А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Это была действительно подсадка. Едва я успел вернуться и удобно расположиться в моем любимом кресле, как ворвались три бульдога в полицейской форме. Они искали китайца, но я сказал, что они, должно быть, спятили и что китайцев нужно искать в Китае.
– Но почему? – изумленно спросила Пола.
– Представь, если бы они нашли его в нашей приемной. Меня бы тут же поволокли в участок, и пришлось бы долго отмазываться. А кому-то нужно изолировать меня на некоторое время, чтобы добраться до этой мисс Дэйли. Бульдоги несколько поостыли, когда ничего у нас не нашли. Они обыскали и соседние офисы. Если бы они нашли эти шесть тысяч, то мне бы пришлось долго объяснять, откуда они у нас.
– Что бы это все значило? – спросила Пола.
– Хотел бы я знать. Пока это сплошная загадка и для меня. Тебе удалось что-нибудь выудить из мисс Дэйли? Пола отрицательно покачала головой.
– Она всю дорогу молчала. Я пыталась прощупать ее, но она сказала, что будет разговаривать только с тобой. Феннер допил виски и затушил сигарету.
– Нам придется вплотную заняться этим делом. Деньги надо отработать.
Пожилой человек с худым, обтянутым желтой кожей лицом, на котором выделялись только нос и подбородок, вошел в бар и сел за несколько столиков от них. Едва взглянув на него, Пола поняла, что он, должно быть, недавно плакал. «Что у него стряслось?» – подумала Пола. Ход ее мыслей нарушил вопрос Феннера:
– А что ты все-таки думаешь об этой дамочке, назвавшейся мисс Дэйли?
Пола поняла, что его интересует общее впечатление.
– Она, несомненно, образованна. Из богатой семьи, если судить по ее дорогой одежде. Насмерть напугана. О ее возрасте можно только догадываться, и тут я боюсь ошибиться. Думаю, ей не больше двадцати пяти лет, хотя допускаю плюс-минус пять лет. Если производимое ею впечатление добропорядочности обманчиво, то она хорошая актриса. Она мало пользуется косметикой и много времени проводит на солнце. На вид скромна…
Феннер кивнул головой:
– Да, мне тоже так показалось. Она выглядит скромницей. Тогда почему она разделась передо мной, чтобы показать кровоподтеки?
Пола поставила свой стакан на стол и удивленно взглянула на Феннера:
– Да? Это для меня что-то новое.
Феннер показал свой пустой стакан официанту.
– Да, я же тебе не рассказал. Когда Мэриан была у меня, позвонил какой-то мужчина и сказал, что она чокнутая. И вот тут-то она занялась стриптизом. Что-то в этом ее поступке настораживает. Такие действия никак не вяжутся с ее внешним обликом. Раздеваться перед незнакомым мужчиной?
– Ты – частный детектив. Возглавляешь сыскную контору. Вот она и пришла к нам, как если бы пришла на прием к врачу.
А что? Кто-то ее здорово поколотил?
– Похоже, что так. Синяки на ее спине были видны настолько отчетливо…
– Скорее всего она продемонстрировала их тебе для пущей убедительности. Чтобы ты действительно не принял ее за сумасшедшую и поверил в то, что она попала в переделку.
Феннер задумчиво кивнул:
– Скорее всего, что так. Но все это мне не нравится. Пока официант готовил ему новую порцию виски, Пола еще раз взглянула на пожилого мужчину за соседним столиком.
– Не оглядывайся, – сказала она Феннеру. – По-моему, папаша за тем столиком пристально тебя рассматривает.
– Ну и что из того? Может быть, ему нравится мое мужественное лицо.
– Вполне возможно. Не ты, случайно, играл Джеймса Бонда? Мужчина, о котором шла речь, поднялся и подошел к их столику. Он помялся в нерешительности. В его глазах застыла глубокая печаль. Пола поощрительно улыбнулась ему. Наконец он обратился к Феннеру:
– Извините, вы мистер Феннер?
– Совершенно точно, – без особого энтузиазма ответил тот.
– Меня зовут Линдсей. Эндрю Линдсей. Мне нужна ваша помощь.
Феннер недовольно заерзал на стуле.
– Рад с вами познакомиться, мистер Линдсей, но вряд ли я смогу чем-нибудь помочь. Линдсей обескураженно посмотрел, на Феннера, потом на Полу, как бы ища у нее поддержки.
– Присаживайтесь, мистер Линдсей, – пригласила Пола. Феннер бросил на нее недовольный взгляд, который она оставила без внимания. Линдсей поколебался и сел на указанный ему стул. Пола продолжала деликатничать, что выводило встревоженного Феннера из себя.
