А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Так и есть: сверхчуткая электроника не успела вовремя среагировать на появление объекта, и залп из мортир правого борта был сделан без точной наводки, а это все равно, что стрелять из пушки по стае летящих воробьев…
По экранам правого борта ходили волны и сверкающие полосы помех; силуэт большого звездолета едва проступал сквозь них.
— Торпеды, еще торпеды… — в отчаянии, сквозь зубы, шептал Дарт, понимая, что это уже не поможет.
Без этих пятнадцати антенн вся автоматика правого борта была полуслепа, и чтоб противостоять Зауггугу, надо было развернуть весь корабль хотя бы на 45°, а на это уже не было времени…
Центральный экран показывал, как со стороны приближающейся черной громады полыхнуло пламя.
— Все кончено… — прошептали побелевшие губы Дарта. Пересиливая оцепенение, он наклонился к микрофону радиосети.
— Все в аварийные зонды! Скорее!.. — его крик походил на сдавленный шепот. Он задыхался, пот застилал ему глаза.
Он без сил откинулся в кресло, и тотчас опомнился: это среагировал на его полуобморочное состояние автоматический нейрорегулятор, подключенный к сиденью. Получив в спину несколько электрических уколов, приведших его в чувство, Дарт вскочил, кинул быстрый взгляд на экраны локаторов. Сноп светящихся лучей, протянувшихся от бандитского звездолета, опутал полицейский корабль. Один за другим на пульте гасли обзорные экраны. Внезапно пропала сила тяжести. В последний момент Дарт успел дернуть аварийный рычаг и вместе с креслом перевернулся, рухнув куда-то под пол командирской рубки. Перед его глазами вспыхнули зеленые лампы, свет окончательно погас и в следующее мгновение звездолет сильно встряхнуло. Автоматическая аварийная система сбросила Дарта в кабину космического челнока; это произошло в тот миг, когда звездолет резко затормозил под действием гравитационных волн, посланных с бандитского корабля. При толчке Дарт не смог удержаться в кресле, его швырнуло головой на штурвал и он лишился сознания. Но автоматика, работавтая на автономном режиме, все сделала без него: космический челнок, кувыркаясь, отделился от днища звездолета…
И спустя несколько секунд ужасающий взрыв потряс полицейский корабль. Фотонная торпеда, пущенная со звездолета Зауггуга, разнесла и разметала его на мелкие обломки. Они разлетелись в разные стороны, и вместе с ними, хаотично переворачиваясь, летел космический челнок, в кабине которого без сознания лежал комиссар Дарт.

Глава II. На мертвой планете

Это временное беспамятство его и спасло. Челнок летел по инерции вместе с обломками корабля, не подавая признаков жизни. Все приборы на нем были выключены. Для чувствительных радаров бандитского звездолета он ничем не отличался от сотен других обломков, на которые разлетелся полицейский корабль. Зато около трех десятков челноков, которые за мгновения до катастрофы успели отделиться от него, тут же сделались объектами охоты Зауггуга. Соратники Дарта, спасшиеся в них, пытались уйти, выжимая предельную скорость, другие передавали сигналы бедствия, но все это вело лишь к тому, что на бандитском звездолете их тотчас засекали, набрасывали на них невидимую гравитационную сеть и притягивали к себе.
Дарт опомнился спустя пятнадцать часов, когда его челнок отлетел уже на довольно приличное расстояние от места катастрофы. Сквозь сильную боль в голове до него дошло, что он находится в кабине космического челнока. Но как он сюда попал, что случилось с его звездолетом и его товарищами? Он уселся в кресле, ткнул пальцем в несколько кнопок на небольшом пульте перед собой. Как ни странно, но после сотрясения, которое испытал челнок в момент отделения от звездолета, его электроника работала. Засветились экраны кругового обзора. Картина, представшая взгляду комиссара, повергла его в шок. Вдалеке, среди обломков его корабля, победно проходил черный звездолет Зауггуга…
Дарт застонал в бессильной ярости. И все же у него хватило благоразумия еще несколько часов не включать двигатели в какой-то горячечной полудреме. Ему снилось, будто торпеда, пущенная с бандитского звездолета, летит прямо на него, он вскрикивал, просыпаясь, и впивался взглядом в обзорные Э1фаны. Но Зауггут, притянув к себе все оказавшиеся в поле его зрения космические челноки карриорцев, не спеша удалялся в сторону своей базы… Дарт видел, как черный звездолет медленно вошел в пещеру на поверхности астероида и исчез в ней. Только тогда, наконец, комиссар включил двигатель и стабилизировал полет челнока.
