А-П

П-Я

 терра гермес цена 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

Грейси Анна

Полуночные признания


 

Здесь выложена электронная книга Полуночные признания автора по имени Грейси Анна. На этой вкладке сайта web-lit.net вы можете скачать бесплатно или прочитать онлайн электронную книгу Грейси Анна - Полуночные признания.

Размер архива с книгой Полуночные признания равняется 183.9 KB

Полуночные признания - Грейси Анна => скачать бесплатную электронную книгу



Roland; SpellCheck SAD
«Полуночные признания»: АСТ; Москва; 2007
ISBN 978-5-17-030128-7
Аннотация
Аристократка-креолка Эммануэль де Бове ненавидела и презирала янки, захвативших ее родной Новый Орлеан… Однако когда красавица поневоле оказалась в центре запутанного дела, связанного с убийством, именно офицер-северянин Зак Купер оказался единственным мужчиной, способным защитить ее от верной гибели.
Но за помощь и защиту Зак требует высокую цену – любовь и верность прекрасной креолки…
Кэндис Проктор
Полуночные признания
Посвящается Тони, потому что однажды…
Глава 1
Июль 1862 года
Оккупированный северянами Новый Орлеан
Это было в Новом Орлеане, в один из тех невыносимо жарких дней, когда влажный воздух, казалось, уплотняется, как бы предупреждая о надвигающейся грозе, и дышать становится нестерпимо трудно. Хотя еще оставалось несколько часов до наступления вечерних сумерек, небо уже приобрело стальную – словно у орудийного ствола – окраску. Тучи беспорядочными клубами нависли над головой, своим мрачным видом оттеняя кладбищенские камни могильных склепов, которые белели на фоне увядающих красок дня.
Внезапно сгущающийся мрак расколола извилистая молния, прогремел гром. Эммануэль ускорила шаг, краем траурной юбки задевая помятый фрак своего спутника, старика с почтенной седой бородой. Посматривая на небо и держа старика под руку, Эммануэль поспешно прошла через величественные, хоть и тронутые ржавчиной ворота кладбища Святого Людовика.
– Да, в этом году нам не следовало приходить сюда, – задумчиво произнес доктор Генри Сантер, когда они повернули на заросшую сорняками аллею, тянувшуюся между высокими склепами. Кузнечики стрекотали в траве так дружно и громко, что невольно возникало ощущение, что это звенит сам воздух, густой и горячий. – Может, нам следовало выйти из больницы пораньше? Сейчас на улицах слишком много солдат.
Эммануэль и Генри Сантер разговаривали на французском, как и всегда, когда они были наедине.
– Не думаю, что генерал Бенджамин Батлер и его паразиты в синей форме, – срывающимся от волнения голосом произнесла Эммануэль, – помешали бы мне прийти на могилу отца.
– Эммануэль… – Замедлив шаг, пожилой доктор легонько дотронулся до руки своей спутницы. – Запомни, дитя: тебе может не нравится то, что делают люди, но нельзя без разбора ненавидеть каждого человека в форме.
Эммануэль быстро повернулась к старику. Запах цветов жасмина, которые были у нее в руках, пахнул ему в лицо.
– Разве форма убивает, калечит и разрушает? Нет, это делают мужчины.
– Иногда и женщины.
Девушка коротко рассмеялась. Присев на стертые от времени гранитные ступеньки, она положила цветы у мраморной плиты, которая закрывала вход в фамильный склеп семейства Маре. Старик положил сухую, больную артритом руку на ее плечо, крепко сжал его и опустился рядом. Сделав это трудное для него дело, он откинулся спиной на стену склепа, но не встал на колени, и Эммануэль поняла, что доктор не будет молиться. Он просто посидит, а потом они пойдут на другую сторону «города мертвых», к могиле его жены.
Достав из кармана четки, девушка начала молиться. Гладкие бусинки быстро двигались в ее тонких пальцах. Обычно она прочитывала все молитвы, но сейчас, когда невдалеке угрожающе сверкали молнии, а облака опускались все ниже, Эммануэль стало не по себе. Смутное предчувствие какой-то беды беспокоило ее. Снова прогремело, теперь еще ближе, и после двадцати молитв девушка решила остановиться.