– Понимаете, господин Феннер – очень занятой человек, но я не припомню случая, чтобы он отказывал тем, кто попал в беду.
«Придется подкинуть ей, когда останемся одни», – подумал Феннер без злобы.
Он кивнул Линдсею, делая хорошую мину при плохой игре:
– Конечно. Что у вас стряслось?
– Господин Феннер, я читал в газетах, как вы блестяще раскрутили это дело с похищением мисс Блэндиш. Сейчас я оказался в подобной ситуации. Вчера исчезла моя дочь.
Две скупые слезы сбежали по его впалым щекам. Феннер отвел глаза.
– Умоляю вас, господин Феннер. Помогите мне найти мою дочь. Она для меня единственное, что осталось в жизни. Одному Богу известно, что с ней.
Феннер прикончил вторую порцию виски и со стуком поставил стакан на стол.
– Вы заявили в полицию? Линдсей утвердительно кивнул.
– Похищение – это дело федеральной полиции, и тут я вряд ли смогу сработать лучше, чем ФБР. Наберитесь терпения, и они отыщут ее.
– Но, мистер Феннер…
Феннер категорически покачал головой и решительно встал:
– Извините, но сейчас я не могу этим заняться. Лицо Линдсея скривилось, как у ребенка, у которого отняли любимую игрушку. Он взял Феннера за рукав:
– Прошу вас, сделайте это для меня. Вы не пожалеете. Я заплачу вам любой гонорар. Вы найдете мою дочь быстрее, чем кто бы то ни было. Я знаю, вы сможете.
Глаза Феннера были холодны и бесстрастны. Он решительно снял руку Линдсея со своего локтя.
– Послушайте. Я сам себе хозяин. Если я хочу, я берусь за задание и, надеюсь, выполняю его хорошо. Если же не хочу или не могу, то отклоняю его. Сейчас именно такой случай. Я уже взялся за одно дело со многими неизвестными. Очень сожалею, что ваш ребенок попал в беду, но ничем не могу помочь. ФБР – достаточно мощная организация и может позаботиться не только!о вашей дочери, но и о сотнях других. Я этим не занимаюсь. Извините.
Он кивнул Поле и вышел из бара. Линдсей беспомощно опустил руки и тихонько заплакал. Пола утешительно погладила его по руке и поспешила за Феннером, который ждал ее в холле.
– Ты мне эти штучки брось, – сердито сказал Феннер. – Мы сыскное агентство или выездной бордель? Пола одарила его убийственным взглядом:
– У этого старика пропала единственная дочь. Для тебя это что-нибудь значит, или ты – бесчувственный болван?
– Для меня это значит навесить на свою шею еще одно дело. Отправляйся в офис. Нам предстоит нелегкая работа.
Пола смерила его презрительным взглядом, круто развернулась и пошла к остановке такси, выражая негодование своими крутыми бедрами.
В вестибюле к Феннеру подошел высокий молодой мужчина:
– Я инспектор Гроссет из уголовной полиции. Мне необходимо с вами поговорить.
– Послушай, парень. Мне сейчас некогда. Зайди завтра в мой офис, когда меня там не будет.
Гроссет кивком головы указал на двух дюжих полицейских в штатском, преградивших Феннеру выход.
– Мы можем поговорить, не откладывая это дело в долгий ящик. У нас здесь тоже есть «офис». Феннер усмехнулся.
– Задержание? Ну ладно, поговорим прямо здесь, и побыстрее.
В этот момент в дверях вновь появилась Пола.
– Я забыла одну вещь в баре. Подожди меня здесь, милый, – пропела она, многозначительно глянув на полицейских. Через мгновение она скрылась в дверях бара. Линдсей все так же понуро сидел за своим столиком. Она присела рядом с ним.
– Пожалуйста, не думайте плохо о мистере Феннере. Он действительно начал серьезное расследование. А когда он работает, то целиком отдается делу. Поймите, ему нельзя распыляться.
Линдсей поднял голову и посмотрел на хорошенькую секретаршу.
– Мне не следовало к нему обращаться, но моя дочь для меня все.
Пола открыла свою сумочку и вытащила плоскую записную книжку.
– Расскажите мне все обстоятельства похищения вашей дочери. Я ничего не могу обещать, но возможно, мне удастся его уговорить.
В глазах несчастного отца вспыхнула надежда.
– Конечно, конечно. Что вас интересует в первую очередь?
Феннер прошел за Гроссетом в дальний тихий угол вестибюля, и они уселись в удобные кресла, стоявшие около журнального столика. Он посмотрел на инспектора настороженно и недоверчиво. Гроссет вел себя нарочито уверенно, и детектив понял, что ничего серьезного у того не было. Инспектор достал тонкий золотой портсигар и предложил Феннеру длинную сигарету с золоченым фильтром.