Прежде всего он занялся проверкой исправности приборов и механизмов своего летательного аппарата. Для определения работоспособности компьютера он дал ему команды произвести ориентацию по звездам и определить координаты челнока. Спустя минуту компьютер выдал цифры, свидетельствовавшие о том, что его электроника вполне надежна. Комиссар и без этих цифр знал, что область галактики, где произошла встреча с бандитами, лежит в страшной дали от обитаемых планетных систем и галактических трасс. Помощи ждать здесь абсолютно неоткуда, к тому же выходило, что он единственный кто спасся в этой жуткой катастрофе…
Кабина была узкая, в ней невозможно было встать в полный рост. Все ее пространство занимало двухместное сиденье и пульт управления. Дарт полулежал, неподвижным взглядом глядя на экраны. Челнок летел на полной скорости. Куда? Дарту было безразлично. Челнок не предназначался для дальних рейсов, его основной функцией были разведывательные полеты в относительной близости от корабля-матки; он мог входить в атмосферы планет, опекаться на их поверхность, переносить членов экипажа с одного звездолета на другой. Предназначался он и для спасения людей, но в том случае, если в обозримом пространстве имелись населенные планеты или другие звездолеты. Здесь же простиралась мертвая космическая пустыня, одолеть которую челнок был не в состоянии. Энергии в его батареях хватит максимум на два миллиарда километров, а приборы показывали, что ближайшая отсюда планетная система находится в восемнадцати миллиардах километрах! Лететь к ней было чистейшим безумием.
Апатия с такой силой овладела звездолетчиком, что он едва дотянулся до походной аптечки. Инъекция, введенная в вену, сделала свое дело: мысль оживилась. Комиссар уселся удобнее, размышляя. Что он может предпринять? Вопервых — послать сигнал по субпространственной связи на Карриор, хотя на отправку такого сигнала уйдет львиная доля энергии из батарей челнока. Послание Дарта примут спустя считанные минуты после его отправки. Но полицейские звездолеты, посланные ему на помощь, будут здесь в лучшем случае через двадцать два общегалактических часа. И, разумеется, его передатчик мгновенно запеленгуют на бандитском звездолете, а это значило, что Дарту от бандитов уже не уйти. Челноку негда скрыться от них в открытом космосе. Звездолет Зауггуга настигнет его спустя тридцать минут после отправки сигнала и уничтожит. Посылать сигнал на Карриор было равносильно самоубийству… Но, с другой стороны, этот бессмысленный полет в никуда тоже обрекал Дарта на верную смерть…
Около часа прошло в тягостном раздумье, пока, наконец, комиссар не принял решение. Он все-таки пошлет сигнал на Карриор! Сюда прибудут полицейские корабли и ликвидируют логово преступников. Возможно, им даже удастся захватить Зауггуга… Хотя, конечно, бандит не будет торчать здесь и дожидаться, пока его накроют… Он уйдет, и наверняка уйдет навсегда к своим хозяевам на Рассадуре… Жертва Дарта окажется напрасной… Но что еще остается делать комиссару космической полиции? Если есть хотя бы ничтожный шанс поймать бандитов, он должен использовать его! А жизнь его не столь уж важна в той неистовой круговерти пожарищ и смертей, которая с вторжением Рассадура поднялась в Метагалктике!..
