А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 


– Нет, я, конечно, не забыл… По-моему, леди Чарнвуд идет сюда, так что давайте пройдем дальше… Насколько я понял, мадемуазель, ваше решение изменилось?
Мисс Таллант покорно подошла к большой картине, которая в каталоге значилась под названием «Старик, просящий у матери руки ее дочери, противящейся неравному браку», и просто сказала:
– Да.
– Обстановка, – ответил мистер Бьюмарис, – к сожалению, позволяет мне лишь заверить вас, мадемуазель, что перед вами сейчас стоит самый счастливый человек Англии.
– Спасибо, – подавленно сказала Арабелла. – Я постараюсь… постараюсь быть послушной женой, сэр!
По губам мистера Бьюмариса скользнула едва заметная улыбка, но он ответил совершенно серьезно:
– А я, мадемуазель, постараюсь быть безупречным мужем.
– Да, я знаю, – ответила Арабелла. – Если только…
– Если что? – спросил мистер Бьюмарис, когда она запнулась.
– Ничего, – быстро сказала Арабелла и недовольно добавила:
– Здесь мистер Эпуорт.
– Я думаю, поклона будет достаточно. А если ему этого покажется мало, я посмотрю на него в свой монокль.
Арабелла невольно рассмеялась, но тут же вновь стала серьезной, очевидно, подыскивая нужные слова для этого нелегкого разговора.
– Какое же неподходящее место мы выбрали для объяснений, – заметил мистер Бьюмарис, взял Арабеллу под руку и повел ее к красному плюшевому дивану. – Давайте сядем и сделаем вид, что очень заняты серьезным разговором. Тогда никто не подойдет к нам.
– Не знаю, что вы теперь подумаете обо мне, – сказала Арабелла.
– Пожалуй, лучше я не буду говорить вам об этом, пока мы не окажемся в более подходящей обстановке, – ответил он. – Вы всегда так мило краснеете, когда я делаю вам комплименты, что мы наверняка привлечем к себе внимание.
Арабелла некоторое время нерешительно молчала, а потом смело повернулась к нему и, крепко сжимая в руках зонтик, спросила:
– Мистер Бьюмарис, вы действительно хотите жениться на мне?
– Мисс Таллант, я действительно хочу жениться на вас, – подтвердил он.
– И вы… вы так богаты, что мое… мое… состояние для вас ничего не значит?
– Совсем ничего, мисс Таллант. Она глубоко вздохнула.
– В таком случае… вы можете жениться на мне немедленно.
«Что бы это могло значить? – удивленно подумал мистер Бьюмарис. – Неужели этот молодой повеса за время моего отсутствия влип в еще одну неприятность?»
– Немедленно? – переспросил он, однако голос его и лицо оставались совершенно бесстрастными.
– Да! – в отчаянии воскликнула Арабелла. – Дело в том, что я терпеть не могу всех этих формальностей и ненужной суеты вокруг помолвки! Мне бы хотелось, чтобы мы поженились… втайне ото всех… ну, чтобы никто не узнал, что я приняла ваше предложение.
«Да, парень, похоже, оказался еще в худшем положении, чем я предполагал, – подумал мистер Бьюмарис. – А правду она мне так и не сказала. Неужели она всерьез предлагает эту нелепость? Любой здравомыслящий человек стал бы доказывать, что затея эта совершенно бессмысленная. Однако какую скучную жизнь ведут здравомыслящие люди!»
– Вам может показаться это странным, но я всегда думала, что тайный брак очень романтичен! – заявила Арабелла с такой искренностью, в которой трудно было усомниться.
Мистер Бьюмарис, одним из недостатков которого многие считали склонность к различного рода авантюрам, не слушая голоса разума, тут же оживился:
– Вы правы! Удивляюсь, почему мне не пришла в голову эта мысль. Объявление о помолвке таких известнейших людей в обществе, как мы с вами, вызовет слухи и разговоры, которые не нужны ни мне, ни вам!
– Именно так! – кивнула Арабелла, радуясь, что он нашел разумное обоснование ее предложению.
– Представьте только, что будет с такими, как Хорас Эпуорт! – сказал мистер Бьюмарис, все более проникаясь планом Арабеллы. – Они доведут вас своими поступками до отчаяния.
– Да, наверное, – согласилась Арабелла.
– Несомненно! Кроме того, все-таки формальности, связанные с разрешением вашего отца… Мы сможем обойтись и без ню. Конечно, некоторые до сих пор еще считают, что благословение родителей необходимо, особенно в том случае, когда речь идет о несовершеннолетних. Но нас-то это, в конце концов, не касается.
– Вы… вы правы, – согласилась Арабелла, но как-то неуверенно. – Вы думаете, что общество… будет… будет шокировано?
