А-П

П-Я

 купить диор пуазон 
А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Девушка вдруг обмякла и стала медленно оседать на пол. Ох уж эти глупые восточные женщины! Они даже не позаботились об оружии!Вздохнув, он заколебался. Она так похожа на его сестру — те же детские круглые щечки… Нет, он не может убить ее!Индеец тихо закрыл крышку ящика для продуктов и отошел к фургону, показав знаком Кривому Пальцу, что они и так потеряли здесь много времени.Элрой Брауэр проклинал злую судьбу, которая занесла его в Уичито в тот самый день, когда там появился Билл Чапмен. Он знал, что умрет, но когда, когда? Индейцы увезли его на несколько миль от фермы. Они скакали на север по следам Чапмена и остановились, когда солнце стояло в зените.Почти все индейцы издевались над ним, но только сейчас Элрой понял, что они собираются с ним сделать. В мгновение ока его распластали голого на горячей земле, и он почувствовал, как те части его тела, которые никогда не знали солнца, медленно поджариваются в полуденных лучах.Проклятые дикари уселись вокруг, наблюдая, как он страдает. Один из них каждые пять секунд похлопывал по обломку стрелы, торчавшему из его бедра, и боль волнами расходилась по телу Элроя, не успевая утихнуть в короткие промежутки.Он знал, чего они хотят. Он понял это, увидев троих мертвых мужчин на ферме. Индейцы объяснили ему свои намерения, подняв два пальца и указав сначала на него, а потом на три трупа. Они знали, что на ферме есть два участника резни в лагере индейцев и что он один из них.Элрой пытался убедить их, что он вовсе не тот, кто им нужен. Ведь у них было два лишних трупа, и они не знали наверняка, причастен ли он к убийствам в лагере. Но индейцы не поверили ему, и каждый раз, когда он не мог дать нужный им ответ, резали его ножами.У него на теле появилось уже с полдюжины маленьких ран, когда его подвели к трупу Питера. Чего они добивались? Парень умер и больше не страдал, но Элрой-то был жив и мучился, глядя на то, что они делали с телом Питера. Его вывернуло наизнанку, когда они кастрировали труп и воткнули кусок плоти ему в рот, а потом зашили губы. Страшное предупреждение каждому, кто увидит изуродованное тело Питера. Лишь один Элрой знал, что они сделали это уже после того, как Питер умер.Повезет ли ему так же, как Питеру? Элрой понимал: индейцы до сих пор не убили его, желая, чтобы он вывел их на других участников резни. Но чем дольше он будет жить, тем больше мучиться. Он рассказал бы им все, лишь бы "они поскорее положили конец его страданиям, но как договориться с чертовыми ублюдками, если они не понимают его? К тому же Элрой не знал, как найти остальных. Но они не поверят ему.Один из команчей склонился над ним. Солнце слепило глаза, и Элрой видел лишь черную тень. Он попытался приподнять голову, и на мгновение перед его глазами мелькнули руки индейца — он держал стрелы. Может, они наконец-то решили его прикончить? Но нет! Индеец дотронулся стрелой до одной из ран Элроя, а затем медленно, мучительно медленно погрузил ее в тело.О Боже, они, наверное, смазали чем-то наконечник: Элрой почувствовал нестерпимое жжение. Он стиснул зубы, чтобы не закричать. Молчал он и потом, когда стрелы погружали в другие раны. Теперь из шести ран торчало шесть стрел, и Элрой терпел. Индейцы на время оставили его, ожидая, что боль усилится.Пытаясь справиться с болью, Элрой подумал о двух леди, которые на беду остановились на его ферме. Слава Богу, он не видел, что с ними сталось. И тут вдруг перед ним снова появились глаза, которые смотрели на него с лютой ненавистью. Изнасилование той индейской девчонки не стоило этих мук. Ничто не стоило их!Наконец Элрой закричал. Индеец чиркнул по нему ножом, сделав новую рану, и вонзил в нее еще одну стрелу. Тут Элрой понял, что они не остановятся, пока не пронзят стрелами все его тело. Теперь, зная, что боли не будет конца, он уже не мог терпеть. Элрой кричал, ругался, вопил, но индеец опять скользнул по нему ножом, и боль вспыхнула с новой силой.