А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– На неделе я живу в своей городской квартире, а сюда приезжаю только на выходные. Я нанял человека, который присматривает за домом в мое отсутствие. Есть еще женщина из соседнего городка, которая убирает здесь. Но постоянно в доме никто не живет – никаких слуг, – подчеркнул Мартин. – Я насмотрелся на все это в детстве.
Абби, не совладав с собой, вскинула на него глаза.
– Ради Бога, Мартин! Неужели ты все еще не можешь избавиться от своих комплексов? Ты что, до сих пор винишь меня в том, что я родилась не в том сословии, что и ты? Можно подумать, что это имеет какое-то значение!
Как ни странно, но он не стал отвечать ей с таким же ожесточением. Он только покачал головой.
– Ты ошибаешься, дорогая. Я давно оставил позади все свои комплексы – настоящие или мнимые.
Их взгляды встретились, и Абигайль, мысленно заглянув в прошлое, увидела двенадцатилетнего мальчика, который превратился уже во взрослого, красивого мужчину. Он мне нравится, неожиданно подумала она, отбросив все сомнения. Он всегда мне нравился. И даже тогда, когда доводил меня до белого каления. В Мартине был тот твердый, сильный стержень, который всегда отличает настоящего мужчину. Она печально улыбнулась. Ну почему она встретила его тогда, а не сейчас?
В эту минуту, когда Абигайль впервые смогла трезво оценить своего мужа, у нее появилась смелость открыто посмотреть на свое прошлое, перестать прятаться от него, как она делала все эти десять лет. Ей страстно захотелось заполнить пустоту, которая зияла между прошлым и настоящим.
– Итак, как же Мартин Найт пришел к нынешнему преуспеянию? – спросила Абигайль.
– Ты хочешь сказать, что пришло время рассказывать историю жизни?
– Часть этой истории я уже знаю, – сказала Абби с неожиданной для себя мягкостью. – До двадцати лет, если уж быть точным.
Он помолчал, а затем сказал:
– Только не сейчас, Абби. Ты слишком устала. У нас был длинный перелет, и потом сказывается большая разница во времени. Отдохни. Мы поговорим за обедом.
Но экс-супруга уже завелась. Кровать в ее комнате выглядела очень удобной, но сейчас не притягивала к себе. Кроме того, Абби была слишком возбуждена, чтобы заснуть.
– Я совсем не устала, – сердито сказала она. – Я проспала почти весь полет!
Мартин улыбнулся.
– Может, поплаваешь тогда?
Глаза Абби округлились.
– Ты хочешь сказать, что у тебя есть собственный бассейн?
Он рассмеялся.
– В этом нет ничего особенного. В Австралии в каждом доме есть бассейн.
– В Англии те, кто имеют бассейны, могут пользоваться ими только три месяца в году!
– Вот именно, – продолжая смеяться, сказал Мартин. – Если я правильно тебя понял, ты согласна?
– Да!
– Тогда бери купальник и жди меня внизу.
8
Абигайль встретила Мартина внизу, как он и просил ее. Она надела цельный черный шелковый купальник, поверх которого было накинуто белое кимоно, доходившее ей до середины бедер. На Мартине были черные плавки, на шее болталось полотенце.
Он молча окинул взглядом ее фигурку и, показав жестом следовать за ним, пошел по коридору.
Бассейн располагался позади дома. Он был простой прямоугольной формы – никаких буржуазных излишеств для Мартина Найта! Голубая гладь воды сверкала под лучами яркого австралийского солнца.
Абигайль почему-то вспомнила свою помолвку, состоявшуюся в темный, заснеженный вечер. Неужели это было всего три дня назад? У нее было ощущение, что прошла уже целая вечность. Летнее солнце нещадно пекло ей голову.
– Как будто в другом мире, – промолвила она почти про себя. Но Мартин, очевидно, услышал ее, потому что понимающе кивнул.
– Это и есть другой мир, – сказал он. – Здесь совсем иная жизнь. Гораздо более свободная.
Абби оглядела цветущее буйство красок и с наслаждением вдохнула приятный аромат цветов.
– В каком смысле? – спросила она. Он пожал плечами.
– Здесь человек имеет возможность проявить свои способности, и это зависит только от него самого, а не от других людей.
Господи, как он жестко сказал об этом, подумала Абигайль, но потом изменила свое мнение. Нет, не жестко. Мартин произнес эти слова со стальной, непоколебимой решимостью человека, стремящегося к успеху. Она подумала, что в этом нет ничего зазорного. В конце концов, мужчины – добытчики, и они были амбициозными со дня сотворения мира.