– Нет! Уверен, что никто не будет шокирован. Когда вы желаете устроить тайное бракосочетание?
– Завтра будет слишком рано? – с тревогой спросила Арабелла.
«Да, с ней не соскучишься, – довольно подумал мистер Бьюмарис. – Надеюсь, она не расценивает мою готовность поступить столь экстравагантно, как признак дурного тона?..»
– Ничуть! – ответил он. – Да, ведь нужно сделать кое-какие приготовления, так что мы можем уйти отсюда вместе прямо сейчас.
– Нет, это невозможно, – серьезно сказала Арабелла. – И потом… я мало знаю о том, как это делается, но думаю, мне будет очень трудно незаметно уйти из дома. Ведь я должна взять с собой дорожный несессер и чемодан. Как это устроить? Если только незаметно выскользнуть ночью… Но это будет очень, поздно, потому что швейцар всегда ждет возвращения лорда Бридлингтона. Да и я могу уснуть, – призналась она.
– Нет, мне совсем не нравится это ночное бегство, – решительно возразил мистер Бьюмарис. – В таких случаях обычно используют веревочную лестницу. Только представьте себе, если кто-нибудь увидит, как я закидываю ее в ваше окно!
– Ничто на свете не заставит меня спуститься по веревочной лестнице, – прошептала Арабелла.
– В таком случае, предоставьте мне решить этот вопрос.
– О да! – понимающе кивнула Арабелла. – Я уверена, что вы-то уж точно знаете, как все устроить.
Намек на его прошлые любовные похождения мистер Бьюмарис воспринял с невозмутимым выражением лица.
– Именно так! – спокойно подтвердил он. – Насколько мне известно, завтра – в среду в саду «Воксхолл», – состоится грандиозное празднество.
– Да, леди Бридлингтон собирается повезти меня туда. Но потом она вспомнила, что в этот же вечер будет прием в Аксбридж-хаусе.
– Скучнейшее мероприятие, должен вам сказать. Я приглашу леди Бридлингтон, Фредерика тоже придется… в «Воксхолл» – на бал, который устраиваю лично я. Вас это приглашение, конечно, тоже будет касаться. Мы выберем удобный момент и незаметно выйдем на улицу, где нас будет ждать экипаж.
Арабелла обдумала это предложение и сказала, что у нее ее два возражения.
– Во-первых, леди Бридлингтон покажется очень странным, если вы исчезнете в середине вашего же вечера.
Мистер Бьюмарис не стал говорить о том, что, знай леди Бридлингтон об их безумной затее, это обстоятельство показалось бы ей не самым странным.
– Вы правы, – сказал он. – Я оставлю записку, которую ей передадут после того, как мы уйдем.
– Ну что ж, это лучше, чем ничего, – согласилась Арабелла и вдруг невольно вскрикнула:
– Простит ли она меня когда-нибудь за это?.. Но есть еще один момент. Я же не могу взять с собой в «Воксхолл» мой несессер.
– Это проблему также предоставьте решить мне, – сказал мистер Бьюмарис.
– Но вы же не можете заехать за мной на Парк-стрит, – заметила Арабелла.
– Конечно, не могу.
– Ну и я не могу обойтись без своей одежды и туалетных принадлежностей.
– Это понятно, – согласился мистер Бьюмарис. – Но я подумаю об этом заранее.
– Не собираетесь ли вы купить все это для меня? – в ужасе воскликнула она.
– Поверьте, я сделал бы это с удовольствием.
Она взглянула на него широко открытыми глазами и в отчаянии простонала:
– Господи! Как это все ужасно! Никогда не думала, что дойду до такого. Вам-то не привыкать, а мне… Да… но, видимо, ничего не поделаешь!
Ни один мускул не дрогнул на лице мистера Бьюмариса. Он сдержал себя усилием воли и заметил:
– Ну, я не могу сказать, что мне не привыкать к такого рода приключениям. Раньше я, видите ли, ни с кем не сочетался тайным браком. Я думаю, достаточно простой сообразительности, чтобы устроить это дело. По-моему, миссис Пенкридж заметила нас. Придется вам поговорить с ней, пока я не разыщу леди Бридлингтон и не приглашу ее к себе на вечер в «Воксхолл».
– О пожалуйста, не оставляйте меня! Терпеть не могу миссис Пенкридж! – шепотом взмолилась Арабелла.
– Да, неприятная женщина. Но избежать разговора с ней, как видите, уже невозможно.
Заметив, что мистер Бьюмарис встал, миссис Пенкридж подошла к нему с притворной улыбкой на лице. Он вежливо поприветствовал ее, постоял с ней не больше минуты и, поклонившись, ушел к недовольству Арабеллы в соседний зал.
