А-П

П-Я

А  Б  В  Г  Д  Е  Ж  З  И  Й  К  Л  М  Н  О  П  Р  С  Т  У  Ф  Х  Ц  Ч  Ш  Щ  Э  Ю  Я  A-Z

 

Пузом вниз конечно же. Рядом с ним суетился какой-то нервный тощий субъект в черном одеянии. Наверное, местный эскулап. Он мазал господина бургомистра (не буду уточнять, где именно) каким-то снадобьем. А за ушами страдальца красовались пиявки. Ну это ему полезно. Такому и пиявку размером с удава поставь – не заметит. В соседней комнате охал Людвиг, ожидавший своей очереди, и выражался так, что уголовник бы постыдился.
– Распроклятая ведьма! Чтоб ее черти замучили вместе с этим монахом! А ведь я хотел оказать ей честь и ввести в свой дом! – И он расхныкался. Честь он, видите ли, хотел оказать!
– Это все с тебя началось! Не мог другую невесту поискать! Ох! – орал ему папаша. – Погоди, вот встану – еще тебе добавлю!
– А сам-то, сам! Тоже на нее заглядывался! – хныкал отпрыск. – Вместе со своим приятелем, отцом-настоятелем! Как я ее ненавижу! Ух, что бы я с ней сделал!
– Да замолчи ты, дьявол тебя побери!
– Это можно! – Я решил, что для моего появления настал самый подходящий момент. Наступила мертвая тишина, которая нарушилась только звоном склянки, выроненной лекарем.
– Кто здесь? – дрожащим голосом спросил бургомистр. И куда только вся спесь подевалась!
– Посыльный от дьявола! Пришел за твоим сыном! – отрапортовал я.
Раздался громкий стук: это лекарь грохнулся на пол. Но на него никто не обратил внимания.
– Но… зачем? Почему? – Зубы господина бургомистра выбивали такую дробь, что я едва мог различить слова.
– По твоей просьбе! – рявкнул я. – По адским законам один раз в жизни нельзя отказать в просьбе такой мерзкой гадине, как ты! Этот момент настал!
– У меня есть много просьб! Я выберу другую! – взмолился бургомистр.
– Выбор остается за нами! – пояснил я и злорадно захохотал.
– Почему вы выбрали именно это желание? – завыл несчастный бургомистр. – Это… это же подло!
– Подло! – с удовлетворением согласился я. – Мы, демоны, такие!
– Папа! Сделай же что-нибудь! Я не хочу! Это все он виноват! Заберите лучше его! – бился в истерике достойный отпрыск бургомистра.
– И его заберу! – захохотал я так, что самому мерзко стало. – Это твоя единственная просьба, которая будет выполнена!
– Ах ты… поганое отродье! – заорал бургомистр. Перспектива отправиться в неприятное путешествие вдвоем явно пришлась ему не по душе.
– Весь в родителя! – ответил достойный отпрыск.
– Хватит разговоров! Собирайтесь! – гремел я.
– Господин бес! – угодливо запричитал бургомистр. – А нельзя ли… Нельзя ли это как-то отсрочить. Договориться. А? – Фу, бес! Вот уж с кем никогда не водился и не собираюсь!
– Папа! Заплати ему! – визжал Людвиг, расшифровывая тем самым смысл понятия «договориться».
– Договориться… Хм… – Я сделал вид, что задумался. Дело в том, что мои подопечные, конечно, не озаботились тем, чтобы запастись в дорогу деньгами. Теперь как раз подворачивался удобный случай. – Начальство, дьявол то есть, еще не в курсе… Хм…
– Я готов заплатить двадцать золотых! – обрадовался ободренный таким поворотом событий бургомистр. Теперь он был в своей стихии.
– И за меня! – поддакнул Людвиг, опасаясь, что его забудут.
– За обоих. Итого тридцать, – согласился любящий папаша, произведя в уме нехитрую арифметическую операцию.
– Тридцать золотых?! За такого гнусного жирного борова и поросенка впридачу? – Я сделал вид, что страшно возмущен. – Собирайтесь без разговоров!
– Пятьдесят! – поспешил набавить цену бургомистр, не обидевшись на мои слова. – Пятьдесят полновесных золотых!
– Ха! За него – я бы еще подумал. А ты стоишь как минимум в два раза дороже! – Надо сказать, в ценности местных денег я понимал слабо, но, судя по грошам, найденным в доме Эльзы, сумма была достойной.
– В два раза больше! – захныкал бургомистр. – Я бедный человек, тружусь на благо жителей, откуда у меня столько?
– Это меня не касается! – отрезал я. – Плати или собирайся в ад!
– Я знаю, где деньги! – Людвиг резво вскочил со своего ложа. – Пятьдесят золотых! Пятьдесят золотых, и я свободен! – И он помчался в соседнее помещение, где, вероятно, и хранились их скромные сбережения.
– Не смей трогать мои деньги!
Но сынок не обратил на этот крик души никакого внимания, повторяя как заведенный: «Пятьдесят золотых! Пятьдесят золотых!»