Его рука протянулсь к пульту и легла на ключ субпространственной связи. Дарт помедлил немного, прежде чем включить передатчик. Его взгляд скользнул по обзорным экранам…
И вдруг среди россыпи созвездий на них он различил увеличенный боковым телескопом темный силуэт сферического объекта. Он вздрогнул. Что это может быть? Еще один астероид? Дарт послал компьютеру приказ повернуть в направлении объекта локационную антенну и определить его параметры и расстояние до него. Данные, замерцавшие на экране монитора, заставили его еще больше взволноваться и даже привстать в кресле. Из них выходило, что неведомое небесное тело было планетой! Но откуда она могла взяться здесь, вдали от небесных светил? Хотя и такое возможно в космосе… Явно это планета-бродяга, планета-скиталец, миллионы лет назад в силу каких-то причин вырвавщаяся из сферы притяжения своего солнца и теперь носившаяся в космосе как ей вздумается, без орбит и направляющего влияния звезд. Расстояние до нее едва превышало м-иллиард километров, челнок вполне мог его одолеть. А с планеты гораздо безопаснее сигнализировать на Карриор!
Дарт даже не улыбнулся про себя. Сигнал бандиты неминуемо уловят и бросятся в погоню, но планета — это не маленький космический челнок, который можно уничтожить одним ударом ббевого луча! Дарт сможет спрятаться где-нибудь среди скал, затаиться в укромной расщелине, и его не отыщут. Найти его челнок на поверхности планеты, тем более если она будет изрезана скалами или кратерами, — все равно, что разыскать иголку в стоге сена. Это здесь, в открытом космосе, он весь как на ладони.
И Дарт взял курс к темнеющему вдали небесному телу. Он выжимал из портативного фотонного двигателя челнока предельную скорость, и все же путь до неведомой планеты длился более пяти суток. Челнок не мог нырять в субпространство, как большие межгалактические корабли, тем самым сокращая расстояния; ему пришлось преодолевать путь до планеты посредством обыкновенного, хотя и сверхскоростного, полета.
Скорость была такова, что запасы энергии в батареях быстро уменьшались. Это не могло не беспокоить Дарта.
Энергия понадобится для посылки сигнала на Карриор, она также необходима для жизнеобеспечения самого Дарта на незнакомой планете. Ведь еще неизвестно, что его там ждет. Хотя, по всей, вероятности, это должен быть пустынный, давно остывший, угрюмый мир, где царят вечный мрак и мертвое безмолвие…
Планета, увеличенная телескопами, вырастала на переднем экране. Наконец челнок юркой серебристой каплей вошел в сферу ее притяжения и, включив антигравитаторы, начал медленно приближаться к ее поверхности. Вскоре он перешел в плавный полет над неизвестной землей.
То, что комиссар увидел на обзорных экранах, изумило его и даже заставило на какое-то время забыть о бандитах. На планете всюду виднелись следы жизнедеятельности разумных существ! На сотни метров простирались ровные, широкие террасы, на которых высились гигантские, под стать террасам, причудливой архитектуры здания. Челнок летел над лентами шоссе, эстакадами, мостами, перекинутыми через русла высохших рек; города, состоявшие сплошь из великолепных дворцов, сменялись ровными пространствами, на которых возвышались одинокие циклопические постройки, опоясанные колоннадами. Дворцы виднелись и на уступах гор — к ним вели прорубленные в скалах широкие лестницы…
И все же этот. мир был мертв, и мертв, по-видимому, уже очень давно. Холодный свет далеких звезд скупо озарял города, похожие на громадные каменные кладбища. Дарт сбавил скорость и полетел низко над поверхностью, выбирая подходящее место для посадки. Вскоре материк остался позади и под челноком идеально ровным бескрайним зеркалом раскинулся замерзший океан…
У Дарта не было возможности справиться о планете по галактическому каталогу — компьютер на челноке не содержал в своей памяти таких сведений, — но, вспоминая звездную карту своего сектора, Дарт готов был поклясться, что ничего подобного на ней не значилось. Выходило так, что он, Дарт, открыл мир, некогда населенный гуманоидами! На Карриоре это вызовет громадный интерес.