– А разве в Англии ты не мог добиться того же? – спросила она вдруг. – Успеха, я имею в виду.
– Разумеется, мог, – улыбнувшись, почти с гордостью ответил ее муж. – Просто там это заняло бы немного больше времени. – Он бросил взгляд на серебристо-голубую воду. – Ну так как, Абби? С чего мы начнем – с бассейна или с истории моей жизни?
Если он будет тянуть и дальше, она сойдет с ума!
– С истории жизни, – твердо сказала его жена.
– Тогда присаживайся. – Мартин показал рукой на стол со стульями у бассейна. – А я тем временем принесу нам какое-нибудь питье. – Он насмешливо посмотрел на Абби. – У меня такое ощущение, что тебя мучает жажда.
Жажда? Да она готова была выпить воду целого бассейна, а потом повторить это еще раз! Абигайль опустилась на один из шезлонгов.
Он вернулся через несколько минут, держа в руках поднос, на котором стояла бутылка водки, кувшин свежего лимонного сока и два стакана. Он наполнил оба стакана соком. Абби сделала несколько жадных глотков, наблюдая за тем, как Мартин добавляет в свой стакан водку. Она поставила свой сок на столик и подняла на него глаза.
– Итак? – вопросительно сказала она. Мартин улыбнулся.
– Ты хочешь знать, откуда у меня появились деньги?
Этот вопрос, честно говоря, интересовал ее гораздо меньше других.
– И где ты научился играть на пианино, а также любить оперу, – добавила Абигайль.
Он отпил немного из своего стакана.
– Будет легче, если я начну с самого начала, – сказал он, ставя стакан на стол. – Как ты знаешь… – Мартин немного замялся, но потом решительно продолжил, – после того как мы расстались, я уехал жить в Лондон.
У Абби защемило сердце.
– Да, Хэмфри говорил мне об этом, – холодно заметила она.
Мартин посмотрел на нее и сказал:
– Если мой рассказ будет прерываться упреками, то мы просидим здесь до завтрашнего утра.
Она вздохнула. Она делала свои едкие замечания скорее в силу давней привычки, чем из желания обидеть мужа. Она совсем не хотела ссориться с ним сейчас – разве они не достаточно делали это в прошлом?
– Больше никаких упреков, Мартин. Во всяком случае, я постараюсь.
Мартин улыбнулся.
– В Лондоне я продолжал подрабатывать, отсылая часть денег матери. Когда она наконец нашла работу, я решил податься в Австралию – посмотреть страну и заодно подработать.
– Я думала… – начала было Абби, но потом передумала и замолчала.
Голубые глаза Мартина тут же сузились.
– Что ты думала, дорогуша?
– Что ты решил пойти в университет. Они ведь разрешили тебе отсрочить занятия на год?
Он сделал еще один большой глоток коктейля.
– Да, они разрешили. Но к тому времени у меня уже пропала всякая охота учиться. Вместе с моими идеалами.
Абби понимала, что он имеет в виду. Мартин замолчал. Она ждала, что он задаст ей вопрос, который висел в воздухе между ними, как грозовое облако. Но увы, его не последовало.
– Когда я приехал в Австралию, мне показалось, что я попал в рай. Первое время я проводил на пляжах, немного подрабатывая. Продавал лед и прохладительные напитки. Первые два года остались в моей памяти как сплошные каникулы.
Абби представила себе загорелого Мартина, работающего на пляже в окружении толп таких же загорелых красоток. И никакой тоски по ней, по Абигайль… Она взяла бутылку водки и плеснула себе в стакан. Абби сама настояла на том, чтобы он рассказал ей о своей жизни, и если его рассказ вызывает в ней старые, мучительные воспоминания, она не может винить в этом Мартина.
На его лице появилось хмурое выражение, и Абигайль поняла, что его сердце тоже сжималось от старой боли.
– Потом я получил известие, что моя мать умерла, – мрачно произнес Мартин. – Возвращаться в Англию не было смысла. Там меня ничто не держало.
Ничто не держало. Эти слова крутились в мозгу Абигайль снова и снова, как какой-то жуткий ночной кошмар. Ей пришлось собрать всю свою волю в кулак, чтобы сдержаться и не сказать ему что-то обидное.
– И я остался в Австралии. Брался за любую работу, смотрел объявления о найме. Я остановился в Виктории на пару недель, и затем случилось невероятное. – Он улыбнулся, и Абби почувствовала, как она снова оказалась в прошлом.
