А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z


 

Джеймс Хэдли Чейз
Перстень Борджа

Глава 1

Врожденное чувство опасности разбудило Феннеля. Он поднял голову – кромешная тьма. Волны плескались о борт замершей на якоре баржи. Рядом ровно дышала Мими. Снаружи доносился мерный рокот дождя, барабанящего по палубе. Звуки успокаивали. Тогда почему же Феннель так внезапно проснулся?
Последний месяц Феннель жил под страхом смерти, инстинкты обострились. Он чувствовал – опасность приближалась.
Наклонившись, Феннель достал из-под кровати полицейскую дубинку. Закрепленный на конце кусок велосипедной цепи превращал ее в грозное оружие. Осторожно, чтобы не разбудить Мими, он выскользнул из постели и потянулся к аккуратно сложенной на стуле одежде. В его деле умение быстро одеться в темноте имело немаловажное значение. Он натянул брюки и обул ботинки на каучуковой подошве. Мими вздохнула и перевернулась на другой бок. Сжимая дубинку, Феннель двинулся к выходу.
Бесшумно отодвинув хорошо смазанный засов, он повернул рукоятку и, приоткрыв дверь на несколько дюймов, прислушался, вглядываясь в темноту. Шум дождя заглушал все звуки, но Феннель не успокоился: где-то поджидала опасность.
Осторожно он приоткрыл дверь пошире, чтобы видеть палубу, выделяющуюся на фоне черной воды в слабом свете далеких фонарей. Слева тускло мерцали огни лондонского Вест Энда. Снова Феннель прислушался и опять не услышал ничего подозрительного. Но опасность… он не сомневался в ее наличии. Согнувшись, Феннель вполз на мокрую, холодную палубу – дождь молотил по голым плечам, – подкрался к борту, губы разошлись в злобной улыбке, обнажив ряд белых зубов.
К барже медленно приближалась весельная лодка. В лодке четверо, один неторопливо греб, направляя лодку к цели.
Он прополз еще несколько метров и застыл, сжав в руке дубинку. Утверждение, что Феннель – храбрый человек, пожалуй, не соответствовало действительности. Тут его можно сравнить с леопардом. Пока есть возможность, тот всегда убегает, но, загнанный в угол, становится самым опасным и коварным хищником. И Феннель, пойманный в западню, шел на все, чтобы спасти собственную жизнь.
Он понимал, что рано или поздно его найдут. И вот они приближались к барже. Феннель не испугался, начисто забыл о страхе, как только узнал, что Морони приговорил его.
Лодка бесшумно подходила к барже. Все понимали, что Феннель – крепкий орешек, и не хотели рисковать, оставалось лишь забраться на палубу, проникнуть в каюту… и с ним покончено.
Феннель ждал, невидимый в темноте. Лодка коснулась баржи в четырех метрах от него. Мужчина на носу встал, уцепившись за борт, одним движением взлетел на палубу, наклонившись, подал руку одному из своих спутников. Когда тот ступил на палубу, Феннель бросился вперед, взмахнув дубинкой. Цепь ударила первого по лицу. Мужчина издал дикий вопль, покачнулся и рухнул в воду. Второй мужчина выхватил нож, но цепь обвилась вокруг шеи, отбросив его назад. Он замахал руками, но, не найдя опоры, исчез за бортом.
Феннель, ухмыляясь, скрылся в тени. Двое в лодке его не видели, так как фонари набережной находились за их спинами.
После короткого замешательства лодка отошла от баржи.
Феннель видел, как двое с трудом вылезли из воды. Когда лодка скрылась в темноте, он встал и, наклонившись, опустил цепь в воду, чтобы смыть кровь. Ледяной дождь по-прежнему барабанил по спине; они могут вернуться, и тогда их не застать врасплох.
Значит, надо уходить отсюда, и уходить быстро.
Феннель вернулся в каюту, зажег свет. Женщина сидела на постели.
– Что это, Лью?
Не обращая внимания, Феннель прошел в маленькую ванную и, включив горячую воду, забрался под душ. Господи, как он замерз!
Мими подошла к двери.
– Лью, что случилось?
Феннель, не отвечая, выключил воду и сдернул с вешалки полотенце.
– Лью!
– Дай рубашку… И не стой как статуя!
– Что случилось? Скажи, Лью, что происходит?
Мужчина прошел в каюту, вытащил из шкафа рубашку, брюки, свитер под горло, черный пиджак с кожаными нашлепками на локтях, быстро оделся.
Мими, не шевелясь, стояла на пороге.
– Почему ты молчишь? – взвизгнула она. – Что произошло?