— Ублюдки! Проклятые ублюдки! Я скажу вам все, что надо! Все!— Неужели?Элрой замолчал от изумления, забыв про боль.— Вы говорите по-английски? — выдохнул он. — О, слава Богу!У него появилась надежда. Теперь можно поторговаться.— Так что же ты хотел сказать мне, фермер? — Мягкий, приятный голос ввел Элроя в заблуждение.— Отпустите меня, и я назову вам имена людей — всех до одного. И скажу вам, где их можно найти, — проговорил он, задыхаясь.— Ты это расскажешь нам в любом случае, фермер. Торговаться тебе нужно не за жизнь, а за смерть — быструю смерть.Элрой, почувствовав надежду, чуть потянулся, но, услышав последние слова команчи, упал на землю. Он побежден. Надеяться можно лишь на то, что все произойдет быстро.Он назвал индейцу имена всех мужчин, подробно описал их и указал те места, где, по его предположению, они могли находиться. Правдиво и быстро ответив на все вопросы, он сказал:— А теперь убейте меня!— Как ты убил наших жен, матерей и сестер?Индеец, так чисто и правильно говоривший по-английски, встал у него в ногах. Теперь Элрой хорошо видел его лицо, его глаза… О Господи, это же ее глаза! Они смотрели на него с такой же лютой ненавистью. Элрой понял, что этот команчи не позволит ему умереть быстро.Элрой облизнул пересохшие губы. Сам не зная зачем, он вдруг с усилием проговорил:— Она была хороша. Правда, худощава. Но все же доставила мне удовольствие. Я последний ее имел. Она умерла подо мной.Воин дико закричал и бросился на Элроя. Другой попытался остановить его, но не смог. Элрой почувствовал новую боль, которая захлестнула старую, но это скоро кончилось — он умер от шока, увидев в руках у команчи свою отрезанную плоть. Глава 5
В трех милях от места этих событий Кортни Хортс мрачно смотрела на разбросанные по сараю вещи из фургона: разорванную одежду, разбитый вдребезги фарфор, растоптанные продукты. Она никак не могла решить, что еще можно спасти. Сейчас она вообще не могла собраться с мыслями. Зато Сара перебирала пожитки с таким видом, будто ничего не произошло.Кортни потрясло то, что она осталась жива. Но еще больше ее поразило исчезновение отца.Берни Бикслер, ближайший сосед Элроя, заметил дым, окутавший его горящий дом, и приехал посмотреть, что случилось. Возле дома он обнаружил два трупа, а в ящике для продуктов — Сару и Кортни. Далласа, Элроя Брауэра и Эдварда Хортс он нигде не нашел. Однако отец Кортни явно был здесь недавно — в кукурузном поле стояла его лошадь, перепачканная кровью. Эдварда ранили?— Если он побежал за подмогой в Рокли, то мы его еще увидим, — сказал им Берни. — Но скорее всего индейцы забрали его и тех двоих с собой. Наверное, они хотят иметь при себе двух-трех сильных пленников, пока они не соединятся с другим племенем.— Почему вы так считаете, мистер Бикслер? — спросила Сара. — Я полагала, что в плен берут только женщин.— Простите, мэм, — проговорил Берни, — но, взглянув на вас и на вашу девочку, индеец сразу понял бы, что вы не выдержите долгого пути.— Долгого пути? А вы что, знаете планы этих индейцев? — удивилась Сара. — Интересно откуда. Похоже, у них где-то поблизости лагерь, верно?— Вы совершенно правы, мэм, у них был лагерь. Был. В этом-то все и дело. Они напали на Элроя не из-за скота. Джон, сын Лаоса Хэндли, рассказывал, как они с Элроем и Питером примкнули к людям из Уичито и уничтожили банду кайова, стоявшую лагерем к югу отсюда. Он считал, что эти индейцы хотели напасть на Рокли, и утверждал, будто теперь у нас наступит спокойная жизнь, поскольку они убили всех мужчин, женщин и детей. Что ж, видимо, кто-то остался жив. Те краснокожие, что наведались сюда, наверное, тогда охотились, а вернувшись, увидели, что все их сородичи убиты.— Но это всего лишь ваше предположение, мистер Бикслер. Едва ли кайова — единственные индейцы в этих местах.Фермер раздраженно заметил:— Джон Хэндли также похвалялся тем, что он делал в лагере индейцев, но это не для женских ушей.