– Неплохо живете, – сухо заметил Феннер.
– Раньше вы не попадали в поле нашего зрения. Я проверил вашу лицензию и знаю, что вы загребли кучу денег, распутав это дело с похищением девушки. Ее, кажется, звали мисс Блэндиш? Тогда вы были начинающим детективом в Канзас-Сити. Потом вы перебрались сюда и основали свое дело, не так ли?
Феннер выпустил струю дыма.
– Это беллетристика. Не пора ли приступить к делу? Гроссет невозмутимо продолжал:
– С полгода вы сшивались в Нью-Йорке, но без особого успеха.
Феннер безразлично зевнул.
– Во-первых, выбирайте слова, если хотите со мной говорить. А во-вторых, я сам себе хозяин и в отличие от вас могу выбирать.
– Сегодня утром мы получили в отношении вас довольно серьезную наводку.
– Неужели? – усмехнулся Феннер. – Настолько серьезную, что вы прислали ко мне троих своих дуреломов, перевернувших все вверх дном в моей конторе и убравшихся ни с чем?
Но Гроссета не так-то легко было вывести из себя. Он приятно улыбнулся.
– Ну куда уж нам до вас! Тем не менее мы обыскали весь квартал и что бы вы думали нашли? Какого-то чинка «Чинк – презрительная кличка выходцев из Китая и стран Юго-Восточной Азии.» с перерезанным горлом. Кстати, в одном из офисов неподалеку от вас.
Феннер поднял брови, разыгрывая крайнее удивление:
– Да что вы говорите? Хотите, чтобы я нашел вам того, кто его убил?
– Человек, позвонивший нам утром, сказал, что мертвый китаец находится в вашем офисе.
– Какая досада. Они что, подсадили его не в ту комнату? Гроссет решительно затушил окурок в пепельнице.
– Послушайте, Феннер, нам не следует враждовать. Я выкладываю свои карты на стол. Этого китайца прикончили около полутора суток тому назад. Наводка была сработана грубо, и мы, конечно, сразу догадались, что это подсадка, но были обязаны проверить. Но этот китаец нас заинтересовал. Мы бы хотели знать, кто он и за что ему перерезали глотку. У вас есть на этот счет какие-нибудь соображения?
Феннер озадаченно почесал нос.
– Послушайте, коллега. Ваша речь меня очень растрогала. Поверьте, если бы я что-нибудь знал об этом деле, то немедленно сообщил вам. И уж, конечно, сразу же передал бы вам дохлого китайца. Не тратиться же на его похороны. Но дело в том, что я его никогда не видел и, надеюсь, не увижу.
Гроссет задумчиво посмотрел на Феннера.
– Да, люди, характеризовавшие вас, были совершенно правы. Вы предпочитаете работать в одиночку и передаете дело нам, лишь полностью раскрутив его. Хорошо. Пусть будет по-вашему. Мы поможем вам в этом деле всем чем сможем. Но если вы зашьетесь, то мы уже не сможем вам помочь и, может случиться, сотрем в порошок.
Феннер насмешливо посмотрел на него и встал:
– Надеюсь, у вас все? Разрешите приступить к работе? Гроссет кивнул, не уловив иронии.
– Не пропадайте, Феннер. Уверен, что скоро мы с вами вновь встретимся.
Он махнул своим подручным и направился к двери. Как раз в этот момент из коктейль-бара выпорхнула оживленная Пола и поспешила к собравшемуся уходить Феннеру.
– Где ты была? – неприветливо спросил детектив.
– Послушай, Дэйв. Я разговаривала с мистером Линдсеем. Записала все подробности похищения его дочери. Ну почему ты не хочешь помочь ему?
Феннер окинул ее холодным взглядом.
– Послушай, детка. Ты не носишь накладок на заднем месте?
– Какое тебе дело, что я ношу? У меня, по-моему, и так все на месте.
– Жаль. Когда мы вернемся в нашу берлогу, я так тебя отшлепаю, что ты у меня две недели не сядешь. И больше ни слова об этом Линдсее и его дочке. Они меня не интересовали, не интересуют и никогда не заинтересуют. У меня и без того полно забот. Дай Бог расхлебать до конца жизни.
– С твоим умишком тебе вовек не расхлебать. Дернул же меня черт связаться с таким бесчувственным чурбаном, – пробурчала Пола, шагая за ним к выходу.
Когда они вернулись в офис, Феннер прошел прямо в кабинет занял свою излюбленную позу и закурил.
– Иди-ка сюда, ежик, – крикнул он Поле. Она проскользнула в дверь и села около него, держа наготове блокнот и карандаш. Феннер покачал головой:
– Я не собираюсь ничего диктовать. Просто посиди со мной.