Феннель коротко взглянул. Все-таки она помогла. Морони потребовалось четыре недели, чтобы выйти на его след.
– Маленькая неприятность. Пустяк. Не волнуйся, иди спать.
– Почему ты оделся? – Мими вошла в комнату. – Зачем?..
– Помолчи, а? Я ухожу.
– Уходишь? Почему? Куда?
Феннель схватил со стола пачку сигарет. После горячего душа он чувствовал себя уверенней.
– Ложись в постель. Простудишься. Мне надо позвонить.
– Ты не можешь бросить меня! – Мими схватила его за руку. – Я сделала для тебя все! Ты не уйдешь.
– Заткнись! – рявкнул Феннель и, вырвав руку, направился к телефону. Набрал номер, посмотрел на часы. Без десяти четыре. После нескольких гудков на другом конце провода сняли трубку.
– Кто это, черт побери? – послышался сонный голос.
– Джейси? Это Лью.
– О Боже, я сплю!
– Можешь заработать двадцать фунтов. Возьми машину, через двадцать минут жди меня у бара «Корона» на Кинг-роуд.
– Рехнулся? Посмотри на часы. Что случилось? В такую погоду может утонуть даже утка.
– Двадцать фунтов – двадцать минут, – спокойно повторил Феннель.
Длинная пауза… В трубке лишь тяжелое дыхание Джейси.
– «Корона»?
– Да.
– Чего не сделаешь для друга… еду!
Феннель положил трубку.
– Ты не уйдешь! – Лицо Мими покрылось красными пятнами. – Я не пущу тебя!
Феннель вытащил ящик туалетного столика и переложил в карманы пиджака безопасную бритву, тюбик крема для бритья, зубную щетку, расческу. Мими вновь вцепилась в его руку.
– Я сделала для тебя все! Паршивый каторжник! Без меня бы ты сдох с голоду!
Он оттолкнул Мими, подошел к каминной полке, подхватил большой фарфоровый чайник.
– Не тронь! – Она бросилась к Феннелю, пытаясь отнять чайник, хранивший ее сбережения.
– Спокойно, Мими, – процедил Феннель. – Мне нужны эти деньги. Я все верну… обещаю.
– Нет!
Левой рукой женщина схватила чайник, правой попыталась вцепиться ему в волосы. Феннель дернул головой, отпустил чайник, и в следующее мгновение его кулак врезался в челюсть Мими. Подруга отлетела на пару метров, растянулась на полу. Чайник разлетелся на куски, монеты покатились по всей комнате.
Феннель наклонился, ухватил несколько свернутых в трубочку десятифунтовых банкнот, не взглянув на лежащую без сознания женщину, сунул деньги в карман, прихватил со стола дубинку, выбрался на палубу.
Дождь лил не переставая. Феннель несколько секунд привыкал к темноте, оглядел набережную: ничего подозрительного! Сбежал по настилу, снова прислушался и, сжимая в руке дубинку, заскользил вдоль стены.
Если Джейси опоздает, все пропало. Сначала им понадобится остановить кровь. Затем кто-то позвонит Морони и доложит о неудаче. Морони тут же пошлет боевиков. Феннель решил, что в его распоряжении не больше получаса.
Волновался он напрасно: у «Короны» замер «Моррис» Джейси. Феннель перебежал дорогу, открыл дверцу, влез в кабину.
– Поехали к тебе, Джейси.
– Одну минуту, – ответил тот. Свет уличного фонаря освещал морщинистое лицо дружка. – Что случилось?
Феннель сжал его руку.
– Поехали, быстро! – рявкнул он.
Джейси поймал его взгляд, хмыкнул, включил мотор. Через десять минут оба сидели в комнатке с обшарпанной мебелью. С грязного потолка свисала тусклая лампочка.
Джейси достал бутылку виски, налил два стакана. Он работал клерком у букмекера и выполнял различные поручения местных громил, чтобы заработать пару-тройку фунтов. С Феннелем он познакомился в Порхесте, в тюрьме, куда попал за неудачную попытку сбыть фальшивые деньги. Феннель сидел за вооруженное ограбление. После освобождения они продолжали встречаться, и Джейси льстило, что такая знаменитость, как Феннель, проявляет к нему интерес. Теперь Джейси жалел об этом знакомстве. По городу пополз слух, что Феннель заговорил, и пятеро людей Морони угодили в полицейскую ловушку. Джейси знал, что Морони поклялся убить Феннеля, но жадность не позволила упустить двадцать фунтов.
Феннель положил на стол две десятифунтовые банкноты.
– Держи, Джейси. Я останусь у тебя на пару дней.
У Джейси округлились глаза. К деньгам он не прикоснулся.
