А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Ему приходилось видеть такое. Так или иначе, случайно оказавшийся на месте происшествия одинокий яхтсмен не должен был вызывать подозрений.
В передней части кают-компании «Золотой девушки» вокруг стола, прикрепленного к основанию мачты, стояла подковообразная кушетка. Трент поднял центральное сиденье, вынул из-под стопки одеял пару винтовок, зарядил их и положил на скамью в кокпите, прикрыв сверху пляжным полотенцем.
Когда до «Цай Джена» осталось полмили, он опустил и свернул кливер. Брызги водяной пыли у кормы потерпевшего аварию корабля указывали направление морских волн. Отложив бинокль, Трент прошел к носу и, продев легкий трос в проушину главного якоря, закрепил на нем маленький буй. Затем подготовил якорь от надувной лодки «Зодиак», висевшей на шлюпбалках за кокпитом. Выполняя все эти операции, Трент не прекращал наблюдения за палубой грузового корабля. «Неплохо было бы надеть под рубашку бронежилет», – подумал он, криво улыбнувшись.
Трент бросил якорь в пятидесяти метрах от судна и развернул катамаран кормой к «Цай Джену». Поставив грот, он подвел «Золотую девушку» под корму теплохода, перебросил якорь «Зодиака» через поручни и снова отвел катамаран. На расстоянии шестидесяти метров Трент бросил второй якорь «Золотой девушки» и завел трос на корму к кокпиту.
Два главных якорных каната, образуя теперь широкую букву "V", удерживали катамаран, не давая ему сблизиться с теплоходом.
Трент перебросил через плечо двенадцатизарядную винтовку и перелез через поручни. Трое мертвецов на палубе… Это, наверное, филиппинцы из судовой команды. В рулевой рубке он обнаружил тела капитана, первого помощника и рулевого. Первые двое были убиты сразу, а рулевого, видимо, сперва жестоко мучили. Судовой радиопередатчик разбит ударом пожарного топора.
Стальные двери, ведущие в машинное отделение, взрывом сорваны с петель. Кверху по трапу поднимается удушливый запах соляной кислоты. Трент обернул лицо рубашкой и стал спускаться вниз. Судовые механики, видно, как могли отбивались от нападающих – на стальных листах, устилающих пол машинного отделения, разбросаны инструменты. На полу лежали лицом к лицу два трупа, привязанные друг к другу за шею электрическим кабелем. Оба застрелены выстрелами в живот. Лица несчастных облиты кислотой из аккумулятора.
Трент с остервенением сплюнул. Отвращение и гнев переполняли его. Но он понимал, что никакие чувства не помогут воскресить убитых. Сосредоточившись, принялся считать про себя, чтобы успокоиться. Затем поднялся по трапу из машинного отделения и стал искать остальных членов экипажа. Ему удалось обнаружить еще два трупа. До сих пор он нашел только шестерых членов команды, тогда как в кубрике было восемь коек. Не исключено, что двое остались в живых и где-то прячутся. И Трент вновь принялся за поиски, начав с носовой части и постепенно продвигаясь к корме. Время от времени он кричал, надеясь, что кто-нибудь отзовется. Он обшарил все каюты, проверяя каждого убитого по синей эмалевой табличке, прикрепленной к дверям: капитан, главный механик, первый помощник, второй механик…