– Она бы гордилась тобой, если бы могла тебя сейчас видеть, – тихо произнес доктор Сантер, когда Эммануэль подняла голову. – Я говорю о твоей матери.
Эммануэль отвела глаза. У нее запершило в горле.
– Я так не думаю.
– Ты слишком строга к себе.
С сомнением качнув головой, девушка поднялась с колен. Внезапный порыв жаркого ветра взметнул платье вверх. Удерживая равновесие, Эммануэль шагнула назад. Ее нога соскользнула с ровного каменного основания, и Эммануэль со слабым вскриком пошатнулась. Доктор Сантер поспешно вскочил на ноги и протянул руку, стараясь поддержать свою спутницу. В этот момент в воздухе раздался слабый свист.
Генри отпрянул назад, словно его толкнули, и ударился о дверь склепа. В безмолвном ужасе девушка увидела, что маленькая стрела впилась ему в грудь. На жилете доктора расплывалось ярко-красное пятно.
– Мой Бог! – произнес Генри странным свистящим шепотом, протягивая руку к Эммануэль. – Беги!
Кровь хлынула из его рта, ноги подкосились, и доктор медленно сполз на землю.
Какое-то мгновение Эммануэль колебалась – желание помочь человеку, который заменял ей отца на протяжении многих лет, было сильнее страха. И все же Эммануэль не хотелось встретиться лицом к лицу с охотниками за скальпами. И потому, подобрав юбки, она бросилась бежать.
Глава 2
Майор кавалерии Закери К. Купер стоял, прислонившись к застекленной створчатой двери кабинета генерала и наблюдая, как штормовой фронт приближается к Новому Орлеану. Ветер стал уже настолько сильным, что рвал падающие с неба дождевые потоки. За ними едва можно было различить слабый свет газовых фонарей, выстроившихся у стоящих вдоль аллеи особняков. В этой стихии было что-то первобытное. Глядя, как бурно заполняются водой сточные канавы, Зак подумал о том, что, наверное, и миллионы лет назад после душных жарких дней на земле шли проливные дожди. Этот город чем-то напоминал майору опасную женщину – в нем было что-то очень безрассудное и греховное.
Зак слышал, как за его спиной прощается полковник Эндрю Батлер, но даже не повернулся: чем меньше он будет иметь дел с оппозиционно настроенным братом генерала, тем лучше для его карьеры и душевного спокойствия.
– Спасибо, что подождали, Купер. Возьмите это.
Зак поспешно отогнал сторонние мысли. Бенджамин Батлер протягивал ему хрустальный бокал с французским бренди. Генерал, которого за глаза звали «зверем Нового Орлеана», был непосредственным командиром Зака. Выглядел он почти комично – низенький, толстый, с непропорционально большой головой и косящими глазами. Однако генерал был проницателен и опасен, в чем население Нового Орлеана уже имело возможность убедиться.
– Я получил еще одно сообщение из Вашингтона, – произнес Батлер. Пройдя по дорогому турецкому ковру, он приблизился к элегантному столу из красного дерева и достал из кожаной папки листок с вытисненными инициалами. Движения Батлера были, как всегда, быстрыми и несколько нервными. Пригородный дом, где они находились, когда-то принадлежал погибшему генералу конфедератов. Батлер не блистал талантами на поле боя, но по части присвоения чужой собственности он был неповторим. Опустившись в кресло, Батлер сложил пальцы и бросил взгляд на Зака.
– Похоже, госсекретарю пришлось извиниться перед голландцами за то, что он назвал «грубым и бестактным» обращение с их консулом.
– Хм… – Зак поднял бокал. Густая золотисто-коричневая жидкость слабо мерцала в свете канделябров. Воздух наполнился тяжелым запахом дорогого напитка. – Мы бы не раздели консула до носков, если бы он добровольно отдал ключи, когда я попросил его об этом. Что госсекретарь говорит о восьми тысячах долларов в серебряных монетах Конфедерации, которые мы у него забрали? Батлер откинулся на спинку кресла и опустил руки.
– В Вашингтоне очень хотят их получить. От меня лишь ожидают, что я прикажу начальнику военной полиции не забирать содержимое сундуков у граждан других стран. – Его губы растянулись в усмешке, обнажая на удивление ровные белые зубы. Улыбка была лучшим, что имел генерал, – он знал это и часто ею пользовался. – Так что считай, что я отдал тебе этот приказ.