– Нельзя, Лью. Опасно. Если они узнают, что ты здесь жил, меня зарежут.
– Я могу сделать то же самое, – мягко заметил Феннель. – И я уже здесь.
Джейси почесал небритый подбородок. Действительно, Морони далеко и, вероятно, спит, а Феннель на расстоянии вытянутой руки. И еще неизвестно, кто из них опаснее.
– Хорошо, – ответил он. – Два дня… но не больше.
– Через два дня я буду далеко, – успокоил его Феннель. – Я получил работу. Возможно, я больше не вернусь в Лондон. – Он допил виски, прошел во вторую комнату и, скинув ботинки, лег на единственную кушетку. – Поспи на полу и погаси эту поганую лампу.
– Устраивайся поудобнее, – недовольно пробурчал Джейси, встал и выключил свет.
Неделей раньше Гэрри Эдвардс прочитал в «Дейли телеграф» объявление:
«Требуется опытный пилот вертолета для выполнения необычного задания. Исключительно высокое вознаграждение. Просьба прислать биографические данные и фотографию. Почтовый ящик С. 1012».
Перечитал объявление и задумался. Гэрри понравились слова «необычного» и «исключительно». Он искал необычную работу и остро нуждался в деньгах. Поэтому, не посоветовавшись с Тони, направил письмо по указанному адресу, красочно описав в нем свои профессиональные достоинства и вложив в конверт паспортную фотографию.
По прошествии недели Гэрри потерял всякую надежду и на работу, и на вознаграждение. В то холодное, дождливое февральское утро он сидел в гостиной Тони, лениво перелистывая газету.
Гэрри Эдвардсу, высокому мужчине мощного телосложения, с веселыми карими глазами и обаятельной улыбкой, было двадцать девять лет.
С Тони Уайт он познакомился на пароме Кале – Дувр. К счастью, она была в баре, когда Гэрри поднялся на борт в сопровождении двух хмурых детективов. Они вернулись на причал лишь перед самым отплытием парома, и Гэрри, помахав им рукой, прошел в бар первого класса, чтобы отметить свое освобождение.
Тони, блондинка двадцати двух лет с большими голубыми глазами, обрамленными длинными густыми ресницами, в мини-юбке, сидела на стуле у стойки. Гэрри заказал двойной виски с содовой и, подняв бокал, улыбнулся Тони.
Девушка взглянула на Гэрри и улыбнулась в ответ.
Гэрри разбирался в женщинах, чтобы понять, что означает подобная улыбка.
– Я хотел бы познакомиться с вами поближе. – Он допил виски. – Мы прибудем в Дувр через час. Можно мне снять каюту?
Тони понравилась его решительность. Она засмеялась и кивнула.
В каюте они задернули шторы и закрыли дверь на ключ. Потом стюарду пришлось несколько раз напоминать, что паром уже в Дувре и они рискуют снова уплыть во Францию.
В поезде Дувр – Лондон Тони рассказала, что работает манекенщицей, у нее двухкомнатная квартира в Челси, и если ему нужна крыша над головой, то… «Ну, милый, почему бы тебе не пожить у меня?»
Гэрри предполагал остановиться в скромном отеле, пока не подвернется прибыльная работенка, и, естественно, с радостью согласился.
Он жил у Тони уже три недели, так и не найдя прибыльной работы. Хозяйка лишь смеялась над его хлопотами.
– Зачем тебе это нужно? – спрашивала она, усевшись к нему на колени. – Я зарабатываю на двоих…
Гэрри допил холодный кофе, скорчил гримасу и, подойдя к окну, посмотрел на медленно движущиеся автомобили и поток торопящихся пешеходов. Заметив почтальона, поспешил к входной двери.
На этот раз среди пятнадцати писем от поклонников Тони оказалось одно и для него. Гэрри разорвал конверт и вытащил лист плотной бумаги.
...
«Отель „Ройял Тауэрс“
Лондон W. I.
Не мог бы мистер Гэрри Эдвардс прийти по указанному выше адресу в 11.30 утра 11 февраля и спросить мистера Армо Шалика (касательно „Дейли телеграф“, почтовый ящик С. 1012)».
Ну конечно, подумал Гэрри, он обязательно посетит мистера Армо Шалика. Такое имя в сочетании с адресом просто пахло деньгами. Он присел на краешек кровати. Тони потянулась, открыла глаза.
– Я получил письмо.
Она вопросительно взглянула на Гэрри.
– Откуда?
Он рассказал об объявлении в «Дейли телеграф», протянул письмо.
– «Ройял Тауэрс»! Самый современный отель Лондона! А имя?! Армо Шалик! Так и вижу сундуки, набитые золотом и алмазами! – Тони бросила письмо на пол и обняла Гэрри.
