А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

— Киссиди пожал плечами, словно подтверждая свое бессилие в этом вопросе. — А сейчас, думаю, вы хотели бы увидеть вашего супруга. А то он, наверное, уже рвет и мечет. — Врач поморщился. — Все мои медсестры благоговеют перед ним. Если бы мы ему разрешили, он бы сам ухаживал за вами. Я редко встречал столь преданных мужей.
У Сандры было другое мнение на этот счет. Этот человек никак не вязался у нее с образом преданного мужа. Он был слишком жестким и надменным для того, чтобы обладать бескорыстием. Сандра хотела попросить доктора не пускать к ней никого, но тот уже открыл дверь, и Алексис, чуть не сбив Киссиди с ног, стремительно вошел в палату.
Ее взгляд упал на светлые джинсы, плотно обтягивавшие сильные стройные ноги, и тонкую шелковую сорочку, через которую просвечивались черные завитки волос. Сандра ощутила внезапный приступ тошноты. Ее била мелкая дрожь, тело покрылось холодным потом.
— Сандра! — Алексис бросился перед ней на колени и осторожно промокнул полотенцем выступившие на ее лбу бисеринки пота. Он сурово посмотрел на стоявшего в дверях врача, словно тот был виновником болезни Сандры, и требовательно спросил: — Что с ней? Она вся дрожит, руки холодные…
— Внезапный приступ слабости, — спокойно ответил Киссиди. — Ваша жена перенесла серьезную черепно-мозговую травму, поэтому, естественно, ее мучают страхи.
— Страхи? — Алексис покосился на Сандру. — Вы хотите сказать, что она боится меня, своего мужа?
— Сейчас вы для нее чужой человек, — мягко пояснил врач, — поэтому она и боится вас. — Киссиди плотно закрыл за собой дверь.
— Это правда? — спросил Алексис у Сандры, когда они остались вдвоем. — Ты боишься меня?
— Я не знаю тебя. — Сандра отодвинулась к противоположному краю кровати.
— Ну что ты, дорогая, ты прекрасно меня знаешь. — Голос Алексиса зазвучал нежно, в нем появились интимные нотки. Сандра заметно покраснела. — Мы знаем друг друга очень, очень близко. — Его тон был пронизан сладострастием.
— Но мы недавно женаты.
— И ты думаешь, поэтому еще не спали вместе? — Алексис тихо засмеялся. Он поднял к своим губам ее руку и поочередно поцеловал каждый дрожащий пальчик. — Твой мозг, возможно, не помнит меня, зато твое тело ничего не забыло.
Алексис наклонился и прильнул губами к ямке на ее шее. Тревожная волна поднялась со дна души Сандры, и она поняла, что этот человек не лжет. Она не могла объяснить это, но ее тело действительно узнало его, отреагировало на прикосновение его губ восторженным трепетом.
— Скоро я заберу тебя отсюда домой и тогда покажу, какое удовольствие наши тела могут доставить друг другу. — Алексис отпустил ее руку и встал с колен.
— Я спросила доктора, есть ли у меня родственники… кроме тебя, — с трудом произнесла Сандра. — Но он ничего не знает об этом.
— У тебя есть брат, — ответил Алексис, бросив на нее проницательный взгляд, но Сандра восприняла новость спокойно. — Он сейчас в командировке за границей, и я не смог найти его, чтобы сообщить о случившемся.
— А когда мы поженились?
— Это произошло в Англии после, я бы сказал, ураганного романа. — Заметив ее недоверчивый взгляд, Алексис рассмеялся. — По-прежнему не веришь мне? Уверяю тебя, это правда. Когда я увидел тебя в первый раз, то сразу понял: это моя судьба…
— А я…
— Ты? — Алексис широко улыбнулся, весело блеснув глазами. — Ты, моя дорогая Сандра, влюбилась в меня с первого взгляда. — Алексис взял ее за подбородок, увидев, что она хочет отвернуться. — Вижу, ты не согласна с этим. Но скоро я докажу тебе, как глубоко ты ошибаешься.
— Но я совершенно не помню тебя. Я… В этот момент в палату вошла медсестра.
Она выразительно посмотрела на часы, а потом на Алексиса.
— Мы поговорим об этом позже, — ласково сказал Алексис Сандре. — А пока отдыхай. Когда ты приедешь на Микрос, наше теплое греческое солнце быстро тебя вылечит.
— А солнце сможет вернуть мне память? — раздраженно спросила Сандра.
Но Алексис, ничего не ответив, вышел из палаты.