Зак пригубил бренди и неожиданно решил высказать то, что давно накипело.
– Знаете, генерал, – сказал он, стараясь говорить как можно непринужденнее, – я хотел бы сказать вам насчет…
– Нет.
– Сэр?
Батлер снова улыбнулся:
– Я не отошлю вас обратно в ваш кавалерийский полк. Вы нужны мне здесь.
От порыва теплого влажного ветра дверь с силой ударила по стене. Зак попытался закрыть ее, налегая на щеколду.
– Сэр, – произнес он, стараясь справиться с чувствами и говорить ровно. – Армии нужны опытные кавалерийские офицеры. Южане с начала войны ходят кругами вокруг наших войск.
Это было правдой, но другая причина заставляла Зака стремиться в родной полк. Большинство солдат сочло бы большой удачей – и даже Божьей милостью – службу начальником военной полиции в Новом Орлеане. В этом спокойном городе можно было не опасаться кровавых стычек с противником и даже проводить вечера в театре или опере. Но Зак уже давно сроднился с солдатской судьбой и привык к опасности смерти или ранения – от сабельного удара, свистящих пуль или разрыва ядра. Боялся он совсем другого. И чем дольше Зак находился в Новом Орлеане, тем яснее ему становилось, что он должен вернуться в свой полк.
– Наши кавалеристы воюют все лучше, – произнес Батлер и улыбнулся, заметив на лице Зака недовольство.
– При соответствующем обучении они могут воевать отлично.
Батлер наклонил голову.
– Послушайте, майор. Я не сомневаюсь, что вы прекрасный кавалерийский офицер. Но вы также чертовски хороший начальник военной полиции. Вы мне нужны здесь – и чтобы держать этот город под контролем, и чтобы не выли эти гиены в Вашингтоне, которые хотят меня отсюда убрать. Как бы они ни критиковали ваши методы, вы все же офицер из Вест-Пойнта, несколько лет провоевавший на границе. Они это уважают. – Генерал подмигнул. «И они знают, что вы честный офицер», – сказали его странные, ничего не выражающие глаза, хотя Батлер никогда не произнес бы этих слов вслух.
Как и многие генералы армии унионистов, Батлер принадлежал к чисто политическим фигурам, назначенным на столь высокий пост Линкольном. Он был адвокатом и не воевал ни дня, когда Линкольн приколол на его мундир звезду и отправил командовать оторванными от мам парнями. Но вместо геройской гибели на полях сражений Батлер и его солдаты засели в Новом Орлеане, подальше от опасной Миссисипи, и начали дружно обогащаться – особенно командир.
– При всем уважении к вам, сэр, я считаю это только временным назначением, пока я находился на лечении после ранения.
Батлер снова улыбнулся, но на сей раз удивленно:
– Вы думаете, что уже восстановились?
– Да, сэр.
– Но ведь вы проводите по восемнадцать часов в день в седле.
– Для меня это обычное дело.
– А сегодня вы особенно много ездили. Даже моя жена заметила, как вы морщились от боли, когда пришли в столовую.
– Сэр…
Генерал быстро поднялся из кресла.
– Хватит, майор.
Зак с силой сжал челюсти.
– Есть, сэр.
Какое-то время они твердо смотрели друг на друга. Первым отвел глаза Батлер.
– Вот что, налейте себе еще бренди, – сказал он Заку.
– Спасибо, сэр, но я…
Его слова прервал стук в дверь. Генерал громко произнес:
– Кто это?
– Флетчер, сэр. Мне нужен майор Купер. – В дверном проеме показался высокий худощавый капитан с копной спутанных волос и пышными усами. На его полных розовых щеках блестели капельки дождя. С черных сапог на деревянный пол тут же натекли лужицы. Флетчер взглянул на Купера и улыбнулся. Капитан Хэмиш Флетчер знал, какой вопрос привел сюда Зака. И по лицу майора было нетрудно определить, что в переводе ему отказали. – Произошло убийство, – отрапортовал Флетчер.
Зак мгновенно сосредоточился. Он вспомнил прошлые доклады. «Это убийство, сэр…» «Еще одно убийство, сэр…» «Еще одно…» «Еще одно…» Он почувствовал, как сильно сжимается горло. Ему было трудно даже вдохнуть, но за него ответил Батлер. В голосе генерала звучало раздражение.