Войдя в последнюю каюту, на двери которой было написано: «Второй помощник», Трент ощутил запах духов. На полу лежал упавший со стола портативный компьютер «Компак». Трент заметил, что на разобранной постели не хватает одной простыни. Он прошел к крошечному туалету и понюхал лежавшее на полочке умывальника мыло. На спинке кресла висел комбинезон из натурального шелка. В гардеробе среди выцветших рабочих брюк и полдюжины хлопчатобумажных рубашек с коротким рукавом он обнаружил платье нью-йоркской фирмы «Иссэ Мняки». Странно, что такой фешенебельный наряд оказался в каюте второго помощника на маленьком грузовом судне.
От платья тонко пахло духами. «Шанель», – определил Трент. В шкафу лежала очень дорогая дорожная сумка с тремя застежками «молниями» из синей гобеленовой материи с вытканным на ней зайчиком. Внутри сумки стоял фирменный знак «Ярдбай», Надо было бы более основательно осмотреть каюты, но времени не оставалось, – теперь, когда выяснилось, что пропала женщина, нужно было торопиться. Он заглянул в кают-компанию и увидел постланную на кушетке постель и брошенную рядом форменную рубашку с золотым шевроном второго помощника.
Спускаясь по трапу, Трент заметил пулевые отверстия и темные пятна на днище шлюпки левого борта. Он вновь поднялся наверх и отвернул край брезента, закрывавший шлюпку. Перед ним лежали тела двух членов команды – они, видно, были близкими друзьями и умерли, держа друг друга в объятиях.
Оказавшись в кают-компании «Золотой девушки», Трент включил радиопередатчик, взял с полки «Справочник судовождения», вызвал береговую охрану Пуэрто-Принсеса и сообщил о нападении пиратов, указав название судна, порт приписки и координаты.
Радист велел подождать. Спустя десять минут в эфире прозвучал другой, властный голос. Он сообщил, что вертолет уже вылетел и приказал Тренту оставаться возле передатчика. Если бы Трент все еще служил в разведке, можно было бы и не подчиняться, но теперь, когда он уже не пользовался официальной защитой и филиппинские власти его не знали, это было опасно. Передатчик питался от солнечных батарей, так что он не мог бы оправдаться отсутствием связи.
Отложив в сторону винтовку, он сварил свежего кофе и стал изучать карту.
Восстановив курс, которым шел «Цай Джен» от пересечения с судоходной трассой южнее архипелага Суду до столкновения с рифом, Трент приблизительно определил место, где произошел пиратский налет. При скорости двадцать узлов, учитывая расстояние в 60 морских миль, пройденное теплоходом, «Цай Джен» должен был находиться там в 3.00 по местному времени.
Пиратские лодки, для того, чтобы пройти 90 морских миль и успеть спрятаться до рассвета, должны были делать по меньшей мере тридцать узлов. Таким образом, в радиусе вероятного местонахождения пиратов оказывалась значительная часть архипелага Суду, Северный Палаван и Балабак, Сан-Мигель и 38 километров побережья Малайзии. В этом районе насчитывалась тысяча островов и безлюдных бухт, здесь ежедневно проходило множество судов, занимающихся вполне законным бизнесом.
Мозг Трента был специально натренирован на то, чтобы замечать странные вещи, и поэтому его мысли сразу же обратились к исчезновению простыни из каюты, где обитала женщина. Пираты, вероятно, использовали эту простыню для каких-то своих целей – возможно, для того, чтобы завернуть в нее женщину. Если это так и если она еще жива, ее могло спасти только чудо. Во всяком случае, необходима дополнительная информация. Его передернуло, когда он вспомнил, с какой варварской жестокостью пираты расправились с людьми в машинном отделении. Для этой женщины было бы лучше умереть, подумал Трент. Он пытался угадать, кто она такая. Похоже, ей, как и исчезнувшему второму помощнику, вряд ли можно было чем-нибудь помочь.