Она осталась наедине со своими мучительными мыслями и разбуженными эмоциями, которые подтверждали правоту слов Алексиса. Но если мы были любовниками, спрашивала она себя, то он должен быть небезразличен мне. Сандра инстинктивно понимала, что никогда бы не отдалась мужчине без любви. А в том, что они занимались любовью раньше, она уже не сомневалась.
Почему же она испытывала к нему неприязнь, замешанную на страхе? Она бы, наоборот, должна была тянуться к своему любовнику, а теперь мужу. Но как только этот человек приближался к ней, мозг Сандры посылал сигнал, предупреждающий об опасности.
Сандра окончательно обессилела от всех этих дум и, когда сестра ввела ей в вену снотворное, с радостью опустилась в объятия сладкого сна.
7
— Итак, вы покидаете нас.
Доктор Киссиди, очевидно, полагал, что доставляет своей пациентке радость, выписывая ее из больницы. Но чувство, которое испытывала в эту минуту Сандра, скорее можно было назвать апатией с примесью тревоги.
В последние дни, правда, она стала лучше относиться к Алексису и уже не сжималась от страха каждый раз, когда он входил в палату. Он был неизменно добр и внимателен. Сандру также поражало его безграничное терпение, когда он безропотно сносил приступы ее плохого настроения. Она сознавала, что, пропадая целыми днями в больнице, Алексис, наверное, забросил все свои дела. Она только предполагала, что у него должна быть какая-то работа, но чем именно он занимался, она не знала. В конце концов, не его вина, что я напрочь забыла собственного мужа, думала Сандра, размышляя о своем будущем.
И все же, несмотря на его безупречное отношение, Сандра никогда не могла полностью расслабиться в присутствии Алексиса. Она искала причину своей настороженности к этому человеку и не находила. Он был не только ее мужем, но и поразительно красивым мужчиной. Сандра решила, что он женился на ней исключительно из-за большой любви. Но она не чувствовала себя в его обществе свободно, как должна была бы чувствовать любящая и любимая жена.
Сандра собиралась попросить доктора Киссиди продлить срок ее пребывания в больнице, но, трезво поразмыслив, поняла, что это будет лишь временной отсрочкой Судного дня. Нельзя же провести всю жизнь на больничной койке!
Киссиди, как всегда, почувствовал настроение Сандры и стал убеждать пациентку, что ее нервозность и неуверенность вполне объяснимы: она выходит в мир, который ей предстоит узнавать заново.
— Ваш муж сказал, что вы никогда не были на Микросе.
— Значит, там я не смогу ничего вспомнить?
— Память странная штука, — ответил доктор уклончиво. — Поживем — увидим.
* * *
Сандра сидела на краю кровати, ожидая приезда Алексиса. На ней было кремовое шелковое платье, которое он привез накануне. И платье, и нижнее белье из тончайшего шелка были очень дорогими. Чутье подсказывало Сандре, что в прошлой жизни подобная роскошь не была ей доступна. Когда Алексис вошел в палату, она уже не в первый раз восхитилась его мужественной красотой. При этом Сандра моментально почувствовала ставшую уже привычной тревогу. Окинув ее взглядом с ног до головы, Алексис заметил:
— Платье тебе к лицу и, главное, по размеру. Я боялся ошибиться.
— Ты… ты раньше не покупал мне одежду ?
— В Лондоне на это не было времени, а потом ты попала в больницу.
— Это очень дорогое платье, — сказала Сандра, проведя рукой по прохладному шелку. — Тебе не надо было покупать его… У меня есть одежда.
Алексис пожал плечами.
— В Греции очень жарко, и твоя одежда не подходит для местного климата. Если тебе не нравится то, что я купил, можешь выбрать сама что-нибудь в афинских магазинах.
На Микрос мы полетим вертолетом. Обычно я добираюсь туда на яхте, но, боюсь, ты пока слишком слаба.
— Ты полетишь со мной?
Алексис удивленно посмотрел на нее, и Сандра вдруг осознала, что, несмотря на все ее страхи и сомнения, он будет для нее единственным в мире знакомым человеком, когда она выйдет из больницы.
— Тебя это не устраивает? Ты хочешь лететь одна на незнакомый остров, в незнакомый дом?
Сандра испуганно замотала головой.
— Нет. Но я подумала, что у тебя работа… Как отнесется твой босс…
Ее слова вызвали у Алексиса сардоническую ухмылку, и Сандре показалось, что она позабавила его своими опасениями.
— Тебе не о чем беспокоиться. Сейчас мое место рядом с тобой. — Лицо Алексиса стало решительным, даже суровым, и Сандра услышала, как он пробормотал: — Ведь ты попала сюда из-за меня.