– Эта городская шушера убивает четыре-пять человек в месяц, – произнес он, поднимая бутыль с бренди. – На прошлой неделе это был ирландец, за неделю до этого – итальянец… или негр, или, может, немец или поляк. Ты прибегал к майору Куперу после каждого происшествия?
– Нет, сэр, – произнес Хэмиш. Его акцент был необычным. Родители Флетчера имели шотландское происхождение, но сам он вырос в Нью-Йорке. – Однако этот случай необычен. Убили креола. – Хэмиш посмотрел на Зака. – Доктора.
Батлер презрительно фыркнул и налил в бокал солидную порцию бренди.
– Креолы слишком высокого мнения о себе.
Хэмиш внимательно смотрел, как Зак допивает остатки бренди. Теперь майор снова держал себя в руках, не позволяя закрасться в сердце постыдному страху. Последнее время это чувство не покидало его, таясь где-то в глубине души. Нет, Батлер прав: в городе надо навести порядок. Но вряд ли в этих убийствах есть что-то особенное, зловещее. Не стоит думать, что все они имеют одну и ту же причину.
– Я пойду. – Зак приложил руку к шляпе. – Где тело?
– На кладбище Святого Людовика, – сказал Хэмиш и, когда Зак повернулся к нему, добавил: – Там, где этот человек был убит.
– Весьма удобно, – произнес Зак, цепляя саблю на пояс и отмечая про себя, что его руки, наконец, перестали дрожать.
Когда лошади несли всадников по сгнившим, поломанным тротуарам Бейсн-стрит, на улице все еще лил дождь.
– Я оставил на кладбище пару кавалеристов, – произнес капитан тоном полицейского – впрочем, перед войной он и работал в нью-йоркской полиции. Заку была не по душе такая профессия. Он никак не мог понять, зачем люди имеют дело с отбросами общества – каждый день, до конца жизни.
– Мы обыскали кладбище, – начал рассказывать Хэмиш, – но ничего не нашли. Надо сказать, это хорошее место, чтобы спрятаться и устроить засаду. Эти маленькие, похожие на храмы склепы буквально прижаты друг к другу.
Зак пристально вгляделся в высокие белые стены и покатые крыши гробниц, что как раз показались вдали, и внезапно выругался – пробежав по шее, струйка дождя проникла под его воротник. Надвинув широкополую шляпу на лоб, он заметил небольшое озерцо, что образовалось как раз под кладбищенскими воротами. Пришлось преодолеть эту водную преграду. Зак чувствовал острую, нестерпимую боль в ноге. Генерал был прав: в этот день он слишком много ездил. Однако раненая нога все же слушалась – и это можно было считать большой удачей, поскольку в бою пушечное ядро разорвалось совсем близко. Хирургам всегда проще отрезать ногу, руку или кисть, чем возиться с лечением. Большинство армейских докторов обычно выбирали легкий путь. Зак на протяжении нескольких лет мог наблюдать, как хирурги делали из сильных и здоровых мужчин жалких калек, и перестал уважать эту профессию.
– Что этот старый доктор делал здесь в такую ночь? – спросил Зак, пытаясь перекричать шум падающей воды.
Хэмиш рассмеялся:
– Он шел на могилу жены.
– Разве это забавно? – удивился Зак.
– Сегодня несколько эмигрантов из Ирландии погибли на Гэллатин-стрит, выполняя работу за мизерную оплату. Это, может, и печально, но к подобному я уже привык. – Флетчер потер руки. – Однако этот случай весьма загадочен, а для полицейского такие происшествия очень интересны.
– Не вижу ничего особенного, – сухо произнес Зак. Когда-то он любил подобные загадки и даже гордился своей способностью решать их. Но два года назад один человек дал понять, что Зак может не все. В результате погибла девушка по имени Рэйчел, которую майор любил. – Кроме того, – сухо добавил он, – я не полицейский, а кавалерийский офицер.
– Вот как? – Хэмиш хлопнул его по спине. – Посмотри в словаре, что значит «начальник военной полиции», парень.
