А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Или он помнит лица всех женщин, которых затащил в постель и обесчестил?
Все это неважно, убеждала себя Кэролайн, держа руки под струей холодной воды и пытаясь успокоиться. Осталось вынести еще несколько минут его общества, и больше их пути никогда не пересекутся. Она достала из своей кожаной сумочки мобильник и заказала такси в фирме, услугами которой всегда пользовалась.
Через пару минут Кэролайн уже снова сидела за столом. Эдвард протянул ей меню, чтобы она выбрала что-нибудь на десерт. Но девушка закрыла его и положила на стол.
– Благодарю, нет, – сказала она Вейнбергу. – С вашего позволения я вас покину. У меня завтра очень тяжелый день. – Это было правдой. Эдвард знал, как Кэролайн загружена на работе. Тем более, впереди была презентация.
Она встала из-за стола и вежливо улыбнулась.
– Приятно было познакомиться с вами, мистер Декстер.
Оба мужчины поднялись. Басистый сладкий голос Бена Декстера прозвучал мягко, но невероятно самоуверенно:
– Доставьте мне удовольствие, мисс Харви. Мой водитель подъедет минут через десять. Я был бы счастлив довезти вас до дома. А пока можно выпить по чашечке кофе.
Когда-то она все отдала, чтобы остаться с ним наедине, однако теперь была рада вежливо отказаться:
– Очень мило с вашей стороны. Но уже прибыло такси, на котором я обычно езжу. Приятного вечера.
Кэролайн позволила себе самодовольно улыбнуться и испарилась.
Непонятно, зачем он предложил подвезти ее? В нем уж никак нельзя заподозрить джентльмена! И вряд ли он хотел вспомнить старое. Но как бы там ни было, она вежливо засунула его предложение ему в глотку.
Пора бы уже Бену Декстеру понять, что он не всегда может получить то, что хочет.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Звонок будильника оказался приятной неожиданностью. Кэролайн перевернулась, выключила будильник и опустила ноги на пол. Ночь была отвратительной.
Сны или, правильнее будет сказать, кошмары с Беном Декстером в главной роли не дали ей спокойно отдохнуть. Она видела словно наяву его кожу оливкового цвета, контрастирующую с ее белой, гладкой, молодой кожей. Его губы исследовали каждый кусочек ее тела с жадной мужской страстью. И потом – его голос, этот сладкий, сексуальный голос, говорящий ей о любви. Ложь, каждое слово – сплошная ложь...
Кэролайн проглотила комок, поднимающийся в горле, зашла в ванную и приняла душ. Она больше не будет думать о нем. Не будет! В этом нет никакого смысла. Он приобрел картину, и покупка эта на какое-то время свела их вместе, но сегодня ее упакуют и отправят ему. Конец истории.
Утро, слава богу, было загружено работой, которая не оставляла времени на размышления об эротических снах. А на ланч Кэролайн приняла приглашение Майкла. Недавно открывшийся ресторан, о котором так много писали, оправдал ожидания по части меню, но обслуживание все же оставляло желать лучшего.
– Не знаю, как ты, но я бы ушла отсюда, – отклонила она предложение Майкла выпить кофе и хотела встать, но он остановил ее, схватив за запястье.
– Мы все равно опаздываем, так что еще несколько минут погоды не сделают. К тому же я хочу тебе кое-что сказать.
По его взгляду и мягкому голосу Кэролайн поняла, что он хочет сказать, но не хотела услышать это. Она просто была не готова.
Его рука сжала ее пальцы.
– Ты же видишь, что очень нравишься мне, – быстро произнес Майкл. – У нас с тобой хорошие, дружеские отношения, и я хотел бы развить их. Не знаю, что ты думаешь обо мне, и я не собираюсь ставить тебя в неудобное положение, спрашивая об этом. Но ты сочетаешь в себе все, что я обожаю в женщинах. И я почти уверен: вместе мы сможем построить что-то хорошее и прочное. Можешь не отвечать прямо сейчас, но давай хотя бы попробуем.
Кэролайн осторожно высвободила пальцы. Что же сказать? Только вчера она снова поймала себя на том, что с тревогой прислушивается к тиканью своих биологических часов. Она знала, что дружеские отношения с сыном босса вот-вот должны перерасти в нечто большее. И она понимала, что перед ней стоит выбор: навсегда остаться в одиночестве или оказаться под теплой защитой мужа, иметь семью.
Еще вчера она была бы счастлива услышать эти слова Майкла и согласилась бы на его предложение.