***

Человек, который числился на «Цай Джен» вторым помощником, получил в специальной школе, где он проходил профессиональную подготовку, имя Лю. Его готовили к работе телохранителя. Обычно телохранителей обучают защищать людей. Лю учили убивать. А сейчас он уже пять часов подряд упорно плыл на север к архипелагу Сулу. Его могла остановить только смерть, и он не боялся смерти. Единственное, что его пугало, – это неисполнение долга. Для него была невыносима мысль, что он может остаться жить, не выполнив своего долга. Перед глазами Лю неотступно стоял образ внучки сэра Филипа, застывшей в лунном свете на палубе теплохода.

***

Роберт Ли был единственным оставшимся в живых сыном сэра Филипа Ли. Как и его отец и дед, Роберт обучался вначале в местной школе в Гонконге, а затем в Итоне. Он прослушал курс истории в Тринити-колледж в Кембридже. Со своей будущей женой он встретился в Институте Кутолда, где они вместе учились, правда, потом Жаннен Ли, происходившая из рода французских доимперских провинциальных дворян, заканчивала обучение в Лувре.
Семейство Ли поселилось в комфортабельном доме с четырьмя спальнями, выбрав его из-за близости к галерее Тэйт. Лето они проводили в Шампани, где у Жаннен Ли был оставшийся ей в наследство небольшой участок земли и замок. В Гонконге чета Ли появлялась дважды в год на две недели. Они были богаты, но держались просто. Эта супружеская пара пользовалась популярностью в академических кругах и в мире коллекционеров-собирателей произведений искусства. Но гонконгские китайцы считали их чужаками и относились к Роберту, как к какому-то сумасшедшему фанату.
Разница во времени составляла восемь часов, и поэтому сэр Филип позвонил сыну в 1.30 по лондонскому времени. Он воспользовался обычным телефоном без кодового устройства.
– Роберт, «Цай Джен» исчез, – без всяких предисловий сообщил он. – Прочитаешь в утренних газетах.
Ответа не последовало, и сэр Филип мысленно представил себе, как Роберт сидит в постели и заправляет за уши дужки своих очков. В облике Роберта было нечто от портрета ранней флорентийской школы, которой он так восхищался. Благодаря совершенству техники эти портреты сохранялись так долго. Так должен сохраниться и Дом Ли. Внучка сэра Филипа – это только пешка на шахматной доске. В этом деле любое поспешное решение, принятое под влиянием эмоций, будет означать, что игра проиграна.
– Вчера вечером на бирже выставлены на продажу два строения, – перешел к делу сэр Филип. – Мы должны их купить, Роберт. Сначала попытайся на фондовой бирже. Предлагай три восьмых пункта сверху. Если не согласятся, попробуй в клиринговых банках.
Положив трубку, он вызвал секретаршу, и они вместе спустились в лифте на нижний этаж. У мисс Джеймс была при себе тонкая кожаная папка с документами, необходимыми для переговоров в банке. Все деловое сообщество Гонконга знало о предстоящей встрече. Сэр Филип, проходя через бухгалтерский отдел, время от времени останавливался у столов, чтобы выслушать советы и рекомендации сотрудников.
У подъезда их ожидал «Роллс-ройс» модели «Фантом-5». Автомобилю было уже сорок лет. Его построил Маллинер по заказу отца сэра Филипа. В салоне находились кресло для секретаря и раскладной столик, встроенный в отделение позади сиденья водителя. В 60-е годы в автомобиле установили кондиционер, который неоднократно модернизировался. Здесь были также два телефона и факс.
В ту минуту, когда сэр Филип и его секретарша ступили на тротуар, шофер распахнул дверцы автомобиля. На сиденье были разложены утренние газеты «Гонконг Стандард» и «Саус Чайна морнннг пост». Мисс Джеймс налила шефу чаю из серебряного термоса с монограммой, и машина плавно тронулась с места. Шофер грузовика, увидев огромный лимузин, притормозил, и «Роллс-ройс» проехал в освободившееся пространство.
От помещения конторы сэра Ли до банка было меньше пяти километров. При напряженном движении на улицах Гонконга это отнимало полчаса. В первые же несколько минут мисс Джеймс дважды отвечала на телефонные звонки. В третий раз разговор длился дольше, и мисс Джеймс стала делать заметки в блокноте, а затем передала его сэру Филипу: «Англичанин-яхтсмен обнаружил „Цай Джен“. На борту не осталось ни одного живого человека. В течение четверти часа на место прибудет береговая охрана, а еще через десять минут – команда сэра Филипа».
Сэр Филип немного подумал, а затем своим аккуратным почерком, которому научился еще в подготовительных классах, написал подробную инструкцию. В заключение содержалась просьба к сэру Ивэну Уайли дать указание своему советнику по вопросам безопасности проверить досье этого яхтсмена.