Зак показал подбородком на то место, где, нетерпеливо переступая с ноги на ногу, стоял кладбищенский смотритель. Его качающийся фонарь бросал отблески на окружающие гробницы.
– Может, он что-то видел?
– Кто знает? – пожал плечами Хэмиш. – Этот приятель, похоже, знает по-английски лишь несколько слов. Ты, случайно, не говоришь по-немецки?
– Нет, – усмехнулся Зак.
– Утром нам нужно разыскать кого-нибудь, кто может с ним объясниться.
Подойдя к иммигранту, Зак взял из его рук фонарь и показал на ворота:
– Данке шён.
Флетчер с удивлением посмотрел на майора.
– Я и не догадывался, что ты владеешь немецким.
Мраморные склепы словно выстроились друг за другом вдоль прямых пересекающихся дорожек с проходами из подстриженной зелени и булыжников. По наклонным скатам стекала вода, заливая едва заметные надписи. Кое-где могильные плиты были разбиты и вскрыты. Там буйно росла трава, валялись щепки и белели изъеденные непогодой кости.
– А кто был этот доктор? – спросил Зак, когда они двинулись вниз по центральной аллее.
– Его имя Генри Сантер, – ответил Флетчер, стараясь идти в ногу со своим командиром. – Он руководил больницей Сантера на Бьянвиле, в старом квартале. Это единственная частная лечебница в городе, которая не закрылась во время войны.
– У него есть семья?
– Он вдовец. Жил на улице Конти со своей сестрой Элис Сантер. Нам туда. – Флетчер указал на двух солдат в синих мундирах, прячущихся от дождя у сложенной из маленьких кирпичей стены, которая окружала похожий на печь склеп. – Дальше по этой дороге.
Они повернули налево. Подойдя ближе, Зак заметил, что между мужчинами стоит маленькая женщина в черном платье – возможно, она и была сестрой убитого. Ее волосы намокли и налипли на бледное лицо. Она держалась в стороне от мужчин, словно желая быть от них подальше. Впрочем, это было неудивительно – из всех жителей города именно женщины наиболее открыто выражали свою ненависть и презрение армии унионистов. Вот почему Батлер обнародовал свой печально известный «Приказ для женщин».
Зак почти сразу увидел тело человека с седой бородой, в неестественной позе лежавшего у входа в склеп, на котором резцом было высечено «МАРЕ». Дождь безжалостно хлестал по бледным морщинистым щекам мертвеца. Вода насквозь пропитала короткую бороду и жилет, обагренный кровью от пробившей грудь темной деревянной стрелы.
Осторожно ступая на основание склепа, майор поднес фонарь к лицу убитого. В нос ударил аромат от лежащих на земле цветов жасмина, причудливо смешиваясь с запахами крови и влажного воздуха. Глаза доктора были закрыты, словно он забылся спокойным сном. Протянув руку, Зак дотронулся до все еще теплой шеи.
– Вы уверены, что он мертв? – спросил Зак стоящих рядом кавалеристов.
– Как можно сомневаться в этом, – произнесла молодая женщина с легким французским акцентом и едва сдерживаемой ненавистью, – если кто-то пробил из арбалета его сердце?
Глава 3
Зак внимательно посмотрел на незнакомку в промокшем шелковом платье. По ее бледному лицу сбегали дождевые капли. В черных глазах, под которыми возраст еще не прочертил морщин, ясно читалась враждебность. Определенно это была не сестра Генри Сантера.
Только француженки могут выглядеть столь изящно, как эта женщина с длинной шеей, хрупким телом, невероятно тонкой талией, высокой округлой грудью и аристократической посадкой головы, которая вызывала в памяти старинные замки, салоны, а также гильотину, отрубающую такие головы. Девушка словно излучала утонченность, хрупкость, аккуратность. Правда, со всем этим резко контрастировали горящие яростью глаза и чуть грубоватые полные губы. Однако даже падающие с маленького вздернутого носа капельки дождя и налипшие налицо волосы не портили изящный облик незнакомки. Она была очень красивой и одновременно грозной.
– Я видел людей, которые довольно долго жили – хотя и мучаясь – с такими же тяжелыми ранами, – произнес Зак, медленно выпрямляясь.
– Не сомневаюсь, – ее взгляд задержался на его сабле, затем переместился на «кольт», после чего незнакомка снова посмотрела на Зака, – что вы и сами нанесли немало подобных ран.