– Думай быстрее! Бери пример с сына! – поторопил я жирного борова. – А то проценты набегут!
Это решило дело, и бургомистр с проклятиями помчался следом за отпрыском. Через несколько секунд они уже отсчитывали деньги. Жирный боров делал это, не вынимая руки из сундучка, и, судя по звону монет, с этих ребят можно было взять и побольше. Но вот честный я, а уговор дороже денег. Особенно если они мне в общем-то без надобности.
Сто пятьдесят золотых – не такой плохой капитал для бедной парочки, и я решил, что на первое время им этого вполне хватит. К тому же в ближайшую неделю, пока я с ними, они вполне могли обойтись и без денег. Удобно, черт возьми (и когда я успел нахвататься этих дурацких выражений! Как же. возьмет он меня!), быть невидимым и находчивым!
Получив деньги (видели бы вы, с какими причитаниями жирный боров с сынком расставались с ними!), я прихватил лучший камзол Людвига, его штаны и башмаки. Очень неплохой гардероб, хотя и, на мой вкус, старомодный. Но моим подопечным должно было понравиться. Этот избалованный тип хотел было возмутиться. Что за скаредность!
– Это тебе пригодится в аду, когда я тебя туда заберу! – пояснил я. – Так что скажи мне за это спасибо! А то будешь там ходить голый, оскорблять эстетические чувства чертей. Да и для адской нравственности это скверно. – От такой перспективы он как-то совсем раскис и замолк.
И что бы вы думали? Папаша тоже стал предлагать мне свои тряпки. В том, куда он со временем отправится, этот жирный боров, похоже, не сомневался. Я сперва думал отказаться, но потом решил, что тряпки всегда можно продать. Или Эльза их как-нибудь перешьет. В общем, найдут применение.
– До скорой встречи! – весело сказал я на прощание, и они опять задрожали. – Следите за пожеланиями!
Произнеся доброе напутствие, я покинул гостеприимный дом, представляя себе, какими вежливыми и молчаливыми станут эти двое. По крайней мере на ближайшее время. Теперь можно было возвращаться к моим, но сперва захотелось подкрепиться. А не заскочить ли к старому козлу? Что-то подсказывало: питается он неплохо.
Сказано – сделано.
Надо сказать, монастырь выглядел достаточно сурово. Кельи обитателей напоминали номера в плохой гостинице. Но к помещению, которое занимал отец настоятель, это никак не относилось. Умеет жить человек. Пользуется, так сказать, служебным положением.
Итак, келья отца настоятеля (он же, по меткому выражению Эльзы, старый козел) была обставлена с роскошью и даже вкусом. Так мог бы выглядеть кабинет вельможи. Посередине стоял большой стол, за которым хмурый хозяин, успевший нацепить новую рясу, обедал в гордом одиночестве. Конечно, ему прислуживал послушник, но никакого участия в обеде не принимал, только облизывался. Нетрудно было заметить, что святой отец после своего конфуза решил найти утешение в пище, особенно в вине. Судя по обилию яств и размерам бутылок, к которым смиренный служитель божий не забывал прикладываться, утешаться таким образом он намеревался до вечера. Не все слушатели моего рассказа успели пообедать, так что описывать скромное меню из нескольких десятков наименований я не стану. Скажу только, что, если на обед к настоятелю нагрянула бы вдруг рота солдат, едва ли кто-нибудь ушел из-за стола голодный.
Разумеется, любой на моем месте решил бы, что съедать все это изобилие одному просто невежливо, и, чтобы исправить ситуацию, я не мог не присоединиться к скромной трапезе. Для начала я отодвинул свободный стул, на который тут же и уселся (терпеть не могу обедать стоя, хотя некоторые и утверждают, что так больше влезает). Это движение не осталось незамеченным: и настоятель, и послушник посмотрели туда, где я сидел, в немом изумлении, а после переглянулись. Очевидно, настоятель решил, что это ему почудилось, и, чтобы сгладить заминку, набросился на прислугу.
– Яков! Ты что, не видишь, что мой бокал пуст?! Налей-ка еще бургундского и впредь не зевай! Что за лентяя послал мне на воспитание Господь! – И он набожно возвел глаза к потолку.
Послушник тяжело вздохнул и налил полный бокал (из такого бы лошадей поить!).
– А мне, Яша? – вступил в разговор я и пододвинул свободный кубок поближе к разливающему.