На какое-то мгновение эта улыбка напомнила ей о том юноше, который подхватил ее на руки и закружил от счастья, когда они вышли из мэрии после регистрации своего брака. В тот день Мартин тоже смеялся.
– В рождественское утро, когда вся страна разговлялась индейкой, мы с приятелем надели рюкзаки и пошли в горы. Нас ничто не держало на побережье. Рождество – семейный праздник, а мы были одинокими.
Абби гневно сверкнула глазами, но они были скрыты за темными стеклами очков.
– Барни стал карабкаться на скалу, но потерял равновесие и свалился вниз, сломав ногу.
– Он поправился? – с тревогой спросила Абигайль.
– Да, через какое-то время. Но прежде мне пришлось вытаскивать его из-под камней. И вот, разгребая завал, – Мартин коротко засмеялся, – я наткнулся на большой самородок золота.
– Ты шутишь? – недоверчиво спросила Абигайль.
Он улыбнулся.
– Именно это и сказал чиновник из отдела полезных ископаемых. Дело в том, что шансы найти такой самородок золота в этих местах практически равны нулю.
Ай да Мартин! – с невольным восхищением подумала Абби.
– Ты продал его и с тех пор зажил богато и счастливо, – предположила она.
Мартин посмотрел на нее, как на наивную дурочку.
– Он стоил всего около трехсот тысяч долларов.
Всего?!
Мартин добавил сок в стаканы.
– Вместо того чтобы продать золото, я использовал его для получения лицензии на разработку того участка земли. Позже я продал эту лицензию.
– Понятно. Таким образом, ты увеличил свой капитал, да?
– Существенно, – бесстрастно ответил ее муж.
– А потом?
– Потом я вложил деньги в землю и недвижимость. Мне повезло, что в это время в стране была подходящая экономическая ситуация.
У Абби слегка закружилась голова от всего этого. Хэмфри бы отдал многое, чтобы обладать хоть небольшой частью экономического чутья Мартина, подумала она.
– Теперь мы подошли, как я понимаю, к сегодняшнему дню, – сказала Абигайль.
Мартин потряс головой.
– О нет. В то время у меня еще не было вида на жительство в Австралии. Кроме того, я еще не все получил.
– Господи, да ты, должно быть, уже купался в деньгах! – воскликнула пораженная Абби.
– Я имею в виду не деньги, дорогая. Когда они у меня появились, я понял, как мало они значат для меня. Я хотел раскрыть до конца свой потенциал – как материальный, так и интеллектуальный. Поэтому я подал заявление в Гарвардскую школу бизнеса.
– Ничего себе! И тебя, конечно, приняли? – утвердительно произнесла Абби.
– А ты как думаешь?
– Приняли, – сказала она, тихо вздохнув.
– У тебя были сомнения на этот счет? – мягко спросил он.
Абби подумала, что, если бы Мартин сказал ей, что он слетал на Луну на ракете, она бы и тогда ему поверила. Она считала, что он был из тех мужчин, для которых не существовало ничего невозможного.
– Нет, – ответила она уверенно.
– Я закончил Гарвардскую школу с хорошими результатами и получил зеленую карту – вид на жительство в США. Потом какое-то время работал в Бостоне, пока мне не предложили возглавить консорциум здесь, в Перте. Теперь я являюсь его владельцем.
– И этот консорциум скупил земли Хэмфри?
– Совершенно верно.
Если бы Мартин не сделал этого, если бы снова не появился в их семье, то она бы сейчас не сидела здесь. Возможно, они бы вообще никогда не встретились друг с другом снова. А она бы не узнала, что ее чувства еще не умерли…
– Но почему именно Хэмфри? – недоуменно спросила Абигайль. – Зачем тебе все эти земли в Англии?
– Недвижимость в развитой западной стране всегда является хорошим вложением капитала, – произнес он тоном делового человека, объясняющего новичку азы экономики.
– Но ведь это не главная причина, по которой ты почти разорил его?
Мартин посмотрел на Абигайль ничего не выражающим взглядом.
– Нет, – ответил он.
– Зачем тогда?
– Я уже говорил тебе, дорогая. – Мартин устало улыбнулся. – Я исполнил свою юношескую клятву мести.
– Ты имеешь в виду, что отомстил Хэмфри за свою мать?
– Можно сказать и так, – ответил он после небольшой паузы.
– Ну и как? Действительно ли месть сладка, как говорят?
На этот раз пауза затянулась. Абигайль услышала, как Мартин выпустил струю воздуха из легких, словно сделал продолжительный выдох.