***

Трент поднялся на борт судна в тот самый момент, когда вертолет береговой охраны завис над грузовой палубой. Пилот, видно, нервничал, стараясь удержать машину с подветренной стороны палубных надстроек, чтобы прикрыть ее от легкого бриза, и опускался рывками сантиметров по тридцать. Из открытой боковой дверцы вылез пассажир и встал на посадочном полозе. До палубы было более трех метров, и он сердито закричал на пилота. Вертолет снизился еще на два метра, пассажир прыгнул, но попал ногой на крышку люка, упал боком на палубу и отполз в сторону. За ним прыгнули еще двое. Вертолет поднялся и полетел к берегу.
Трупы на палубе уже начали разлагаться под горячим солнцем. Трент ожидал, что прибывшие спустятся вниз в кают-компанию, где было относительно прохладно, но они прошли на затененную кормовую палубу. Все трое были в форме – офицер и двое солдат. Офицер повернулся к ветру, вытер лицо платком и только затем вынул ручку и блокнот. Он не спешил и не стал задавать вопросы Тренту, пока не прибыл второй вертолет.
Пилот второго вертолета оказался намного опытнее, он сразу же точно посадил машину на палубу. Из нее вышли два китайца. На том, что постарше, была филиппинская национальная одежда с ручной вышивкой, стоившая, должно быть, не меньше двух сотен долларов, и пара кожаных ботинок столь же высокого качества. Скроенные искусным портным брюки скрывали животик, отвисший из-за сидячего образа жизни чиновника. Зато у другого китайца, помоложе, из-под спортивной рубашки выглядывала широкая грудь боксера.
Третьим на палубе появился японец. Глаза его скрывались за зеркальными стеклами очков в круглой оправе. Он выглядел лет на сорок, тем не менее носил длинные волосы, завязанные сзади «конским» хвостом. Пиджак от Пола Смита едва не сползал с его покатых плеч. Костюм дополняли хлопчатобумажная рубашка, цветной галстук и ботинки фирмы Доктор Мартин". Трент подумал было, что японец вырядился так специально. Но в таком случае, кого же он изображает? Владельца картинной галереи, выставляющей минималистское искусство? Или члена жюри захудалого латиноамериканского кинофестиваля?
Офицер береговой охраны сдержанно поздоровался со старшим китайцем, и они отправились посовещаться в дальний конец кормовой части судна, а молодой китаец спустился к офицерским каютам. Тем временем японец, даже не поприветствовав присутствующих, прислонился к поручням и сделал вид, что дремлет. Старший китаец подошел к Тренту и вынул из бумажника свою визитную карточку, в которой было написано: «Рикардо Линь, президент Южно-Азиатской компании парусного и парового судоходства с офисом в Маниле». На превосходном английском он поблагодарил Трента за сотрудничество и за мужество, которое тот проявил, взойдя на борт корабля.
– Ведь убийцы могли находиться на борту, – сказал он.
– Я никого не видел, – ответил Трент.
– И вы не заметили ничего необычного?
– Все члены команды были мертвы. Китаец невольно улыбнулся.
– И ничего больше?
Трент был убежден, что тот имел в виду женщину. Скрытность китайца заставила его насторожиться, и он решил, что ему лучше промолчать.
Видимо, удовлетворенный, китаец взял под руку офицера береговой охраны и повел его в рулевую рубку.
Японец оттолкнулся от поручней, зевнул, потянулся, затем направился в сторону носовой части, некоторое время постоял, глядя на скалы и островки, но там, на солнце, было слишком жарко, и он снова вернулся на прежнее место.
Трент заподозрил, что японец нарочно замешкался у поручней, в нескольких метрах от трапа, когда шел к носу, и был совершенно уверен, что он специально задержался там же на обратном пути.
Офицер береговой охраны и чиновник-китаец вернулись на палубу. Представитель пароходства поманил китайца, и они отошли в сторону. Офицер подошел к стоявшему в тени Тренту и несколько смущенно сказал:
– Мистер Трент, здесь будет вестись расследование. Необходимо ваше присутствие.
Трент, ожидавший этого, поинтересовался, как скоро начнется следствие.
– Дня через два-три, – ответил офицер и кивнул. – Да, самое большее через четыре дня, никак не позже, – и он оглянулся на китайца, как будто ища подтверждения. Затем снова повернулся к Тренту:
– Один из моих людей, проводит вас в Пуэрто-Принсеса, мистер Трент. Вы, конечно, можете остаться и здесь, – он задумчиво посмотрел на «Золотую девушку», а затем перевел взгляд на усеянный рифами пролив. – На грузовом судне будет дежурить охрана, так что вам здесь ничего не угрожает.
Для Трента ехать в Пуэрто-Принсеса означало сделать еще лишних сто миль в противоположном направлении.
– Думаю, «Цай Джен» – не первое судно, потерпевшее аварию на этих рифах, – сказал он. – Я, пожалуй, останусь здесь и осмотрюсь вокруг.

Глава 5

Прежде чем открыть дверцы пуленепробиваемого «кадиллака», первый телохранитель Вонг Фу тщательно осмотрел тротуар перед боковым входом в здание банка. Второй телохранитель открыл дверь, а третий в это время вызвал лифт. Вонг Фу, как всегда, был в рабочем хлопчатобумажном костюме с шелковой рубашкой и галстуком и в изготовленных на заказ итальянских ботинках.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34