Зак повернулся к Флетчеру:
– Что она здесь делает?
Величественные усы чуть дрогнули.
– Позвольте представить вам мадам де Бове. Именно она была с этим джентльменом, когда его убили.
Зак внимательно взглянул на сохраняющую самообладание женщину.
– Вы видели, как это произошло?
– Да.
Большинство женщин, которым доводится быть свидетелями убийства, закатывают истерику и слабеют. Но мадам де Бове вела себя совершенно иначе. И это невольно вызывало уважение, интерес и даже подозрение.
– А вы не могли бы выбрать более подходящий вечер для посещения кладбища?
Девушка заморгала – дождевая капля попала ей в глаз.
– Супруга доктора Сантера и моя мать умерли в один день от эпидемии желтой лихорадки 1849 года. Мы приходим сюда каждый год молиться и возлагать цветы на их могилы.
Взгляд Эммануэль упал на лежащий у ног смятый, измазанный кровью букет жасмина.
«Как же она держится!» – подумал про себя Зак.
– А вы видели, кто это сделал?
Девушка не ответила на вопрос. Сузив глаза, она спросила сама:
– Разве это беспокоит вашу армию? Почему бы это дело не передать полиции Нового Орлеана?
Зак недовольно буркнул:
– В Новом Орлеане нет полиции.
– Потому что вы отправили большую часть из этих людей в тюрьму! – выкрикнула Эммануэль, теряя самообладание.
– Это так, – согласился Зак. Положив большой палец на ремень, он наклонился к ней. – А теперь вы расскажете мне, что случилось?
Стоящий позади него Хэмиш вытащил карандаш, потрепанную записную книжку в полотняной обложке и приготовился записывать. Эммануэль бросила короткий взгляд на капитана и опустила глаза.
– Мы всегда приходили на могилу моей матери в этот день, – произнесла она, глядя куда-то во мрак дождливой ночи. – Склеп семьи Сантер находится дальше. Обычно я читаю все молитвы. На этот раз я ограничилась только несколькими.
Зак заметил, что внешнее спокойствие было иллюзией. Девушка едва сдерживала дрожь. Майор понял, что она не желает показывать ему своих чувств из-за цвета его формы. Для нее он был врагом, которому не следует демонстрировать слабость. Но, похоже, была и еще какая-то причина для этой высокомерной ненависти.
– Продолжайте, – попросил Зак. – Вы видели кого-нибудь?
– Нет. Мне пришлось спешить из-за грозы. – Тут девушка осеклась, словно проглотив что-то. – Я уже встала, когда стрела из арбалета пролетела мимо меня.
– Стрела из арбалета? – недоверчиво переспросил Зак. И снова, вздернув подбородок, она кинула на него презрительный взгляд.
– Что вас удивляет?
Она вела себя явно вызывающе. Зак крепко сжал челюсти, но затем показал глазами на стрелу, пронзившую доктора в грудь.
– Это не арбалет. Стрела слишком мала. И сделана из дерева.
Он помолчал, ожидая ее реакции, но его собеседница молчала. Подняв глаза, Зак, к своему удивлению, увидел, что девушка смотрит куда-то вдаль. Что с ней? Дождь по-прежнему лил как из ведра, вода бежала по каменным сточным канавам. Маленькие ручейки струились по бледному, словно одеревеневшему лицу Эммануэль. Внезапно Зак понял, что девушка промокла насквозь, устала и не может говорить от горя и страха.
– Ладно, – произнес он. – Хватит об этом. Вы можете заболеть.
Майор поглубже натянул шляпу. В глазах девушки мелькнула неприязнь.
– Не заболею, – хриплым голосом произнесла она. Какое-то время они молча смотрели друг на друга, хотя в темноте сквозь струи дождя разглядеть чужое лицо было нелегко.
– Не обращайте внимания на мои слова. – Зак сдвинул шляпу назад. – Где вы живете?
Девушка чуть поколебалась.
– На улице Дюмен, между улицами Ройял и Шартр.
– Капитан Флетчер проводит вас домой.
– Спасибо, но мне не нужно сопровождение.
Зак изобразил на лице улыбку:
– Извините, мадам, но в данный момент я знаю о вас и о том, что здесь произошло, только с ваших слов.