— Подумаешь, — презрительно фыркнула Сара, — ну, изнасиловали они там нескольких скво. Это еще не значит…— Если вы хотите понять, что это значит, леди, пойдите и посмотрите на тело Питера! — воскликнул Берни. — Но я вам не советую. То, что они сделали с парнем, не слишком радует глаз. А того, другого, они не тронули — у него чистая рана. Но труп Питера! Меня, наверное, долго будут преследовать кошмары. Боюсь, мы найдем Элроя где-нибудь неподалеку, так же жестоко изуродованного. Ясно одно: им нужны были только эти двое. Если бы их интересовали женщины, они взяли бы вас.Нет, все это только месть! Вот увидите — Джон Хэндли быстро смотается отсюда, ибо месть не завершилась. Индейцы не успокоятся, пока не настигнут последнего из тех, кто был в лагере.Он вышел из сарая, велев им побыстрее собирать пожитки, поскольку он не собирается целый день возиться с ними. Сначала фермер отнесся к ним с сочувствием, но Сара разозлила его, и теперь он торопился сплавить их в Рокли.Труп Элроя нашли через неделю солдаты, ловившие индейцев-мародеров. Джон Хэндли, как и предсказывал Бикслер, отбыл из Рокли в неизвестном направлении. Его отец больше никогда не слышал о нем. Из Уичито сообщили, что индейцы напали на фермера, жившего недалеко от города. И это был последний случай налетов индейцев в этих краях.Возможно, убийство Билла Чапмена не было связано с той историей, хотя поговаривали, что именно он организовал нападение на лагерь индейцев. Одни считали, что это дело рук краснокожих, другие подозревали одного из наемных работников Чапмена, который исчез сразу после убийства.Эдвард Хортс и Даллас пропали бесследно, и Сара Уайткомб считала себя вдовой. Невозможно было предположить, чтобы раненый выжил в плену у кочующих индейцев.Потрясенная Кортни отказывалась верить, что ее отец мертв.Теперь Сара и Кортни держались вместе, связанные общей бедой. Глава 6
— А вот и еще один, Чарли. Похоже, опять намечается перестрелка. Как ты полагаешь?Чарли сплюнул комок табака и взглянул на шедшего по улице незнакомца.— Очень может быть, Снаб. В городке уже есть парочка таких же. Очень может быть.Старики откинулись в креслах. На крыльце перед магазином Ларса Хэндли они проводили почти все свое время, обсуждая каждого, кто проходил мимо. Это была хорошая наблюдательная позиция — отсюда просматривалась главная и единственная улица городка в оба конца.— Как ты думаешь, он приехал со стадом? — спросил Снаб.— Этот тип не похож на ковбоя, — отозвался Чарли. — Это бандит, Снаб! Разве я не видел бандитов?— Многие бандиты становятся ковбоями, но бывает и иначе.— Верно.Снаб видел, что Чарли остался при своем мнении, но не стал спорить.— Интересно, скольких же он убил?— Я бы не стал его спрашивать, — буркнул Чарли и вдруг подозрительно прищурился, — Погоди-ка, этот мне как будто знаком. Может, он бывал здесь проездом?— Кажется, Ты прав, Чарли. Пару лет назад, верно?— Скорее всего три-четыре.— Да, да, припоминаю. Пришел поздно ночью, снял номер в гостинице, но не остался. Помню еще, ты сказал тогда что-то насчет капризов молодых.Чарли кивнул, довольный тем, что его замечания не забываются годами.— Но я не могу вспомнить, под каким именем он зарегистрировался в гостинице. А ты?— Кажется, что-то иностранное, а?— Да, но теперь я весь день буду маяться.— Ага, похоже, он опять направляется в гостиницу, — сказал Снаб, когда незнакомец остановил свою лошадь. — Может, зайдем туда и заглянем в книгу регистрации?— Не сейчас, Снаб, — остановил его Чарли. — Миссис Аккерман выставит нас оттуда.— Не мочи штаны, Чарли! Ведьма, наверное, еще не встала с постели. А мисс Кортни не станет возражать, если мы чуть-чуть посидим в вестибюле и заглянем в книгу.— «Не мочи штаны»! — обиженно повторил Чарли. — Да он наверняка изменил имя — они все так делают, — поэтому я все равно ничего не узнаю. Но если тебе так уж хочется послушать вопли этой стервы, на которой женился Гарри, тогда оторви свою задницу и пошли!