Но сегодня... Откуда взялась эта неуверенность? В чем дело?
Что-то явно изменилось.
– Я тебе совершенно несимпатичен? – раздался в неожиданно наступившей тишине разочарованный голос.
Она улыбнулась Майклу. Он был похож на обиженного ребенка.
– Я никогда не задумывалась над этим, – успокаивающе сказала Кэролайн, понимая, что врет. Однако же надо как-то скрыть отсутствие энтузиазма.
– Но ты подумаешь? – Вопрос прозвучал как приказ. – Давай поужинаем вместе сегодня вечером. С тех пор, как ушла Джастин, я научился готовить отменные стейки. Но, если ты захочешь, могу сделать бобы на тостах. Выбор за тобой.
Его внезапная мальчишеская улыбка заставила Кэролайн задуматься. Она не знала, почему распался брак Майкла и Джастин, не просуществовавший и двух лет. Эдвард тогда благодарил бога за то, что в этом браке не появились дети. Но больше никто и словом не обмолвился о случившемся.
Что бы там ни было, Майкл не заслуживал страданий. Кэролайн заговорила с несвойственной ей импульсивностью:
– У меня аллергия на бобы! И давай договоримся на понедельник, после презентации. – Она встала и повесила на плечо сумку. – Только при одном условии, – предупредила она, – мы с тобой просто друзья. Ничего больше. Не сейчас. Хорошо, Майкл. Я пока просто не готова взять на себя какие-либо обязательства.
– Условие принято. – Майкл оставил на столе деньги за ланч и тоже поднялся. – Но не злись на меня, если мои попытки изменить твою позицию увенчаются успехом. В конце концов...
Она знала, что сделала ошибку, ответив на его довольную улыбку. Ланч и разговоры – это все прекрасно, но ужин в его квартире около Барбикан...
Сомнения терзали ее душу. Неделю назад Кэролайн восприняла бы его приглашение как должное. Она была бы только рада узнать, каков Майкл в домашней обстановке. Сейчас же она согласилась на ужин только потому, что он был хорошим парнем и она не хотела огорчать его отказом.
Вернувшись в галерею, Кэролайн нашла записку на свое имя. Эдвард хотел видеть ее. Немедленно.
Серебристый лифт-доставил ее прямо в офис Вейнберга-старшего. Проблема с Майклом уже не так беспокоила ее. Она сможет уладить эту проблему так же хорошо, как научилась решать любые проблемы покинув родительский дом в восемнадцать лет.
– Бен Декстер, – произнес Эдвард, как только двери лифта закрылись за ее спиной, – хочет, чтобы ты оценила поместье, которым владеет его компания. Или, точнее сказать, одно из них, приобретенное недавно. Около полутора лет назад, если меня не подводит память.
Он аккуратно сложил бумаги в стопку и, постучав по ней длинными тонкими пальцами, склонил набок серебристо-седую голову.
– Ты хорошо себя чувствуешь? Выглядишь немного бледной... Может, ланч так на тебя подействовал? Присядь, пожалуйста.
Услышанное привело Кэролайн в такой шок, что это тут же отразилось на цвете ее лица. Все ужасные утренние мысли немедленно вернулись. И все это совершенно не имело отношения к тому, что она ела на ланч, или к словам Майкла, намекнувшего, что одной только дружбы с ней ему недостаточно.
О какой компании говорит Эдвард? Из того, что Кэролайн знала о Декстере, она могла сделать единственный вывод – это очередное надувательство. Может, следует предупредить босса, сознаться, что она знает Декстера и что он отъявленный лицемер и мошенник? Об этом следует подумать.
– Со мной все в порядке, – заявила она, собираясь с силами и опускаясь на стул напротив. – Так вы сказали...
Нет, она ни за что не согласится. Если Бен Декстер хочет, чтобы оценили его поместье, антиквариат, картины или что-то еще, это придется сделать кому-нибудь другому.
Эдвард пристально посмотрел на нее и, успокоившись сообщил:
– Его компания «Загородные поместья» выкупила старенький особняк и землю в Шропшире. Они уже уладили все вопросы, касающиеся получения разрешения на строительство гольф-клуба и центра развлечений, и теперь решили заняться домом.
Кэролайн была сбита с толку. Все слышали о безмерно успешной компании «Загородные поместья», которая завоевала уважение как у акул бизнеса, так и у защитников окружающей среды. Видимо, она зря так плохо думала о нем, полагая, что все его деньги нажиты нечестным путем. От этой мысли легче не стало. Уверенность в том, что Бен Декстер лжец, предатель и мошенник, прочно укоренилась в ее душе, и отказ от нее был для Кэролайн равносилен хирургической операции.