Это было эффектно. Послушник задрожал и машинально налил вина в мой кубок. Наверное, его здесь так запугали, что он готов был исполнить любое приказание, сказанное достаточно властным тоном. Старый козел же вздрогнул и пролил на новую рясу добрую половину кубка, который как раз собирался осушить.
– Спасибо! Твое здоровье! – радостно воскликнул я, обращаясь к послушнику. – А чего ты стоишь? Присаживайся, Яша! И себе налей!
Если бы рядом с бедным Яшей не оказалось стула, он бы, конечно, уселся на пол, а так получилось, что он последовал моему предложению, по крайней мере в первой его части. Правда, вина себе так и не налил.
– Изыди, Сатана! – опомнился настоятель и принялся истово креститься. При этом он забыл поставить на место кубок. Получалось весьма забавно.
– Вообще-то я не Сатана, – поправил я, отпивая из кубка и нацеливаясь вилкой на приглянувшийся мне кусок мяса. – Но я с ней знаком. – Не понимаю, почему люди так убеждены, что Сатана – это он. Неужели по имени не видно, что оно больше подходит даме?! Надо бы рассказать ребятам, когда вернусь: животики надорвут!
– Демон! Здесь демон! – завопил старый козел, вскочил и собрался было навострить лыжи да позвать сюда всю братию, но это не входило в мои планы.
– Стоять! – рявкнул я. – Стоять, когда с демоном разговариваешь! Иначе, клянусь рогами, копытами и хвостом (понравилась мне такая клятва!), я так тебя взгрею, что своих не узнаешь!
Настоятель казался храбрецом, только когда собирался отправлять других на костер, и твердым, когда командовал послушниками и монахами. Сейчас же он явно сдрейфил и встал как столб, ожидая дальнейших приказаний.
– Значит, так! – продолжил я грозным тоном. – Сейчас ты нальешь вина Яше. Ну и положи ему что-нибудь на тарелку. Яша, а что ты хочешь?
– Осетрину, – машинально ответил бледный как мел послушник. Ничего, крепкий парнишка, только зашуганный. Другой бы уже давно под стол свалился без сознания или молитвы читал бы.
– Так вот, положи Яше осетрины. А мне вон того салатика. Да побольше, не жадничай! А ты, Яша, ешь, пей. Не стесняйся, в общем. Будь как дома!
Обед с послушником проходил весело. Сначала он, конечно, робел, но я усердно поил его вином, так что через несколько минут щеки его порозовели, а язык развязался. Старый козел так перетрусил, что не смел пикнуть и выполнял все мои приказы бегом. Особенно я был доволен, когда он, словно вышколенный официант, подкладывал разные лакомства на тарелку послушника и наливал ему лучшие вина. К тому, как вилка, ложка и кубок передвигаются по воздуху, а потом еда исчезает неизвестно куда (ну ем я так! Я же для них невидимый!), им вскоре пришлось привыкнуть. Если обедаешь вместе с демонами, нужно мириться с мелкими неудобствами.
– А что, Яша, хорошо живется в монастыре? – спрашивал я.
– Это уж кому как! – отвечал послушник и выразительно косился на настоятеля.
– А с едой, я вижу, тут хорошо, – заметил я. С удовольствием сманил бы этого монастырского повара: классно готовит. Вот никогда бы не подумал, что мне может понравиться земная пища!
– Это уж для кого как! – дипломатично отвечал послушник и снова косился на святого отца.
– А хороший у вас отец настоятель. Смиренный, – говорил я, уписывая за обе щеки пирог с грибами. – Не стыдится прислуживать тебе, простому послушнику! – Если старый козел и имел на этот счет свое мнение, то благоразумно держал его при себе, только зубами скрежетал.
– Это уж когда как! – с довольной улыбкой отвечал захмелевший Яша.
Наконец мы с Яшей наелись настолько, что едва могли двигаться. Парень к тому же так захмелел, что готов был задремать, опустивши лицо в салат.
– Вот что, настоятель, – строго произнес я. – Ты мне тут собери в дорогу чего получше да пару бутылочек вина. А то у нас там, в аду, с поварами плохо. Ну да ты скоро сам узнаешь, старый козел!
Видели бы вы, как проворно он все собрал! Даже многовато получилось. Ничего, Боня съест: ему силы скоро ох как понадобятся!
– Значит, так, – сказал я напоследок старому козлу, когда собранные вещи исчезли на глазах собеседников под складками моего плаща. – К девушкам больше не приставать, а Яшу не обижать. Если он расскажет, как отец настоятель демону за обедом прислуживал, будет большой удар по твоему авторитету! Потом загляну и проверю. Яша, до скорого!
И, оставив изумленную публику, я направился к лесу. Беглецы-то мои небось заждались уже!