Пола смиренно сложила руки на коленях.
– О'кей. Я еще не была в роли бессловесной сиделки. Не поддаваясь на ее ехидные замечания, Феннер задумчиво произнес:
– Может быть, надо было сообщить о деньгах полиции, и они помогли бы мне выйти на след. Гроссета интересует этот китаец. Но тогда пришлось бы всем делиться с этим цепким парнем, и плакали наши денежки.
– А почему бы и нет? Он мог бы помочь тебе отыскать эту девушку…
– Ты опять за свое?
– Я имею в виду мисс Дэйли.
Феннер отрицательно помотал головой, как бы убеждая самого себя:
– Нет, здесь мне придется покрутиться самому. Что-то мне подсказывает – полицию не следует вмешивать в это дело. Пола взглянула на часы. Было около пяти.
– Ну ладно, мыслитель, я пошла работать. Все равно сейчас вряд ли что-нибудь придумаешь.
– Сиди, – раздраженно приказал ей Феннер. – Пока что я тебе плачу деньги.
– Я бы не сказала, что очень большие, – огрызнулась Пола, усаживаясь поудобнее в кресле.
Она знала, что, когда он в таком настроении, ему лучше не перечить.
– Если эта дамочка не объявится, то не знаю даже, с чего и начать. Абсолютно никакой зацепки. Мы не знаем, кто она, откуда приехала. Единственно, что нам известно, так это то, что у нее есть сестра, как-то связанная с двенадцатью китайцами. Если тот мертвый китаец – один из них, то остается одиннадцать. Отвалить такую кучу денег – и смыться. Тут что-то не так.
– А может быть, она заметила какого-нибудь знакомого, испугалась и поэтому рванула от меня сломя голову? – вставила Пола.
Феннер обдумал эту возможность.
– Ты не заметила никого подозрительного, кто бы мог так ее напугать?
Пола покачала головой.
– Нет, ты же знаешь, что в это время на улицах только наша благопристойная балтиморская публика.
– А это мысль.
Феннер вскочил со своего крутящегося кресла и принялся расхаживать по кабинету.
– Ну, конечно же, она чего-то напугалась и поэтому убежала. Надо ждать ее телефонного звонка. Как только она позвонит, немедленно сообщи мне. Ты будешь знать, где меня разыскать.
– Может быть, еще перетащить свою кровать сюда или ночевать прямо здесь на столе? Боюсь, что люди нас не правильно поймут.
– Пусть это тебя не беспокоит. У меня достаточно хорошая репутация, и никто меня не заподозрит в совращении несовершеннолетней.
– Мне уже двадцать, – выпалила Пола и хлопнула дверью. Феннер рассмеялся и поднял трубку телефона.
– Управление федеральной полиции? Позовите, пожалуйста, инспектора Гроссета. Скажите ему, что с ним хочет поговорить Феннер.
Вскоре в трубке раздался бодрый голос Гроссета:
– Хеллоу, Феннер. Решил все же поговорить со мной?
– Пока еще нет, но может быть. Хотел у тебя кое-что спросить относительно этого китайца, которого вы нашли. При нем не было чего-нибудь интересного?
– Ну, ты, парень, однако, нахал, – рассмеялся Гроссет. – Уж не думаешь ли ты, что ФБР станет поставлять тебе информацию?
– Нет, я так не думаю, – отрубил Феннер. – События только начинают раскручиваться, и у меня предчувствие, что если они наберут обороты, то вам придется расследовать еще не одно убийство. В наших обоюдных интересах предотвратить их.
– Еще раз предупреждаю тебя, Феннер, если ты что-то скрываешь, что могло бы помочь начатому нами следствию, то я тебе не завидую.
Феннер недовольно заерзал в кресле.
– Слушай, парень, ты наводил обо мне справки и должен знать, что меня не так-то легко запугать. И потом, я имею полное право сохранять инкогнито моего клиента. Так что не будем терять времени. А теперь твой ход. За мной не заржавеет. Верну с процентами, как только что-нибудь раскопаю. Идет?
– Тебе палец в рот не клади, – с сожалением в голосе произнес Гроссет. – То, чем мы располагаем, вряд ли поможет тебе. Мы почти ничего не нашли.
– А все же. Как они его подсадили?
– Проще простого. Пронесли его через центральный вход в корзине из-под белья, распаковали в пустом офисе на твоем этаже и подкинули его тебе.
– Не лови меня на дешевых приемах. В мою контору они его не заносили, а оставили, как ты говоришь, в пустом офисе.
Феннер слышал, как инспектор рассмеялся на другом конце провода.
– Кто-нибудь видел, как они его заносили?
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17