Легкая улыбка играла на губах у Кортни, когда она закрывала дверь в гостевую спальню, где только что закончила уборку. Она нашла там газету. В Рокли не было своей газеты, и новости о внешнем мире они узнавали из разговоров приезжих или из газет, оставленных клиентами гостиницы. В городке газеты ценились так же, как и книги. Сара собирала их, но никогда не давала читать, и Кортни всегда старалась первой найти их.Она спрятала газету под кипу грязных простыней, которые ей предстояло перестирать, и пошла к лестнице, собираясь занести газету к себе в комнату перед тем, как заняться стиркой.Заметив ожидавшего внизу незнакомца, Кортни остановилась и уставилась на него. Укоряя себя за это, девушка все же не могла отвести от него глаз. И с чего это незнакомец так сильно заинтересовал ее? Раньше с Кортни такого не случалось.Она сразу заметила его прямую осанку, высокий рост и худой ястребиный профиль, который произвел на нее особое впечатление. Незнакомец был на редкость красив — это не оставляло сомнений. Он вызывал ощущение чего-то темного: черные брюки и жилет, бронзовая кожа, волосы как вороново крыло падали прямыми прядями, едва прикрывая уши. Даже серая рубашка и шейный платок казались темными.Войдя в гостиницу, мужчина не снял широкополой шляпы, но на его сапогах не было шпор. И это тоже удивило Кортни. Седельные сумки, переброшенные через плечо, позволяли предположить, что он приехал в город на лошади, а Кортни еще не видела человека, который ездил бы на лошади без шпор.Тут она разглядела на нем двойные ремни, а это значило, что на правом бедре у него висит револьвер. Что ж тут такого? На Западе многие мужчины носят оружие. Но, глядя на этого человека, Кортни думала, что он вооружился не только для самозащиты.Кортни не любила бандитов, почему-то твердо уверенных в своей безнаказанности. Они говорили и делали все, что хотели. Не многие осмеливались им прекословить, боясь нарваться на пулю.Как ни странно, в такой маленький городишко, как Рокли, бандиты наведывались слишком часто. За последние годы здесь было целых две перестрелки. Ковбои проезжали Рокли по пути в дикие ковбойские городки — Абилин и Ньютон, где собирался разный сброд. В следующем году Уичито тоже предстояло стать коровьим городком, а ведь он находился всего в нескольких милях от Рокли, и Кортни невесело думала о том, что сплошному потоку транзитных приезжих никогда не будет конца.Поскольку Кортни работала в единственной здесь гостинице, ей не удавалось избегать общения с бандитами. Один чуть не изнасиловал ее, другие лезли с поцелуями. Сколько раз Кортни приходилось отражать их наглые домогательства, отбиваться от преследований, выслушивать непристойные предложения! По этой причине она рвалась уехать из Рокли и не хотела выходить замуж за местного мужчину, хотя это избавило бы ее от работы в гостинице, где Кортни с утра до вечера прислуживала как простая горничная.Расписавшись в книге регистрации, незнакомец положил ручку. В ту же секунду Кортни повернулась и поспешила по коридору к черной лестнице, выходившей прямо на улицу. Ей не хотелось заходить в гостиницу через кухню, где она могла наткнуться на Сару. Та наверняка стала бы бранить ее за то, что она праздно шатается. Поэтому Кортни решила обойти гостиницу кругом и войти через парадную дверь. Но она сделает это только после того, как незнакомец поднимется в свою комнату.Кортни и сама не понимала, почему так не хочет попадаться ему на глаза. Дело, конечно, не в ее стареньком платье и растрепанных волосах. Не все ли равно, что он о ней подумает? Может, он приехал всего на одну ночь, как большинство бродяг. А потом она его больше никогда не увидит.