То ли он не сразу нашел леди Бридлингтон, то ли она задержала его своими разговорами, но Арабелле показалось, что мистера Бьюмариса не было очень долго. Наконец она увидела его вместе с улыбающейся леди Бридлингтон. Арабелла извинилась перед миссис Пенкридж и подошла к крестной, которая сразу же с довольным видом сообщила ей, что мистер Бьюмарис планирует на завтрашний вечер прекрасное мероприятие в «Вокс-холле».
– Я не постеснялась принять его приглашение, потому что знаю – тебе обязательно понравится, – сказала она.
– Да, – обреченно ответила Арабелла, подумав о том, что еще не раз пожалеет о затеянной авантюре. – Да, конечно! Как мило!
Глава 16
Покинув Сомерсет-хаус, мистер Бьюмарис отправился в наемном экипаже в гостиницу «Рэд-Лайен». То, что он выяснил там, помогло ему окончательно понять некоторые странности в поведении Арабеллы. Поскольку у него были свои основания полагать, что сердце Арабеллы наконец-то завоевано им, он совсем не обиделся, когда узнал, что своим согласием вступить в брак Арабелла хотела помочь брату выпутаться из долгов. Напротив, он был доволен этим. Оплатив счет Бертрама за проживание в гостинице и забрав у хозяина часы юноши, он вернулся домой.
Когда-то мистер Бьюмарис три дня ходил с одуванчиком в петлице, чтобы ввести в заблуждение своих друзей и подражателей. Он любил такие шутки и теперь не мог не оценить той ситуации, в которой оказался сам. Всю дорогу до Маунт-стрит он думал о том, как Арабелла представляет себе свое разоблачение сразу после свадебной церемонии. А в том, что это произойдет, он не сомневался – ведь ей придется попросить у него огромную сумму денег для брата. Сам мистер Бьюмарис представил себе во всех подробностях эту сцену и невольно рассмеялся. Он так и вошел в свой дом с улыбкой на лице, чем немало удивил дворецкого.
– Пошли, пожалуйста, в конюшню за моим тильбюри, Браф. Ладно? И попроси Пейнсвика – а, вот он и сам! – сказал он, увидев своего слугу, спускающегося по лестнице. – Не хочу больше слышать о пропавших рубашках. Я вижу, ты опять собираешься возмущаться по этому поводу. Лучше скажи мне вот что. Где то письмо, которое я отдал тебе в руки и просил доставить в гостиницу «Рэд-Лайен» мистеру Энсти? И почему ты не сказал мне, что письмо не было доставлено?
– Если вы помните, сэр, – обиженно ответил Пейнсвик. – Я говорил, когда вы садились завтракать, что хочу кое-что сообщить вам. А вы, сэр, ответили: «Не сейчас».
– Правда? Не думал я, что ты можешь так послушно молчать. Где же письмо?
– Я положил его, сэр, вот здесь на столе, где была вся ваша корреспонденция, – сказал Пейнсвик. – На самый верх, – добавил он, желая снять с себя всю ответственность.
– Значит, оно в библиотеке. Спасибо. Это все.
Улисс, который отсыпался в библиотеке, тут же проснулся, зевнул, встал с пола, встряхнулся, несколько раз чихнул, потянулся, поднял уши и завилял хвостом, давая понять хозяину, что он готов помочь ему в любом деле.
– Рад видеть тебя в добром здравии, – сказал мистер Бьюмарис и, перебрав корреспонденцию, взял письмо, которое он посылал Бертраму. – Можешь не возражать, – сегодня вечером я все равно поеду… Видишь, как все получилось. Я даже не знаю… Правда, за сегодняшний утренний разговор я отдал бы, что угодно, не только тысячу фунтов! Ты, конечно, думаешь, что я поступлю плохо. Наверное… Но ты не можешь не признать, что она этого заслуживает.
Улисс был готов признать, что угодно, а еще последовать за хозяином туда, куда он только пожелает. Об этом красноречиво свидетельствовал весь его довольный вид.
– Ну, куда ты залез? Это же место Клейтона, – сказал мистер Бьюмарис, садясь в свой тильбюри.
Клейтон, ухмыляясь, предложил взять собаку на колени, но мистер Бьюмарис покачал головой.
– Нет, боюсь, ему это не понравится. Ты сам оставайся дома. – Он махнул рукой своему груму и, обращаясь к собаке, сказал:
– Ну что ж, нам предстоит довольно скучное занятие – разыскать друга нашего молодого повесы, Феликса Скантопа. Посмотрим, может, из тебя выйдет хорошая ищейка.