Но Сандра не успела выяснить подробности — Алексис быстро подошел к небольшому шкафчику, извлек ее пожитки и небрежно затолкал в сумку. Что-то белое упало на пол. Алексис, брезгливо скривившись, поднял двумя пальцами ночную сорочку из плотной хлопчатобумажной ткани и сказал:
— Это ты отдашь Марии. Мне тяжело было смотреть на тебя, лежавшую на этой узкой кровати в наряде монахини. Я постоянно вспоминал, как держал тебя в своих объятиях, как ощущал твое нежное тело, тесно прижимавшееся к моей груди.
Сандра покраснела от смущения. Нервно облизав губы, она взглянула на Алексиса из-под опущенных ресниц.
— Твой дом… Мы там будем одни или твои родственники тоже живут в нем? — робко спросила она.
— Из близких родственников у меня есть только сестра, но она живет в Нью-Йорке. Хозяйство ведут Мария и Георгес, так что не волнуйся, тебе не придется стирать и готовить.
— Получается, что у нас с тобой не так уж много родственников, — сказала Сандра, вспыхнув под пристальным взглядом Алексиса. — У тебя сестра, у меня брат. Тебе еще не удалось связаться с ним?
— Нет. Что же касается дефицита родственников, думаю, мы с тобой легко исправим это.
У Сандры забилось сердце при виде блеска в его глазах.
— Ты имеешь в виду детей?
— А ты не хочешь иметь их от меня, — произнес Алексис, как бы констатируя факт. Он подошел вплотную к Сандре и изучающе посмотрел ей в глаза.
— Нет, почему?… — Она хотела сказать, что очень любит и хочет иметь детей, но ей трудно пойти на это, потому что Алексис для нее все еще чужой и опасный человек.
— Значит, ужас, который я вижу в твоих глазах, вызван не боязнью физической любви. Поверь мне, ты очень сексуальна в постели.
В глазах Алексиса сверкнула откровенная страсть. Он словно ощупывал взглядом ее тело сквозь тонкий шелк платья, и это ощущение жгло сильнее раскаленных углей. У Сандры так колотилось сердце, что, казалось, сейчас разорвется. Алексис протянул к ней руку, но Сандра, раздираемая противоречивыми эмоциями, испуганно отпрянула. Она не могла так просто вернуться к сексуальным отношениям, которые, как уверял Алексис, доставляли им обоим громадное наслаждение. У нее будет ощущение, что она ложится в постель с незнакомым мужчиной. Когда Сандра попыталась сбивчиво объяснить это, Алексис рассмеялся и мягко заметил:
— Тем лучше. Я с радостью научу тебя кое-чему, что, я знаю, доставит тебе удовольствие. — Сандра начала возражать, но Алексис сказал с усмешкой: — Понимаю, тебе сейчас трудно, но мы с тобой женаты, и я не позволю тебе спать в отдельной комнате. Ты что, хочешь, чтобы я сначала за тобой поухаживал, как пылкий юноша? Но мы с тобой уже проходили эту стадию. Советую слушать не разум, а тело, и оно скажет тебе, насколько тесна наша интимная связь.
— Я не могу… — прошептала Сандра, но в глубине его серых глаз вдруг ярко полыхнуло что-то, и Алексис закрыл ей рот поцелуем.
Она попыталась оттолкнуть его, но куда там! Алексис стал водить кончиком языка по сжатым губам Сандры. Они сами собой раскрылись, и язык Алексиса проник внутрь. Сандру охватил трепет, появилось непреодолимое желание взлохматить ему волосы, и она запустила пальцы в его густую темную шевелюру.
Алексис слегка отстранился, и по телу Сандры пробежала судорога, когда его губы скользнули по шее вниз, туда, где кончался вырез платья, обнажая нежную кожу грудей. Он провел ладонью по контурам упругих полушарий, затем его пальцы нащупали пуговицы на лифе платья, и, когда скользнули по гладкому шелку бюстгальтера, через тонкую ткань проступили возбужденные соски. Из груди Сандры вылетел слабый возглас протеста. Алексис довольно заурчал и, с силой сорвав с нее бюстгальтер, впился в нежную плоть. Сандру закружил дикий вихрь восторга. Она была настолько потрясена происходящим, что ничего не видела вокруг. Алексис так же внезапно отстранился и спокойно застегнул пуговицы на платье Сандры. Она чувствовала, что стало трудно дышать, тело продолжало сотрясаться от нервной дрожи.
— Ты необыкновенно сексуальная женщина.