ГЛАВА 4,
в которой говорится о разных мелких недоразумениях

Так я и думал! Я застал мою парочку за очередными препирательствами. Они удобно расположились на берегу реки (о еде, конечно, не позаботились, хорошо хоть костер развести сумели!) и теперь обсуждали дальнейшие планы. Боня собирался проскитаться неделю по лесам, быстренько изгнать меня, а потом явиться на суд. Эльза конечно же в меру сил объясняла ему, что это не будет мудрым поступком. Когда я явился, девушка как раз говорила, что она лично на костер из-за его глупостей не собирается (особенно после моего предполагаемого изгнания) и его, дурака, пускать туда не намерена.
– А вот и я! Заждались? – весело воскликнул я и вывалил перед ними свою добычу.
Зря я это сделал: они еще не успели привыкнуть к моим эффектным появлениям. Даже Эльза испуганно вскрикнула – что уж тут говорить про монаха! Он зашевелил губами, припоминая, очевидно, подходящее к случаю заклинание, молитву или проклятие (кто их, беглых монахов, разберет!), но я не стал дожидаться очередных оскорблений.
– Вот! Все доставил в лучшем виде! Все что заказывали! – пояснил я. – Еще пожелания будут?
Невоспитанный и неблагодарный Боня пожелал, чтобы я отправился к себе в ад, а девушка даже сказала спасибо и с увлечением принялась перебирать свой заказ. Кажется, я ничего не забыл, и она осталась довольна.
– Чумазые вы, ребята, после несостоявшегося сожжения! – заметил я.
– Ах ты, нечистый демон, вечно пребывающий там, где копоть и сажа! – начал обзываться Боня.
Ну что за представления о демонах! Мы, между прочим, куда чистоплотнее некоторых. И, в отличие от них, знакомы с центральным отоплением.
– Конечно же, перед тем как одеваться во все чистое, мы обязательно должны помыться, – согласилась Эльза. – И идти далеко не надо: речка, лето, вода теплая…
Как тут вскинулся монах! Теперь никому и ни за что не порекомендую средневековое монастырское воспитание. Взять того же Боню. Вроде хороший парень, но пообщаешься с ним подольше – не человек, а ходячий комплекс!
– Ни за что не расстанусь со своими священными одеяниями! – завопил он.
– И тебя схватят в первой же деревеньке, – заметил я.
– И пусть! – храбро ответил монах. – Но я ни за что…
– Тогда твою рясу надо хотя бы постирать, – остановила его Эльза. – Снимай ее, я быстро! А у костра за полчаса все высохнет…
Как же он покраснел! Это уже даже была не свекла, а какой-то совершенно невиданный овощ!
– Чтобы я… В чужом присутствии… В присутствии женщины, прости господи!.. Это же срам, грех… – Все его красноречие куда-то улетучилось. Вот что смущение с человеком делает!
– Да ладно, Боня… святой папаша! Тут все свои! – примирительно ответил я. – Ты еще скажи, что у тебя под рясой нет ничего!
– Ты как хочешь! – заявила Эльза вконец растерявшемуся монаху. – А я – в воду! Не намерена ходить в каком-то тряпье!
– Подожди! Что ты делаешь?! Я должен уйти! – завопил ошарашенный Боня, глядя на движения девушки, не в силах, однако, оторвать от нее глаз.
– А я тебя и не гоню! – лукаво улыбнулась Эльза и медленно потянулась к застежке.
– Тут же демон! – закричал монах.
– А я и его не гоню! – Девушка справилась с одной застежкой, отчего ее плечо соблазнительно обнажилось, и теперь занималась второй. Она явно собиралась вознаградить нас за свое неожиданное спасение замечательным зрелищем. Или просто играла, зная натуру монаха?
– Ладно! – вздохнул я, опасаясь, что моего святошу сейчас хватит удар. – Торжественно обязуюсь не подсматривать! Чем там надо поклясться?
– Я ухожу! Я ухожу подальше от соблазна! – Боня наконец нашел в себе силы отвернуться и, хмуро глядя под ноги, зашагал в сторону чащи. Его губы шептали какие-то приличествующие случаю молитвы, в которых явственно слышалось слово «искушение».
– И оставишь меня наедине с демоном?! – в притворном ужасе воскликнула Эльза, поняв, что немного переиграла. Она, конечно, не хотела обидеть бедного монашка и просто слегка не рассчитала свое воздействие на человека, который всю жизнь только и занимался тем, что ото всего воздерживался.

Это ознакомительный отрывок книги. Данная книга защищена авторским правом. Для получения полной версии книги обратитесь к нашему партнеру - распространителю легального контента "ЛитРес":
Полная версия книги 'Явление Люцифуга'



1 2 3 4 5 6