Он подъехал к дому, где снимал жилье мистер Скантоп. Там ему сказали, что молодого человека нет дома – он собирался пойти в клуб «Будлз». Мистер Бьюмарис тут же поехал на Сент-Джеймс-стрит и вдруг увидел мистера Скантопа, который неторопливо шел по мостовой. Мистер Бьюмарис натянул поводья и громко окликнул молодого человека.
– Скантоп!
Мистер Скантоп, конечно, сразу увидел, кто управляет прекрасной гнедой лошадью, запряженной в изящную повозку, но он не ожидал, что Несравненный знает его, поэтому очень удивился и неуверенно спросил:
– Вы меня, сэр?
– Да, вас. Где молодой Таллант? – Юноша насторожился, испуганно захлопав глазами, и мистер Бьюмарис нетерпеливо добавил:
– Хватит валять дурака. Этим вы только навредите ему. Не думайте – я не собираюсь сдавать его в полицию.
– Он в гостинице «Кок», – неохотно сообщил мистер Скан-топ, и вспомнив, что его друг жил в Лондоне под чужим именем, добавил:
– Если вы имеете в виду мистера Энсти.
– У вас есть братья? – спросил мистер Бьюмарис.
– Нет, – ответил мистер Скантоп, удивленно глядя на него. – Я единственный ребенок.
– Слава Богу! Передайте мои поздравления вашим родителям.
Мистер Скантоп сдвинул брови, пытаясь сообразить, что имеет в виду Несравненный, но так и не понял, и поэтому решил уточнить:
– У меня только мать, – сказал он. – Отец умер через три месяца после моего рождения.
– Это понятно, – заметил мистер Бьюмарис. – Удивительно только, что он протянул так долго. Ну, и где находится эта гостиница, о которой вы говорите?
– Я… я не могу сказать вам, – замялся мистер Скантоп.
– Послушайте! Если вы мне не скажете, вашему другу будет хуже.
– Ну… это на углу Дак-Лейн, в районе «Тетхилл», – вынужден был признаться мистер Скантоп.
– Так… понятно, – сказал мистер Бьюмарис и тронул лошадь.
Однако гостиница «Кок» – маленькое приземистое здание, – несмотря на район, в котором она находилась, оказалась довольно приличным заведением. Улица Даклейн была запущена и завалена мусором, а сама гостиница выглядела сравнительно чистой и ухоженной. Здесь держали даже конюха, который вышел из ворот и с удивлением смотрел на изящную повозку. Когда же он понял, что господин, управляющий лошадью, остановился не для того, чтобы узнать дорогу, а собирается передать ему экипаж, весь засветился, представив себе ту немалую сумму, которую наверняка получит за работу, и поспешил заверить своего богатого клиента, что все сделает на высшем уровне.
Мистер Бьюмарис оставил тильбюри и вошел в бар гостиницы. Находившиеся там официант, кучер, двое рабочих, уборщик и хозяин, прервав разговор, в изумлении взглянули на него.
– Добрый день! – сказал мистер Бьюмарис. – Мистер Энсти у вас остановился?
– Да, ваша честь! Да, конечно! Джо, выгони эту дворняжку. Если ваша честь…
– Не делай этого, Джо! – остановил его мистер Бьюмарис.
– Это ваша собака? – удивленно проговорил хозяин гостиницы.
– Конечно, моя. Редкая порода! Родословная совершенно необыкновенная. Мистер Энсти у себя?
– Он в своей комнате, сэр! Приходит в себя, так сказать… Пройдите в гостиную, я сейчас за ним сбегаю. Один момент!
– Нет, я сам поднимусь к нему, – сказал мистер Бьюмарис. – Улисс, прекрати вынюхивать крыс. Сегодня у нас нет времени на охоту. За мной!
Улисс, который нашел в углу соблазнительную дыру и осторожно принюхивался, рассчитывая на добычу и не понимая, что обитательница норы теперь не скоро покажет свои нос в этой комнате, неохотно подошел к хозяину и последовал за ним наверх по крутой, узкой лестнице. Хозяин гостиницы негромко стукнул в одну из трех дверей, и мистер Бьюмарис, услышав «Войдите», кивнул своему проводнику, зашел в комнату и, закрыв за собой дверь, сказал весело:
– Здравствуйте! Надеюсь, вы не будете иметь ничего против моей собаки?
Бертрам, который сидел за маленьким столом, в сотый раз обдумывая выход из своего трудного положения, поднял голову и, мгновенно побледнев, вскочил на ноги.
– Сэр! – только и смог он выдавить из себя, схватившись дрожащей рукой за спинку стула.
Улисс, которому не понравился тон молодого человека, зарычал, но хозяин прикрикнул на него.
– Сколько раз я должен напоминать о том, чтобы ты вел себя повежливее?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30