Все еще одурманенная ласками, Сандра растерянно пролепетала:
— Я не знала… Я никогда не думала, что… Но за пьянящим восторгом, за сладостным удовольствием, которые она только что испытала, звучал все тот же настойчивый внутренний голос, запрещавший ей сближаться с этим человеком. Сандра терялась в догадках.
— Тебя беспокоит что-то? — спросил Алексис, увидев ее задумчивое лицо.
Он мой муж — единственная ниточка, связывающая меня с прошлым, подумала Сандра. Зачем же мучить себя непонятными страхами? Пора вести себя, как взрослый человек.
— Когда ты ко мне прикасаешься, у меня возникает ощущение, что я не должна отвечать на твои ласки, — откровенно призналась она. — Я не могу объяснить этого, но меня как будто что-то заставляет быть настороже.
Алексис отвернулся к окну, и Сандра не видела выражения его лица. А ей бы очень хотелось знать, о чем он думает.
— Доктор Киссиди говорит, что я не должен провоцировать твою память. Все произойдет само собой, естественным путем, — медленно проговорил Алексис. — Послушай, Сандра, у нас с тобой нормальный брак, поэтому у тебя нет никаких оснований бояться чего-то. Доверься мне. Это единственное, о чем я прошу тебя, — Алексис подошел к ней и взял за плечи. — Ты доверяешь мне? Скажи!
Сандре очень хотелось этого, и, когда она утвердительно кивнула, ей сразу стало легче — словно тяжелый камень свалился с
души. Алексис с силой прижал ее к себе. Уткнувшись ему в плечо, Сандра поглаживала кончиками пальцев его спину и крепкие, словно литые плечи, которые были так успокоительно надежны.
— Как я попала в аварию?
— По моей вине, — помрачнел Алексис. —Мы поссорились. Ты выбежала на дорогу и попала под колеса мчащейся машины. Я думал, что потерял тебя, когда увидел твое тело, распростертое на асфальте.
— Интересно, мне недавно приснилось наше бракосочетание, и это все, что я помню из своего прошлого. — Сандра обратила внимание, как у Алексиса дернулось лицо, и подумала: он, наверное, хотел бы, чтобы я запомнила, как мы любили друг друга. — Это первое, что всплыло у меня в памяти, когда я окончательно пришла в себя. Мы поженились в Англии?
— Да, я уже говорил тебе, — бросил Алексис. — Не напрягайся, дорогая, мы же договорились.
Он взглянул на часы. У Сандры что-то вспыхнуло в мозгу и тут же погасло. Доктор Киссиди объяснил, что какие-то эпизоды прошлого она вспомнит, а что-то всегда будет ускользать от нее в самый последний момент.
— Ты готова?
Сандра кивнула. На душе опять заскребли кошки. Увидев стоявший у подъезда больницы черный «мерседес», она решила, что Алексис хорошо зарабатывает, если может
позволить себе такую роскошь. Когда она высказала свою мысль вслух, он лишь улыбнулся уголками рта. Может, мы ссорились из-за денег? — предположила Сандра. Но она чувствовала, что богатство ее никогда не интересовало. Для нее важен сам человек, а не то, чем он обладает.
* * *
Афины оглушили ее нещадной жарой и грохотом машин. Отвыкнув за время болезни от городского шума, Сандра невольно вжалась в удобное, мягкое кресло автомобиля. Алексис заметил, с каким интересом она смотрит в окно.
— В другой раз, — пообещал он. — Ты еще недостаточно окрепла для экскурсии по городу в разгар нашего жаркого лета.
— Лета? — удивилась Сандра.
— Сейчас почти конец июня, а авария произошла в мае. Первые несколько дней ты находилась в коме.
— Мне еще повезло, что я ничего не сломала.
— Да, если не считать разбитый череп, — с иронией заметил Алексис, но в голосе его слышалась и боль, что, как ни странно, подняло Сандре настроение. — Надеюсь, ты хорошо перенесешь полет на вертолете.
— А почему на вертолете? Самолеты на Микрос не летают?
Алексис небрежно пояснил:
— Остров совсем крохотный. Отец купил его сразу после войны. Когда яхта отца затонула неподалеку от берега, унеся в пучину его и мою мачеху, я хотел продать Микрос. Но София отговорила меня, и теперь я рад, что послушался.
— Ты владеешь островом? — пролепетала ошеломленная Сандра, и внезапно все встало на свои места: то, что Алексис мог целыми днями пропадать в больнице, его дорогие часы и одежда, шелковое платье и роскошное белье, которые он купил для нее. — Ты богат!
— Ты говоришь так, будто вдруг обнаружила, что у меня чума, — сердито буркнул Алексис и посмотрел на ее побледневшее лицо и округлившиеся глаза.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14