– А ты знаешь, Абигайль, ни черта это не дает на самом деле, – как-то небрежно сказал Мартин.
Она удивленно посмотрела на него. В ее глазах появилась тревога.
– Зачем же тогда мстить?
– Что сделано, то сделано, – с твердой решимостью отрезал он, как бы заканчивая разговор на эту тему. Он плеснул себе еще немного водки в стакан. – Ну вот, пожалуй, и все. Теперь твоя очередь, Абби, рассказать о себе.
Но она не могла так же легко и коротко рассказать о своей жизни без Мартина. Прошедшие годы оставили в ее душе глубокий след. Как она ни старалась выкинуть Мартина из головы, он упорно продолжал занимать ее мысли. Возможно, он так прочно засел в ее сердце, потому что она так и не смогла привязать его к себе. Как это бывает с человеком, который сидит на скудной диете, – кроме еды, он больше ни о чем думать не может. Но где-то в глубине своего сознания Абигайль понимала, что ни это является причиной того, что она «болела» Мартином. Сегодня она узнала, как он жил все эти годы без нее, и теперь ей предстояло соединить в своем сознании Мартина, которого она знала, с тем человеком, которым он теперь стал.
В то же время Абби понимала, что по сути своей Мартин не изменился. Он мог стать очень богатым за эти годы, получить великолепное образование в одном из лучших университетов мира, приобрести внешний лоск, респектабельность. Но разве под этой новой оболочкой он не сохранил все те качества, которые много лет назад привлекли ее к нему?
Абигайль, конечно, сходила по нему с ума, но изначально она потянулась к нему из-за его мужской силы и самостоятельности. И еще из-за его неуемной жажды жизни. Разве был на свете еще хотя бы один мужчина, которого она любила так же сильно, что смогла бы убежать с ним из родительского дома вопреки воле своего знатного отчима?
Нет, кроме Мартина, такого мужчины не было, признала она.
– Абигайль?
Она подняла голову и увидела, что муж изучающе смотрит на нее. У него был напряженный, выжидательный взгляд. Абби так глубоко ушла в свои мысли, что даже забыла, где находится.
– Что? – рассеянно отозвалась она.
– Расскажи, как ты жила все эти годы, – мягко произнес Мартин.
Господи, защити меня от этих проницательных голубых глаз, взмолилась Абигайль. Она схватилась за свой стакан, как утопающий за соломинку.
– В отличие от тебя, в моей жизни не было ничего выдающегося.
– Не увиливай. Мне интересно послушать тебя, – сердясь, сказал Мартин.
– Что-то ты уже знаешь – во всяком случае, должен знать. Если ты скупал земли Хэмфри, то наверняка слышал и обо мне.
– Я не вел дел с твоим отчимом напрямую. Полагаю, что даже он, с его страстью к наибольшей выгоде, отказался бы иметь дело со сбежавшим мужем своей дочери. Единственное, что я знаю, это что после нашего разрыва ты ударилась в развлечения.
А ты ничего не сделал, чтобы остановить меня, подумала Абигайль с горечью. Она гордо подняла голову.
– И ты не ревновал? – полушутя спросила она. – Хотя бы немного?
Абби заметила, как побелели костяшки его пальцев на стакане.
– Ты была явно несчастлива в браке со мной, и я не собирался мешать тебе наслаждаться прелестями жизни свободной женщины. – Глаза Мартина заблестели. – Тебе ведь нравилась такая жизнь, верно? Какую бы газету я ни взял, там обязательно была ты и каждый раз с новым партнером. Ты, кажется, не пропускала ни одного светского приема, ни одной премьеры…
Он резко встал, отодвинул ногой стул.
– Скажи, Абби, ты занималась с ними любовью? Ну хотя бы с одним из них? Или, может, со всеми?
– Мартин, – в шоке промолвила Абби. Он двинулся к ней с таким угрожающим видом, сверкая от ярости глазами, что молодая женщина задрожала от испуга в этот удушающий жаркий полдень. Но помимо ярости в его глазах проскальзывало еще что-то… – Мартин! – повторила Абигайль не дыша.
Она с таким же успехом могла обращаться к каменной стене. Несмотря на охвативший ее страх, Абби вдруг подумала с любопытством: что произойдет, если он вдруг взорвется наконец? Судя по всему, очень скоро ей предстояло это узнать.
– Мартин, – беспомощно пролепетала она, но он уже схватил ее за плечи, рывком поднял со стула и заключил в свои объятия.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16