Кортни, пригибаясь под окнами столовой, осторожно прокрадывалась к двери, совершенно забыв про узел с грязным бельем, который так и остался у нее в руках. Ей хотелось только добраться до своей комнаты, спрятать газету и вернуться к работе.С улицы Чарли и Снаб наблюдали за странными маневрами девушки. Что это с ней, черт возьми? Почему она украдкой заглядывает в парадную дверь, вместо того чтобы просто открыть ее, а потом вдруг прижимается спиной к стене, словно прячется от кого-то?В этот момент дверь широко распахнулась и на пороге появился незнакомец. Решительным шагом он спустился с крыльца и направился к своей лошади. Заглядевшись на гангстера, старики не заметили, как Кортни потихоньку юркнула в гостиницу. Наконец Снаб увидел, что ее нет.— Что все это значит?Чарли смотрел, как незнакомец вел свою лошадь в конюшню.— Ты о чем?— Похоже, мисс Кортни прячется от этого парня.— Ну и правильно делает, черт возьми! Вспомни, что случилось с тем преступником, Поликэтом Паркером. Забрался в ее комнату и до смерти напугал девушку своими пьяными приставаниями. Не знаю, чем бы кончилось дело, если б Гарри не услышал ее крики и не схватил свой дробовик. А потом тот придурок-ковбой, что пытался прямо на улице схватить ее. Она тогда сильно подвернула лодыжку, упав с его лошади. А тот…— Да ладно, не продолжай, Чарли, я и так прекрасно знаю, что ей не сладко приходится в этом городке. Видимо, этого парня она тоже сочла опасным, вот и прячется от него.— Возможно. Но когда это она выходила из гостиницы только ради того, чтобы спрятаться от мужчины? Ты помнишь такое?— Пожалуй, нет.— Значит, он ее заинтересовал.— Черт побери, Чарли, что ты мелешь!— А что тут такого? — усмехнулся Чарли.— Но… Я думал, она собирается замуж за Рида Тэйлора.— Этого хочет ее мачеха. Но Матти Кэйтс сказала, что Рид нравится мисс Кортни не больше, чем Поликэт.Кортни, перед тем как убежать к себе в комнату, быстро заглянула в книгу регистрации. Его звали Чандос. Больше ничего — только имя. Глава 7
— Поторопись, пожалуйста, Кортни, я не намерена ждать целый день. Ты еще обещала помочь мне выбрать материал для нового платья.Кортни обернулась через плечо на Матти Кэйтс, сидевшую на перевернутом бочонке для стирки, и фыркнула:— Если уж ты так торопишься, иди сюда и помоги мне развесить простыни.— Ты что, шутишь? Да меня дома ждет стирка! А у Пирса такие тяжелые штаны! Нет, мне надо приберечь силы. Если я начну работать сейчас, то у меня руки отсохнут. И зачем только я вышла замуж за такого здоровенного мужика?— Может, потому что любишь его? — усмехнулась Кортни.— Возможно, — отозвалась Матти.Матти Кэйтс была на редкость противоречива. Маленькая голубоглазая блондинка, обычно приветливая и бойкая, иногда вдруг замыкалась и уходила в себя. При всей кажущейся независимости, а порой и такой же властности, как у Сары, в глубине ее души таились неуверенность и сомнения, о которых знали лишь ее ближайшие подруги. Кортни была одной из них.Матти твердо верила, что жизнь дает человеку то, что он сам вложил в нее, и что каждый волен вести себя по собственному разумению. Она частенько повторяла: «Если сам о себе не позаботишься, то никто о тебе не позаботится».Матти личным примером доказала справедливость своей философии, преодолев нерешительность и завоевав Пирса Кэйтса два года назад, когда он, как и многие другие, приударял за Кортни.Матти никогда не держала зла на подругу за то, что та когда-то нравилась Пирсу. Она искренне радовалась чудесному превращению Кортни из гадкого утенка в прекрасного лебедя и находила забавным, что мужчины, прежде почти не замечавшие Кортни, теперь из кожи вон лезли, стараясь завоевать ее расположение.