От волнения и злости она тяжело задышала.
– Понятно. Хорошо.
Ночь была теплой. Зак еще раз оценивающе поглядел на стоявшую рядом молодую женщину. Судя по траурному одеянию, недавно овдовела, подумал он. Пришла сюда помолиться за умершую мать, а вместо этого стала свидетельницей жестокого убийства старого друга. Девушка была хрупкой и при других обстоятельствах вызвала бы в нем жалость и, может, даже рыцарские чувства, но она столь от-18 крыто выражала свою враждебность, что Зак испытывал к ней лишь странную смесь неприязни и постыдного плотского желания.
Резко отвернувшись от нее, майор посмотрел в глаза Флетчеру и произнес:
– Проводи ее до дома.
Сестра Генри Сантера, Элис, значительно старше доктора, подумал Зак, изучающе глядя на сидящую перед камином в кресле-качалке женщину. Ее руки покоились на коленях, спину она держала подчеркнуто прямо. В мягком свете торчащей из канделябра одинокой свечи волосы Элис казались белыми, контрастируя с розовым цветом лба. Руки были хрупкими, а лицо тонким, но морщины выдавали почтенный возраст. Однако в светло-серых глазах пожилой женщины читались ум и проницательность. Только еле заметная дрожь в голосе выдавала ее горе.
– С вашей стороны было очень любезно меня посетить, майор, – спокойно произнесла она. – Я вам признательна.
Это было неправдой, и они оба догадывались об этом. Лучше было бы, если бы Зак не приходил и не сообщал о смерти ее брата. Но как решил Батлер, смерть на кладбище не могла быть простой случайностью, и потому требовалось тщательно расследовать дело.
Зак оглядел комнату. Они сидели в гостиной городского дома Сантеров. Его взгляд на мгновение задержался на высоком лепном потолке, а затем перешел на богато украшенную мебель в английском стиле, закрытую от солнечных лучей белыми хлопчатобумажными покрывалами. Даже позолоченные сосуды были прикрыты тюлем, чтобы в них не пробрались спасающиеся от страшной жары мухи.
Откуда-то издалека послышался звон отбивающего часы церковного колокола. Когда звуки смолкли, Зак перешел к делу:
– Прошу меня извинить, но я должен задать вопрос. Есть ли у вас какие-либо подозрения относительно того, кто мог желать смерти вашему брату?
Сестра Сантера сделала короткий быстрый вдох и откинулась на спинку кресла. Какое-то время она обдумывала ответ, затем отрицательно покачала головой:
– Нет. Но Эммануэль могла бы ответить на этот вопрос намного лучше, чем я.
– Эммануэль?
– Эммануэль де Бове.
– А… – Зак опустил глаза на черную вельветовую шляпу, которая лежала у него на коленях, и какое-то время молча смотрел на золотистую эмблему в виде скрещенных кавалерийских сабель. Эммануэль де Бове, женщина в траурном платье на кладбище. – А почему? – спросил он.
– Эммануэль всегда помогала Генри в больнице. – Мягкий мелодичный французский говор был очень похож на акцент мадам де Бове. – Видите ли, создание больницы было давней мечтой моего брата, но основали ее три человека – Генри, отец Эммануэль Жак Маре и ее муж Филипп де Бове.
– Ее отец и муж – врачи? – Вот почему она так спокойна при виде мертвеца, подумал Зак.
– Да. Жак Маре скончался от страшной эпидемии желтой лихорадки в 1853 году. – Элис помолчала, затем крепко сжала губы, словно что-то вспомнив.
– А Филипп де Бове? – подсказал Зак, помогая ей.
– Он был убит на войне два месяца назад.
Совсем недавно, подумал Зак. Это объясняло ненависть молодой вдовы к его форме.
– Знаете, Эммануэль сама всегда хотела стать доктором, – продолжала Элис Сантер, – но женщинам не разрешают заниматься этим. – В голосе старой женщины прозвучало такое сожаление, что Зак заподозрил, что она и сама мечтала об этой профессии.
Он задал еще несколько вопросов – о больнице, знакомствах и привычках покойного, – после чего направился к выходу. И тут Элис Сантер внезапно спросила его о том, что, похоже, все время вертелось у нее на языке:
– Может быть такое, что Генри был убит по ошибке?