А о каком это местечке мы, кстати, сейчас говорим? Вдруг ее осенило: она знает это поместье. Неужели компания Декстера приобрела те самые земли в Шропшире около полутора лет назад? Возможно, но вряд ли.
– Речь идет о Лэнгли-Хейс? – Улыбка, которую Кэролайн удалось изобразить, была весьма подходящей: улыбка заинтересованной бизнес-леди.
– Ты знаешь это место?
Легкого кивка головы было достаточно. Как она могла не знать это старое поместье, если родилась там и прожила, не считая времени, проведенных в частной школе, до восемнадцати лет? Потом унижение и бесконечные упреки отца заставили ее покинуть родной дом.
Мать она почти не помнила. Лаура Харви умерла вскоре после рождения Кэролайн. И только по фотографии в семейном альбоме она могла судить, насколько та была красива.
Она ни разу не пыталась вернуться. Ей ясно сказали, чтобы ноги ее больше не было в этом доме. Чувство долга заставило Кэролайн приехать на похороны отца, но в дом она так и не вошла. Чуть позже поместье было продано. Львиная доля вырученных денег пошла на выкуп закладной на имение, а оставшуюся небольшую сумму получила Дороти Скит, домоправительница, которая некоторое время была также и хозяйкой дома.
Сочтя ее неуверенный кивок за ответ, Эдвард продолжил:
– Декстер сказал, что сам дом был оценен при покупке. Но отдельные предметы также имеют определенную стоимость. И он хочет, чтобы ты разобралась в этом.
Надо быть осторожной, сдерживала себя Кэролайн. Очень осторожной. Дашь себе слабинку – и тут же хлынут потоки гнева.
– Вы обсудили это вчера вечером после моего ухода? – стараясь казаться как можно более спокойной, спросила она, скрестив длинные изящные ноги и положив руки на колени. Она догадывалась, чего добивается Декстер, и от этого еще больше ненавидела его.
– Нет, он позвонил сегодня, вчера же уехал сразу после твоего ухода. Мы договорились, что в понедельник утром его водитель подъедет к твоему дому и заберет тебя. Думаю, понадобится не больше трех-четырех дней, чтобы справиться с этим заданием. Но можешь не торопиться. Если надо будет, задержись подольше. Декстер – клиент, которого я не хочу упускать.
Вот как!
– Но на следующей неделе моя очередь принимать посетителей. И к тому же будет много работы с бумагами после презентации. Я не могу уехать сейчас, – рассудительно заметила Кэролайн.
– Эдна заменит тебя в галерее, а со всем остальным мы сами справимся. Декстер настаивал на том, чтобы именно ты выполнила эту работу. Скорее всего потому, что он уже познакомился с тобой вчера вечером. – Эдвард постучал пальцами по столу, внимательно всматриваясь в лицо Кэролайн. – Я вижу некоторое нежелание в твоих глазах?
Совершенно верно! Огромное нежелание выполнять распоряжения Декстера, позволять ему вертеть ею как куклой, разгребать обломки жизни Реджинальда Харви. Мало было выкупить поместье. Он еще хочет, чтобы она, Кэролайн, оценила свое прошлое.
Декстер решил все перевернуть с ног на голову!
– Это поездка оторвет меня от важных дел, – возразила Кэролайн. Не могла же она сказать боссу правду!
– Не волнуйся. Мы сможем какое-то время обойтись без тебя.
– Конечно, – согласилась она с натянутой улыбкой.
Она могла бы отказаться от поездки, но этим поставила бы жирную кляксу на своей карьере. Эдвард был очень справедливым начальником, но если чьи-то действия шли вразрез с его мнением, он никогда ничего не прощал и не забывал. Ей были известны такие случаи. Кэролайн смирилась с решением босса, надеясь, что Декстера не будет в Лэнгли-Хейс. Но на всякий случай надо приготовиться к худшему. Она уже собралась уходить, но все же решилась уточнить:
– Судя по всему, мистер Декстер – богатый человек. Ведь сумма, которую он отдал за картину Лассуна, далеко не маленькая.
Надо знать своего противника, подумала Кэролайн. А Декстер был ее противником. Даже если забыть о том, что он сделал с ней в прошлом, она чувствовала: он что-то задумал сейчас. Что-то очень нехорошее.