Иногда Матти думала о Кортни как о собственном творении. Конечно, не о ее красоте, которая стала гораздо заметнее, когда Кортни подросла на несколько дюймов, а тяжелая работа согнала с ее тела остатки детского жирка. Но Кортни уже не была такой застенчивой и пугливой, как раньше, и уже не считала удары судьбы заслуженной карой. Эти перемены внесла сама жизнь, но Матти радовалась, что и она наделила подругу толикой смелости.Кортни теперь даже возражала Cape — не всегда, но гораздо чаще, чем раньше. Даже Матти не удавалось совладать с подругой, ибо Кортни начинала понимать, каким мужеством наградила ее природа.Кортни поставила пустую корзину для белья в корыто рядом с Матти.— Ну, мисс Нетерпение, пойдем!— Может, все-таки переоденешься и причешешься?Кортни потянула за ленту, которая стягивала ее длинные каштановые волосы, и пригладила свои локоны.— Вот так! Матти засмеялась:— Да, пожалуй, тебе не стоит переодеваться — твои старые платья все равно смотрятся лучше, чем мои самые нарядные ситцевые.Щеки Кортни слегка порозовели, но она отвернулась, чтобы Матти этого не заметила. Она до сих пор носила платья, купленные четыре года назад, когда она впервые приехала в Рокли. Эти платья давно были не по ней, да и светло-пастельные цвета больше подошли бы девочкам помладше. Хорошо, что старая одежда еще налезала на нее. Некоторые платья ей пришлось удлинить, но это не имело значения.И все же старая одежда Кортни из шелка и муслина, крепдешина и мохера, воротнички из тонкого кружева, фишю, баски, даже летние и зимние пелеринки из превосходного бархата были диковинкой в Рокли. Кортни не любила выделяться. На нее и без того обращали внимание.Когда молодой кузнец Ричард сделал ей предложение, Кортни так удивилась и обрадовалась, что чуть не кинулась к нему в объятия. Ей сделали предложение — самое настоящее, как и положено! Она уж думала, что никогда не дождется этого. Но оказалось, что кузнецу просто нужна жена. Он не любил Кортни. Она тоже не любила его, как не любила и Джуда Бэйкера, Билли и Пирса — всех, кто хотел жениться на ней. А уж тем более Рида Тэйлора, который сейчас домогался ее и считал свою победу предрешенной.— Матти, ты слышала когда-нибудь о мистере Чандосе?Кортни вспыхнула, сама удивившись своему вопросу. Они направлялись к гостинице, и Матти задумчиво ответила:— Трудно сказать. Похоже на имя из твоих уроков истории. Может, так звали одного из древних рыцарей, о которых ты мне рассказывала?— Да, звучит похоже.— Еще в нем слышится что-то испанское. А почему ты спрашиваешь?— Да просто так, — пожала плечами Кортни.— Ну-ка выкладывай, где ты слышала это имя, — потребовала Матти.— Сегодня утром он остановился в нашей гостинице. И я подумала, не знаешь ли ты чего-нибудь про него.— Еще один бандит, да?— Похоже, так.— Что ж, если он пожилой, спроси у Чарли и Снаба. Им известны все бандиты. А уж они-то любят посплетничать.— Он не пожилой. Ему лет двадцать пять или двадцать шесть.— Тогда они вряд ли его знают. Но если тебе интересно, скольких людей он убил…— Матти! Мне совсем не интересно знать такие вещи.— Да? Тогда что же ты хочешь услышать?— Да ничего. Совсем ничего.— Ну так зачем же спрашиваешь о нем? — Через секунду она шепнула:— Это он?Сердце Кортни подпрыгнуло, но она тотчас успокоилась. На другой стороне улицы, перед салуном Рида, стоял, прислонившись к фонарному столбу, один из двух бандитов, недавно приехавших в городок.— Нет, это Джим Уорд, — объяснила Кортни. — Он явился сюда вчера еще с одним типом.— Джим Уорд? Вот это имя мне определенно знакомо! Кажется, я видела его на одном из тех плакатов «Разыскиваются», которые Дикий Билл присылал в прошлом году из Абилина.Кортни пожала плечами.— Не понимаю, зачем шериф Хичкок присылает нам эти плакаты. У нас же никогда не было городского шерифа. — В Рокли не нашлось желающих занять этот пост, а потому преступники ездили через городок, не опасаясь, что их поймают. — Подумаешь, разыскивается! Кто в Рокли его арестует?