делать только на пять с плюсом, не говоря уже о работе сложной и трудоемкой, которую ниже, чем на пять с плюсом делать просто невыгодно и невыносимо стыдно. Ах, какая она, наша Ори, отзывчивая. Ах, какая очаровательная.
Когда принцесса вошла в тронный зал, все они дружно приложили к глазам носовые платки.
- Тетушка Елиза, - сказала Ори, - извините, я уважаю традиции, даже волшебные. Но эта традиция - состязаться за звание невесты - дурацкая.
Мастера, воспитавшие принцессу, с удивлением отняли платки от своих мокрых глаз.
- Принцесса Ори, - строго сказала тетушка Елиза, - вы будете состязаться не с невестами, но с мастерицами. И не за звание невесты - за звание мастерицы.
1 2 3 4 5 6