Зак резко повернулся и, подняв голову, внимательно посмотрел на женщину.
– Вы думаете, что целились в мадам де Бове?
– Нет, конечно, нет, – поспешно ответила Элис.
В первый раз за время их беседы Зак подумал, что она не столь искренна с ним, как хочет казаться.
Эммануэль стояла в дверях комнаты своего сына и прислушивалась к его слабому дыханию.
– Доминик, – еле слышно прошептала она, поскольку сын спал и у нее не было желания его будить. Она просто не сумела побороть в себе желание произнести его имя – как не смогла не прийти сюда, к двери, которая связывала их комнаты. Ей очень хотелось лишний раз убедиться, что сын жив и находится в полной безопасности.
Доминик выглядел совсем крошечным в большой кровати, которая была сделана из красного дерева и стояла на высоком постаменте. Сверху ее закрывала москитная сетка с балдахином. Странно – совсем недавно Эммануэль считала Доминика малышом, а ему уже одиннадцать, и скоро он станет совсем взрослым. Но ребенок и в таком возрасте беззащитен, а Новый Орлеан стал очень опасным городом. Даже перед войной жизнь здесь была трудной из-за частых эпидемий желтой лихорадки, тифа и болезней, которые вызывала близость болот. Смертельные эпидемии в этом городе начинались очень легко и добивали свои жертвы быстро. Стоя в темноте и наблюдая, как спит сын, Эммануэль чувствовала, как ее сердце наполняется глубокой и столь сильной любовью, что она с трудом поборола желание дотронуться до его теплой щеки.
Она хотела вернуться в постель, но потом передумала и направилась к застекленной раздвижной двери своей комнаты, через которую можно было наблюдать пустынные, омытые дождем мощеные мостовые на улице Дюмен. Должно быть, наступила глубокая ночь, поскольку больше не было слышно звуков из кабаре – доносился только шум воды, падающей с карнизов, льющейся с насыпей и собирающейся в лужах.
От бриза шелестели папоротники и качались розовые кусты. Ветер согревал лицо, но когда Эммануэль сложила руки на груди, она вдруг поняла, что дрожит. Это был какой-то внутренний озноб – от страха и горя, который она испытала на кладбище.
Впрочем, кровь и смерть – это ужасное, даже невыносимое зрелище для многих, но не для Эммануэль, которая посвятила свою жизнь лечению и изучению медицины. Нет, решила она, страх вызван лишь внезапностью, с которой был убит Генри Сантер.
Эммануэль вдруг вспомнила, что доктор Сантер изучал медицинские средства индейцев и писал трактат о кровопускании. Теперь эти труды будет некому завершить. Не откроет Сантер и особого отделения для приема родов после окончания войны. Эммануэль подумала о том, что лучше умереть в самом расцвете сил, чем дряхлым, всеми забытым стариком. Однако попытка убедить себя в этом ей не удалась, поскольку она хорошо помнила, как доктор мечтал об осуществлении своих планов.
Эммануэль смутилась от мысли, что она горюет не столько по доктору, сколько по своим надеждам, которые были с ним связаны.

Полуночные признания - Грейси Анна => читать онлайн электронную книгу дальше


Было бы хорошо, чтобы книга Полуночные признания автора Грейси Анна дала бы вам то, что вы хотите!
Отзывы и коментарии к книге Полуночные признания у нас на сайте не предусмотрены. Если так и окажется, тогда вы можете порекомендовать эту книгу Полуночные признания своим друзьям, проставив гиперссылку на данную страницу с книгой: Грейси Анна - Полуночные признания.
Если после завершения чтения книги Полуночные признания вы захотите почитать и другие книги Грейси Анна, тогда зайдите на страницу писателя Грейси Анна - возможно там есть книги, которые вас заинтересуют. Если вы хотите узнать больше о книге Полуночные признания, то воспользуйтесь поисковой системой или же зайдите в Википедию.
Биографии автора Грейси Анна, написавшего книгу Полуночные признания, к сожалению, на данном сайте нет. Ключевые слова страницы: Полуночные признания; Грейси Анна, скачать, бесплатно, читать, книга, электронная, онлайн
 decanter.ru/product/camus-vsop-elegance-id3195