— Верно, — согласилась Матти, — но по этим плакатам хотя бы можно узнать, от кого надо держаться подальше.— Я стараюсь держаться подальше от них всех, — заметила Кортни, поежившись.— Конечно, но ведь ты понимаешь, если бы Гарри знал, что Поликэт Паркер в розыске, он бы пристрелил его, а не просто выгнал из города.Кортни не хотела вспоминать о том случае.— Не надо об этом! Сара несколько месяцев рвала и метала, узнав о награде в тысячу долларов, которую кто-то получил в Хэйс-Сити за этого подлеца.Матти засмеялась:— Сара всегда рвет и мечет, это ее обычное состояние.Девушки перешли через улицу, надеясь укрыться от жаркого солнца. Лето уже заканчивалось, но Канзас, похоже, не знал об этом. Кортни нечасто бывала на солнце — только когда развешивала во дворе белье после стирки, но каждое лето ее кожа покрывалась легким золотистым загаром, и это ей очень шло.Подруги вошли в магазин Ларса Хэндли, и хозяин улыбнулся им. Сейчас он обслуживал Берни Бикслера, который кивнул девушкам. Четыре других посетителя слонялись по магазину, явно никуда не спеша.У Хэндли продавалось все что душе угодно. Он не торговал только мясом, но Зинг Ходжес, бывший охотник на бизонов, открыл по соседству мясную лавку. В переднем углу магазина Хэндли можно было даже побриться и постричься, а коли припрет, то и выдернуть зуб с помощью Гектора Иванса. Парикмахер арендовал у Ларса в магазине этот небольшой уголок, поскольку сомневался, оставаться ли в Рокли, и не желал тратить деньги на постройку собственного заведения.Матти подтолкнула Кортни к стене, на которой висели старые плакаты «Разыскиваются».— Вон, видишь? — просияла Матти. — «Награда в триста долларов за Джима Уорда, обвиняемого в убийстве, вооруженном грабеже и прочих многочисленных преступлениях в Нью-Мехико».Кортни внимательно рассмотрела плакат и карандашный рисунок мужчины. Он и в самом деле походил на Джима Уорда, который остановился у них в гостинице.— Здесь сказано: «Разыскивается живой или мертвый». Зачем они так пишут, Матти? Это же подстрекательство к убийству!— Им приходится так писать, иначе никто не станет ловить преступников. Неужели ты думаешь, что кто-то захочет связываться с такими крутыми парнями, зная, что их нельзя убивать? Это же борьба, и если преследователь не убьет бандита, тот убьет его. А одолев бандита, он получит награду. На одного преступника будет меньше, и честным людям станет спокойнее жить. Неужели ты хочешь, чтобы их не трогали?— Нет, конечно. — Кортни вздохнула: веские аргументы Матти убедили ее. — Просто все это очень жестоко.— Ты слишком уж мягкосердечна, — сказала Матти. — Но ты же не станешь утверждать, будто жалеешь, что Поликэта Паркера убили?— Нет.— Ну вот, а они все такие, как Поликэт, Кортни. Для всех нас лучше, чтобы они были мертвы.— Да… наверное, ты права, Матти. Матти усмехнулась:— Ты неисправима, Кортни Хортс! Ты пожалела бы и гадюку!Кортни покачала головой:— Гадюку? Ну уж нет!— Ладно, — Матти похлопала по плакату, — этот дурак мог бы по крайней мере сменить себе имя, если уж кругом развешаны его портреты.— А может, мне нравится мое имя? Девушки, вздрогнув, обернулись и увидели прямо перед собой Джима Уорда — худощавого, среднего роста, с близко посаженными глазами, крючковатым носом и длинными неровными усами. Он сорвал со стены плакат, скомкал его, сунул в задний карман, а затем вперился в Матти холодными серыми глазами. Ее красноречие тотчас иссякло. Кортни не сразу обрела дар речи:— Она ничего такого не хотела сказать, мистер Уорд.— А может, мне не нравится, когда меня называют дураком?— Вы хотите меня застрелить? — насмешливо спросила Матти, внезапно осмелев.