Ровно в половине двенадцатого он появился в отеле «Ройял Тауэрс» и спросил мистера Шалика. Портье оглядел Гэрри с головы до ног, снял телефонную трубку, набрал номер, что-то спросил и положил ее на место.
– Десятый этаж, сэр. Номер двадцать семь…
Гэрри вошел в приемную. За столом с тремя телефонами, пишущей машинкой и портативным диктофоном – женщина лет тридцати пяти.
– Мистер Эдвардс? – вопросил металлический голос.
Гэрри секретарь не понравилась. Несмотря на хорошую фигуру, красивое платье и модную прическу, полное отсутствие женского обаяния – пустое, ничего не выражающее лицо робота.
Женщина нажала на кнопку:
– Мистер Эдвардс здесь, сэр.
Вспыхнула зеленая лампа. Мистер Шалик берег горло, предпочитая не говорить, а нажимать кнопки.
Секретарь распахнула дверь и отступила на шаг.
Улыбка Гэрри вновь отлетела от непроницаемого лица, как теннисный мячик от стенки.
Эдвардс прошел в большую светлую комнату, обставленную старинной мебелью. На стенах – картины кисти мастеров прошлого.
За широким столом, с сигарой во рту – толстый мужчина небольшого роста. Гэрри решил, лет сорока пяти – сорока шести. Темные, коротко подстриженные волосы, смуглая кожа, черные блестящие глаза указывали на восточное происхождение мистера Шалика.
– Присядьте, мистер Эдвардс. – Пухлая кисть указала на стул.
Гэрри сел.
Шалик выпустил кольцо ароматного дыма, взял со стола лист бумаги, в котором Гэрри узнал свое письмо, и после короткого раздумья порвал его на четыре части.
– Вы пилот вертолета, мистер Эдвардс? – Темные глаза разглядывали кончик сигары.
– Совершенно верно. Я прочитал ваше объявление и подумал… – Шалик нетерпеливо махнул рукой. – Этот вздор, который вы сообщили о себе… по меньшей мере доказывает, что у вас богатое воображение.
Гэрри оцепенел.
– Не понимаю, что вы имеете в виду?
– Ваши выдумки забавны, – Шалик пожал плечами, – но мне интересны факты. Вы – Гэрри Эдвардс, двадцати девяти лет, родились в Огайо. Ваш отец – владелец станции технического обслуживания автомобилей. После окончания колледжа вы начали работать у отца, но между вами возникли трения. Кто был прав, кто виноват – меня, естественно, не интересует. У вас появилась возможность научиться управлять летательными аппаратами, и вы ею воспользовались. Вы – прирожденный механик. Вы устроились воздушным шофером к одному техасскому нефтепромышленнику и неплохо зарабатывали. Деньги шли на банковский счет. Но тихая жизнь вам не по душе. Вы познакомились с контрабандистом, нелегально переправляющим мексиканцев в Штаты. Он убедил вас войти в долю. После успешного завершения операции вы решили самостоятельно заняться этим прибыльным делом. Отправились в Танжер, купили самолет и переправляли во Францию партии различных товаров. Какое-то время вы процветали. Но однажды вы пожадничали: ошибка, характерная для большинства контрабандистов, и вас арестовали. Вашему второму пилоту удалось поднять самолет в воздух, пока вы дрались с полицейскими. Он продал самолет и положил деньги в банк на ваше имя. Вы получили их, выйдя из тюрьмы, где провели три года. Вас выдворили из Франции, и вот вы здесь. – Шалик погасил сигару и взглянул на Гэрри. – Вы, вероятно, подтвердите правильность полученной мной информации?
Гэрри засмеялся.
– До последнего слова. – Пилот встал. – Попытка – не пытка. Не смею больше отнимать ваше время…
Шалик взмахом руки остановил Эдвардса.
– Сядьте. Скорее всего вы тот человек, который мне нужен. Удостоверение летчика и разрешение на управление вертолетом есть?
– Разумеется. – Гэрри положил на стол пластиковую папку и снова сел.
Шалик внимательно просмотрел бумаги, возвратил папку Гэрри.
– Благодарю. – Достал из ящика новую сигару. – Мистер Эдвардс, буду ли я прав, утверждая, что вы согласны на не совсем честную работу при условии хорошей оплаты?
Гэрри улыбнулся:
– Нельзя ли конкретнее? Что вы подразумеваете под «не совсем честной»?
– Я имею в виду этические проблемы. Хочу подчеркнуть, что вознаграждение достаточно велико и вам не придется иметь дело с полицией.
1 2 3