Неожиданно справа по курсу, у самой земли, показались три тусклых молочно-белых огня. Свет был ровный, да и симметричное расположение огней говорило о том, что они явно искусственного происхождения… Дарт, вглядываясь в них, не верил своим глазам. У него даже руки вспотели от волнения. Неужели население планеты все-таки не вымерло? Всякое может быть…
В уме Дарга мелькали догадки. Например, после планетарного катаклизма, когда планета сошла со своей орбиты и начала удаляться от солнца, населявшие ее аборигены-гуманоиды ушли под землю, к природным источникам тепла. А могло быть и так, что, мигрировав с планеты, неведомые гуманонды время от времени возвращаются на нее, оставив здесь базу с самозаряжающейся энергостанцией и запасом продовольствия…
Челнок быстро приближался к таинственным огням, и вскоре Дарт разглядел три светящихся шара, каяодый около пяти метров в диаметре, которые неподвижно висели над просторной и пустынной площадью одного из мертвых городов планеты. Подлетев еще ближе, Дарт понял, что сферы висят не сами по себе, а держатся на высоких и тонких столбах. Площадь озарялась их бледным, могильным светом — казалось, таким же древним, как и весь этот город. Белые блики лежали на величественной колоннаде, опоясывавшей площадь с севера, на светло-серых, монументальной архитектуры зданиях с высокими порталами, на парапете баллюстрады, зависшей над крутым обрывом, откуда открывался вид на безбрежные просторы зеркального океана.
Фонари с трех сторон окружали какой-то предмет, который Дарт поначалу не разглядел; лишь снизившись и сделав над площадью круг, он различил под фонарями некое подобие кресла, и в нем — какое-то неподвижно лежавшее существо. Кресло звездообразно отбрасывало три черные тени. Нетрудно было догадаться, что существо, которое лежало в нем, было также мертво, как и весь этот древний, застывший мир.
Дарт посадил челнок на площади, неподалеку от кресла. Наружные анализаторы показали, что какая бы то ни было атмосфера на планете отсутствует начисто, за бортом — открытый космос. Готовясь к выходу, Дарт прикрепил к поясу портативную силовую установку, которая обеспечила его талу достаточную защиту, позволявшую выйти за борт без скафандра. Дарта окутала тонкая, сантиметров пять толщиной, прослойка газа, удерживаемая силовым экраном. Этот экран служил непроницаемой преградой для сверхнизких космических температур и губительных излучений, и в то же время удерживал возле тела тепло, воздушную оболочку и необходимое для жизнедеятельности давление. Со стороны это выглядело так, будто комиссара окутывает едва заметная светящаяся аура.
Дарт налегке, с непокрытой головой, но защищенный силовой установкой не хуже сверхпрочного скафандра, вышел под черное, усыпанное звездами небо. Неторопясь зашагал к креслу, на ходу настороженно оглядываясь по сторонам. Его соломенного цвета волосы сбились и спутанными прядями лежали на лбу и висках; в синих, широко раскрытых глазах отражался свет таинственных фонарей. Покрытое легким бронзовым загаром лицо комиссара поворачивалось то в одну, то в другую сторону; руки, державшиеся за пояс широкой полицейской куртки, готовы были в любой момент вскинуть оружие.
Но, по всей видимости, его опасения были напрасны. На этой планете ничто не могло угрожать ему. Все вокруг было мертво, на всем лежала печать кладбищенского запустения. Столбы со светящимися сферами высились немыми стражами этого призрачного мира.
Дарт приблизился к креслу и с любопытством исследователя, извлекщего из толщи земли скелет неизвестного науке ископаемого, принялся разглядывать существо.
Оно было явно гуманоидным, о чем свидетельствовал антропоморфный характер его тела и относительно большая, по сравнению с остальным туловищем, голова. Помимо головы, отчетливо выделялись верхние и нижние конечности, торс, шея. Возможно, существо было прямоходящим, несмотря на то, что имело шесть конечностей. На них две пары исходили из предплечий и, как можно было догадаться, исполняли функцию рук. Голова этого странного создания походила на человеческую: на ней имелись два больших выпуклых глаза, две вертикальные щели — видимо, носовые отверстия, а безгубый рот — крупный, сомкнутый, наверняка служил не только для приема пищи, но и для воспроизведения звуков.
На существе не было и следов какой-либо одежды. Его светло-серое тело казалось каменным, таким же, как окружавшие его здания. Дарту вдруг пришло в голову, что перед ним — мумия, возможно даже — скульптура, вытесанная из цельной каменной глыбы. Он разглядывал ее несколько минут.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12