В глазах у Кортни потемнело, а колени подкосились.— Неплохая идея, — злобно ответил Уорд.— Эй-эй! — воскликнул Ларе Хэндли. — Мне не нужны неприятности в магазине!— Тогда стой где стоишь, старик, — сурово приказал Уорд, и Ларе замолчал. — Я сам разберусь с мисс Длинный Язык. — Ларе бросил взгляд на винтовку, которую держал под прилавком, но не потянулся за ней.Все замерли, в магазине воцарилась мертвая тишина. Чарли и Снаб пришли сразу же после Уорда и теперь сидели в углу парикмахера, наслаждаясь спектаклем.Гектор, побрив клиента, заметил, что у него дрожат руки. Его посетитель вытер с лица мыльную пену, но остался в кресле, молча следя за развитием событий.Кортни едва сдерживала слезы. Боже, всего несколько минут назад она жалела этого человека, которого могли в любой момент пристрелить!— Матти! — Она старалась говорить твердо. — Пойдем, Матти!— Э, нет! — воскликнул Джим, ухватив Матти за косу и рванув ее на себя. — Длинный Язык никуда не пойдет, пока не попросит у меня прощения. А потом мы потолкуем с тобой, милашка. Ну? — обратился он к Матти.Глаза девушки вспыхнули от гнева. У Кортни перехватило дыхание.— Извините, — наконец тихо проговорила Матти.— Громче!— Извините! — сердито крикнула она. Посмеиваясь, Джим Уорд выпустил ее. Его близко посаженные глаза уставились теперь на Кортни.— Послушай, милашка, почему бы тебе не пойти со мной куда-нибудь, где мы могли бы познакомиться поближе? Я положил на тебя глаз, как только…— Нет! — выпалила Кортни.— Нет? — Его глаза сузились. — Ты мне отказываешь?— Мне… мне надо в гостиницу, мистер Уорд. Пальцы Уорда поползли по ее руке и крепко сомкнулись чуть выше локтя.— Похоже, ты плохо поняла меня, милашка. Я сказал, что нам надо поближе познакомиться, и значит, так оно и есть.— Пожалуйста… не надо! — закричала Кортни, когда он поволок ее из магазина, не обращая внимания на ее крики.— Отпусти ее, Уорд!— Что?! — Джим, остановившись, обернулся: не ослышался ли он?— Я не повторяю дважды. Джим, держа Кортни, оглядывался. Наконец он увидел говорившего.— Выбирай одно из двух, Уорд, — небрежно заметил мужчина. — Ты уходишь или мы стреляемся. Решай быстрее — у меня мало времени!Джим Уорд отпустил Кортни и потянулся за револьвером.В следующую секунду он был мертв. Глава 8
Кортни заставляла себя думать о приятных вещах. Она вспомнила, как впервые села на лошадь без дамского седла: как она испугалась и восхитилась, поняв, что ездить так намного легче. Как Матти учила ее плавать. Как она в первый раз сказала Саре, чтобы та заткнулась:Кортни с удовольствием вспомнила выражение лица мачехи.Нет, ничего не помогало! Все равно ей явственно представлялся мертвец. Кортни никогда еще не видела покойников. При ней в Рокли никого не убивали, а трупы Питера и Хайдена Сореля на ферме Брауэра в тот день, когда ее жизнь так страшно переменилась, Берни Бикслер предусмотрительно прикрыл.В магазине она безудержно рыдала, пока Матти наконец не успокоила ее и не отвела в гостиницу. Теперь она лежала на своей кровати с холодным компрессом на лбу.— Вот, выпей, пожалуйста.— Ох, Матти, перестань меня обхаживать!— Кто-то должен же тебя обхаживать, особенно после того, как Сара тебя разругала, — возразила Матти, возмущенно сверкнув голубыми глазами. — Ну и наглая же баба! Как только язык у нее повернулся обвинить во всем тебя? Уж если кого и упрекать, так только меня.Кортни приподняла компресс и посмотрела на подругу. Да, из-за своей задиристости Матти вечно нарывалась на неприятности.— Не знаю, что на меня нашло, — мягко сказала Матти, — но я горжусь тобой.

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":
Полная версия книги 'Вестерны - 4. Это дикое сердце'



1 2 3
 Uggiano в магазине Декантер