Эдвард мог отказаться обсуждать клиента, но, слава богу, он, наоборот, был очень рад ответить на ее вопрос.
– Он, видимо, богат, как Крез, – начал Вейнберг с легкой улыбкой. – Как пишут в статье о нем – единственной, между прочим, в которой я встретил его имя около года назад, – появился Декстер ниоткуда. Он создал империю компьютерных программ. И его считают гением в этой сфере деятельности. Но добравшись до одной вершины, он захотел покорить другую. Именно тогда он занялся недвижимостью и сейчас, говорят, стал миллиардером.
– И при этом он не думает о браке, – Кэролайн не удержалась от опрометчивого замечания. Это было совершенно на нее не похоже. Из области сплетен, как сказал бы босс. Ее слова спровоцировали резкий ответ Эдварда:
– Я ничего не знаю о личной жизни своего клиента.
Почувствовав неловкость, Кэролайн встала, поправила юбку и взяла сумку. Перед уходом она поинтересовалась:
– Вы не знаете, как он собирается распорядиться предметами, представляющими ценность?
Насколько она помнила, некоторые вещицы в особняке были очень милые. Хотя, если учесть, что ее отец оказался в трудном финансовом положении, он мог все распродать.
– Как я понял, все лучшее Декстер планирует оставить. Твоя задача решить, во что стоит вложить деньги.
Лэнгли-Хейс, похоже, находится в процессе реставрации, подумала Кэролайн, пока водитель Декстера припарковывал шикарный «лексус» на посыпанной гравием дороге, ведущей к главному входу. Строительные леса загораживали средневековый фасад. Парк, через который они ехали к дому, Кэролайн запомнила постоянно заросшим и неухоженным. Теперь деревья и газон были аккуратно подстрижены, а в глубине работали двое мужчин с теодолитом.
Размечают площадку для гольфа? Или готовятся к строительству гольф-клуба? И что тут планируется... центр развлечений? Как бы там ни было, это уже не ее дело. Для нее жизнь здесь была далеко не райской. И теперь Кэролайн не испытывала никакой ностальгии или боли от утраты. Единственное, что волновало ее сейчас, – здесь ли сам Декстер?
– Да, много работы, – отметила она, выходя из машины на теплое апрельское солнышко и произнося первое, что ей пришло в голову. Кэролайн изо всех сил старалась заглушить неприятные предчувствия.
– Главный дом уже почти закончили, – ответил водитель, доставая из багажника ее вещи. – По крайней мере в основном все подправили. – Его густые брови резко поднялись вверх. – Вы бы видели, в каком состоянии здесь все находилось! Но босс быстро организовал работу. Знаете, уж если он решит что-то сделать, то медлить не будет.
Он закрыл багажник и взял ее сумки.
– Идите за мной, мисс. Я сейчас найду домоправительницу, мисс Пенни, и она поможет вам устроиться.
Ряды фронтонных окон сияли. Входная дверь была заново покрашена. Значит, он решил не оставлять миссис Скит, с некоторой грустью отметила Кэролайн, входя в просторный холл. Бен Декстер, видимо, предпочитал избавляться от старья и приобретать только самое новое – скорее всего, это его принцип. Так же он поступает и с женщинами, с горечью в сердце, которая неприятно удивила ее, подумала она.
Других машин перед домом не было. Неподалеку стояли только вагончик строителей и гигантский грузовик. Но это еще ничего не значило: он вполне мог загнать свою машину в бывшую конюшню.
Стараясь не обращать внимания на пересохшее горло и странное ощущение в груди, Кэролайн решилась спросить:
– А мистер Декстер здесь? – И затаила дыхание.
– Не знаю, мисс. Указания мне обычно дает его секретарь. Я всего лишь водитель. Так... – Он поставил сумки. – Подождите секундочку здесь, а я пойду искать мисс Пенни.
Кэролайн закрыла глаза, глубоко вдохнула, медленно открыла их и застыла, пораженная. Центральная широкая лестница была заново покрыта лаком, стены выкрашены. Черно-белая плитка под ногами сверкала. Все совершенно не походило на тот мрачный, заброшенный дом, в котором она выросла.
Но следы прошлого все же остались. Если прислушаться получше, можно услышать сердитый голос отца:
– Ты будешь делать так, как я скажу, ясно? – И еще: – Я не собираюсь этого терпеть. Деревенские дети не годятся тебе в друзья. Если ты снова ослушаешься меня, будешь очень строго наказана.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13